Post scriptum. Очерк второй. Глава 7


Жанр: роман-хроника;
Персонажи: главы криминальных группировок систем Термина, ОС;
Статус: в процессе;
Описание: Послевоенная Галактика стремительно меняется. Затронет ли этот процесс системы Термина, и каков будет характер изменений?

Все прежние наблюдения показывают, что миллионы раз человек копал картофель, но не исключено, что один раз из миллиарда случится наоборот, то есть картофель будет копать человека.
Станислав Лем.


Скорой походкой Сэм двигался в сторону цехов. В просторном внутреннем дворе небольшого заводского комплекса царила необычная тревожность: громко ругаясь, туда-сюда бегали охранники, не вовремя оказавшихся во дворе рабочих быстро загоняли в их бараки, прилетевшие только для получения товара сотрудники местного космопорта растерянно метались от одного начальника к другому, пытаясь узнать, когда их наконец-то выпустят. Охваченные беспорядочной суетой органики старались как можно лучше исполнять приказы вышестоящих лиц, даже не понимая при этом причины внезапно возникшего беспокойства. Будучи директором производственной части, Сэм был осведомлен намного лучше других; совсем недавно находящиеся в городе коллеги предупредили его, что из Альбелла в сторону завода выехала крупная колонна, состоящая из восьми бронетранспортеров. Когда он начал расспрашивать о ней подробнее и попытался выяснить, что она из себя представляет, связь с городом совершенно неожиданно пропала. Все последующие попытки вновь связаться с Альбеллом успеха не имели. Сейчас Сэм очень торопился попасть в зал управления производством, где были современные средства связи и, значит, возможность получить ответы на все мучающие его вопросы, а со стороны города доносилось раскатистое громыхание, глухим эхом отзываясь над лесом.
Скрипя металлическими суставами, из транспортного бокса вышли два ИМИР'а. Грозно выставляя вперед внушающее ужас оружие, они медленно потопали к воротам, готовясь занять нужную позицию. Сваливая в кучи бочки, наполненные разным содержимым мешки, огромные колеса от вездеходов и любые другие предметы, способные послужить укрытием, охранники также располагались возле ворот. По приказу одного из офицеров охраны вездеходом перекрыли дорогу; на возвышающуюся подле ворот вышку поднимали тяжелый пулемет. Наблюдая за всем этим, Сэм понял, что все происходящее более чем серьезно; он еще больше ускорил шаг и вскоре оказался у входа в цеха. В эту секунду над головой пролетели два летуна, нарушая тишину окружающего завод леса ревом реактивных двигателей. Солнце некстати слепило Сэма, мешая разглядеть символику аппаратов, но он видел, как, удалившись, они развернулись и пошли на второй круг. Директор вошел внутрь, оказавшись перед постом охраны.
— О, господин Ламберт, — обрадовался появлению начальства один из охранников-кроганов. — Вы знаете, что за чертовщина там творится? Что это были за взрывы, а это что за летуны?
Сэм прошел мимо, даже не удостоив кроганов взглядом.
— Не знаю, — небрежно бросил он через плечо, — может быть, в Альбелле опять утечка газа, а этих летунов купил Фонак.
Наверное, одна из самых замечательных черт человеческой натуры — желание до конца верить в счастливый исход. Даже когда для него нет никаких объективных предпосылок, человек все равно где-то в глубине души хранит надежду на благополучный конец.
«А вдруг взрывы — это действительно утечка газа? — ожидая лифт, успокаивал себя Сэм. — Они ведь действительно часто происходили. Сигнал вполне мог пропасть из-за обычных неполадок, колонна везет новую партию рабочих, а предупредить нас не успели из-за исчезновения связи. Летунов, правда, купил Фонак и теперь выпендривается новыми игрушками, он ведь очень любит летать».
Сэм жадно строил все новые и новые предположения, позволяющие заключить, что все происходящие — следствие вполне обычных вещей, не содержащих никакого основания для беспокойства. Но для того, чтобы окончательно во всем убедиться, он должен был подняться в зал управления, а зараза-лифт все никак не ехал.
Директор нервно постукивал указательным пальцем по терминалу, когда во дворе что-то необычайно громко хлопнуло. Это был взрыв. Сэм сначала непроизвольно пригнулся, но в следующую же секунду понял, что случилось, и во весь опор бросился обратно к пункту охраны.

Из окна открылось ужасное зрелище: на земле лежали объятые пламенем, искореженные ИМИР'ы, а вокруг них беспорядочно валялись мертвые и контуженные бойцы. Уцелевшие охранники попрятались кто куда и открыли плотный огонь по летунам. Последняя надежда на мирное развитие событий сгорела так же, как и дорогие роботы.
— Что это за хрень? — ошарашенно ругался один из кроганов. — Кто эти скоты, господин Ламберт?
— А тебе не пофиг?! — проорал в ответ Сэм. — Так, вы оба, быстро бегите в оружейку, возьмите гранатометы, залезайте на крышу и сбейте этих ублюдков к дьяволу. Они явно не знают, на кого напали.
Кроганы немедленно бросились выполнять приказ, а Сэм побежал к лестнице, быстро направившись вверх.
«Беспредел! — думал он, поднимаясь все выше и выше. — Эти ублюдки уже трупы. Они хоть знают, кто мы такие? Не-ет, наверняка не знают, но я представляю их удивление, когда они поймут, что рыпнулись на завод Арии. Вот я посмотрю на их лица, когда она каждого из них, по одному будет выкидывать из шлюза. Эти несчастные даже предположить не могут, как они попали».

Тяжело дыша, Сэм буквально ворвался в зал управления, предвкушая вот-вот получить ответы на все мучающие его вопросы. Но увиденное его совсем не обрадовало: в просторном помещении бледные операторы и начальники метались от одного терминала к другому, постоянно ругаясь и хватаясь за голову.
— Ну наконец-то, Сэм, — к директору подбежал начальник охраны, турианец Курдис Диберти, — а я уже начал думать, что тебя убили. Где пропадал?
— Бегал, — ответил запыхавшийся человек. — Что тут происходит?
— А разве не ясно? Альбелл не отвечает, с Омегой связаться тоже не получается, на всех частотах помехи. Не работают даже телефоны, видимо, отрубили спутники. Похоже, нас глушат.
— Как глушат? — удивился директор. — Нельзя же полностью лишить нас связи, должны ведь быть какие-то лазейки. Надо попытаться пробиться.
— Ничего себе ты умный, — вытаращил глаза Курдис, — наверняка познавательные телеканалы смотришь. Только нет смысла пробиваться, если нас отрубили от буя, да и парней толковых для такой работы нет.
— Проклятье, — вздохнул директор. — Ну тогда надо дождаться, пока не придет Фонак со своими головорезами.
— Фонак, говоришь? А ты не задумывался, куда только что громыхали на северо-западе? Я думаю, как раз по Фонаку.
— Ты что, хочешь сказать, что его лагерь разбомбили? — с ужасом произнес Сэм.
— Ну конечно.
— И наш завод теперь без охраны?
— Да, блин. Ты молодец.
Стрельба снаружи стала гораздо плотнее, и к ней добавились хлопки ручных гранат и гранатометных снарядов. Громко заработал поднятый на вышку тяжелый пулемет; стало ясно, что началась атака по периметру. Сэм побледнел. Осознание обреченности своего положения негативно сказалось на его самочувствии — он практически ушел в ступор. Закатив глаза, Курдис взял человека за руку и отвел в сторону.
— Да пойми же ты, — вполголоса говорил он, — наше прикрытие, скорее всего, накрылось, связи с Омегой нет, с воздуха уже начали нас бомбить. Похоже, началась наземная атака. Все! Это без шансов!
— Ладно, — Сэм одернул руку. — Что ты предлагаешь?
Турианец оглянулся.
— Валить надо, — сказал он шепотом, будто опасаясь, что его подслушивают. — У нас тут два десятка аэрокаров. Если каждый сядет за руль одной машины, то кому-нибудь точно удастся проскочить до космопорта, а там кому как повезет.
— Что?! — неподдельный ужас отразился на лице директора. — Ты хочешь бросить товар Арии? Да даже если ты сейчас спасешься, потом она тебя найдет!
— Ты че орешь? Завод уже и так потерян, она не успеет прийти к нам на помощь, особенно учитывая, что она вообще не знает о нападении. Да и лететь сюда с Омеги часов десять. Если останешься здесь, то эти ребята порешат тебя намного быстрее, чем Ария.
— Ну и пусть. Лучше уж они, чем Ария.
— Ты сдурел? — совсем не ожидал такого поворота Курдис. — Да пойми ты, несчастный, что, если останешься здесь, то почти наверняка будешь убит или отправлен в рабство. Не задумывался, каково быть на месте тех работяг, которыми ты так любишь руководить? А там ты можешь спрятаться в пространстве Цитадели, домой вернуться, в конце концов!
— Нет, не-ет, — как помешанный, повторял Сэм. — Ария найдет меня даже дома. Она никогда не забывает о тех, кто увел у нее товар.
Для турианца все стало понятно. Основанная на страхе фанатичная преданность не отпустит Сэма ни при каких условиях. Для него будет легче умереть, но остаться верным своей Арии, чем пойти против ее воли, даже если того настойчиво требует инстинкт самосохранения.
— Ну и оставайся тут, — махнул рукой Курдис, направившись к выходу, — я умирать не собираюсь. У меня еще есть планы на эту жизнь.
— Господин Диберти! — вдруг крикнул один из операторов. — Тут какой-то челнок летит к нашей посадочной площадке.
Курдис мгновенно забыл о человеке, бросившись к окну. В кристально чистой небесной синеве скользил черный челнок, не сулящий ему ничего хорошего.
— Ну все, доболтались, — выругался Курдис. — Надо было сразу валить и никого не спрашивать! Ну, что встали?! — закричал он на всех присутствующих в зале органиков. — Живо взять оружие и занять позиции у окна!
Это был уже приказ. Приказ, на исполнение которого ушли считанные секунды: сказалось боевое прошлое переодетых в костюмы наемников. Из большого и вытянутого окна зала управления было отлично видно посадочную площадку, к которой стремительно приближалось малое десантное судно. С противным звоном вниз полетело выбитое стекло, и вооружившиеся органики взяли в прицел аппарат, готовясь обеспечить незваным гостям жаркий прием. Челнок значительно сбавил скорость и, снизившись, частично скрылся за стройным рядом аэрокаров. Пролетев из одного конца площадки в другой, он вновь ускорился и, взмыв в небо, отправился восвояси.
— Ну и что это было? — удивленно спросил один саларианец.
— Они выпрыгнули, — снова шепотом ответил Курдис. — Хитрые паскуды, спрятались за аэрокарами.
И тут же, как бы в подтверждение слов начальника охраны, над посадочной площадкой начал подниматься дым завесы. Зоркий взор турианца на мгновение поймал маленькие желтые фигуры, прошмыгнувшие в здание.
— Проклятье! — Курдис с досадой пнул терминал. — Они уже в корпусе. Живо всем занять позиции напротив двери! Заблокируйте дверь, найдите укрытие и возьмите проход под прицел. Эти сволочи считают себя самыми умными, но нас так просто не возьмешь.

Каждое мгновение было на счету. Вооружившийся штурмовой винтовкой Сэм юркнул за опрокинутый письменный стол, крепко сжимая в руках оружие. Он постарался расположиться как можно удобнее, чтобы окружающие предметы не мешали вести огонь. Стрельба внизу все нарастала и нарастала; чем дольше шел бой, тем ожесточеннее становилось сопротивление обороняющихся, но опытный военный мог установить изменившийся характер противостояния. Пулемет на вышке больше не грохотал, а звуки борьбы значительно приблизились к заводу — стало уже понятно, что подчиненные Арии обречены. Правда, Сэм об этом даже не задумывался, он был сосредоточен только на том, что происходило наверху, где готовилась случиться своя схватка.
— Как только двери откроются, открываем огонь и отправляем выскочек к праотцам, — звучал твердый голос Куртиса. — Пусть они знают, что происходит с теми, кто покушается на собственность Арии.

Нервы натянулись до предела, обострившиеся чувства ловили каждый звук, каждое незначительное движение любой пылинки. Сэм чувствовал собственный пульс, монотонно постукивающий в висках. Все его внимание сейчас поглощал красный, как кровь, интерфейс двери. Вот он — подло светит последними секундами затишья.
Красный… Красный… Красный…
Зеленый.
Из мгновенно открывшихся дверей повалил густой дым, и семь шарообразных дронов, противно светясь темно-желтым светом, быстро проскользнули в зал управления. Навстречу им тут же обрушилась лавина раскаленного металла, созданная одновременно нажавшими на курки оборонявшимися. Сэм, доверчиво подчиняясь автоприцелу, нажимал на курок, пока последний дрон не исчез из поля его зрения. Победа? Нет. Все только начиналось.
Дроны отвлекли внимание обороняющихся, позволив нападавшим почти беспрепятственно просочиться в зал, установив расположение своих противников. Сэм успел заметить быстро бегущих бойцов в желтой броне и тут же попытался взять их в прицел, как вдруг услышал оглушающий хлопок где-то рядом и громкий крик кого-то из своих товарищей. В расположившегося рядом Курдиса ударил пучок электрического заряда, и, глухо зашипев, он повалился на пол, то и дело вздрагивая в судорогах. Крики и стоны начали раздаваться постоянно, заглушая даже выстрелы; это был конец. Однако осознание своей неизбежной гибели только разозлило Сэма. Вскинув винтовку, он выпустил очередь в то место, где только что видел противника, и вдруг почувствовал, как в правую руку ударило что-то острое и горячее. Непроизвольно взвыв, он повалился на спину, когда какая-то невидимая сила подняла его в воздух и отбросила в другую сторону зала, больно обрушив директора на стену. Сэм больно ударился затылком. В глазах все потемнело, чувства притупились, тело онемело, но мозг все еще работал.

Человек все еще пребывал в сознании, когда сопротивление его товарищей было окончательно сломлено. Он прекрасно понимал, что на преодоление этого самого сопротивления нападавшим потребовалось всего минута.
Стрельба прекратилась. Зал управления был захвачен, а значит, бойцы, сражающиеся внизу, теперь обречены. Жгучая боль во всем теле мешала адекватно воспринимать происходящее, но сквозь завесу тумана Сэм слышал мягкие шаги и прекрасно понимал, что это расхаживают его враги. Осознавая свое полное бессилие, он с отвращением понимал, что находится в их полной власти.
— Драгел, — раздался приглушенный шлемом голос, — давай залезь в компьютер, посмотри, какое тут хозяйство. Змей, проверь жмуриков: в первую очередь того турианца, которого я жахнул перегрузкой — если сердце выдержало, он еще может очухаться. Остальные, давайте не крышу и помогите нашим, только особо не высовывайтесь, мне сегодня ранения не нужны.
Сэм приоткрыл глаза. Посреди огромного погрома стояли трое органиков, судя по фигуре — саларианцев. Они все были в одинаковой желтой броне, по характерной эмблеме человек понял, что это бойцы «Затмения». Один из них стоял посреди в центре зала, приложив правую руку к шлему, будто пытаясь с кем-то связаться; второй подошел к главному терминалу и, удобно устроившись в кожаном кресле, включил компьютер; третий находился в дальнем краю зала, проверяя лежащие на полу тела. Сэм аккуратно осмотрелся — одними глазами, не двигаясь, — и увидел неподалеку дробовик, но взять его незаметно не было ни малейшей возможности. Да и сил у него не осталось.
— Прием, Шон, это Хелстром, — вновь заговорил тот же самый голос. Теперь Сэм мог четко установить, что он принадлежит саларианцу, который стоит в центре зала, — вышку взял, отправил пятерых бойцов на крышу поддержать тебя огнем… Нет, спуститься не могу… Потому что ты практически отдавил их к цеху, а я не собираюсь спускаться в муравейник. Я и лифт сейчас заблокирую… Меня это не волнует… Ну так предложи им сдаться… Могу спустить в вентиляцию дурь, но тогда ты сам будешь не рад… Да жалуйся сколько влезет, ты и сам прекрасно знаешь, что Сейн поставил во главе операции меня… Все, мне некогда с тобой рядиться. Конец связи. Придурок, блин.
Саларианец перехватил винтовку и подошел к сидящему за компьютером товарищу.
— Ну что тут у тебя? — требовательно спросил он.
— Ну что, командир, — задорно ответил подчиненный, — можно поздравить Сейна — его информаторы не подкачали. У Арии тут крупное производство, этот завод дает ей сто двадцать тонн дури в год. Похоже, все продукты с плантаций этой планеты отправляются сюда, а здесь просто огромная химлаборатория. Кстати, те фуры, которые мы видели на площадке, как раз готовились для отправки товара в космопорт, а оттуда на Омегу… Хе, что характерно, в качестве рабочей силы у них рабы, преимущественно «волосатые», видимо, бывшие жители разоренных колоний Альянса. Ровно девяносто штук.
— Нехило, — ухмыльнулся командир, — всегда восхищался авторитетами систем Термина. Ворочают огромными суммами, а на рабочей силе все равно экономят. Слушай, — он положил руку бойцу на плечо, — сейчас копируй тут все, а когда закончишь, вместе со Змеем освободите фуры. Погрузим туда рабочих и вывезем отсюда.
— Ой, да ладно! — возмутился боец. — Вдвоем разгружать фуры — это же обалдеть можно! К тому же Шон будет явно недоволен такой инициативой, завод ведь нужен Сейну рабочим.
— Ничего, — стоял на своем командир. — Сейн теперь крутой, поставит автоматику, Шона можно припугнуть, и он не будет рыпаться. Давай, заканчивай быстрей.

Сэм был возмущен услышанным до глубины души. Он одиннадцать лет отдал этому заводу, и осознание того, что эти беспредельщики находятся здесь считанные минуты и уже начинают командовать, выводило его из себя. Боль не утихала, но туман в голове постепенно рассеивался, и по мере того, как он уходил, к человеку возвращалась наглость. Он был уже окончательно уверен, что его добьют, и решил не дожидаться, пока проверяющий тела боец доберется до него. Да и смысла в дальнейшем притворстве он не видел.
— Вы все трупы, — набравшись храбрости, прохрипел он. — Вы хоть знаете, чью собственность вставили, ублюдки? Три дня, и вы будете болтаться на орбите этой планеты без скафандров!
Саларианцы тут же обернулись на него.
— Змей, мать твою! — выругался командир. — Я же сказал, проверь жмуриков. Ты какого черта делаешь?
— Да я просто не успел, — замычал в ответ Змей, — я турианца проверял. Он мертв.
— Не успел, блин! А ели бы у него рядом был ствол или еще лучше — граната? Он бы точно кого-нибудь порешил. Ты думаешь, что, если наконец дали халявное задание, то можно работать вполсилы?! Ты совсем охренел?!
— Я все понимаю…
— Что ты понимаешь?! — не дал договорить старший. — Ну смотри, вернемся домой, выговор тебе обеспечен.
Оставив в покое Змея, командир подошел к Сэму и присел возле него на корточки.
— Слышь, «волосатый», — грубо бросил он. — Ты че орешь?
Сэм уже не сомневался в своей скорой гибели, поэтому заговорил смело и даже нахально:
— Ты хоть понял, «рогатый», чей завод вставил? Да за такое и тебя, и твоих беспредельщиков ушатают раньше, чем вы успеете получить гонорар. И нанимателя твоего порешат, и все твое «Затмение» к чертям смоют. Ты себе приговор подписал… Никто не спорит с Арией… ох… кхм, кхм…
Противный кашель прервал монолог человека. Саларианец же терпеливо ждал, когда приступ закончится.
— Это все? — спросил он, когда Сэм вновь смог говорить.
— А тебе и этого хватит! У вас, «желтых», вообще с инстинктом самосохранения проблемы. Посмотрим, как ты запоешь, когда будешь лететь в яму к голодным варренам.
В ответ на это командир бойцов «Затмения» только ухмыльнулся. Поднявшись на ноги, он тяжело вздохнул и вновь уставился на Сэма через бесконечно черный светофильтр.
— Какой-то ты непостоянный, — съехидничал он. — Сначала хотел меня выбросить в шлюз, теперь кидаешь варренам, потом, наверно, вспомнишь про какую-нибудь эвтаназию. Ты определись сначала, как будешь меня наказывать, а то совсем неинтересно. Змей, — вновь обратился он к бойцу, — вколи этому чудику панацелин и сделай перевязку, пока кровью не истек. Он нам еще нужен.
Сэм уставился на командира искренне удивленными глазами.
— Какого черта? — недоумевая, спросил он.
— А вот такого! Я ведь тебя сразу узнал, ты — Сэм Ламберт, директор этого замечательного места. Нам очень повезло, что именно ты остался жив, а то получилось бы немного неловко. Сейчас мы тебя подлатаем и отправим на Омегу, принесешь Арии весть от моего работодателя. Это, кстати, его приказ.
— Приказ Сейна?! — не поверил ушам Сэм. — Так вы действовали с его позволения? Он что, совсем страх потерял, чтобы так обращаться с Арией? Его же в порошок сотрут!

Стрельба снаружи продолжалась еще считанные минуты. Вскоре сопротивление защитников завода было сломлено окончательно, и «Затмение» добилось полной победы. Сэму повезло — пуля прошла навылет, а после укола утихла и боль. Когда через два часа его выводили из зала, с края посадочной площадки он видел, как внизу бойцы «Затмения» собирают ставшее бесхозным оружие, растаскивают трупы и убирают оставшийся после недавнего боя мусор.
— Что мне передать? — спросил он у сопровождавшего его командира, садясь в аэрокар.
— Передать? — немного растерялся саларианец. — Передай, что началась война.

***

Туманность Эта Хокинга. У самого ретранслятора дрейфует военный крейсер с не принадлежащими ни одной существующей державе опознавательными знаками. На борту надпись, читающаяся как «Голлоний» и переводящаяся на русский язык как «Бесстрашный». Это судно принадлежало одной из крупнейших галактических банд — «Затмению». Бывший крейсер Альянса, отправленный в утиль как морально устаревший тип боевых кораблей, был перекуплен у алчных чиновников и после модернизации стал личным судном глав этой крупной криминальной организации.

В просторном кабинете, залитом белым светом мощных ламп, в изящном костюме от Павии стоял действующий глава «Затмения», уроженец Сур'Кеша — Сейн Рилвин. В правой руке у него был бокал с нежнейшим тессийским вином, и изящным движением он каждые две минуты подносил его к губам, а потом долго катал ароматный нектар по небу, наслаждаясь богатым букетом.
Можно ли подумать, что это тот самый Сейн, который совсем недавно, поджав ноги, сидел в пустом вагоне лагеря для беженцев Цитадели и вздрагивал от каждого шороха? Да, это был тот самый мальчишка, который еще на Сур'Кеше сбегал из детдома и с разрешения доброго дедушки–охранника смотрел выступления провинциального театра. Ах, как он был влюблен в театр! С самого первого своего представления он был очарован виртуозной игрой актеров и больше всего на свете мечтал сам выйти на сцену. Однако судьба распорядилась иначе: экзамены в сценическую академию он не сдал, а системы Термина, куда Сейн отправился вместе со злачной компанией друзей из приюта, навсегда определили его будущее. Работа на «Затмение», хоть и позволяла безбедно существовать, не давала никакого морального удовлетворения; вместо работы во славу прекрасного он занимался шантажом предпринимателей, выбиванием денег с должников, участием в территориальных разборках. Зато теперь, когда был пройден долгий путь от рядового бойца до главы банды, у него была своя сцена. И пусть она не имела никакого отношения к искусству, зато масштабу постановок мог позавидовать сам театр «Метрополия».

Сейн стоял перед большим, встроенным в стену иллюминатором и, смакуя вино, наблюдал за огромным ретранслятором, когда Виртуальный Интеллект объявил, что гости уже прибыли и ждут в приемной.
— Пусть войдут, — ответил саларианец и, поставив бокал на круглый стол в центре каюты, встал напротив двери.
Противно лязгнув, две симметричные створки раскрылись, впустив в каюту группу лиц совершенно разной расовой принадлежности. Сопровождаемые советниками, на встречу с Сейном пришли главы трех крупнейших криминальных организаций Галактики: глава «Синих светил» — человек Дарнер Воск, лидер «Кровавой стаи» — ворка Грилл О’Ширус и руководитель «Когтей» — турианец Вейрус Бестротти.
— Прошу, господа, садитесь, — хозяин показал на просторный диван в углу каюты. — Не желаете ли выпить вина?
— Сейн, давай только без «господ», — довольно грубо ответил Воск. — Эти спектакли тут ни к чему.
— Как хочешь, — пожал плечами глава «Затмения», размещаясь в кресле напротив гостей, — я позвал вас не ради любезностей, а для деловой беседы.
— Знаю я о твоих делах, — отозвался Грилл, — и сразу говорю: нет. Бросив вызов Арии, ты сам зашел в газовую камеру, а я идти за тобой не хочу.
Манера сразу приступать к сути была вполне в характере ворка. Сейн даже обрадовался такому слегка грубоватому повороту беседы, поскольку у него сейчас не было достаточно времени для обмена любезностями. В принципе, он был уверен в благоприятном исходе переговоров. Гости расположились на диване, а их советники остались у входа.
— Меня забавляет та уверенность, с которой ты говоришь о всесилии Арии, — совершенно спокойно ответил Сейн лидеру «Кровавой стаи».
— Смейся сколько хочешь, ты и так уже труп. Все, кто на протяжении двух сотен лет бросал вызов Арии, оказывались в космосе без скафандров.
— Призрак не оказался, — вставил Бестротти.
— Да ну? А где «Цербер» теперь?
— «Цербер» победил один человек, и он не имеет никакого отношения к Арии. Если бы фартовый Джонни не убил Призрака, то гарнизон Омеги не разбежался, и Ария не сумела бы так легко вернуть контроль над станцией.
— А ты-то что голос поднял? — повернулся к турианцу Воск. — Твой «Коготь» всегда целовал Арии задницу.
— А что ты нервничаешь? — хладнокровно ответил Бестротти. — Ты прилетел сюда договариваться или вспоминать мое туманное прошлое? Если хочешь, можем ностальгировать вместе, у тебя тоже было много косяков.
— Че?.. Сейн, — Воск обратился к главе «Затмения», — зачем ты вообще позвал этого карлика?
Саларианец вздохнул:
— Потому что из всех банд, чья деятельность ограничена только Омегой, «Коготь» единственные, кто не поддержал Арию.
Воск только усмехнулся:
— Значит, вы оба трупы.
— А это даже хорошо, — улыбнулся Грилл, — может быть, когда «Затмения» не будет, Ария за верность отдаст нам их территорию.
Сейн откинулся на спинку кресла. Вновь наполнив опустевший бокал вином, он сделал маленький глоток, и по небу ударил сладкий вкус тессийского нектара. Вздернув руку в характерном жесте, он посмотрел на часы и, удовлетворенный увиденным, едва заметно улыбнулся.
— Ну ты и щегол, — поморщился Грилл. — Вроде начальником недавно стал, а уже пижонишь.
— Имею право, — спокойно ответил Сейн. Сделав еще один глоток вина, он обратился к ворка:
— Грилл, ты же знаешь, что первые атаки прошли успешно, сейчас инициатива у моих бойцов. Может быть, ты объяснишь, чем вызван твой скептицизм?
— А ты сам не понимаешь? — поморщился лидер «Кровавой стаи».
— Нет, не понимаю.
— Ну, тогда слушай, — с многозначительным лицом, закинув ногу на ногу, ворка облокотился на спинку дивана. — Когда ты позавчера напал на нашу не влепиться какую крутую королеву, ты воткнул ей нож в спину. Использовал, как говорят военные, фактор внезапности. Все захваченные тобой объекты, все уничтоженные корабли — это всего лишь временный успех, который скоро будет сведен на нет. Ты взял инициативу ненадолго, чтобы говорить о преимуществе. Чтобы развить успех дальше, надо захватить Омегу, а на это у тебя нет ни сил, ни средств. У тебя нет флота, у тебя нет достаточного количества живой силы, чтобы вести бой в узких отсеках космической станции, у тебя нет современной боевой техники для захвата просторных ангаров. Может быть, «Затмение» численно и превосходит личную охрану Арии, но учитывая, что все мелкие банды Омеги трясутся от одного ее имени и потому безоговорочно ее поддерживают, у тебя нет преимущества и здесь. К тому же ты здорово завяз на Арилии, где все атаки твоих коммандос были отбиты. Если мои источники не врут, то Ария уже бросила туда два корабля и триста бойцов своей охраны. Пойми, Сейн, ты проиграл ей уже сейчас. Скоро Ария соберет сторонников и нанесет ответный удар.
— А если мы поддержим тебя, — добавил Воск, — то только ввяжемся в очередную затяжную войну, от которой одни убытки. Все просто.
Сейн кивнул:
— Логично, ваша позиция мне ясна. Вы считаете, что один на один мне с Арией не справиться, поэтому разумней поддержать ее, чтобы поскорее прекратить убыточные разборки и вернуться к нормальному бизнесу. Ты тоже так считаешь? — спросил он Бестротти.
— Все это так, — ответил турианец, — но мне только непонятно, как ты сумел скрыть от Арии подготовку к нападению. Мы привыкли, что она знает все и обо всех.
— Вот, — Сейн поднял указательный палец вверх. — Это очень правильный вопрос, и я охотно дам на него ответ. Дело в том, что возможности «Затмения» значительно превосходят возможности Арии.
— Ха… ну ты и скажешь, — захохотал Воск. — Я-то ожидал, что ты подробно расскажешь, как перехитрил эту синюю бестию, а на самом деле вот что. Разочаровал.
Сейн снисходительно глянул на человека:
— А ты зря смеешься. Могу показать.
— Что показать? — удивился глава «Синих светил». Улыбка мгновенно сошла с его лица.
— Свои возможности.
Сейн поднялся с кресла и, двигаясь уверенной походкой, подошел к терминалу связи.
— Пусть войдет охрана, — сказал он в невидимый микрофон.
Удивленные гости повернулись ко входу в каюту, откуда появился один саларианец и два крепких человека. С совершенно спокойными и даже несколько безучастными выражениями лиц они остановились на пороге и сложили руки за спиной. Саларианец подошел к советнику Бестротти.
— Начинайте, Клосис, — скомандовал Сейн. Охранник кивнул в ответ.
— Зеврус, будьте добры, снимите ботинки, — холодно попросил он турианца.
Цвет лица советника заметно поменялся, выдавая крайнее замешательство. Его взгляд забегал по каюте, пока не остановился на охраннике.
— Какого дьявола?! — закричал Зеврус. — Как ты смеешь так обращаться ко мне?! Вейрус, скажи ему.
— Ты что творишь? — с недоумением спросил глава «Когтей» у Сейна.
— Показываю свои возможности, — нисколько не смущаясь, ответил лидер «Затмения». — Ну же, пусть он снимет обувь. Я гарантирую, что ты будешь доволен увиденным. Если же нет, то можешь больше не слушать меня и уйти, так будет справедливо.
Оставаясь недовольным, Бестротти повернулся к советнику и после нескольких секунд раздумья кивнул:
— Сними.
— Да ты что?! — взбесился Зеврус. — Ты позволишь «желтым» унижать нас?! Вейрус, молю тебя, не делай глупостей.
Бестротти задумался еще на некоторое время, но решение принял все-таки в пользу Сейна.
— Снимай, — сказал он твердым тоном. — Если это унижение, то они никогда не получат нашей помощи.
Делать было нечего. Бледный Зеврус снял обувь и протянул ее саларианцу-охраннику, однако Клоссис взял только левый ботинок, а правый аккуратно поставил на пол. Достав из кармана маленький ручной ножик, он ловко отковырнул подошву и вытащил оттуда маленькую блестящую пластинку круглой формы. Показав присутствующим находку и подошву, где специально был сделан вырез для ее размещения, саларианец положил пластину на стол и вернул разобранный ботинок хозяину.
— Подслушивающее устройство семейства «Тилс», — протараторил Клоссис. — Такие раньше применялись СБЦ, вечная ей память.
Бестротти подобного явно не ожидал. Как и большинство турианцев, он сумел взять себя в руки и не показать огромное разочарование, поразившее его в эту секунду. Он только немного вздохнул и облокотился на спинку дивана.
— Спасибо, Сейн, — обратился он к главе «Затмения», — позволь я сам разберусь со своим помощником.
— Конечно, — понимающим тоном ответил саларианец, — мои ребята отведут его к вашему кораблю и будут держать его там под наблюдением.
— Я буду тебе очень благодарен.
Два человека взяли до сих пор пребывающего в оцепенении Зевруса под руки и повели к выходу. Бледный турианец в носках и с порванным ботинком в руках не оказывал никакого сопротивления, беспрекословно подчиняясь людям. Только у самого выхода он повернулся и, ядовито улыбнувшись, сказал твердым голосом:
— Все равно ты труп, Сейн. На Омеге есть только одно правило: не спорь с Арией.
Установилась неловкая пауза.
— Иди давай, — толкнул Зевруса один из охранников и, замельтешив по металлической палубе, турианец направился к кораблю.
Такие сцены всегда были неприятны. Главы банд, хоть и сохраняли безучастные выражения лиц, все-таки были смущены. Воск налил себе полный стакан вина и махом осушил его в следующую же секунду. Бестротти крепко задумался; вместе с Зеврусом они были основателями «Когтя», поэтому сейчас он даже толком не знал, что ему думать.
— Грилл, — мимоходом взглянув на часы, Сейн обратился к ворка, — а ты удивишься, если я скажу, что у тебя в поясе есть точно такое же устройство?
— Что?! — возмутился ворка. — Ты совсем обалдел? Да я глава «Кровавой стаи», я первый ворка Галактики, я держу под собой четверть систем Термина! Как ты смеешь называть меня шпионом?!
— Успокойся, — невозмутимо ответил Сейн, — просто ними пояс и посмотри, что в замке.
— Ты забываешься, Сейн, — Грилл поднялся с места, — ты зря оскорбляешь всех нас. Неужели ты думаешь, что ворка моего уровня будет шпионить в пользу Арии?
— Я не говорю, что ты шпионишь, я говорю, что шпионят за тобой. Сними уже пояс.
Грилл оглянулся на советника-крогана. Тот кивнул.
— Оборзели! — возмущался лидер «Кровавой стаи», снимая пояс. — Ну где тут что? — ворчал он, открывая и закрывая замок.
Он мог бы заниматься этим очень долго, но подошедший Клоссис непременно решил взять эту ситуацию в свои руки.
— Вы позволите? — вежливо спросил он.
Ворка недовольно протянул ему пояс, и саларианец, вновь достав ножик, раскрыл замок, вытащив оттуда точно такую же пластинку. Точно таким же жестом, как недавно, он продемонстрировал находку всем присутствующим и, положив ее на стол, вернул пояс хозяину.
Грилл онемел. С размаху швырнув на стол испорченный аксессуар, он обрушился на диван.
— Вот стерва! — выругался он. — Совсем оборзела, никаких границ не видит. Вот найду ублюдка, который засунул мне эту хреновину, — брошу варренам!
— Я тоже надеюсь, что ты сделаешь выводы. Я благодарен вам, Кноссис, — кивнул Сейн охраннику. — Вы можете идти.
Кноссис кивнул и, быстро развернувшись, покинул каюту. Кроган из «Кровавой стаи» после секундного раздумья взял в руки две пластины и резким движением раздавил их, навсегда остановив звукозапись.
— Ария перешла границу, Грилл, — сказал он своему лидеру, — такое хамство мы не можем ей простить.
Оскорбление действительно было грубым, но ворка только покачал головой:
— Хамство — это да. Я не спорю, что она перешла границу, но шпионство не повод для начала войны. В конце концов, мы тоже следим за ней.
— Я согласен с тобой, — одобрил Воск. — Сейн, ты показал, что имеешь сканеры, способные обнаруживать приборы СБЦ, но я не понимаю, как ты собираешься этими сканерами захватить Омегу. Если это все возможности, о которых ты говорил, то я не впечатлен.
Сейн снова посмотрел на часы. Увидев время, он улыбнулся и обратился ко всем присутствующим:
— Вот теперь час пробил. Я буду очень признателен, если вы подойдете к иллюминатору, там сейчас появятся все ответы на ваши вопросы.

Надо отдать должное Сейну, он умел заинтриговать. Главы банд поднялись с мест, вскоре расположившись возле иллюминатора. Сверкая синими вспышками, из аппарата вылетали корабли с окраской и символикой «Затмения». Вооруженные торговые баржи и пассажирские лайнеры, гражданские фрегаты и одноместные челноки, огромные транспортные корабли и маневренные старые бриги выстраивались у ретранслятора. Все многообразие пиратских судов сейчас собиралось в туманности Эта Хокинга, готовясь к броску на Омегу. Здесь было несколько военных судов, так же, как «Голлоний», купленных у утилизаторов или захваченных у служащих «Цербера», которые после гибели Призрака бросали свои корабли. Ярко блестел новой краской крейсер «Термин», бывший «Чикаго».
— Это силы для атаки на станцию, — заговорил Сейн. — Сегодня в 21.00 по Омеге они начнут штурм. Провал на Арилии на самом деле планировался с самого начала, Ария наверняка думает, что сосредоточенные там соединения — это мои главные силы, и отправляет в систему Сеймс триста бойцов, но мои самые боеспособные части здесь. Эта система — плацдарм, здесь все силы моего флота. В захваченных позавчера и вчера опорных пунктах Арии остались только заградительные отряды для защиты там интересов «Затмения». А этих сил, — он кивнул на иллюминатор, — вполне достаточно, чтобы прорваться к станции и начать сухопутную операцию.
В каюте установилось гробовое молчание. Зрелище такого большого количества кораблей, появившегося совершенно неожиданно, вогнало глав банд в состояние глубокого оцепенения, из которого быстро выйти было физически невозможно. Мир в их представлении просто перевернулся с ног на голову, и они с ужасом начинали понимать, что в эту самую секунду Ария окончательно теряет свое господствующее положение в системах Термина.
— Откуда? — подавленным голосом спросил Грилл.
— А вы думаете, что я задумал все это позавчера? Не-ет, я вместе со своими друзьями работал годами, а нападение «Цербера» и война мне только помогли.
— Ты же тогда еще не руководил «Затмением», — удивился Бестротти.
— Зато я знал, что буду им руководить. Это я сдал Седерис СБЦ. Вы думаете, что она сама взбесилась, когда к ней пришел фартовый Джонни? Ха! Да, она была стервой, но отнюдь не дурой — она бы не стала орать на человека, который пришел освободить ее из заключения. Это по моему приказу ей в еду подмешали психотропные вещества, от которых она слетела с катушек. Черт, я иногда думаю, что из меня получился бы отличный офицер ГОР, но проказница-судьба распорядилась иначе. Впрочем, я не…
— Стой, — перебил Воск, — я понимаю, как ты набрал корабли, это при большом желании можно сделать. Возможно, с помощью созданной тобой агентуры ты смог и перехитрить Арию, но объясни, что будет, когда ты высадишься на станцию? Чем ты собираешься брать отсеки?
— А ты думаешь, что я забыл о сухопутной операции? В этих транспортах, — Сейн показал в иллюминатор, — находятся пять тысяч бойцов, вооруженных, как турианский полк. У меня есть современные транспортные челноки, летуны, ИМИР'ы, сотни дронов и десятки ЛОКИ. Более того, на станции находятся восемьсот органиков, которые сочувствуют «Затмению». Когда начнется штурм, они возьмут в руки оружие и обратятся против Арии.
Главы банд переглянулись.
— Откуда? — повторил свой вопрос Грилл.
— Долго готовился, — отрезал Сейн. — Воск, я хочу сказать, что ты был прав, когда говорил, что воевать невыгодно, только ты ошибся стороной. Это если вы примете сторону Арии, война затянется.
— Я согласен, — торжественно заявил Бестротти. — Я поддержу тебя, Сейн. Слишком долго Ария вытирала ноги о «Коготь».
Грилл по-прежнему был в оцепенении.
— Но ведь на Омеге есть только одно правило, — шептал он.
— А вам это правило не надоело? Вам не надоело, что эта азари своим авторитетом перекрывает нам кислород на всех уровнях? Она заставляет всех нас работать на себя и отдавать огромную часть от прибыли. Она вмешивается в наши внутренние дела, ставит своих кандидатов и вообще всячески ограничивает наш естественный рост! — Сейн начал заметно воодушевляться. — Сколько можно смотреть на этот пафос, который исходит из нее, как вонь из кликсена? Неужели вам это нравится? Давайте наконец сделаем так, чтобы самим решать свои проблемы, а не ждать разрешения от этого двухсотлетнего артефакта. Ведь между собой мы всегда сможем договориться, а с ней, — Сейн показал на ретранслятор, — никогда.
В ответ Грилл только качал головой:
— Неужели такое возможно?.. Неужели ты действительно смог ее перехитрить? — ворка еще раз взглянул на иллюминатор и, до сих пор не веря в происходящее, отошел к дивану, тяжело обрушившись на мягкие подушки. — А когда начнется атака? — спросил он.
— В девять по Омеге.
Грилл посмотрел на часы:
— Через два часа?
— Да, поэтому ответ нужен мне сейчас. Или, когда вы пройдете через ретранслятор, мы станем врагами.
— К черту! — хлопнув по столу, вскрикнул Воск. — Я согласен. «Синие светила» поддержат «Затмение».
— Соглашайся, Грилл, — сказал своему лидеру кроган, — это выгодное предложение.
— Неужели это возможно? — повторял ворка. — Я даже не знаю.
Вдруг глава «Кровавой стаи» с ужасом понял, что все это не более, чем фарс, и на самом деле Сейн просто-напросто захватывает контроль над системами Термина. Им движет не желание сбросить ярмо тирании головорезов Арии, а добиться господствующего положения для своего бизнеса. По факту, поддержав саларианца, и он, и Воск просто-напросто поменяли бы одного надзирателя на другого, но в отличие от Арии, этот надзиратель мог опереться на куда более многочисленные силы.
Так или иначе, момент для противодействия был уже упущен. Грилл понял, что, разыграв свою комбинацию, Сейн перехитрил не только Арию, но и его. Все получилось ровным счетом наоборот его первоначальным предположениям — теперь поддержка Арии могла стоить больших убытков или, того хуже, гибели. Ворка принял единственное верное решение.
— Ладно, — отмахнулся он. — Но после смерти Арии мы все соберемся для передела Омеги.
— Отлично! — хлопнул в ладоши Сейн. — А теперь я предлагаю выпить за нашу скорую победу над Арией и за скорейшее начало независимого бизнеса.

И они выпили. Потом, когда все ушли, Сейн снова стоял у иллюминатора, наблюдая за выстраивающимися в боевой порядок кораблями. Ломать порядок, существовавший сотни лет, всегда очень волнительно, и он чувствовал себя частью грандиозного процесса, затрагивающего судьбы миллионов. В эти часы Ария еще называлась королевой пиратов, она еще сидела на VIP-уровне «Загробной жизни», а ее имя еще внушало ужас. Но уже сейчас в системе Чандрасекар собиралась огромная сила, готовая обрушиться на нее всей своей мощью и навсегда низвергнуть на дно галактического олимпа. Сейн был собой доволен, каждая минута приближала его триумф.
— На Омеге есть только одно правило, — постоянно повторял он едва слышным голосом. — Только одно правило. Ах, сколько пафоса. Не верю.
И он залпом осушил бокал.




Отредактировано: Alzhbeta.

Комментарии (7)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Регистрация   Вход

6   
Одна глава лучше другой! Так держать! cool
P.S. Желаю Вам вдохновение.
0
1721
7   
Спасибо. Буду стараться.
0
Докторъ_Дре
2   
Прекрасно, как и всегда! Автор, сколько еще глав планируется? smile
0
1721
3   
Ой ... много. Точное количество назвать не могу, но скажу что сейчас середина второго очерка, а всего их будет четыре.
0
ХАН
4   
Это хорошо, что много...
Умеешь ты заинтриговать. Прямо как Сейн biggrin
Кстати, довольно долго вспоминал, кто это такой. Вспомнил, а через три строчки уже прочел твое напоминание smile
0
1721
5   
Хе, хе ... стараюсь.
0
Alzhbeta
1   
"Я первый ворка Галактики!" - biggrin
Эта фраза сделала мне настроение, спасибо.

Пожелания:

-1