Власть Тени. Глава 26.


Жанр: фантастический боевик.                                                                          
Персонажи: Джон Шепард, Гаррус, Лиара, Джокер, Маркус Тайлер, Налена Дайлис и др.
Статус: Завершен.
Аннотация: Битва в космосе кажется уже выигранной, но "Цербер" преподносит сюрприз.
Предупреждение: События третьей части игры игнорируются полностью.
.

— Сэр! — лейтенант Робертс обернулся в сторону Синклера. В его голосе угадывался страх, — Наши корабли понесли огромные потери и отступают.
— Я вижу это, Робертс, — сухо отозвался майор, — Что у нас осталось?
— В строю только три фрегата и менее сорока истребителей, сэр, — ответил тот.
     Синклер удержался от проклятий. Появление авианосца застало его врасплох. Командующий эскадрой Альянса, надо отдать ему должное, устроил отличную западню для «Цербера». Удар последовал, когда космические силы организации уже были уверены в своей близкой победе. Они забыли об осторожности и попались на приманку. Оказавшись между двух огней, первыми обратились в бегство наемники из «Железного Легиона». Это было ожидаемо — наемники сражались за деньги, а не за нанимателей. Перед угрозой поголовного уничтожения они пришли к логичному выводу, что никакая плата не стоит такого риска, и бросились врассыпную. Их командиры, верные организации, уже не могли остановить запаниковавших подчиненных; не исключено, что те, кто попытались это сделать, были просто убиты своими же. Три уцелевших фрегата «Легионеров» ушли в сверхсветовой режим и покинули систему, и их бегство оказалось роковым — Альянс легко сломил ослабленную оборону «Цербера». Теперь, пытаясь по возможности огрызаться, корабли организации спешили укрыться под защитой орбитальных батарей. Противник не отставал и продолжал огонь. Настигнутые лазерными лучами и ракетами, разлетелись на куски еще несколько истребителей. 
— Каковы будут приказы, сэр? — спросил Робертс.
      Синклер помедлил несколько секунд. Ситуация была критической, но все же не безнадежной. Ценой огромных потерь, «Цербер» выиграл драгоценное время, и оборонительные способности базы еще не были полностью исчерпаны. Шансы на бегство оставались. Возможно, призрачные шансы, но это лучше, чем сдаться на милость Альянса.
— Мы продолжаем сопротивление, — сказал майор, — Наша система орбитальной обороны все еще боеспособна, она задержит противника.
      Нужно выиграть не так много времени. Техники уже почти закончили работу — еще немного, и «Тень» сможет бежать. О судьбе тех, кто останется в этой звездной системе, Ричард Синклер сейчас не думал. Это казалось вопросом второстепенным.
— Всем орбитальным батареям открыть огонь, — приказал он, — И... Робертс, свяжись с инженерами. Скажи им, что если не приведут двигатели в порядок в течение трех часов, то остаток жизни им придется наслаждаться космическими видами Арктура из иллюминаторов тюремных камер!

* * *

— Контр-адмирал, силы «Цербера» отступают, — докладывал капитан Амаги, — Мы уничтожили не менее десяти фрегатов и шестидесяти легких кораблей. Наши фрегаты продолжают преследование.
      Атака «Беарна» последовала соевременно — за свою боевую карьеру Вячеслав Орлов редко видел, чтобы подкрепление появлялось в столь подходящий момент. Конечно, в этом некоторую роль сыграло и везение, но, так или иначе, внезапный удар с тыла почти сразу сломил сопротивление противника. Теперь истребители ВКС, растратившие боезапас, вернулись к авианосцу, тогда как фрегаты продолжали погоню, значительно опередив крейсеры.
      Девятнадцатая эскадра тоже не обошлась без потерь. Досталось и «Москве», и «Сиднею» — попадания торпед и лазерных лучей не нанесли крейсерам фатальных повреждений, но оба больших корабля были потрепаны и лишились части артиллерии. Имелись убитые среди команд. Погиб «Трафальгар». «Амьен» превратился в развалину, не подлежащую восстановлению. Из двадцати четырех перехватчиков ближнего прикрытия двух крейсеров было уничтожено четырнадцать и тяжело повреждено пять. Зато ударная группа «Беарна» почти не сократилась в числе — всего один «Фаэтон» был уничтожен попаданием ракеты, еще четыре пострадали от выстрелов «ПОИСКа» вражеских кораблей.
      На схеме тактического планирования можно было видеть, как отступают на пределе мощности двигателей вражеские корабли. Фактически, их отступление со всеми основаниями можно было называть бегством. Почти бегством — потому что они все же не бросились врассыпную, а целенаправленно двигались к своим базам. Только наемники из «Железного Легиона», рассудив, что здесь им заработок уже не светит, ретировались, уйдя в сверхсветовой прыжок.
— Приказ фрегатам: прекратить погоню, — сказал Орлов, — Неразумно подставляться под эти орбитальные пушки.
— Вы правы, контр-адмирал, — согласился старший офицер.
      Атаковать легкими силами вражескую оборону значило бы понести неоправданные потери. Разумнее было использовать главный калибр «Москвы» и «Сиднея». Крейсеры разрушат орбитальные крепости, затем последует общая атака.
      Система тактической связи, контролируемая СУЗИ с «Нормандии», передала распоряжение на все корабли. Контр-адмиралу Орлову было все-таки немного не по себе оттого, что он, фактически, отдал управление эскадрой под контроль ИИ, но СУЗИ справлялась со своей работой превосходно. Контролировать ход боя сегодня было гораздо проще, чем прежде, когда за тактической связью следил обычный виртуальный интеллект. Вскоре корабли начали отворачивать, оставив уходящих церберовцев в покое.
— Приготовиться к открытию огня с дальней дистанции, — распорядился командующий эскадрой.
      Это могло занять определенное время. Стрельба издали не была эффективной даже по стационарной цели вроде космической станции. Курсовые кинетические пушки в теории имели неограниченный радиус действия — однажды запущенный, снаряд мог продолжать полет в неизменном направлении и с неизменной скоростью до тех пор, пока не столкнулся бы с космическим телом, чье гравитационное поле было достаточно сильно, чтобы отклонить его. Но, как обычно, теория не выдерживала столкновения с практикой. Уже на удалении в двадцать-тридцать тысяч километров, что не так много по космическим меркам, точность стрельбы падала до неудовлетворительного уровня. Главные ускорители могли вести огонь только прямо вперед по курсу, в чем был их главный недостаток: для их наведения приходилось разворачивать весь корабль. Но при стрельбе с дальних дистанций ошибка в тысячные доли градуса приводила к неминуемому промаху, и никакая самая совершенная система наведения не могла гарантировать разворот громады весом в сотни тысяч тонн с такой точностью. Чтобы стрелять наверняка, нужно было сократить дистанцию до нескольких тысяч, а еще лучше — до сотен километров, но это значило бы подставить корабли под обстел лазерных пушек и торпедных установок церберовских орбитальных крепостей. Контр-адмирал Вячеслав Орлов предпочел терять снаряды, а не людей.
* * *

— Капитан, пришло сообщение от командующего эскадрой, — сказала СУЗИ, — Фрегатам приказано прекратить преследование и отойти на безопасную дистанцию.
      Шепард кивнул. Приказ был оправдан — существовал риск, что фрегаты Альянса, увлекшись погоней, нарвутся на огонь стационарных батарей «Цербера», которые были достаточно сильны, чтобы нанести легким кораблям серьезный урон.
— Джокер, ты слышал, — сказал капитан, — Отходим к крейсерам.
— Так точно, — отозвался пилот с некоторой досадой: идея прекратить погоню за уже разгромленным, казалось бы, врагом, не пришлась ему по душе.
      «Нормандия» начала отворачивать, так же поступили и остальные фрегаты девятнадцатой эскадры. Крейсеры сбросили скорость — Шепард понимал, что они готовятся к обстрелу вражеских оборонительных станций. Подавив их огнем издали, эскадра Альянса получит возможность нанести завершающий удар: высадить десант и захватить «Тень» или же просто расстрелять ее.
      Эскадра маневрировала в относительной безопасности — на таком удалении система «ПОИСК» легко перехватит неприятельские торпеды, от кинетических пушек несложно увернуться, а лазерное оружие просто не может дотянуться так далеко. Авианосец «Беарн» остался позади, крейсеры выдвинулись в первую линию. Основная тяжесть атаки ляжет на них.
       Неожиданно тревожный сигнал взвыл в рубке «Нормандии». Джокер выпучил глаза:
— Какого... — и тут же пилот заложил крутой вираж. «Нормандия» метнулась в сторону, а там, где она только что находилась, сошлись, как лезвия ножниц, две линии голубого огня.
— Пушки «Таникс»! — выдохнул Гаррус, — Духи предков, откуда у «Цербера»...
     Турианец не договорил. Охнула Лиара. Шепард сжал кулаки, видя, как еще один поток раскаленной до чудовищной температуры плазмы настиг один из земных фрегатов — «Креси». Взрыв затмил даже свет солнца, корабль погиб мгновенно. Другие выстрелы были сделаны по крейсерам, к счастью, находившимся достаточно далеко. Те отвечали из орудий главного калибра, но расстояние, которое защищало их от МГД-пушек врага, одновременно снижало и эффективность их собственного огня.
      Дав несколько залпов, чтобы вынудить «Москву» и «Сидней» отойти, церберовцы снова перенесли огонь на отступавшую «Нормандию». Шепард видел, как разворачиваются массивные орбитальные установки, и через несколько секунд новые заряды слепящего пламени пронзили черную пустоту. Но теперь Джокер был начеку и легко вывел корабль из-под обстрела. Спустя несколько секунд вспышка взрыва сверкнула среди крепостей «Цербера» — снаряд с «Москвы» или «Сиднея» все-таки поразил одну из орбитальных пушек. Остальные — а было их пять или шесть — продолжали огонь.
      Шепард оказался захвачен врасплох, так же, как и его команда. Орудия «Таникс» были секретной разработкой Турианской Иерархии, созданной в результате изучения поврежденного орудия Жнецов, найденного после нападения «Властелина» на Цитадель. Они отличались гораздо большей, по сравнению с обычными рельсотронным кинетическими ускорителями, мощностью и точностью. Пушки Жнецов поражали цель сгустком жидкого металла, разогнанного до околосветовых скоростей в сверхмощном магнитном поле. В МГД-орудиях турианцев тот же принцип был использован для стрельбы плотными пучками горячей плазмы. Это не увеличивало поражающую мощь оружия, но управлять пучком плазмы и разгонять его было проще и требовало меньших энергозатрат. МГД-орудия доказали свою эффективность — в свое время «Нормандия» смогла быстро уничтожить с их помощью военный корабль Коллекционеров, и даже для самих Жнецов их залпы были губительны. Но турианцы не спешили делиться с соседями своим секретом: единственным кораблем чужаков, на который они позволили установить «Таникс», была «Нормандия», причем договор запрещал Альянсу демонтировать это оружие с корабля для изучения. Впрочем, и на флоте Иерархии МГД-орудия не получили широкого распространения — стоимость и сложность их производства была воистину чудовищной.
      Так или иначе, появление этого оружия у «Цербера» стало неожиданностью для всех, не исключая Шепарда. Не так важно было, украла ли организация секрет производства у турианцев, или так же, как они, разработала принцип МГД-оружия на основе трофейных технологий. Единственное, что имело значение — оборона «Тени» оказалась намного мощнее, чем можно было предполагать. Орбитальные пушки просто не позволят крейсерам Альянса приблизиться на дистанцию эффективного поражения. Оставалось только радоваться, что командующий «Цербера» с самого начала допустил ошибку, опрометчиво бросив свои корабли в атаку. Если бы эскадре ВКС пришлось вступить в бой с противником в зоне действия этих батарей, исход его был бы иным.
      Они и так доставили кораблям «Альянса» немало неприятностей. Погиб фрегат «Креси», и несколько выстрелов поразили «Сидней». К счастью для корабля, плазменный луч, в отличие от обычного снаряда, имел ограниченный радиус поражения: после выстрела он постепенно рассеивался, теряя поражающую мощь. Орудия «Цербера» дотянулись до крейсера на пределе досягаемости, но и этого оказалось достаточно, чтобы оставить в его борту несколько впечатляющих пробоин. «Сидней» отвернул в сторону, пока «Москва» продолжала обстрел, прикрывая его отход. Затем, не рискуя чрезмерно, отступил и флагманский крейсер, скрывшись, как за дымовой завесой, за выброшенными в космос десятками ложных целей-обманок.
      На мостике «Нормандии» повисла напряженная тишина. Молчали все — Джокер, Гаррус, Лиара, офицеры и пилоты на боевых постах, даже СУЗИ. Всеобщее внимание приковано сейчас к Шепарду. Казалось, все спрашивают его: что делать, капитан?
      Шепард сам задавал себе тот же вопрос. Внезапная демонстрация силы, которую предпринял «Цербер», превратила ситуацию из благоприятной для Альянса в патовую. Джон снова подумал: им повезло, что лидер противника, очевидно, не очень опытен в космических сражениях. Он нанес удар слишком рано — разумнее с его стороны было бы подпустить врага поближе и бить наверняка. Но отсутствие опыта не уменьшало силу оружия, которое оказалось у него в руках, да и вряд ли этот человек повторит свою ошибку. Это исключало очевидный, казалось бы, вариант дальнейших действий: ударить в лоб, используя мощные и живучие крейсеры как средство для подавления вражеской обороны. В перестрелке с орудиями «Таникс» «Москва» и «Сидней» если не будут уничтожены, то, как минимум, получат тяжелые повреждения. Обстреливать врага с дистанции, недосягаемой для МГД-пушек, ничуть не лучший вариант: можно потратить много часов и тысячи снарядов и ни во что не попасть.
       Разумеется, ситуация не становилась проигрышной: у эскадры Альянса все еще было достаточно сил для наступления, а в случае необходимости адмирал Хаккет пришлет и дополнительные корабли. Будь в составе девятнадцатой эскадры дредноут, проблемы бы не существовало вовсе: он сокрушил бы оборону врага одним решительным ударом. Но крейсеры все же не обладали достаточной огневой мощью и защищенностью.
      Обе стороны прекратили огонь. Эскадра Альянса собралась вместе и теперь торопилась перегруппироваться, оставаясь вне зоны досягаемости оборонительных батарей «Цербера». В свою очередь, немногие уцелевшие корабли противника скрылись под защитой орбитальной артиллерии. Бой временно прервался, но Шепард понимал, что это затишье не затянется.
— Джокер, курс — к «Москве», — сказал Шепард, — Я хочу встретиться с Орловым.

* * *

      Шаттл с «Нормандии» приблизился к «Москве». Крейсер погасил двигатели и лег в орбитальный дрейф, оставаясь вне зоны поражения вражеских пушек. Его угловатый силуэт закрыл огненный шар звезды, и красно-оранжевый ореол окружал мрачную громаду корабля. Корпус был покрыт светло-серым панцирем из новейшей противолазерной нанокристаллической брони. По мере того, как уменьшалось расстояние, можно стало рассмотреть подробности — маленькие полукруглые башенки импульсных пушек системы «ПОИСК», более массивные установки тяжелых гамма-лазеров, прикрытые бронированными заслонками пусковые шахты торпедных установок, надстройки и неспешно вращающиеся диски радарных антенн. Кое-где заметны были следы недавнего боя — оплавленные пятна на броне, дыры, оставленные попаданиями лазерных лучей, пробитые взрывами торпед зияющие бреши во внешнем корпусе.
      Шаттл нырнул под бронированное брюхо крейсера. Вспышки красных огней отмечали проем стыковочного шлюза, «Кадьяк» скользнул внутрь и погасил двигатели. Легкое сотрясение и приглушенный звук удара снаружи сообщили о том, что стыковочные манипуляторы подхватили корабль. Через полминуты ВИ дал знать, что соединительная труба подана к шлюзу челночного корабля.
      Шепард отстегнул ремни и встал с кресла. С ним были Гаррус и Лиара. Пройдя через шлюз, они оказались на шлюпочной палубе крейсера. Широкий коридор, освещенный стерильно-белыми огнями, протянулся далеко вперед. Вдоль его внешней стены размещались через равномерные промежутки массивные герметичные двери, ведущие к спасательным капсулам. Можно было видеть, что в дальнем конце коридора стена была деформирована — вероятно, в результате близкого попадания. Несколько роботов занимались ремонтом; пылало бело-фиолетовое пламя сварочных аппаратов. 
      Шепарда и его сопровождающих встретил капитан Амаги, который проводил их в конференц-зал крейсера. По пути им встретилось еще несколько групп ремонтников, занятых исправлением повреждений, но в целом, было очевидно, что корабль поврежден не очень существенно. Крейсеры отличались достойной живучестью — вражеские торпеды оставили немало пробоин во внешнем броневом корпусе, но жизненно важные центры корабля не пострадали. Потери среди экипажа, вероятно, тоже были невелики.
      В просторном конференц-зале их уже ожидали контр-адмирал Орлов и еще несколько человек в форме офицеров Альянса.
— Спектр! — приветствовал Шепарда командующий девятнадцатой эскадрой, — Рад встретить вас на своем корабле. 
      Он представил своих подчиненных. Капитана Сабуро Амаги — старшего исполнительного офицера эскадры — Шепард уже знал. Остальными оказались капитан корабля Нил Стаймен, старший офицер тактического планирования Дэниэл Розен и артиллерийский офицер Фиона Лайонс. В свою очередь, Шепард представил своих спутников. Все заняли места за просторным столом, имевшем форму кольца вокруг большого голографического проектора посреди зала. Сейчас над проектором светилось, медленно вращаясь, подробное изображение небольшой луны и объектов «Цербера» на ее орбите.
— Итак, — начал Орлов, — Мы должны решить, как действовать дальше. Предлагаю всем высказать свои соображения.
— Я не думаю, контр-адмирал, что исход боя можно расценивать как неудачный, — заметил капитан-лейтенант Розен, коренастый мужчина с явственно обозначившейся лысиной, — Эскадра противника разгромлена, и остались только эти орбитальные батареи. Тем самым, «Цербер» может еще обороняться, но не имеет шансов перехватить инициативу. Оставаясь на дальней орбите, мы блокируем их и можем спокойно планировать свои дальнейшие действия, — офицер усмехнулся, — Нам некуда спешить. Фактически, ничто не мешает нам ограничиться блокадой и дожидаться подкреплений. Если адмирал Хаккет направит нам в поддержку еще одну эскадру, мы раздавим вражескую оборону одним ударом и с минимальными потерями. К чему рисковать людьми и кораблями, подставляясь под огонь церберовских пушек?
— Это не совсем так, капитан-лейтенант, — тут же возразил Шепард, — Время работает на нашего врага так же, как и на нас. Наша главная задача — остановить «Тень». Если она уйдет, все наши успехи здесь будут стоить недорого. И я опасаюсь, что это возможно. Информация, которая у меня есть, позволяет утверждать почти наверняка, что корабль, фактически, достроен. В таком случае задержка может привести к тому, что они просто запустят двигатели и исчезнут. Мы должны действовать.
— Но это означает поставить эскадру под удар вражеской орбитальной артиллерии, — заметил Розен, — а она гораздо сильнее, чем мы могли предполагать. Потери будут очень велики.
— Эти орудия «Таникс» чрезвычайно опасны, — согласилась и офицер Лайонс — худощавая черноволосая женщина лет тридцати пяти, — И у них нет мертвых зон. Мы не сможем приблизиться с такого направления, с которого они не в состоянии будут нас достать. Если атаковать «Тень», то, прежде всего, необходимо нейтрализовать эти большие пушки.
— Они предназначены для уничтожения крупных кораблей, — сказал Гаррус, — Против атаки истребителей или штурмовиков они бессильны. Мы могли бы использовать ударную группу «Беарна».
— Могли бы, — согласился Розен, — Но я уверен, что «Цербер» позаботился и об обороне против легких сил. У них в достатке и лазерных установок, и ракетных батарей.
     Гаррус нехотя кивнул.
— А что, если действовать проще? — заметила Лиара, — Расстрелять издали и «Тень», и все орбитальные базы «Цербера»?
— Это не так просто, как кажется, — возразила Фиона Лайонс, — С дальней дистанции они легко перехватят все наши торпеды. А пушки недостаточно точны; попаданий не будет много. Мы просто не сможем сбить кинетические барьеры «Тени» или крупных орбитальных станций: временные интервалы между попаданиями отдельных снарядов будут достаточно велики для их восстановления. Попасть же в мелкую цель вроде пушки можно разве что случайно.
       Ненадолго все замолчали. Фактически, предложение капитан-лейтенанта Розена — дождаться подкрепления — выглядело наиболее разумным. Дополнительные корабли позволят создать достаточную плотность ракетного и артиллерийского огня с дальней дистанции, чтобы разрушить вражеские орбитальные укрепления, либо, сблизившись, подавят оборону «Цербера» быстрее, чем та успеет нанести серьезный ущерб. Атакуя же собственными силами, девятнадцатая эскадра, вероятно, все равно одержит верх в бою, но за это придется заплатить дорого. Было очевидно, что эта идея не вызывает энтузиазма ни у кого из офицеров Альянса, присутствующих здесь, включая контр-адмирала Орлова. И Шепрад разделял их настроение: проклятье, земляне и так понесли слишком большие потери во время войны со Жнецами! Жертвовать людьми ради уничтожения «Цербера» ему хотелось не больше, чем Орлову и его подчиненным.
      Но правдой было и то, что побег «Тени» недопустим. А судя по сведениям, которые удалось собрать в лагере «Железного Легиона» на Энгаре, строительство корабля уже находилось в финальной стадии. Пытаясь воспроизвести логику «Цербера», Шепард приходил к выводу, что в первую очередь строители постараются привести в рабочее состояние двигатели и систему жизнеобеспечения корабля, чтобы обеспечить ему возможность бегства. Все остальное, даже лаборатории, предназначенные для изучения технологий Жнецов, можно ввести в работу позднее, когда корабль заведомо будет в безопасности. А это значило, что «Тень» может быть уже готова к побегу; возможно, это дело считанных дней или даже часов. Если корабль скроется, это будет безусловным провалом всей операции — Альянс не получит ничего ценного. Шепард не сомневался — если они и захватят какие-то трофеи на орбитальных станциях, там не останется ничего, что можно будет использовать против «FSR». Впрочем, более вероятно, что все объекты на орбите заранее заминированы, и, уходя, «Цербер» просто взорвет их за собой.
— Контр-адмирал! — нарушил тишину голос из динамика видеокома, — Это офицер связи. Мы получили вызов с одной из орбитальных станций противника.
      В голосе связиста было удивление. Удивились и офицеры в конференц-зале — ни Орлов, ни Шепард не ожидали этого.
— Хорошо, переведите сигнал сюда, — распорядился контр-адмирал.
      Через несколько секунд голограмму спутника сменило изображение высокого, широкоплечего темноволосого мужчины в черно-серо-белом комбинезоне с эмблемой «Цербера» на груди.
— С кем я говорю? — не тратя времени на приветствия, спросил Орлов.
— Я — майор Ричард Синклер, глава службы безопасности объекта «Тень», — представился мужчина.
— То есть, «Цербера»? — сухо уточнил контр-адмирал.
      Майор Синклер кивнул.
— Если вам угодно. Прошу вас, контр-адмирал, у меня мало времени. Я обращаюсь к вам в тайне от своих руководителей.
— Кто они? Владельцы «Группы компаний Дальнего Космоса»?
      Офицер «Цербера» сухо усмехнулся.
— Я не буду ничего подтверждать или отрицать, пока мы не придем к соглашению.
— К соглашению? — командующий девятнадцатой эскадрой пристально смотрел на него, — Какого рода соглашение вы предлагаете, майор Синклер?
— Я смотрю на вещи реалистично, — ответил тот, — Я понимаю, что наша ситуация безнадежна. Но я хочу сохранить жизнь себе и своим людям. Поэтому я предлагаю сделку: в обмен на гарантию неприкосновенности для себя и, кхм... снисхождения для моих подчиненных, я отдам вам «Тень» и все, что находится на ее борту.
— То есть артефакты Жнецов?
— Контр-адмирал, я уже сказал: до заключения сделки я не стану разглашать никакую информацию. После вы получите все, что вам нужно. По-моему, это справедливо, и мои условия весьма скромны. 
      Взгляд Орлова заледенел.
— А, по-моему, Синклер, вы не в том положении, чтобы выдвигать какие-либо условия. Вы сами признаете, что ваше дело безнадежно. Зачем нам нужно договариваться с вами? Мы можем взять то, что вы предлагаете, силой.
— Это правда, — согласился тот, — Но в таком случае мы будем обороняться до последнего. Вы понесете большие потери; кроме того, я обещаю вам, что мы уничтожим все наши космические объекты, но не сдадим их вам. Вам нужны улики и информация — вы ничего не получите, если не пойдете на сделку. Подумайте, стоит ли оно того? Все, что я хочу — это защитить себя и людей, которые мне подчиняются. Дайте мне гарантии — и я отдам вам моих боссов.
— Единственное, что я могу гарантировать вам и вашим людям — законный суд и наказание, адекватное преступлениям против законов Альянса Систем, которые вы совершали. Уверен, в случае добровольной сдачи, приговоры будут смягчены.
      Синклер покачал головой.
— Нет. Не пойдет. Под «снисхождением» я не подразумевал камеру в тюрьме на Арктуре вместо газовой камеры.
— В таком случае, наш разговор беспредметен, — отрезал контр-адмирал, — Я не собираюсь отпускать вас и ваших людей. Вы блокированы в этой звездной системе. У меня достаточно сил, чтобы сломить ваше сопротивление. Но я тоже не хочу бессмысленных жертв, Синклер, поэтому, в свою очередь, предлагаю вам соглашение. Если вы сдадитесь добровольно, я гарантирую вам жизнь. В противном случае не рассчитывайте ни на какое «снисхождение». «Цербер» официально признан террористической группировкой. Тем самым, я имею законное право уничтожить на месте любого человека, связанного с вашей организацией, который попытается оказать вооруженное сопротивление. Если вы хотите спасти себя и своих людей — сложите оружие. Сделки на иных условиях не будет.
      Майор поджал губы.
— Это неразумно, контр-адмирал. Прошу вас — подумайте, прежде чем принимать окончательное решение. Узнайте мнение собственного командования, в конце концов — возможно, они думают иначе, нежели вы. Если вы решите принять мое предложение — передайте в эфир кодовый сигнал, скажем... «Сотрудничество». Я пойму и выйду на связь с вами. Если же нет... что ж, не думайте, что наше желание договориться говорит о трусости. Если другого выбора не останется, мы будем сопротивляться, но без гарантий со стороны Альянса не сложим оружие. Ричард Синклер, конец связи.
      Изображение пропало. Капитан Амаги презрительно усмехнулся.
— Я вижу, ублюдки понимают, что им больше не на что надеяться.
— Согласен, — кивнул капитан «Москвы» Нил Стаймен, — Это звучит как блеф. Отчаянная попытка выторговать для себя хоть что-то.
— С другой стороны, — заметил капитан-лейтенант Розен, — это может быть и к лучшему. Если они осознают безнадежность своего положения, это значит, что убедить их сдаться реально.
      Амаги нахмурился.
— Предлагаешь принять их условия, Дэн?
     Тот пожал плечами.
— А почему бы и нет? Нашей первоочередной задачей является захват «Тени». Сделка с Синклером гарантирует нам успех. Хотя это не обязательно, — Розен усмехнулся, — Если глава службы безопасности «Цербера» обращается к нам с таким предложением, представляю себе, каков сейчас моральный дух его людей. Они в отчаянном положении и осознают это. Все, что нам нужно — это подождать, пока их собственные бойцы не выйдут из повиновения.
      Лиара негромко кашлянула.
— Прошу прощения, что вмешиваюсь, — сказала она, — Но, возможно, «Цербер» и рассчитывает, что мы будем рассуждать именно так. Не исключено, что только ради этого майор Синклер и вышел с нами на связь.
      Контр-адмирал Орлов посмотрел на азари.
— Вы думаете, что они пытаются водить нас за нос, доктор Т’Сони? Но что им это даст?
— Выигрыш во времени, — спокойно пояснила та, — Они дают нам понять, что готовы сдаться, если условия будут приемлемыми. Я уверена, что если мы выйдем на связь с Синклером и подтвердим, что принимаем его предложение, он потребует гарантий от кого-то из высокопоставленных персон Альянса. Адмирала Хаккета, например, или самого Советника Андерсона. Потребуется некоторое время на то, чтобы связаться с ними и получить соответствующее подтверждение.
— Не такое уж продолжительное время, госпожа Т’Сони, — заметил Орлов, — Если даже вы правы, то «Цербер» выиграет на этих попытках «переговоров», самое большее, несколько часов.
— Это и беспокоит меня, — сказал Шепард, — Я думаю, что Лиара права. «Цербер» пытается играть с нами и тянуть время. Да, вряд ли они рассчитывают выиграть больше, чем несколько часов, но, возможно, больше им и не требуется?
       Его слова произвели впечатление на собравшихся. Офицеры девятнадцатой эскадры помрачнели, даже Розен, хотя и выглядел скептически, не нашелся, что возразить.
— Иными словами, вы настаиваете на немедленном штурме, Шепард... — видно было, что эта идея не нравится Орлову, — Боюсь, что вы правы, но... одну минуту. Да?
      Его прервал сигнал видеокома. Контр-адмирал обменялся с кем-то несколькими короткими фразами.
— Немедленно доставьте его на «Москву»! — завершил он и повернулся к остальным, — Я только что получил сообщение, которого жду уже некоторое время. В бою мы уничтожили десять вражеских фрегатов — я отправил вспомогательные корабли обследовать те из них, которые не взорваны в плазму, и подобрать выживших. Только что наша спасательная группа завершила работу. Им удалось найти пленных, в том числе — капитана, командовавшего одним из кораблей. Шаттл уже направляется к нам.

Комментарии (6)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Регистрация   Вход

Батон
4   
И все-таки, Таникс это не лазер. Его работоспособность зависит от количества материала для расплавления, т.е. в любом случае, количество выстрелов ограничено.
0
ОстА
5   
Зануда! cool
2
SVS
6   
А почему бы и не быть ограниченному боекомплекту? В каноне ничего на эту тему не сказано, да и ни там, ни у меня побоища не растягиваются настолько, чтобы боеприпасы подошли к концу.
0
SVS
2   
Ну, в данном случае я отклонился от канона, ибо слишком он противоречит здравому смыслу. "Таникс" - новейшая, сверхмощная и, соответственно, сверхсекретная разработка турианских оружейников. Ну откуда мог добыть его Гаррус - бывший военный и агент СБЦ, достаточно давно оставивший службу? Очевидно. такое могло быть сделано только по согласованию с Иерархией (конечно, в любом случае остается открытым вопрос, с чего это турианцы так расщедрились по отношению к опальному Спектру в МЕ2). К тому же в игре стоимость "Таникса" меньше, чем стоимость не ахти какой важной модернизации дробовика или снайперской винтовки. Это именно игровая условность, которую в рассказе я соблюдать не стал.
0
LSD
3   
Ну тогда все понятно. Так действительно лучше smile
0
LSD
1   
Quote
единственным кораблем чужаков, на который они позволили установить «Таникс», была «Нормандия», причем договор запрещал Альянсу демонтировать это оружие с корабля для изучения.

Если не ошибаюсь, Таникс установил Гаррус еще когда они сотрудничали с Цербером? Причем тут Альянс?
0