Герой не из нашего времени. Интерлюдия. Часть 1


Жанр: боевик/альтернативная реальность;

Персонажи: Виктус и Коррис Риготты, Шепард, Самара.

Предупреждения: Кроссовер вселенных, жестокость.

Описание: Виктус Риготт - воин из Вархаммера 40000 в Масс Эффекте! Излечиваясь от  ран, он вспоминает жизненный путь, полный бесконечной войны, побед и потерь.



Благодарю читателей, которые ждали продолжения и торопили меня. :-D
 По поводу этой интерлюдии. Хотя она большей своей частью посвящена Вархаммеру, ей место и на этом сайте и в этом моем рассказе. Почему? Потому что она содержит отрывки, имеющие непосредственное отношение и к Масс Эффекту, и к моему повествованию. Я попытался в этой интерлюдии рассмотреть с разных точек зрения моего любимого персонажа — Виктуса Риготта, а также показать его жизнь и развитие ДО событий рассказа и Масс_Эффекта_2. Потому интерлюдии быть и здесь ей место.

Спасибо за внимание, искренне ваш — автор сих строк. Приятного чтения.

---------------------------------------------------------------------------------------------------

Герой не из нашего времени.

Интерлюдия. Часть Первая.


Реальность Warhammer 40000. Империум. Сегментум Ультима. Субсектор Эрконима. Столичный мир Нергея. Улей Гросс-Магиструм. Нижние городские уровни.


— Виктус, ты пришел! — маленький мальчик в грязной изорванной одежде лежал на кипе размокших картонок, поджав перевязанные тряпками ноги. Два дня назад его покусали крысо-псы, и теперь он не мог ходить.
— Коррис, — только и смог вымолвить парнишка тремя-четыремя годами старше. Он упал рядом с младшим. Куча картонок чавкнула, приняв ещё одно тело: — Держи.
Коррис Риготт взял из испачканных рук брата пластиковый пакет. Заглянул внутрь и ахнул — там был полный завтрак из городской имперской сети быстрого питания. Что-то не так. Брат, который всегда старался приободрить и развеселить его, теперь лежит, как кусок синтезированной каши и не шевелится. И руки... его руки в крови.
Виктус перевалился с бока на спину и осунувшимися глазами взглянул на Корриса.
— Не парься, бро. Это был плохой мальчик. Он первый отнял у кого-то этот пакет, — сказал Виктус, поправив сползающую прядь волос на голове Корриса.
— Но... вдруг этот завтрак был кому-то нужен? — спросил младший брат.
— Тогда можешь отнести его бывшему владельцу, если тот ещё жив, а сам лечь умирать с голоду, — Виктус посмотрел на Корриса и больно щелкнул его по носу. — Жри, давай. Мне можешь не оставлять. Я съел булочку, — с этими словами Виктус отвернулся от брата и попытался поудобнее устроиться для сна.
Коррис знал, что фраза про съеденную его братом булочку была ложью — Виктус постоянно отдавал ему последнее, чтобы поддержать более слабого брата. С одной стороны Корриса мучала совесть, что из-за него тот голодает. С другой — он прекрасно знал, что если не поест — умрет. Чавкая, он украдкой бросал взгляды на брата, делавшего вид, что спит, и старавшегося не думать о принесенной еде.

Виктус кое-чего пока не знал. Парнишка, у которого он отнял ворованный пакет еды, был из большой и крепкой уличной банды. Виктус не добил его, и тот успел рассказать подельникам, кто его ограбил. Через три часа они нашли ночлежку братьев Риготт. Главарь банды рассудил просто — братья должны будут драться. Если выживут — вольются в его ряды. Если нет — туда им и дорога. Но Виктус знал, что Коррис не выдержит и одного удара. Он приказал брату оставаться на лежанке и вышел один против двоих. Вокруг импровизированной арены улюлюкали малолетние бандюганы. В руках — подобранный с земли маленький кусок трубы.



Виктус, не чувствуя боли в порезанных руках и проколотой ноге, изо-всех сил душил такого же, как и он, оборванца. Его противник был уже слаб и не мог сильно сопротивляться. Толпа кричала: — Добей! Добей! Добей!
На миг отпрянув, Виктус отмахнулся от рук своего врага и подобрал с земли испачканный в его же крови нож. Схватил за скользкую рукоять, навалился всем телом на противника и несколько раз ударил того в живот. Но лезвие было очень коротким, сантиметра три, не больше. Тогда Виктус ударил парня лбом в нос. С размаху. Трижды. Своя и чужая кровь текла по лбу. Старший из братьев Риготт коленками зажал чужие руки и бил кулаком по лицу, пока оно не превратилось в булькающее месиво. Виктус встал и со всех сил опустил ногу в грубом башмаке на хрупкое горло мальчишки из банды. Хрустнуло, и тело затихло.
В этот момент второй из бандюганов очнулся после того удара трубой по голове и со спины накинулся на Виктуса. Из захвата было не вывернуться. Силой урод обделен не был и мог просто свернуть ему шею. Виктус вонзил короткое лезвие в бедро врага и стал двигать куском металла туда-сюда. Когда нападавший чуть ослабил хватку, Риготт ударил его локтем в живот, а после кулаком прямо в горло. Не теряя ни секунды, Виктус накинулся на упавшего верзилу и воткнул ножик ему в сонную артерию. Кровь брызнула ему прямо на лицо. Противник судорожно вскинул руки и засветил своей бывшей жертве в глаз. Но Виктус только налег на нож и вскрыл супостату горло от уха до уха. Не то что руки по локоть, он был весь в темной и липкой крови.
Виктус встал, глядя на скалящуюся толпу. Утер разбитый нос, снова смешав свою и чужую кровь.
— Ну что, за кем тут бой? А? — и плюнул на застывшее лицо убитого.



Борт корабля «Найроби». Реальность Масс Эффекта.

Виктус слабо дернулся, балансируя на грани между сознанием и беспамятством. В глаза бил яркий свет потолочной лампы. Руки и ноги скованы. Какие-то голоса вокруг. Даже совершенное тело Астартес можно вывести из строя, и тогда его органы станут отказывать в службе.

Капитан медицинской службы ВКС Альянса Людмила Аргосова колдовала над сканерами, пытаясь понять, что же за существо лежит перед ней. Она оперировала людей, турианцев, азари, даже одного крогана и троих саларианцев. Но это закованное в броню чудовище вызывало у неё профессиональную растерянность, а это уже здорово её злило. Три почки. Три легких. Два сердца. А вот это вообще что за кусок мяса? Что за волокно в самом центре грудной клетки? А опухоль с обильным кровотоком у самой макушки? Два плотных шарика у горла и под одним из сердец. Ну, с сердцами ещё не так страшно — у кроганов их тоже два. Одно из них Людмила как-то удалила и поставила временный имплантат-протез. Зашел кавторанг Трелони. Тихо и вежливо проинформировал о том, что сюда прибудет внезапно воскресший коммандер Шепард и старая сучка Чаквас, когда-то заблокировавшая Людмиле повышение квалификации после того случая с двумя стажерами-инженерами и их передозом... Отлично, пусть сама и оперирует этого урода в черных доспехах.
Однако первой в медотсек «Найроби» вошла азари, тут же направившаяся к лежащему на столе Виктусу. На Людмилу синекожая дама только шикнула, когда та попыталась сказать ей, что это её «владения». Капитан набрала в грудь воздуха для решительного возражения против такого поведения, но азари на неё очень-очень грозно посмотрела. Да так, что у доктора чуть пониже копчика Берлинский симфонический оркестр отчаянно заиграл «Полет Валькирии», и госпожа Аргосова сочла совершенно необходимым покинуть свой же собственный медотсек, не обратив внимания на столкнувшуюся с ней ненавистную Чаквас.



###загрузка данных памяти###

Минуло два года. Братья Риготт влились в ряды банды. Они были самыми обыкновенными малолетними преступниками, которыми полон этот старый десятитысячелетний Империум. Виктус Риготт и его младший брат проявили себя с «лучшей» стороны — эту неразлучную парочку знали все попрошайки, бомжи, нищеброды, кормившиеся на этом уровне их города-улья. Знали как безжалостных поборщиков их ничтожного заработка. Хочешь просить милостыню на углу 1783-й и 0854-й? Тогда ты будешь платить местной банде, и не дай тебе твой Император утаить от братьев Риготт хотя бы монетку — всю душу вытрясут. Факт.
Однако Виктус всегда говорил Коррису — нельзя так все время. Ничего не бывает вечно. Ничего. На верхних ульях действовали другие законы, но и жизнь там была лучше. Дальше «тридцатника» в банде «Больших Башмаков» не задерживались. Пройдет третий десяток, а что потом?
К тому же недавно на этот уровень приходили Арбитры. Бандиты встретили их массированным огнем, но были втоптаны в породившую их грязь каблуками кованых сапог и траками тяжелых БТРов. Говорят, новый губернатор рьяно взялся за наведение порядка.
А время шло.

Орден космического десанта «Кровавые Тени» проводил очередной набор рекрутов. В записях Ордена эта операция носила выносную литеру «2». Набор Второго Типа — не с домашнего мира Теней, а с соседних планет имперского пространства.
Капеллан Эвандер и его аколиты прибыли на Нергею в поисках «сосудов» для священного геносемени ордена. На слепящих столбах пламени Эвандер опустился с высокой крыши нижнего уровня улья на вечно грязную дорогу. Нищие и бездомные шарахнулись от устрашающей фигуры капеллана с воплями ужаса, ибо они не могли вынести его величие и зримый гнев. Затем на портативных гравишютах спустились молчаливые аколиты — прислужники капеллана.
За спиной воина медленно остывали роторы прыжкового ранца. Он снял с пояса Крозиус Арканум и шагнул вперед.
Имперские граждане, кому не повезло родиться и жить на этом уровне, подались назад. Они расступались, держа приличную дистанцию между собой и олицетворением самого Императора.

— Есть ли среди вас достойные? — спросил Эвандер. Грубый голос космодесантника-ветерана, усиленный и искаженный вокс-динамиками череполицего шлема, оказался подобен грому миллиона молний. В ужасе люди побежали прочь от капеллана, торопясь и паникуя, в страхе затаптывая слабых. Эвандер констатировал: — Ответ отрицательный.

Даже здесь, в километрах от настоящей атмосферы планеты, под тысячетонными перекрытиями из пласкрита и стали, шел дождь. Мелкие капли грязновато-мутной воды срывались откуда-то сверху и падали на головы сгорбленных людей. Авточувства доспеха капеллана различили в воде примеси технических веществ, тяжелых металлов, полимеров и химикатов. Жить здесь для обычного человека означало «сгорать» гораздо быстрее, чем это предусмотрено его физиологией.
Когда этот город только строился, великие инженеры прошлого заложили в проекцию уровня обширные экосистемы. А вместе с ними и оросительные водные магистрали, чтобы даже вдали от настоящего неба люди могли получать его ласку в виде живительной влаги.
Прошли тысячелетия. Мечты о светлом будущем Империума оказались разбиты предательством Великой Ереси. Над человечеством сгустились сумерки жестоких времен. Многое пришло в упадок. Некогда стройный и чистый, уровень превратился в городское «дно», обитель влачащих жалкое существование.

Эвандер раз за разом задавал свой вопрос, провоцируя людей на действия, хоть сколь-нибудь отличающиеся от бегства. Иногда он хватал молодых парней, сканировал их медицинским ауспиком и отправлял их данные по закрытому каналу апотекарию Тамусу. Но тот раз за разом отвергал кандидатов с вердиктом: «Слаб. Нечист. Болен». Таких Эвандер убивал.
Влекомые людскими криками, на Эвандера наткнулись «Большие Башмаки» — одна из самых больших и жестоких банд этого уровня подулья. Огромная толпа разгоряченных дешевым синтетическим алкоголем и дрянными стимуляторами парней и девушек окружила капеллана и его аколитов. Эвандер с любопытством разглядывал их. Почти все они были просто сбродом, моральным и генетическим мусором. Однако из общей массы вонючих и потных мышц выделялись несколько человек, выглядевших лучше других. Среди них оказались и два брата — Виктус и Коррис Риготт.
— Есть ли среди вас достойные? — спросил Эвандер и нажал кнопку активации силового поля своего Крозиус Арканума. Яркие бледно-голубые молнии метнулись по адамантиевому Имперскому Орлу, чьи крылья были и символом веры и рубящей кромкой оружия. Аколиты синхронно щелкнули затворами болтеров.
Старший этого отряда бандитов, поняв, с кем он имеет дело, заорал всем, чтобы они сматывались. Но его послушались не все. Почти безраздельно властвуя в этой части своего уровня, члены группировки задавили всех реальных конкурентов и жаждали схватки и адреналина. К тому же, все они видели космодесантника первый раз в жизни и не представляли, на что они способны по-настоящему.
На капеллана обрушился огонь мелкокалиберного оружия. Большинство стволов даже краску на броне были не в состоянии поцарапать. Аколиты открыли огонь из болтеров, длинными меткими очередями укладывая преступников. Издалека ударил тяжелый стаббер. Один из аколитов упал, хватаясь за трещину в боку грудной кирасы. Оттуда тонкой струйкой лилась кровь.
В то же мгновение капеллан врезался в толпу, превращая «башмачников» в кашу изломанной плоти своими мощными ударами. Первый же выстрел из плазменного пистолета уничтожил стрелка и его стаббер. Второй проделал широченную дырку сразу в восьми телах. Нападавшие, естественно, были рассеяны моментально. Изувеченные тела не успевших убежать остались лежать в грязи.

Эвандер обернулся и увидел своих аколитов, державших на мушке двух парней довольно-таки приличного вида, стоявших в стороне. Два молодых человека у стены здания равнодушно смотрели на тех, кто мог их запросто пристрелить. Лазерные целеуказатели болтеров сошлись на головах ребят. Капеллан сразу угадал в них братьев. Один был чуть повыше и шире в плечах, второй, определенно, был ловчее. Эвандер указал на парочку рукой и сказал аколитам:
— Взять их. Руками, — аколиты закинули болтеры за спины. Капеллан бросил парням одно слово: — Защищайтесь.
Аколиты достали дубинки и начали обходить парней с двух сторон. Стоявший ближе к ним Виктус держал в руках трофейный шоковый жезл Арбитров. Коррис размотал длинную цепь с тяжелым шаром на конце.
Аколиты были не полноценными десантниками, а всего лишь рекрутами, прошедшими первичные имплантации и обучение, и только проходящими долгий путь Скаута. Капеллан отобрал нескольких из 11-й учебной роты*, лично контролируя их обучение. Они были с ним повсюду — прислуживали, помогали и внимали его мудрым речам.
Сейчас их задачей было «проверить на прочность» братьев Риготт, дабы их господин решил, стоит ли вообще обращать внимание на этих людей. Аколиты встретили, может, не самое умелое, но крайне ожесточенное сопротивление.

К моменту, когда братьев уткнули мордами в дорожное покрытие, трое аколитов утирали кровь с разбитых лиц. Один из них получил вечную отметину в виде ожога от шокера Виктуса и лишился правого глаза. Ещё один аколит лежал в луже с разбитой Коррисовым цепом головой. Его жизненные показатели падали.
Братьев Риготт доставили на верхние уровни к апотекарию «Кровавых Теней» Гордию Тамусу. Тот внимательно осмотрел юношей и, кивнув Эвандеру, сказал:
— Этих берем.



Реальность Масс Эффекта. Борт корабля «Нормандия SR-2». Медотсек.

Виктус пришел в себя на одном из столов для раненных. Площадь последнего пришлось увеличить, чтобы космодесантник банально с него не «свисал» — росту в нем было больше, чем рассчитывали конструкторы медицинского оборудования.
Проморгавшись, Виктус огляделся вокруг. За своим столиком дремала доктор Чаквас. Виктусу доводилось получать и не такие ранения. На заснеженных полях Иссмарагды воин Тысячи Сынов прострелил Виктусу грудную клетку четырьмя колдовскими болтами, тогда апотекарии заменили ему нижние сегменты легких и несколько метров кишечника.
Сейчас не надо было никуда бежать и ни с кем сражаться. Единственной задачей Виктус полагал себе выздоровление. Метаболизм Астартес работал на него, нужно было только ему помочь.
 В медотсек зашел Шепард. 

— Вижу, идешь на поправку, — сказал коммандер дежурную фразу. — Ты хорошо поработал. Побольше бы нам таких парней.
— Результат может не оправдать надежд, Шепард, — тихим голосом сказал Виктус. — Мы необычные люди, несмертные и им не подчиняемся, — он глубоко вдохнул и закашлялся. Глубоко в груди расправлялось мультилегкое, увеличивая концентрацию кислорода в крови до требуемых выздоровлением величин.
— Да... Самара поделилась со мной некоторыми твоими рассказами. Может быть, — коммандер задумчиво потер подбородок, — твоя правда. Но ты-то? Ты-то с нами, так ведь?
— Что-то не так, коммандер, — сказал Виктус, пытаясь повернуться на жестком ложе.
— С чего так думаешь?
— Твоя физиогномика, Джон, — устало ответил Виктус. — Проблемы. Из-за меня, так ведь? Нельзя вечно скрывать что-то вроде меня, да? Уверен, вопросы... — Виктус закашлялся (частично заполненное биопеной раненное легкое работало не в полную силу), — стали задавать сразу после моего визита на эту вашу Цитадель. И что теперь?
— Им хочется узнать тебя поближе. Слишком сильно. Как всегда, — Джон Шепард махнул рукой куда-то в сторону кормы корабля, — сразу нашлись паникеры. «Инореальное вторжение! Орды захватчиков! Ололо, мы в опасности», — командир «Нормандии» передразнил кого-то из власть предержащих и иже с ними.
— Я Адептус Астартес. Пусть здесь, в вашей реальности, это ничего не значит и, может, звучит даже смешно, но... — Виктус отпил из стоявшего на ближней стойке стакана. — Я богоизбранный воин. Щит и меч. Это не просто слова. Это моя суть, понимаешь ли ты это, Джон Шепард?
Шепард угрюмо кивнул.

— И что ты будешь делать, если на горизонте замаячат «особисты» и врачи в белых халатах?
— Я давно уже принял решение, — Виктус посмотрел в цепкие карие глаза коммандера. — Я никому не достанусь. Большинство из них я презираю по факту своего существования и, если так можно выразиться, воспитания. И хотя я со многим мирюсь, это не отменяет моего к ним отношения.
Шепард сделал круговой жест кистью левой руки, прося Виктуса пояснить.
— Я спокойно сосуществую на этом корабле с инопланетянами. Хотя все мое внутреннее «Я» кричит против этого. У вас тут царит всеобщая демократия и толерантность. У меня, — Виктус выделил это слово, — все с точностью до наоборот. Не позволяй чужому жить — вот один из девизов моей жизни. Представляешь, каково мне смотреть на ваш мир? — космодесантник с особым тщанием выговорил слова «ваш мир», тем самым дистанцируя себя от него. — Я никому не достанусь. Галактика безмерно велика. Я найду себе место. Или умру в бою. Такова моя судьба.
Виктус закрыл глаза и сложил руки на животе. Шепард ещё некоторое время сидел рядом, думая об этом разговоре. Потом встал, отряхнул невидимые пылинки с брюк.
— Ну, значит, так тому и быть.



=====================

Выгрузка из архивов ордена. Сегмент данных Тета-13. Подтвердите свои полномочия. Идентификация кода доступа. Частичные права. Дождитесь, когда сервитор принесет вам папирусную распечатку.

=====================

Мысль дня: Крепче держите свой меч Веры перед лицом грядущего.

= Выгрузка = Личное дело номер XXVLD2-N9307XVL-DDX4097=

Рекрут Коррис Риготт.


22 стандартных года. Физиологически здоров. Пригоден к первичной трансплантации. Морально и духовно чист, признаков скверны не обнаружено. Склонен к рукопашному бою. #Примечание. Привязан к старшему брату, психологически от него зависим, остро реагирует на его мнение. #Рекомендации: отделить от брата; передать в 8-й взвод Роты Скаутов на обучение брата-сержанта Октавия Гартона; поощрять независимость и стремление к переходу в штурмовые подразделения. #I# Поздняя правка Капитана Первой Роты: «Одобряю перевод в подразделение авангардных ветеранов после возвращения с Силикстийской кампании». #I# Третичный (рядовой) контроль библиария и капеллана Роты.

= Выгрузка — Личное дело номер XXXVLD2-N1307XVLL — DX4096=

Рекрут Виктус Риготт.

26 стандартных лет. Физиологически здоров. Пригоден к первичной трансплантации. Морально и духовно чист, признаков скверны не обнаружено. Первичные тенденции к стратегическому и тактическому мышлению. Имеет большие способности к рукопашному бою, однако не проявляет к нему особого интереса, отдавая предпочтение огнестрельному оружию. Усерден в молитвах. #Примечание. Привязан к младшему брату, связан с ним долгом «старшинства», неосознанно склонен к навязыванию (ему в частности) своего мнения. ##Комментарий библиария. Чрезвычайно устойчив к воздействию варпа##. #Рекомендации: отделить от брата; направить в Роту Скаутов в 5-е отделение брата-сержанта Крикса Терциуса; поощрять общекомандный дух, тактическое мышление, владение мечом (знак одобрения Мастера-над-Клинками); развивать подчинение, при необходимости — жесткими методами. -=#I#=- ПРАВКА МАГИСТРА ОРДЕНА (спустя некоторое время после вторичных имплантаций): «Перевести ко мне в непосредственное подчинение-ученичество». Первичный (знак особой важности) контроль библиария и капеллана Ордена! -=#I#=-.


###загрузка данных памяти###

Карлскона. 13 лет до освобождения Сангвины.

Любой нормальный человек, увидев такой туман, сказал бы сразу, что здесь что-то не так. Манлий Тит, капитан 5-й роты «Кровавых Теней», прожил уже семь с половиной столетий в этой галактике и видел всякие рассветы. То, что выползало на их позиции из долины, было холодным, стылым и неживым. Даже в ядовитых испарениях нечестивых капищ хаосопоклонников, тошнотворно-розоватых от рвущейся наружу энергии варпа, и то было куда больше жизни.

Рота заняла свои позиции. Тактические отделения, опустошители, танки, БТРы, артиллерия. Но все-таки Манлию Титу сейчас хотелось иметь, помимо всего прочего, укрепления из хорошей пластали и керамита, а не выдолбленные наспех траншеи из крошащегося рокрита.
Все дело в противнике. Рослые, целиком из металла, гуманоидные фигуры согбенных воинов, не таясь, шли сквозь туман к «Кровавым Теням». Некроны — отвратительные, мерзкие и невероятно опасные враги человечества. Их технологии были за гранью понимания техно-адептов Марса, их оружие действовало по невероятным и невозможным принципам. Некронов нельзя было запугать, они не вступали, за редким исключением, в диалог с врагом, и действовали по каким-то своим, неведомым схемам. Манлий находил в действиях хаоситов больше смысла и логики, чем в этих истуканах.

Они шли ровным рядами, плечом к плечу, настолько идеально синхронно, что это казалось нереальным. Зеленоватый свет фузионных камер их энергетических пушек напоминал Нурглово гниение и чистоту смерти одновременно. Лязг-лязг, стук-стук, и так ежесекундно.
Позади пехотинцев левитировали тяжеловооруженные воины. Они не имели ног, продолжением их туловищу ниже пояса служили гравитационные скиммеры. И где-то вдалеке сканеры улавливали присутствие бронетехники — огромных Пауков-могильщиков, способных восстанавливать поврежденных некронов прямо на поле боя.
Правый фланг Пятой роты защищали подразделения Четвертой роты, левый — Седьмой. И за спиной Манлия Тита ждали своего выхода штурмовики из Восьмой.
— Предельная готовность, братья, — передал капитан по воксу.

Налетел порыв стылого ветра, отбрасывая назад пелену тумана. Вражеских воинов стало видно лучше. Для обычного человеческого зрения. Астарте наблюдали их уже достаточно долгое время, чтобы взять на прицел.
Манлий Тит махнул рукой, одновременно с этим отдавая приказ через систему ретинального дисплея. Грянул настоящий гром. Две сотни болтеров, плазменных винтовок и пистолетов вместе с тяжелым вооружением открыли огонь. Бронебойные болты пробивали металлические тела некронов, разрывая их нечестивые механо-внутренности. Но даже при самых точных попаданиях, чтобы уничтожить одного пехотинца, требовалось минимум пара-тройка болтов.

Яркий шар перегретой плазмы с воющим свистом врезался в толпу некронов. Четверых испепелило почти полностью. Ещё десяток изломанных, оплавленных фигур разлетелись в разные стороны.
В этот момент они начали стрелять. И это было ужасно. Тонкие зеленые молнии метнулись к позициям «Кровавых Теней». Один из боевых братьев не успел укрыться в траншее. Заряд некронского «шкуродера» за миллисекунды развеял его шлем. Затем, едва заметно даже для сверхчуткого зрения Астартес, на молекулы распалась кожа воина, его лобная кость и мозги. На землю десантник рухнул обезглавленным.

Виктус Риготт, только получивший звание сержанта после кампании на мирах Остенрейи, дернул на себя рычаг привода счетверенного болтера и по пояс высунулся из окопа. Зеленая молния оставила глубокую борозду на его наплечнике. Виктус сжал гашетки, и четыре крупнокалиберных ствола заговорили с ужасающим темпом и грохотом, едва не перекрывая общую какофонию боя. Гильзы полетели на землю сплошной лентой, можно даже сказать — струей.
Технодесантник роты возражал против такого ненадлежащего использования тяжелых болтеров, но Магистр ордена и капитан Тит благоволили юному и способному воину, и на создание четырехствольной окопной «Косы Императора» закрыли глаза.
Воины из отделения Риготта закрыли мощными каменными блоками позицию своего сержанта, давая тем самым ему хотя бы какую-то защиту перед безжалостными зелеными лучами.
Раздались выстрелы тяжелой артиллерии с обеих сторон. Левитирующие уничтожители разнесли синхронным залпом один из брустверов. Если бы железяки умели испытывать эмоции, они бы огорчились — кроме пары турелей «Тарантул», никто не пострадал. Зато они выдали свои позиции, и по ним ударили тяжеловесные «Защитники». Почти половина попаданий были прямыми. Уничтожители некронов взрывались ярко-зелеными вспышками, вредя своим солдатам.

— Контратака! — провозгласил Манлий Тит. Половина космодесантников, под прикрытием ураганного огня своих товарищей, ринулась вперед. На позиции выехал танк «Хищник-Баал», подарок от братского старшего ордена «Кровавых Ангелов». Нос его башни кончался двумя штурмовыми пушками, их скорострельность зашкаливала... Даже «Коса Императора» Виктуса бледнела в сравнении с этим орудием. «Баал» буквально вминал разорванных его гневом некронов в сырую серую землю.
И прежде чем «Кровавые тени» столкнулись врукопашную с некронами, по железным истуканам ударили ракеты «Вихрей», выбивая неживых ксеносов целыми пачками.
Лязгнула сталь о сталь, благословенный керамит о псевдо-живой черный металл. Виктус вел свое отделение, на ходу ведя довольно-таки точный огонь. Над его головой проревело тридцать прыжковых ранцев — его брат Коррис Риготт вел три отделения штурмовиков для выполнения задачи по разгрому тылов противника. Неизвестно, умеют ли паниковать некроны, но их натиск ослаб, ряды смешались, а противодействие было не очень высоким. Так что, по меркам «Теней», Коррис получил плевую работенку...
Которую неожиданно провалил.
А все просто — инициатива не должна быть чрезмерной.

— Сержант! Ещё не время! — сказал Коррису один из его бойцов. — Пойми же это... — возглас воина оборвался, когда младший Риготт с неожиданной злостью стукнул его в нагрудник.
— Делай то, что тебе говорят! — с запалом произнес Коррис извечную фразу всех начальник и командиров. — Мы атакуем сейчас!
С этими словами молодой сержант включил свой прыжковый ранец. Полыхнуло голубоватое пламя. Скрипя зубами от негодования, недавний спорщик последовал его примеру. Коррис подал общий сигнал, и три отделения с ревом рванули ввысь.
Сила удара при приземлении разломала некрона на части. Коррис крутанулся вокруг оси, силовыми топорами разрубая оказавшихся рядом врагов. Он метался во все стороны как мстительная фурия, поражая металлические тела мгновенно и смертоносно.
За их спиной ещё ревел бой, а они уже расправились с этой группой некронов. С чувством исполненного долга Коррис воздел к небу силовой топор, стоя лицом к своим братьям. И первый же увидел проблему. Из клубившегося вдалеке тумана ровными рядами выходили «бессмертные» некроны с двуствольными пушками-бластерами. Возле них семенили покрытые гниющей человеческой кожей свежеватели. Но самой главной угрозой были парии некронов — противоестественный сплав металла некронтир и живой человеческой плоти. Их длинные алебарды были столь же опасны, сколь и красивы...
От этой еретической мысли Коррис вздрогнул. Враг превосходил их числом и заходил во фланг сражающимся. Но поскольку Коррис атаковал по своему усмотрению, братья из других отделений не придут на этот участок. Они доверились ему, что он справится. Слишком рано для атаки. Слишком поздно для отступления.
— Вперед! Мы атакуем!
— Мы можем вызвать поддержку! — сказали ему.
— Ни в коем случае, Миций, нет! Мы справимся сами, понимаешь! — он снял с пояса пистолет и выстрелил. — Мы ещё можем получить свою долю славы, брат.
— Но...
— Вперед! За Сангвиния! — прокричал Коррис. Его бойцы поддержали его. О, да! Они получили свою долю славы. Вот только половина из них уже не смогла насладиться ею.

Виктус ударом силового топора размозжил голову некрона. В сторону брызнули осколки металлического черепа и какая-то кибернетическая муть, бывшая внутри. Справа от него дредноут «Благословенный Фоэбус Лекаций» огромными клешнями доламывал останки паука некронов. В корпусе дредноута зияли дыры, откуда шел дымок и падали капли жидкости. Оттолкнув пехотинца, Виктус пригляделся и с содроганием понял, что это амниотические воды внутреннего саркофага, в котором хранятся живые останки воина «Кровавых Теней». Боевой брат, почти погибший годы назад и заключенный в адамантиевую плоть дредноута, снова был ранен. Виктус на мгновение ощутил фантомную боль где-то в груди, глядя на израненного великана.
Но «живущий в смерти» презирал боль и попирал её. И хотя здоровенный паук некронов уже был уничтожен, дредноут некоторое время все ещё крушил его металлическую плоть ударами силовых кулаков. Динамики ревели не переставая. Почтенный воин гневно кричал нечленораздельные проклятия и молитвы.

И тут Виктусу пришло сообщение от капитана Тита: сержант Коррис потерял уже шесть человек, и некроны теснят его, все оставшиеся в строю ранены. Спустя четырнадцать секунд, которые Виктус потратил на убийство двух пехотинцев (один из них едва не убил сержанта, распылив керамит на его воротнике) и изучение тактической обстановки через дисплей, рядом с ним остановился БТР «Носорог» с покореженной броней.
— Прыгай, сержант! — прокричал водитель через дыру в лобовой броне. На сидении виднелись неубранные ошметки предыдущего пилота машины, до которого добрались враги. Технодесантник прямо на поле боя восстановил подвижность транспорта. Виктус забрался на борт, и они двинулись.
Когда они прибыли, Коррис потерял уже двенадцать человек. Почти половину. Атака некронов была отбита, а сами они почти все уничтожены. Но небольшая группа потрошителей и отверженных уцелела и дожимала Астартес. Сверкали лезвия, шипели молнии «шкуродеров», грохотали болт-пистолеты. Виктус и около десяти воинов ударили им с тыла. «Носорог» раздавил восемь некронов (и случайно ногу одному из братьев). Скоро все было кончено.
Спустя несколько часов «Кровавые Тени» закончили зачистку плацдарма. Капитан Манлий Тит получил сдержанные поздравления Маршала Корнелиуша, командующего Крестовым Походом «Черных Храмовников». Сыновья Дорна наносили основной удар по армии некронов. Рыцарей в черных доспехах, вечных крестоносцев космоса, было не менее трех с половиной сотен, включая неофитов. Победа в войне, что обострилась той весной, в конечном счете, принадлежала им, хотя и «Кровавым Теням» досталась причитавшаяся им доля славы.

Виктус стоял возле штандарта, что доверили его отделению. Войско Манлия Тита перегруппировывалась. Нужно было деблокировать группу Имперской Гвардии. Сержант лениво поглощал что-то вроде рациона: в сражении он размахивал полуторным мечом, как пропеллер лопастью, и ему требовалось немного подкрепиться.
Внезапно он услышал, как по толпе его боевых братьев пронесся недовольный ропот. Виктус огляделся и заметил идущего Корриса. За ним следовали семеро воинов из его отделения. Шли, держась от своего сержанта чуть дальше, чем следовало. Корриса окружала почти осязаемая волна общего осуждения.
— В чем дело? — спросил подошедший Виктус. Он взглянул в глаза родного брата, и то, увиденное ему не понравилось. Корриса словно пеплом присыпали.
— Ты спрашиваешь? Почему было просто не дать мне умереть? — спросил Коррис, ткнув брата кулаком в нагрудник. — Я завалил дело. Я испортил атаку. Погибли братья. В этом виноват я. Но ты... — Коррис скривил тонкую линию обескровленных губ. — Взял и совершил геройский подвиг. Спас братьев. Спас меня. Атаку, — он удрученно покачал головой и пошел к стоявшим вдали «Носорогам».
Виктус стоял, разбираясь в том, что сейчас только что произошло. Его брат совершил тактическую ошибку, атаковав тыл некронов раньше необходимого момента. Это стоило жизни полутора десяткам воинов. 3-е отделение восьмой роты почти полностью уничтожено, 9-му досталось не меньше. Братья ещё долго будут вспоминать Коррису эту атаку. Краем уха Виктус услышал как те же воины, что осуждали Корриса, хвалили его самого за удачный маневр. Это было неправильно. Но также неправильным было то, что вместо себя Коррис винил Виктуса. Это так и не удалось исправить. Маленьким, Коррис за свои ошибки часто винил окружающих. Прошли десятилетия. Сержант «Теней» Коррис поступил также. Впервые Виктус задумался, что между ним и братом появляется не расстояние, не трещина — пропасть. И это было тревожно.

Прошло время. Точнее — годы. Кровью Виктус заслужил место в Первой Роте «Кровавых Теней». Дальше был только один карьерный шаг, который он видел для себя — Сангвинарные Гвардейцы. Командование отделением ветеранов, а ему прочили в случае чего лавровый венок сержанта 3-го отделения, его не интересовало. Он видел для себя совершенно другой, отдельный, путь служения Императору.
А Корриса едва не лишили сержантского звания за ту преждевременную атаку. Только вмешательство влиятельного Манлия Тита помешало этому — Магистр Ордена Тарквиций Комнин очень ценил капитана и прислушался к нему. Но взыскание на провинившегося все-таки наложил — год без силового топора, только с цепным мечом.
 ----------------------------------------------------
 Продолжение Интерлюдии следует тут же.

Отредактировано: Архимедовна.

Комментарии (2)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Регистрация   Вход

СтальнойКнязь
2   
Замечательная идея, и хорошая реализация! Молодчина!
0
GARRUS__VAKARIAN
1   
А я с громовым молотом хожу... Но чаще опустошителем играю...
0