Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Герой не из нашего времени. Глава 7



Жанр: боевик/альтернативная реальность;

Персонажи: Шепард, Самара, Чаквас, Виктус;

Предупреждения: Кроссовер вселенных;

Описание: Доктор Карин Чаквас спасает жизнь Виктусу Риготту - космодесантнику из реальности Warhammer 40000.

Шепард посещает крейсер Альянса, а его центурион дерется на ринге с негром.







Глава Седьмая.

Коммандер Шепард.

  Джон стоял на мостике в БИЦ, на командной палубе своего корабля, и смотрел в космос. Прямо перед ним был развернут голографический экран с данными сканирования. Работа множества разных устройств складывалась в одну четкую картинку.

  Посреди межзвездной пустоты лениво кружились обломки корабля Коллекционеров. Примерно половина звездолета была уничтожена взрывом главного масс-реактора. Оставшаяся часть корабля в виде трех разновеликих кусков стала центром противостояния нескольких кораблей Цербера и Альянса. Шепард понимал, как Призрак мог узнать, что кораблю инсектоидных недоумков придет крышка. Миранда сообщала своему боссу о каждом шаге капитана. Но Альянс? Что, на борту «Нормандии» двойной агент? Какая-то двуногая «ласточка» на «хвосте» принесла федералам весточку?

  Впрочем, это можно выяснить позже. В данный момент наклевывалась драка, и Шепард считал, что должен её предотвратить. Федералы с Цербером и так на вечных контрах. Стрельба была бы совершенно ни к чему.

— СУЗИ? — позвал Шепард электронную помощницу. — О чем они там говорят?
— Выясняют отношения на открытой частоте, коммандер. Каждая из сторон претендует на обладание останками уничтоженного корабля.
— Хм. Виктусу удалось осуществить задуманное. СУЗИ, где-нибудь есть сигнал нашего большого друга?
— Нет, коммандер. Но я могла бы воспользоваться сканерами шаттлов для увеличения зоны поиска.
— Принято, — Шепард щелкнул парой клавиш на капитанском терминале. — Челнокам «Десять» и «Полста-Первый» приготовиться к взлету. Погрузить на борта сканирующие модули.
— Сэр, мы приближаемся к ним, — сообщил по связи Джокер. — Нас засекли.
— СУЗИ, вызови обоих на связь.
— Выполняю.

  На флагманы обеих флотских групп был послан вызов. С крейсера Альянса «Найроби» ответил кавторанг Трелони, с крейсера Цербера «Мангуст» — Дойчман.

— Господа, вам так не терпится столкнуться лбами? — спросил обоих коммандер.
— Шепард? Значит, вы все-таки живы, — Трелони покачал головой. — Ханна будет удивлена.

  Коммандер до хруста в костяшках сжал кулаки. Чего-чего, а его мать сюда приплетать точно не стоило.

— Это заслуга Цербера, — сказал Дойчман. — А ваш Альянс даже толком поискать тело своего героя не удосужился.
— Хватит вам обоим уже! — повысил голос Шепард. — Это космос, а не песочница! Если вам так нужен корабль этих жуков недорезанных, разделите осколки напополам.
— Какой прок от половины? — спросил Трелони, протирая кокарду своей фуражки.
— А от всех? Да то же самое, кавторанг, — Шепард облокотился на поручень. — Я был на том корабле. Это рейдер. Пиратский, если быть точнее. Рабовладельческий. Большая его часть — это капсулы для пленных и перерабатывающие устройства.
— Что-что? Какие устройства?
— Перерабатывающие, — коммандер пожал плечами. — Наверное, они кого-то пускают на эксперименты, а кого-то так, на пасту питательную переводят.
— К чему вы это? — нахмурился Дойчман.
— А к тому, что все самое интересное было уничтожено при взрыве. Сами видите — шандарахнуло так, что только нос да корма остались. И то, без двигателей. Значит так, — Шепард выпрямился и стукнул кулаком в ладонь. — Альянс забирает себе нос корабля, Цербер — корму. Согласно данным сканирования — все единообразно. У кого мозгов больше, тот и извлечет пользу.

— Я согласен, — после небольшого раздумья ответил Трелони, водружая обратно на свою лысую голову форменную фуражку.
— А я нет, — уперся в свое Дойчман. — Это была операция Цербера, и трофей должен принадлежать нам.
— Коллекционеры похищают наши колонии! — крикнул Трелони. — И корабль нужен нам, чтобы понять своего врага.
— Значит так! Если вообще — это была моя операция, и если на то уж пошло, эти каменюки ни Альянсу, ни Церберу не достанутся, — Шепард поглядел на обоих капитанов. — Или вы соглашаетесь, господа, или я вас обоих найду где-нибудь на планетарной тверди и хорошенько всыплю по щам. Надоели.

  Нехотя два командира согласились. Когда экран видеотрансляции погас, СУЗИ сообщила Шепарду:

— Коммандер. Мной был обнаружен шаттл, принадлежащий республике азари. Древний. Ему не меньше трех с половиной столетий. Космодесантник был там.
— Был? Куда же он делся?
— Его забрали на флагман эскадры Альянса. Шаттл был отбуксирован в главный трюм «Найроби». Я не смогла помешать.
— Спасибо, СУЗИ. Я поговорю с этими парнями.

  Коммандер уселся перед своим терминалом — нельзя же стоять перед двумя небольшими терминалами, согнувшись в три погибели, круглые сутки. СУЗИ соединила его с кавторангом Трелони.

— Спасибо, коммандер, — Трелони вежливо кивнул. — Хорошо, что в Цербере прислушиваются к вам.
— Хотелось бы, чтобы и в Альянсе тоже, — ответил Шепард.
— Вне сомнения, — улыбнулся кавторанг. — Многие хорошо помнят, кому обязаны жизнью в битве при Цитадели. Такие вещи не забываются, коммандер, — он поднял руку, останавливая собиравшегося заговорить Шепарда: — Когда Альянс официально признал факт вашей гибели, Шепард, многие флотские, сражавшиеся вместе с вами против Сарена и Властелина, собрались на митинг памяти.

  Шепард вопросительно поднял бровь.

— Вашей памяти, коммандер, — Трелони прищурился, вспоминая те дни. — Вы спасли моего сына. Ваш корабль отвлек на себя огонь двух страйкеров гетов, и он смог увести свою космическую развалюху. Я, получается, лично вам обязан.
— Рад, что смог помочь.
— Чем могу я вам помочь, коммандер?
— На ваш крейсер доставили старый азарийский шаттл.
— А... вот вы о чем, — Трелони что-то проверил на своем капитанском терминале. — Что это за чертовщина лежала внутри?
— Он жив? — спросил Шепард, подавшись вперед.
— Жив. Находится, правда, в тяжелом состоянии. Мы диагностировали множественные ранения и повреждения. Кто это или что это?
— Главное, что вам стоит знать, — усмехнулся Шепард, — он человек, и он член моей команды. Он мне нужен, — слова последнего предложения Шепард произнес раздельно.
— Хм... коммандер. Мне предписано подобных граждан изолировать и конвоировать. На Арктур или Элизиум. Даже ребенку понятно, что это, так скажем, инопланетянин. Он не человек в нашем привычном понимании. Представитель другой цивилизации. А вы понимаете, что вытекает из этого определения.
— Кавторанг, сэр, я ценю ваше рвение и верность долгу, но моя миссия важнее — положить конец разгулу Коллекционеров. И этот человек важен для меня. Чертовски важен, — Шепард сделал паузу, поправив клапан на поясе. — Что же касается Виктуса Риготта, а его зовут именно так, то за подробностями можете обратиться к советнику Андерсону.
— Пока я до него доберусь, коммандер, меня успеют триста раз сожрать: начальство, высшие офицеры и так далее, — Трелони нахмурился.

  Шепард на секунду задумался, а потом клавишами оттарабанил СУЗИ просьбу срочно связаться с советником Андерсоном. Прошли долгие тринадцать минут, но советник все-таки ответил. Сигнал был переброшен через пару-тройку дюжин аванпостов, но соединение было установлено. Компромисс.

— Шепард, — Андерсон отвлекся от каких-то переговоров, пальцами помассировал лоб, потом устало улыбнулся. — Черт меня возьми, если ты не отрада для усталых глаз, дружище.
— Ты там как, Дэвид? — сочувственно спросил коммандер.
— Устаю. Страшно устаю, — советник передернул плечами. — Ладно. Ты ведь по делу?
— Да. Можешь посодействовать? Тут в руки кавторанга Трелони попал мой боец. В бессознательном состоянии. Раненный. И он мне нужен. Очень нужен.
— Я так понимаю, что есть проблема, иначе бы ты договорился с ним. Так ведь? — Андерсон кликнул пару раз по своему инструментону, и рядом с окошком Шепарда появилось лицо кавторанга Трелони.
— Да советник, сэр, — козырнул кавторанг Андерсону. — Мы классифицировали этот субъект как новую форму жизни, определенно агрессивную.

— Это человек, Дэвид. Ты ведь помнишь разговор с Найлусом Крайком о параллельных вселенных и реальностях? — сказал Шепард, поерзав на своем сидении. — Вот оно и сбылось. Точно тебе говорю. Этот человек, Виктус Риготт, десантник, просто нафаршированный биологическими имплантатами под завязку и в скафандре целиком из металла. Вот и все. И да, извини, что я его тебе раньше не представил, когда был с ним на Цитадели — занят был очень.

— И он тебе нужен? — Андерсон на мгновение задумался. — Протоколы для того и написаны, чтобы их исполнять. Однако, кавторанг, давайте поступим так. Вы отдадите коммандеру его бойца. А когда он разделается со своей миссией, он пришлет его в ваше распоряжение. На время, разумеется. Что скажете, джентльмены?

  На том и порешили. Коммандер должен был лично прибыть за Виктусом на борт «Найроби». С собой он брал пять человек сопровождения и доктора Чаквас, как единственного человека, хоть что-то знающего о «тушке» Виктуса.


Член экипажа Вильгельм Ровенсбоард.

  Вильгельм сидел в самом маленьком и скромном отсеке корабля. В комнатушке-клетушке, отведенной для десантного отряда. Этих парней Шепард поначалу не держал на борту, но незадолго до высадки на Корабль попросил Призрака прислать парочку. Центурион со сложной фамилией Ровенсбоард прибыл в распоряжение коммандера уже после возвращения Шепарда с операции. На небольшом челноке прибыло ещё два отделения по пять человек — центурионы Делазье Марк и Джоанна Торес. Всего, вместе с «Немым Вилли» — пятнадцать бойцов Цербера.

  Вильгельм сидел по-турецки на небольшой откидной койке и чистил модули винтовки «Мотыга». «Ироничное название, — подумалось ему. — Мотыга — это простейшее земледельческое оружие, изобретенное человеком. Проще только палки-копалки, но их даже изобретать не надо было. А тут — две палочки: одна длинная и тонкая, вторая короткая и широкая. Взял в руки и вперед — тюк-тюк землицу от рассвета до заката. А ежели по башке шандарахнуть? Вот и тут так — при полном отсутствии автоматического огня большая пробивная мощность и точность. То же „тюк-тюк", только уже по живым организмам».

  Вильгельм собрал оружие, прицелился в стену и вхолостую пару раз спустил курок. Когда он опустил оружие, то увидел в проходе капитана этого корабля — Джона Шепарда. Мгновенно Ровенсбоард спрыгнул вниз и вытянулся по стойке «смирно».

— Расслабься, — Шепард был хмур и задумчив. — По личному делу у тебя в наличии мозги и выдержка. Собирайся. Будешь нужен.

Вильгельм энергично кивнул.

— С Альянсом особых проблем нет? — спросил Шепард, умудряясь нарезать круги в небольшом пространстве. — Нет? Отлично. Пока назначен старшим десантной группы, — Джон круто развернулся на пятках и ткнул указательным пальцем центуриона в грудь: — Отметку получишь у оперативницы Лоусон — третья палуба, через холл налево. Пока отбери ещё четверых бойцов и через полчаса ждешь меня у челнока, понял?

  Снова кивок. Шепард пару секунд сверлил Вильгельма взглядом, а потом вышел также быстро, как и появился.


Доктор Карин Чаквас. «Сестра Милосердия. Адепта Сороритас — Ордо Госпитальерус».

  СУЗИ известила доктора о том, что ей нужно собираться для посещения борта «Найроби». Они нашли Виктуса, и ему требовалась хирургическая помощь. Чаквас, вздохнув, встала со стула и пошла к шкафчику, где хранилась её «выходная» одежда. Подумав, она решила одеть свой старый костюм. Не такой красивый и надежный, как новый, зато без символики Цербера.

  Она прихватила с собой несколько чемоданов с медицинскими препаратами. Уж что-что, а медотсек у Цербера был шикарен, лучше, чем на кораблях Альянса, и даже на старой «Нормандии» SR-1. И кто знает, что может пригодиться во время операции. Вообще, Чаквас плохо себе представляла, как она будет оперировать Виктуса. Она обладала хорошими познаниями в области ксенобиологии. Но все её пациенты, не принадлежавшие к человеческой расе, были, так сказать, продуктами естественного хода эволюции. И на них вполне предсказуемо действовали общие биологические законы. Определенные группы желез вырабатывали схожие гормоны, имевшие одинаковое значение. И в некоторых случаях даже взаимно заменялись.

  Но! Виктус Риготт, хотя и был при рождении человеком, сейчас был продуктом генетического эксперимента, просто поражавшего Карин Чаквас своей глобальностью, гениальностью и... сумасшествием! Действительно, чтобы создать весь этот массив дополнительных органов, так точно подобрав их составляющие, создать, по сути, заново новую эволюционную ветку... Надо было быть и гением и безумцем.

  Впрочем, когда Чаквас заикнулась насчет этого, Виктус положил свою огромную ладонь без брони ей на плечо, и попросил ради их дружбы больше никогда-никогда так не говорить. А то, мол, у них в каком-то Империуме его товарищи за такие разговоры головы простым людям отрывали за здорово живешь.

  И поэтому Чаквас нервничала, заходя в межпалубный лифт, чтобы отправиться в трюм к челнокам. Когда она подошла к центуриону Цербера, который должен был их сопровождать, её широким шагом догнала юстициар Самара. Один из рядовых штурмовиков чуть шею себе не свернул, провожая глазами шикарный зад азари в обтягивающих штанах из красноватого материала издалека похожего на настоящую кожу. Портативный генератор защитного поля, такой же, как и у Миранды Лоусон, в виде Y-образного ремня, только добавлял изюминку к облику юстициара, изящно как бы соскальзывая с левого бедра.

— Я должна пойти с вами, доктор, — сказала Самара, проникновенно заглядывая в глаза Чаквас. — Я вам пригожусь.
— Могу я узнать, каким образом? — спросил подошедший Шепард.
— Очевидно, — ответила Самара, развернувшись на складных каблуках, — когда Цербер составлял на меня досье для вас, коммандер, они забыли упомянуть полученное мною медицинское образование. Иногда я подновляю его. Я хочу помочь доктору Чаквас и Виктусу.
— Ладно, — Шепард повернулся к ожидавшим его приказа штурмовикам. — Ты и ты, остаетесь здесь. И троих хватит. Вперед.

  Доктор Чаквас села в кресло и для верности защелкнула на груди карабин страховочных ремней. Это была её привычка. С первых же месяцев службы в ВКС Альянса. Она достала планшет, на котором были записаны данные обследования Виктуса, и передала его Самаре, чтобы та хотя бы примерно знала, с чем им придется столкнуться. Как позже объяснила Самара, Виктус ей рассказал очень много про строение Астартес — юстициару было очень интересно узнать, как устроены подобные ему воины.

  На «Найроби» их встретили достаточно вежливо. Больше всего внимания досталось Шепарду и Самаре. Не каждый день экипаж крейсера мог видеть воскресшего героя и юстициара азари. Но это все лирика.

  На одной из палуб их встретил кавторанг Трелони. Усталое лицо вполне искренне произвело улыбку. Трелони пожал руку Шепарду, сдал все дела старшему офицеру и ушел спать. Ещё бы, больше суток на ногах.

  Виктус был помещен в спец-изолятор. Был на борту «Найроби» такой. За бронированными стенками находилась койка-стол для раненных и, в то же время, очень буйных пациентов. Огромное тело в черной броне было кое-как размещено на широченном столе и закреплено цепями по рукам и ногам.

  Самара молча прошла мимо караульных, не удостоив их даже взгляда. Она замерла у изголовья Виктуса, глядя в его бледное, обескровленное лицо. Ежик коротких волос был в плохо отмытой крови, глаза запали, черты обострились. Самара наклонилась к нему. Дыхания почти не было слышно.

  Чаквас сразу же «захватила власть» в этом медотсеке. Она расставила взятые с собой ящики по нужным местам. Извлекла тяжелые анализаторы, более мощные, чем встроенный в её уни-инструмент. Все это было закреплено на гибких подвесных манипуляторах и объединено в общую сеть.

— Нужно снять с него броню, — сказала Чаквас, включая свою аппаратуру. — Самара, вы знаете, как это сделать?
— Понятия не имею, — к удивлению доктора и коммандера Шепарда, Самара выглядела обеспокоенной. — Это знает только он сам.
— Он сейчас в бессознательном состоянии, — пробормотала в ответ Чаквас, колдуя над приборами. — Черт!
— Что такое? — спросили сразу и Шепард, и Самара.
— Мозговая активность. То нарастает, то резко спадает, словно у мотора мощности не хватает на пиковой нагрузке, — пояснила она. — Нужно привести его в чувство.
— Что? Это может быть опасно! — сказала Самара.





доктор Клаймен Дэнтс и Карин Чаквас.



  В медотсек вошел худощавый немолодой мужчина в темно-синем халате. Цепкий взгляд и орлиный нос вместе с идеальной выправкой и заложенными за спину руками создавали впечатление скорее проверяющего из Службы Безопасности Альянса, нежели врача. Пригладив правой ладонью редкие седые волосы, он представился:

— Я доктор Клаймен Дэнтс. Вы, наверное, не заметили, но вы вытеснили отсюда мою коллегу. Так или иначе, но на операции должен присутствовать медик этого корабля. С вашего позволения, — он иронично хмыкнул, — им буду я. Думаю, не стоит будить этого парня. Но если вы уверены в нем, делайте, как задумали.

— Вводим стабилизатор, — сказала Чаквас. Неслышно сработал пневмошприц, и по тоненькой трубочке потекло медицинское вещество. — Никакого эффекта. Увеличить дозу втрое. Коллега, возьмите со столика самый ближний к вам планшет. Вам следует с этим ознакомиться.

  Клаймен взял тот же планшет, который Чаквас давала в челноке Самаре. Пролистав пару страниц, он сказал:

— Я так и думал, когда увидел этого парня, что обнаружу всевозможные изменения основной человеческой биоформы. Надо же, сколько в нем всего. А что это за...

  Дальнейшие слова доктора Дэнтса были прерваны пробуждением Виктуса. Цепи лязгнули и натянулись. Из пересохшего горла вырвался яростный вскрик, оглушивший на секунду всех в медотсеке. Не растерялась только Самара. Она взяла Виктуса за голову, заглянула ему в глаза и попросила успокоиться. Как ни странно, это подействовало. С глухим стоном он откинулся назад, и его глаза снова закрылись.

— Биоритмы стали ровнее, — закусив губу, сказала Чаквас. — Приготовьте ещё стабилизатор, но пока не вводите.

  Карин вставила в рот Виктуса проводной многофункциональный датчик. Не моргнув глазом, она ввела несколько длинных, тонких щупов в три пробоины в броне. Спустя некоторое время она получила повторный отчет.

— Плохо дело, — сказала Чаквас. — Он в тяжелом состоянии. Множественные повреждения.
— Какие? — спросил Клаймен. — Моя коллега не очень хорошо успела изучить нашего, кхм, гостя.
— Смотрите, — Карин показала ему планшет с данными сканирования. — Деформирующее повреждение четырехглавой мышцы правого бедра. Сложный перелом правой бедренной кости. Вон как осколки сместились.
— М-да. Веселое, черт его побери, начало, — Клаймен потер подбородок.
— Дальше — больше. Сложный перелом двух ребер.
— Ну и ширина у них, однако...
— Колото-резаная рана почки. Огнестрельное осколочное ранение центрального сегмента правого легкого.
— Черт, — сказал Клеменс, пальцем указуя на другую строку, — ранение спины с проникающим в край печени.

— Сквозное ранение левой ноги. Деформирующий боеприпас — раздробило кость, — Чаквас обновила страницу. — И, в довершение ко всему, контузия, сквозное пробитие левого запястья и множественные мелкие огнестрельные ранения, не прошедшие дальше одного-двух сантиметров.
— Мы не доберемся до них, если не разденем его, — Клаймен подтвердил мысль доктора Чаквас.
— Его состояние стабильно, — сообщила Самара.
— Стабилизатор, — сказала Чаквас. Азари нажала на клавишу. — Хватит.

— Виктус. Виктус, ты меня слышишь?
— Да, доктор, слышу, — прохрипел Виктус. — Где я?
— В лазарете, — над ним склонилась Самара. — Мы поможем тебе. Виктус, нужно снять броню.

  У космодесантника открылись внутренние раны, когда он стал снимать верхнюю часть кирасы. Кровь пошла горлом, он закашлялся. Наконец, с грохотом, священный нагрудник улетел на пол. Шепард и прибывшие с ним штурмовики тут же оттащили его в сторону.

— Доктор. Самара. Кэп... — позвал Виктус. — Остальные части...

  Вчетвером, вместе с Клайменом, они раздели его до пояса. Пришлось и штурмовикам поработать — унести спинную часть брони. Доктор Дэнтс отрегулировал конфигурацию стола, уравняв положение Виктуса.

— Вы уверены, что годитесь для этого? — внезапно задал вопрос Виктус, глядя на Клаймена.
— Я присмотрю за ним, — сказала Самара, положив руку на горячий лоб Виктуса.
— У меня, знаете ли, обширная практика, — сухо заметил Дэнтс. — Приступим, доктор Чаквас?

  Карин кивнула:
— Скальпель.

  Виктус издал протяжный утробный рык, перешедший в низкочастотную вибрацию.

— Не ошибитесь, — прошипел он. Силы быстро покидали его. Лицо заливала смертельная бледность.
— Болеутолящие, — попросила Чаквас. Клаймен через инструментон отдал приказ аппаратуре, и та стала вводить приготовленные Чаквас препараты.
— Слабая надежда, — прошептал Риготт. — Другая химия, — он закашлялся, брызгая кровавой слюной: — Слабая реакция. Но я не боюсь боли.

  Карин испытывала невероятное волнение. Как перед плохо выученным экзаменом. К её чести, такой был только один, и то по факультативному стороннему предмету. Она аккуратно отрезала подкирасную тунику. Черный волокнистый слой под кожей был пробит в нескольких местах. Там виднелась розовая плоть, кости и внутренние органы.

— Ненавижу деформирующие боеприпасы, — сказал Клаймен и кивнул Карин в сторону аппаратуры. Чаквас поняла этот жест, и потянулась к инструментону.
— Не отключайте... — сказал им Виктус. — Не... Не отключайте меня, — он стиснул зубы и сжал кулаки.
— Нет времени, — сказал Дэнтс. — Пускай, если он так крут.

  Самара неодобрительно на него посмотрела и положила вторую ладонь на большой лоб Виктуса. Она сконцентрировала свое внутреннее «Я» и потянулась сознанием к разуму космодесантника, стараясь отвлечь его от боли и ранений.

  Чаквас взяла в руки лазерный скальпель. Укоротила длину луча. Чаквас и Клаймен работали очень осторожно. Они привыкли оперировать обычных людей и инопланетян, и многое в анатомии и строении скелета Космического Десантника их шокировало. Кости Виктуса можно было уподобить основным линиям космического корабля — таким же мощным и металлическим. Ребра, значительно более плоские и широкие, чем у нормальных людей, защищали жизненно важные органы и многочисленные трансплантаты, которых не было в человеческом теле.

  Чаквас сделала несколько больших и глубоких разрезов и закрепила их расширителями. Отодвинув в сторону оолитовую почку, она добралась до обычной. Орган был сильно рассечен. Чаквас осторожно извлекла обломок тонкого лезвия. Такая рана осложнялась травматическим шоком и обильной кровопотерей. Карин наложила рассасывающийся шов и удалила сгустки крови.

  Гораздо сильнее пострадала печень. Выстрел в спину не только повредил мышцы, но и задел этот важный орган. Прямое действие огнестрельного снаряда и образующейся перед ним волны сжатого воздуха вызвало разрушение тканей по ходу раневого канала. Карин должна была быстро удалить отмирающие ткани и наложить шов. Она видела, как из раненного органа сочилась кровь.

  Чаквас оттеснила левую долю печени вниз и вправо, прижгла надорванные связки. Мелкие желчные протоки и пульсирующие сосуды она перевязала кетгутом (саморассасывающийся хирургический шовный материал — прим. авт.). Пережав печеночно-двенадцатиперстную связку, она остановила кровотечение.

— Отсос, — скомандовала Чаквас. Клаймен опустил один из манипуляторов, и аппарат удалил натекшую в брюшную полость кровь. — Здесь зашиваем. Обработайте кристаллидным раствором, Дэнтс.

  Впереди было ещё очень много работы. Клаймен обработал ранения особым раствором, который предотвращал дальнейший некроз тканей, заживлял верхние слои и повышал общий тонус. Быстро манипулируя лазерным скальпелем, со сноровкой, достигнутой в бесчисленном множестве самых разных медицинских операций, Чаквас прижгла мелкие раны и разрывы, и они закрылись. Виктус судорожно сжал челюсти. Он становился все бледнее, но не издавал ни звука. Пот градом катился по его лбу.

  Чаквас перешла к раненному легкому. Дыхание Виктуса показалось Самаре очень странным, но затем она догадалась, что эти звуки издают сами легкие. Клаймен присоединил шланги отсасывания. Проблема была в том, что игольчатый снаряд раскололся, и его части веером разошлись в разные стороны. Это предвещало большие неприятности.

  Но тут Дэнтс показал ей на один из швов. Чаквас удивленно подняла брови и ненадолго остановилась. То, что она увидела, подняло, как и её настроение, так и шансы Виктуса на удачное выздоровление. Один из первых швов почти полностью зажил. Операция длилась не так уж долго, а рана уже самоисцелялась. Это было поразительно. Карин в очередной раз удивилась гению того, кто создал таких воинов, как Виктус. Он был почти... богом, подумалось ей.

  И хотя она этого не знала, она была более чем права.

  В окружности раневого канала были плотные сгустки крови, обрывки легочной ткани и мелкая металлическая крошка. Виктус трудно дышал. Это было понятно — в плевральную полость попал воздух. Чаквас отдала команду через инструментон, и манипуляторы стали по одному извлекать мелкие осколки. А сама доктор стала закрывать источники кровотечения. Потом она подсоединила к ране дренажную трубку, чтобы ликвидировать гемопневмоторакс и расправить легкое. Затем Чаквас пришлось ушить несколько поврежденных сосудов.

  Зашипела система обеззараживания. Это Шепард со штурмовиками вышли из медотсека.

  Прошло несколько часов. Наконец двери медотсека открылись, и оттуда вышла Чаквас. Она выглядела очень уставшей. Ещё бы... такая сложная операция на практически неизвестном и неизученном организме.

  Её встретил Шепард.

— Когда можно будет забрать его на «Нормандию»? — спросил он.
— Если очень аккуратно, то прямо сейчас, — ответила Чаквас.
— Карин, — сказал Джон, — вам надо отдохнуть. Вильгельм, проводи доктора до кают экипажа. Палубой ниже. Вам же нужно будет навестить Виктуса перед транспортировкой на «Нормандию»?
— Вы совершенно правы, — кивнула Чаквас. — Идемте... Вильгельм. Я так устала.


Член экипажа Вильгельм Ровенсбоард.

  Центурион Цербера с интересом осматривал крейсер федералов. Отчасти потому, что когда-то давно он сам хотел служить в Альянсе. Тогда он был молодым парнишкой и безоговорочно верил красочной пропаганде вербовочного пункта в родной колонии. Потом был налет пиратов, три месяца партизанщины в горах, голод, раны, первые убийства.

  Когда на помощь наконец-то пришли хваленые морпехи, население колонии уменьшилось втрое. Половина выживших горбатилась на пиратов в цехах единственного планетарного завода, другая половина бегала и пряталась. Радости избавители принесли немного. Насадили новую администрацию, прислали военных, да ещё и обвинили бойцов сопротивления в экстремистской деятельности. В общем, лучше стало ненамного.

  Сморгнув, он отбросил в сторону воспоминания о былом. Вильгельм проводил доктора Чаквас до комнаты отдыха и стал искать место для себя. Согласно приказу кавторанга, им был дан допуск на некоторые палубы и в отсеки. Что, вообще-то, здорово удивляло центуриона.

— Эй, ты, — окликнули его со спины. Вильгельм повернулся, держа шлем под мышкой.
— Чем могу помочь? — с абсолютно каменным выражением лица спросил Вильгельм.
— Предлагаю спарринг, — к нему подошел рослый чернокожий матрос-механик. Форменная рубашка была закатана выше локтей. Правое предплечье обвивала вытатуированная змея, пожиравшая собственный хвост: — Хочу посмотреть, из чего вы там, в Цербере сделаны.
— Из камня и стали, — процитировал Вильгельм своего наставника. — Веди.

  Их окружила стайка матросов, и его увели в трюм.

  Матросы и несколько офицеров галдели у ринга, делая ставки и призывая Расмуса показать церберовцу его место. Вильгельм отлетел в сторону и плюнул на пол густую кровавую слюну. Левую сторону челюсти он вообще не ощущал. Как будто вместо неё там была вата. Чернокожий Расмус оказался очень ловким и чертовски сильным. Ровенсбоард пропустил ещё пару ударов и с разворотом грохнулся на ринг. Огромных усилий ему стоило просто перевернуться и, пошатываясь, встать. Расмус уверенно подошел к Вильгельму и ударил под дых. Центуриона сложило пополам. Он несильно ткнул Расмуса в челюсть. Тот проигнорировал удар.

— Все-таки ты не боец, кусок идиота, — фыркнул Расмус. Он кивнул кому-то в толпе.

  В следующую секунду Вильгельм вложил все оставшиеся силы в один удар. Кулак рассек воздух и ударил чернокожего громилу сбоку в голову. Казалось, что в крейсер попали из кинетического орудия — когда Расмус, взмахнув руками, с грохотом упал на бок.

— А ты трепло, — просто и без пафоса сказал центурион. — Делай дело.

  Когда он перелез через канаты ринга, его встретил коммандер Шепард. Взгляд этого парня не сулил Вильгельму ничего хорошего.

Отредактировано: Архимедовна.



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 24.07.2012 | 4632 | 25 | Герой не из нашего времени, Астартес, доктор Чаквас, Нормандия, комодесант, Шепард, Альбакар | Альбакар
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 80
Гостей: 67
Пользователей: 13

Dredd1875, GoldFox, Соловей, XIX, Kostelfranco, FallenAngel, Faler92, ARM, bug_names_chuck, 1stSgt, RedLineR91, Darth_LegiON, Доминирующее_звено
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт