Приоритет - Сарен. Найти и уничтожить. Глава 2: Цитадель или в нашем полку прибыло


Жанр: приключения;
Персонажи: Шепард и Ко + ОС;
Аннотация: Обычный парень по непонятным пока причинам попадает в слегка измененную вселенную Mass Effect. Он обладает знаниями о предстоящих событиях и возможностью эти события изменить. Вот только как он этим распорядится? Раскроется ли он перед кем-нибудь или будет исподволь направлять события в нужное русло? И удастся ли ему вообще что-нибудь изменить?
Примечания автора: Моя проба пера. Поддался крику души «Тема русских не раскрыта!», плюс решил добавить малость заклепок и логичности. Переписать концовку — обязательно. Как — война план покажет.
Описание: Немного информации о темном прошлом камрада Дубровского, конкретики по окружающей обстановке и пополнение команды инопланетными товарищами.

Глава 2. Цитадель или в нашем полку прибыло. 

Если с другом вышел в путь,
Если с другом вышел в путь —
Веселей дорога!
Без друзей огня чуть-чуть,
Без друзей огня чуть-чуть,
А с друзьями — много!
Что мне гет заводной,
Что мне торианин злой —
Когда мои друзья со мной...

Авторские маразмы.


Удар справа. Удар слева. Серия. Прикрыться. Удар слева. Удар слева. Груша уже начала опасно поскрипывать креплением — ну дык, если тебя подвесить к потолку и минут сорок поколотить изо всех сил, то не только поскрипывать начнешь, гы. Закончив акт избиения спортснаряда, я присел на скамейку, глотнул сока из пакета и накинул полотенце на плечи — в ангаре «Нормандии», где силами экипажа слева от выхода из лифта был оборудован спортуголок, постоянно было холодновато. Мало того, что помещение очень большое, так и ядро рядом — а там и системы охлаждения. Так что с голым торсом тут особо не побегаешь. Что ж, настало время обдумать свое положение и составить планы на будущее.

Итак, для начала ответим на вопрос: кто я вообще такой? Разберемся с личностью младшего лейтенанта. Глеб Дубровский, родился двенадцатого февраля 2157 в славном городе Женеве, наследник потомственной династии русских офицеров — с начала двадцать первого века. Мотался вместе с родителями по гарнизонам — тут мы с Шепардом похожи. По ходу вникал в различные армейские премудрости: родители частенько оставляли меня на попечение друзей-военных, а чему еще может научить старый солдат, до этого обучавший лишь салаг-новобранцев? Явно не акробатике. И не азам зоологии.

В общем, к моменту поступления на подготовительные курсы младших командиров в армейский колледж для детей военнослужащих — в шестнадцать лет, как и положено — будущий сержант уже знал больше, чем многие выпускники. Но не надо думать, что из-за этого инструкторы загружали меня меньше остальных! Не-е-ет, инструктор — это такое ехидно-злобное существо, следящее за тем, чтобы курсант постоянно занимался изучением, анализом и закреплением теоретического материала, выполнением практических заданий и физподготовкой, обладающее чернейшим чувством юмора, богатейшим запасом изощренных ругательств и целой россыпью педагогических армейских приемов. У сержанта Грина, ответственного за наш взвод, например, была такая любимая шутка: посреди ночи поднять нас истошным криком «Взвод, подъем, лемуры крапчатые!!!», затем подойти к одному из курсантов, сказать несколько слов из устава и потребовать закончить фразу. Ошибся хоть в одном слове — бежишь полтора километра, пока остальные отделываются «еженощными» пятьюстами метрами. По мере прохождения службы дистанции увеличивались, и так до тех пор, пока все курсанты не знали Боевой Устав как «Отче Наш». И даже лучше.

Возвращаемся к нашим баранам. Почесав затылки после того, как я на первом проходе полосы препятствий побил рекорд скорости на пять секунд, инструктора погоняли меня по другим тестам, снова почесали затылки, перелопатили архивы, нашли план подготовки десантников из 101 дивизии, нехило подредактировали и сказали мне: «Сынок, хочешь не хочешь, но через четыре года ты выйдешь отсюда не сержантом морской пехоты, а будущим офицером спецназа.» И началось... На всех физических занятиях мне выдавались нормативы, нехило превышавшие обычные взводные. На стрельбах от меня ждали феноменальной по меркам остальных новобранцев меткости и скорости. Когда на занятиях по тактике все изучали общевойсковые сражения времен Войны Первого Контакта, я анализировал тактику партизанских действий отрядов спецназа на оккупированной турианцами Шаньси. И не надо думать, что все это усваивалось мной «с лёту» — нет, это была тяжелая работа, порой на грани нервного срыва. Все четыре года у меня была только одна мысль — скоро учеба закончится, и закончатся мои мучения.

Наконец, в 2177 я закончил подготовку, получил патент сержанта и был направлен проходить службу на Терра Нову, где ошалевшие от радости при виде такого умелого сержанта старшие офицеры 12 отдельной бригады морской пехоты тут же поставили меня командиром взвода. И если вы думаете, что мне дали обычный взвод, то вы очень наивны.

Второй взвод первой роты первого батальона. Семнадцать парней и пять девушек. Самый оторванный и безбашенный взвод на, как мне показалось, всей планете. И им дали «командира-свежачка, только из учебки» как вежливо выразился один из пехотинцев, не произнося, конечно, что он думал на самом деле. В тот раз я воспользовался советом майора Хайрема Донована, по совместительству моего дяди. «Парень, — как-то сказал он мне, — если тебе когда-нибудь дадут подразделение лихих сорвиголов и тебе придется доказывать, что ты достоин быть их командиром, то запомни: лучший способ — это хорошая взбучка. Уложи на лопатки самых задиристых, ребята тебя зауважают. Покажи, что ты грамотный командир — они выполнят любой твой приказ. Отмазывай их перед начальством и наказывай сам — и они пойдут за тобой в огонь и воду». Я воспользовался этим советом, и через полгода второй взвод вызывал ассоциацию с сержантом Дубровским, а стоило кому-нибудь сказать «сержант Дубровский», как ему отвечали — «а, тот самый командир второго безбашенного». Нужно отметить, что мои головорезы вполне заслуженно ставили себя выше других подразделений бригады — они были лучшими. От того и проблемы с завышенной самооценкой и излишней лихостью.

Через год нашей бригаде выпала честь участвовать в конфликте, который позже назовут Скиллианским блицем, причем в самой эффектной его части — бомбардировке Торфана. Первая рота должна была заложить ядерные заряды в одной из пиратских баз: расположенная в пещерах под горным массивом, она была слабоуязвима для обстрела с орбиты. Даже для ускорителя главного калибра крейсера или дредноута — по понятным причинам(1). Второму взводу поручили пробраться на базу через один из запасных ходов, пока остальные пехотинцы активно имитируют штурм нескольких других выходов, заложить бомбу и слинять. Задача была выполнена без особых проблем, безвозвратных потерь рота не понесла, а фейерверк мы наблюдали через иллюминаторы крейсера «Сеул», к которому и были приписаны.

Затем последовал более-менее спокойный год, скучноватый по сравнению с предыдущим. Единственной отрадой были учения, где мы могли повеселиться, одновременно с выполнением заданий. Так, детские шалости: прицельное швыряние гранат в головы условного противника — первого взвода, постоянно пытающихся нас догнать, взлом частот связи врага и передача тяжелой музыки либо звуков содержания «до 21 года»... Славное время...

А затем — Чохе... Проклятая Чохе... Сухая планета в системе Какус скопления Гаммы Аида... Наш взвод был временно приписан к фрегату «Сталинград» — фрегат недавно закончил профилактические работы, и не был полностью укомплектован экипажем. Разведка получила информацию, что где-то в Гамме Аида находится перевалочный лагерь батарианских работорговцев, где предположительно могут находиться граждане Альянса систем. Естественно, командование приказало гражданских вытащить, а пиратов, численностью до тридцати голов, покарать.

Все начиналось хорошо — высадка, продвижение на двух «Гризли» к месту, рекогносцировка местности, доклад на фрегат, добро на атаку. Лагерь располагался в склоне метеоритного кратера метров пятьсот диаметром. Трое снайперов заняли позиции сверху, остальные спустились и начали штурм укрепления. Вот только пиратов там было не тридцать. И не сорок. Шестьдесят четыре пирата-батарианца, плюс двенадцать оперативников Специального Интервенционного Подразделения. О СИП было мало что известно, но тогда мы убедились, что четырехглазые не зря тратят кредиты на их тренировки.

Благодаря внезапности, мы смогли прорваться к заложникам и обеспечить им защиту. Но батары быстро опомнились, и начали предпринимать постоянные попытки смять нашу оборону. Запасных выходов не было, скальные породы глушили связь, мы оказались в ловушке. Четырехглазые тоже не могли выйти из комплекса пещер — снайперы быстренько награждали каждого безбилетника проездным на тот свет. Через час ребята поняли, что операция пошла не по плану и доложили на фрегат. Еще через сорок минут подошли два взвода пехоты, дежурившие на корабле. Еще через полтора часа они пробились к нам и организовали эвакуацию. Мы вытащили всех — выживших, раненых, гражданских и убитых. Как только мы отошли на безопасное расстояние, «Сталинград» влепил две дезинтегрирующие торпеды в склон кратера — противокорабельное оружие оказалось вполне эффективным и для наземных ударов. Я вывел из этого проклятого места пятерых морпехов. Пятерых! Из девятнадцати!! Розенко, Штерн, Моретти, Коллинс и Сереброва. Снайперы — Черемушко, Лливелин и Макфадден не пострадали. Все остальные вернулись на «Сталинград» в мешках для трупов.

Дальнейшее я помню плохо: по возвращению на корабль у меня слегка снесло крышу, я начал буянить и был вырублен. Затем — полтора года сплошной реабилитации. Психологи и психиатры, санатории, снова психологи, отпуска домой и прочие издевательства вперемешку с «вкусностями». По окончании периода реабилитации меня вызвал генерал Брэдбери — командующий гарнизоном Терра Новы, и, положив на стол перед собой тонкую папку-файл с документами, произнес:
— Перед тем как ты ознакомишься с этими документами, я скажу тебе, за что погибли твои ребята. Это была ловушка. Но ловушка на более крупную дичь — вы просто влезли в нее слишком рано. Эти пираты собирались сбить «Мадрид». Тяжелый крейсер Альянса. Двести человек экипажа и сто шестьдесят десантников(2) могли погибнуть, если бы им это удалось. Об этом не скажут в новостях, и я надеюсь, что эта информация не выйдет из этого кабинета.
— Так точно, сэр. Не выйдет.

В бумагах, переданных мне генералом, было немного данных. Они не были стопроцентно достоверны, но мне хватило и этого, тем более генерал явно доверял им. «Цербер». Эта операция была санкционирована малоизвестной террористической группировкой с целью эскалации крупномасштабного конфликта между Альянсом Систем и Батарианской Гегемонией. План был очень прост — десантная группа с «Мадрида» высаживается на планету, попадает в засаду, эвакуируется, крейсер выходит на позицию для бомбардировки планеты, затем в непосредственной близости от него из прыжка выходят три крейсера Гегемонии... Чем закончился бы такой бой, объяснять никому не надо. Политические последствия  война. Альянс раздавил бы батарианцев при молчаливом одобрении Совета (доказательства вины четырехглазых были бы железными  "Цербер" постарался бы, я уверен).
С тех пор у меня была только одна цель. Несбыточная, но цель. Найти главаря этой организации, и пустить ему пулю в голову. А теперь я еще и знал, кого искать.

***

Из омута неприятных воспоминаний меня вытащила Элизабет — корабельная кошка. Её, еще котенком, подобрал на Земле офицер Прессли, а когда капитан Андерсон пригласил его на «Нормандию», он взял уже повзрослевшее животное с собой. А вообще, с кошками тут отдельная история. Пушистые мурчалки не имели инопланетных аналогов, и после знакомства человечества с соседями по галактике оказались одним из брэндов Земли. Особенно от кошек млели азари: стоило какой-нибудь синекожей носительнице щупалец (не подумайте что я ксенофоб, просто у меня фантазия богатая, как и словарный запас) увидеть спотыкающегося о собственные лапы котенка — все. Начинались сюсюканья, умиленья, тисканья... В общем, лет через пять после Войны Первого Контакта, в крупнейших городах Земли не осталось бродячих кошек. Вообще. Все они были отловлены, приведены в «товарный» вид и отправлены на Тессию, Иллиум, Гитеану, Лусию и другие планеты азари. Таким вот образом, кошки стали пангалактическим видом...

Так вот, Элизабет вскочила мне на колени, потерлась о руки, улеглась и принялась мурчать. В принципе, я был не против — что Дубровский, что Васильков всегда любили кошек. Гм, опять возвращаемся к вопросу «Кто я?». Дубровский был крайне спокойным, просто непробиваемым парнем, тем не менее любящим хорошо подшутить. Васильков же был непоседливым и шебутным, постоянно что-то делающим. Сейчас же я, похоже, стал неким сплавом двух личностей — я ассоциирую себя и с Васильковым, и с Дубровским, хотя психотип второго явно доминирует (блин, вот оно, влияние Дубровского — Сергей на такие слова отреагировал бы кинетически. В смысле, кулаком о морду).

— Лейтенант, сэр, разрешите обратиться? — знакомый голос, ну да, точно — Эшли подошла. Судя по виноватому виду, сейчас будет каяться.
— Садитесь, Уильямс, — великодушно махнул в сторону свободного места на скамейках добрый я, — с чем пожаловали? И не «сэркайте» вы так. Расслабьтесь.
— Х-хорошо, сэр. Я хотела бы извиниться перед вами...
— Не передо мной извиняйтесь, а перед Шепардом. По вашей милости он сейчас отдыхает в медблоке. Хотя, я ему немного завидую — лежит себе, отсыпается... А нам кэп фитиль уже вставил. — Хотя тут я лицемерил — выспаться мы все успели.
— Нет, сэр, я хотела извиниться перед вами. Просто я посчитала вас... шовинистом.
— Вот как? — я был удивлен. Вот кем-кем, а шовинистом меня еще не называли. Ладно еще извергом, мучителем и садистом, ладно раздолбаем и олухом, олигофреном и идиотом, но шовинистом... — И почему, интересно?
— Мне показалось, что вы негативно относитесь к службе женщин в боевых подразделениях. — А вот тут наповал. Такого я от Эшли не ожидал. Насколько помню игру, подобных претензий она никому не выдвигала. Одно из двух — либо я ошибаюсь, либо психологические портреты здешних персон нехило отличаются от игровых.
— Мне наплевать на пол моих солдат, сержант. Важно лишь одно: я никому и никогда не собирался давать поблажек по каким-либо причинам. Либо держись на общем уровне, либо катись из армии. И еще одно: я не терплю неуставных взаимоотношений между солдатами. Согласно уставу, как вы знаете, право на создание семьи имеют офицеры званием не ниже младшего лейтенанта. Кстати, и что же, интересно, заставило вас изменить свое мнение?
— Я пообщалась с экипажем, сэр, они много рассказали о вас.
— И о коммандере, и о капитане, и о старпоме, и вообще обо всех. Ага, знаю я эти источники, «сарафанное радио», блин.
— Лейтенант, сэр, доктор Чаквас приказала передать, что хотела бы видеть вас в медблоке на обследовании через пять минут, сэр! — это рядовой второго класса Хофманн. А док в своем репертуаре — надо же, «хотела бы видеть... через пять минут...». Но доктора надо слушаться. Её даже капитан слушается, да и вообще, дока все на корабле уважают — за профессионализм, характерный медицинский юмор (с легким привкусом прозекторской) и, собственно, характер.
— Спасибо, Свен. Сержант, можете быть свободны.
— Я подожду у медблока, может быть коммандер придет в сознание?.. — у Эшли явно шило было вложено в комплект поставки при бомбардировке с аиста — вот не сидится ей на месте, все время норовит оказаться поближе к центру развития событий.
— Как хотите. Меня можете не ждать.

Отослав Эшли в лазарет, я скинул дремавшую на моих коленях Элизабет, привел себя в порядок и двинулся по следам сержанта. По прибытии док осмотрела меня на предмет сотрясения мозга, попутно бурча «как можно сотрясти то, чего нет?». Пока я сидел на кушетке, в лазарет вошел Андерсон, завел с доком разговор по поводу состояния Шепарда (кстати, интересный факт — хоть здесь у него нормальное имя, все называли его по фамилии — карма?), затем вспомнил еще об одном пострадавшем в ходе операции — в дальнем углу лазарета, отделенный от мира пластиковыми стенами, лежал, подключенный к аппарату поддержки жизнедеятельности, СпеКТР Найлус.
— Доктор, как там наш СпеКТР? Выживет?
— Состояние стабильно-тяжелое. Лазарет «Нормандии», к счастью, приспособлен для приема пациентов других рас, но он тяжело ранен... Мы не можем начать лечение на корабле, у меня просто нет нужных знаний по анатомии турианцев, так что довезем его до Цитадели и сдадим тамошним врачам, — через секунду доктора бессовестно, нагло прервали.
— Доктор, коммандер! Он очнулся! — ремарка от сержанта Уильямс.
— Коммандер, как вы себя чувствуете? — КАК доктор умудрилась за секунду пролететь половину медблока, я не представляю. Хотя на месте мисс Чаквас я бы тоже беспокоился — такой пациент способен разнести её любимый лазарет буквально за минуту.
— Бывало и похуже. Хотя тогда голова так не болела, — Шепард задумчиво потер рукой затекшую шею.
— Доктор, скажите правду, какой бы горькой она не была — сколько ему осталось? — патетически возопил я, воздев руки к мисс Чаквас в успешной попытке развеселить присутствующих и, особенно, командира. Справа-сзади, где стоял Андерсон, послышались звуки сдерживаемого смеха.
— Дубровский... Черт, я-то надеялся, что тебя забыли на Иден Прайм... — коммандер как всегда — в любой ситуации в ударе.

Наш диалог закончила доктор отвешенным мне подзатыльником. После акта экзекуции, она быстро осмотрела Шепарда и вынесла вердикт о его полном выздоровлении. Как будто он чем-то болел, ага.
— Сколько я тут провалялся? — Шепард не был бы Шепардом, если бы не начал выяснять ситуацию.
— Примерно пятнадцать часов.
— Это я виновата, сэр. — Покайся, Уильямс, тебе зачтется на Страшном Суде... тьфу, чего-то меня уже не туда понесло. — Если бы я не полезла к этому маяку...
— Здесь не только ваша вина, Уильямс, хотя обычно я не ожидаю от своих солдат попыток поставить под угрозу выполнение задания.
— Все верно, босс — не только она виновата. Меня тоже так и тянуло подойти к этой протеанской фиговине. Кайдена и Дженкинса — тоже, я уже выяснил, — добавим пару кусочков мозаики в эту головоломку. Хотя мне самому тоже интересно.
— Интересный факт. Похоже, что этот маяк очень хотел пообщаться. Ну, об этом потом. Доктор, каково состояние коммандера? — наконец первый после Бога на нашем корабле взял ситуацию в свои руки.
— В принципе, вас можно выписывать, но у меня есть к вам один вопрос: при анализе головного мозга моя аппаратура выявила аномальные бета-волны, причем в последние пятьдесят минут я регистрировала активные движения глазных яблок, рефлекторные сокращения мышц кистей рук — все признаки быстрого сна. Вам что-то снилось, коммандер?
— Это был кошмар. Я видел... смерть. Разрушения. Синтетики, возможно геты... Они убивали... Жестоко. Как мясники.
— Об этом непременно нужно рассказать Совету, — Андерсон явно напрягся. Неудивительно, на его месте я бы тоже напрягся.
— Что мы им скажем? Что мне приснился плохой сон?
— Эти видения появились после контакта с маяком. Они очень важны, и поэтому мы обязаны заявить о них. Я знаю Сарена, в свое время я работал с ним в одном деле. Он ненавидит людей, считает нас паразитами, пятном на лице Галактики. А теперь на его стороне армия гетов! — нет, кэп не напрягся. Он был очень сильно обеспокоен сложившейся ситуацией.
— Я придумаю как остановить его.
— Сарен СпеКТР. Он летит куда хочет, делает что хочет. Именно поэтому нужно, чтобы Совет был на нашей стороне, — капитан на пару секунд задумался, затем принял решение.
— Я уже связался с нашим посольством на Цитадели, передал им информацию о произошедшем. Пока передайте лейтенанту Моро приказ о стыковке с Цитаделью, — закончив разговор, Андерсон вышел из лазарета. Доктор отпустила коммандера, сказав если что — навестить ее. Босс отправился к Джокеру, я и Эшли остановились у иллюминатора позади пилотских кресел. Сколько не смотри на Цитадель, а все равно дух захватывает. Джокер тем временем прошел через ретранслятор, пролетел через облака туманности, вывел «Нормандию» к пункту назначения и запросил разрешение на стыковку. Все присутсвующие немедленно принялись глазеть на чудо протеанской технологии (хотя я-то знал, что протеане тут не причем). А затем...
— Вот это хреновина!
— Какой здоровый...
— Эй, Коля, посмотри в иллюминатор левого борта! Там такое...
Ну, дредноут. Ну, флагман азари. Ну, большой. Но к чему столько эмоций-то?
— «Путь предназначения». Флагман флота Цитадели. Самый большой корабль в галактике, — Кайден, как всегда спокойно, выдал информацию.
— Подумаешь. Корабль как корабль, — Джокер с безразличным видом пожал плечами.
— Да ладно, ты что, ревнуешь, Джокер? — Роза Сверчкова, оператор системы связи попыталась поддеть Джеффа. Но не так-то легко поддеть поддевателя!
— Просто говорю, что размер не главное.
— Верно, Джокер, — я решил поддержать пилота. — У нас в России по такому поводу говорят: «Большая дура громче падает». Кстати, как думаешь — сможешь в стелс-режиме подвести «Нормандию» поближе к этому ковчегу и всадить ему пару «Дротиков» в... эту светящуюся дырку?
— Это сопло двигателя! Но... думаю да, смогу.
— Вот и не станет «Пути предназначения». А вы все флагман, флагман...

Пока мы трепались, Джокер закончил стыковку, и на мостике появились Андерсон и Шепард. Андерсон завел разговор со штурманом, а босс скомандовал:
— Кайден, Эшли, готовьтесь — пойдете с нами к послу. Глеб, объяви десантной группе увольнительную до девяти ноль-ноль завтрашнего дня. По общегалактическому(3). И предупреди, чтобы не трепались о произошедшем. Сам тоже сходи, развейся, если будешь нужен — я тебя вызову.
Я кинул взгляд на инструментрон — сейчас было одиннадцать семьдесят две по общегалактическому. Значит ребятам будет чуть менее суток на отдохнуть. Нормально, больше времени у нас и не будет — нужно будет за Сареном гоняться.

***

Кроме десантной группы отдыхать пошли еще и многие члены экипажа — Андерсон объявил увольнительную всем, кроме вахтовой смены. Переодевшись в мундир, я повесил на бедро пистолет (табельное оружие, разрешено к ношению на Цитадели офицерам Альянса систем), на пояс повесил нож (семейная реликвия — прадедовский), надеясь пронести его через таможню как, собственно, семейную реликвию.

Выходя из корабля, встретил босса с капитаном. Оба были настроены серьезно. Конечно, они оба понимали, что шансы склонить Совет на их сторону малы, но попытка — не пытка. Отвлекать я их не стал, направился в коммерческий район — присмотреть новую броню. Мой статус ныне был повыше чем у обычного офицера морпехоты — участник программы N7, как никак. Да и предстоящие приключения заставляли готовиться к нехилым перестрелкам. По пути я продолжил планировать свои дальнейшие действия. Все больше и больше я склонялся к варианту «раскрытие». Рассказать Шепарду, что я уже не только Дубровский. Рассказать, что ждет Галактику в будущем. Рассказать о Жнецах. В ходе погони за Сареном мы найдем достаточно доказательств их существования, а затем... Затем меня скорее всего возьмет за жабры контрразведка и вытянет из моей головы все нужные и ненужные им знания. Хотя я и сам буду петь как соловей — если то, что я скажу, спасет хотя бы несколько жизней, значит, жизнь прожита не зря.

Приняв это решение, я с полегчавшим сердцем зашагал к ближайшей остановке муниципального транспорта. Значит, сейчас прошвырнемся по магазинам — и к Башне Цитадели. Там встречу командиров.
Нож, кстати, сдать не заставили.

***

Вот уже минут пятнадцать я торчал у входа в Башню Совета. Слушание продолжалось уже около 80 минут по земному стандарту. Душу согревал факт наличия новой брони и автоматической винтовки — Дубровский давно копил кредиты в надежде на обновление снаряжения. Прикинув свою кредитоспособность, я выбрал тяжелую броню «Убийца» от «Элкосс комбайн»: многослойная композитная броня, продвинутая система вентиляции, совместимость тактического компьютера с другими бронекомплексами Альянса, мощный генератор щита, выдерживающий до десяти попаданий из практически любой автоматической винтовки, плюс батареи НЗ — в случае снятия основного щита и при угрозе жизни носителя активируется другой щит, правда, одноразовый (обычные щиты могут «подзаряжаться», батареи НЗ не могут, зато щит выдают мощнее)... Мечта штурмовика. Плюс мне дали скидку на покупку огнестрельного оружия (вот за что я люблю Цитадель — можно купить любое оружие безо всяких проблем, конечно, если ты являешься военнослужащим какой-нибудь расы в пространстве Цитадели), воспользовавшись которой я приобрел себе штурмовую винтовку «Хищник» пятой модели! Высочайшая мощь, кучность поражает — очередь укладывается в круг тридцати сантиметров диаметром на расстоянии до четырехсот метров! Плюс достаточно большое время до критического перегрева — четыре минут сорок две секунды непрерывного огня. Так или иначе, к предстоящим боям я готов.

О, а вот и босс с Андерсоном. Злые.
— Чертовы бюрократы, они засуетятся только когда Сарен подпалит их кресла, но тогда будет уже поздно. А если он найдет этих самых Жнецов, что тогда? Нас ждет судьба протеан, учитывая что они были гораздо развитее всех нас! — НАСТОЛЬКО разозленным я босса еще не видел.
— Значит, мы должны заставить их засуетиться! Джон, я пока попробую что-нибудь выяснить по своим каналам, а ты займись этим... Харкином. И один не ходи — мало ли что. Вызови Дубровского, пусть возьмет с собой пару пехоти... о, а вот и он. Лейтенант, сюда, — деловитый Андерсон был похож на пчелу. Не знаю чем, но похож. Я подскочил к офицерам, откозырял было, но капитан прервал мой рапорт и приказал идти с Шепардом, сказав, что не отпустит его в «этот гадюшник».
— Глеб, свяжись с Аленко и Уильямс. Они должны быть где-то в коммерческом крыле. И напомни им взять пистолеты, пострелять, конечно, вряд ли придется, но береженого и Всевышний бережет.
— И-есть, сэр! Считайте, что они уже... а куда нам надо?
— Забегаловка «Логово Коры» — нам нужен один бывший офицер СБЦ, он знает где находится этот турианец.
— Сарен? — я хоть и решил раскрыться, но, как говорил мой дедушка, прячя будущий бабушкин подарок в кухонный автомат, к которому она никогда не подходила (готовка не была её коньком — и это еще мягко сказано): «Лучше перебдеть, чем недобдеть».
— Да нет... Встретили тут другого турианца — Гарруса. Работает в СБЦ, и у него есть что-то на Сарена. Посол посоветовал найти этого самого Харкина — может он что-то знает.
Мы двинулись к транспортному терминалу, загрузились в такси и отправились в коммерческое крыло — один из пяти лепестков Цитадели, более чем наполовину занимаемый различного рода торговыми точками, а также Биржей Цитадели. Кайден и Эшли уже двигались к «Логову».

Мы с боссом уже минут пять шагали к пункту назначения, когда я в зеркальном элементе одной из витрин заметил турианца, явно целеустремленно шагавшего за нами. В принципе, мне повезло что я его засек — парень следить умел и не смотрел на нас более секунды, при этом петляя, будто он осматривает витрины. Некоторое время я просто шел, проверяясь, затем, когда убедился, что этот птицемордый (я не ксенофоб! Просто он мне не понравился!) идет именно за нами, проинформировал Шепарда.
— Босс, за нами хвост, — я произнес эту фразу непринужденным, будничным тоном. — Турианец, метрах в тридцати за нами, сине-зеленый костюм. Шепард подтащил меня к витрине с холодным оружием, и мы принялись обсуждать достоинства того или иного клинка, сам он в это время рассматривал отражение шпика в витрине.
— Уверен, что он за нами?
— На все сто — преследует уже минуты три. Я его засек в отражении — пялился на нас как на добычу, хотя больше таких промахов не допускал. Да и мой седалищный нерв предупреждает об опасности. — Конечно, ведь около «Логова» нас ждет засада — этот момент я, к счастью, помню.
— Хорошо, идем дальше. Если так и будет за нами следить, выведем его на Эшли и Кайдена. Я их предупрежу.
Мы отправились дальше. Через некоторое время мне пришла в голову неплохая идея — я как бы ненарочно угодил ботинком в грязь, выругался и, вытащив из кармана носовой платок, протер обувь. А заодно вытащил из ножен и спрятал в рукаве керамический нож, купленный мной по причине «авось когда-нибудь пригодится».
Отчаянно нервничая, мы с боссом дошли до глухой подворотни около забегаловки — этот путь был ближайшим. Тут же наступила развязка истории — спереди показались трое турианцев, к шпиону сзади присоединился еще один.
— Эшли, Кайден, валите двоих перед нами. Мы займемся теми, кто сзади.

Дальнейшее произошло быстро. Аленко и Уильямс выскочили позади троицы, мы с боссом резко пригнулись, достали пистолеты и расстреляли двоих позади — шпику достались пара пуль в колено и одна в плечо. Жертвы наших товарищей умерли еще до того, как мы с Шепардом достали пистолеты.
— Поспрошаем недобитка? — с милой улыбкой законченного садиста произнес я, выпуская из рукава нож.
— Естественно. Вот только не делай такое ужасное лицо, до Джека Потрошителя тебе далеко.
Мы подошли к раненому шпиону, я начал было с той же милой улыбкой поигрывать ножом (хотя вряд ли этот турианец был знаком с особенностями человеческой мимики), однако у парня оказался запасной выход. Поняв, что сейчас его будут колоть, птицемордый быстрым движением сунул руку в карман и вытащил «из широких штанин» пистолет. Шепард дернулся было в сторону, я замахнулся было ножом но... Турианец поднес пистолет к виску и нажал на спуск.
— Фига се. Как тут все серьезно, — в принципе, я не удивлялся такому исходу. Турианцы почти все такие.
— Мда. Поговорили, — босс задумчиво потер затылок.
— Сэр... Что произошло? — Эшли была взволнована, да и Кайден выглядел заинтересованным.
— Шли. Заметили слежку. Проверили. Вызвали вас, предупредили. Дошли до места, вылезли эти покойнички. Постреляли, вот этого сине-зеленого — решили взять живым. А он взял и обломал нас. Идем дальше, босс?
— Да. Эти трупы нам вряд ли о чем-нибудь расскажут, а время не ждет — что-то мне подсказывает, что нам нужно спешить.
— Сэр, но мы ведь только что устроили стрельбу, убили четверых граждан Иерархии. Может нам нужно... дождаться полиции, что-ли? У нас ведь могут быть проблемы.
— Эшли, раз эти самоубийцы решили разобраться с нами здесь — значит были уверены, что их не засекут. К тому же босс сказал, что нужно торопиться. А по поводу трупов... На Цитадели ежедневно по разным причинам гибнут тысячи разумных. СБЦ просто получило очередной висяк и, скорее всего, спишут его на разборки между криминальными группировками, — после обрисовки ситуации законопослушная Уильямс больше не возникала по поводу учинённого беспредела.
Сделав вид, что ничего не произошло, мы уже вчетвером продолжили путь к «Логову Коры».

После входа в бар первая мысль была «Ух ты ж йопт»: взгляд сразу упал на центр внимания всего зала — танцовщиц-азари. Но мы пришли по делу, так что пришлось собрать всю свою силу воли в кулак и начать обозревать обстановку с целью поиска укрытий, обзора секторов стрельбы и все такое. Хм, вот что значит инстинкты: постоянно оцениваю местность на предмет ее обороны или наоборот — штурма. В прошлой жизни (буду так говорить о Василькове, раз считаю себя Дубровским) читал, что после Великой Отечественной летчики-истребители, сходившиеся в боях с немецкими пилотами, постоянно крутили головой на триста шестьдесят градусов, все мессеры высматривали. А бомбардировщики и штурмовики смотрели под ноги, отмечая ориентиры. Мда, война — такая стерва, если уж кого приобнимет, то до самой смерти не отпустит.

Пока я предавался философским раздумиям, дорогу нам преградили два спорящих крогана и еще пара настороженных охранников. Я шел замыкающим, поэтому услышал лишь конец их диалога:
— Фист не примет тебя, Рекс. Все. Конец истории.
— Нет. История только началась, — кроган, стоявший к нам спиной, развернулся и двинул к выходу из «Логова». Рекс из клана Урднот. Первые впечатления об первом увиденном мною будущем (вероятно) члене команды: выше среднего человека, но не самый высокий кроган (его оппонент повыше будет). Достаточно стар, насколько я знаю расу кроганов (изучал в свое время — множество кроганов служит в «Кровавой стае», а они, бывало, сходились с Альянсом на поле боя), но из породы тех стариков, которые, по Джеку Лондону, «убивают здорового мужчину одним ударом кулака». Лицо в шрамах, взгляд спокойный, но видно, что готов атаковать в любой момент.
— С дороги, люди. Я с вами не ссорился. — Ну, по крайней мере прошел через нас довольно вежливо — никого не толкнул. Посмотрев ему вслед, мы проследовали в дальнюю часть «Логова», где в одиночестве напивался немолодой уже человек. Харкин. Тот еще тип. Я остался в стороне — обеспечивал оперативный резерв ставки ВГК(4), Аленко и Уильямс стояли рядом, играя роль «бульдозера» — пытались давить на объект тяжелыми взглядами и поглаживанием пистолета. О чем они говорили я не слышал, но минут через пять-семь босс холодно распрощался с клиентом и отправился на выход. Пристроившись с боку, я поинтересовался результатом беседы — босс рассказал, о чем узнал, мы направились к клинике доктора Мишель.
Двигаясь к цели, мы не отвлекались на посторонние вещи — Шепард вышел на след цели, и двигался, не растрачивая внимание на пустяки. На этот раз мы добрались пешком. Подойдя к дверям клиники несколько секунд подождали, прислушиваясь — изнутри донесся женский голос, испуганный, и несколько мужских.
— Готовьтесь к драке, — с этими словами коммандер вытащил пистолет и, не колеблясь, зашел внутрь помещения.

Дальше было не очень интересно. Как только мы вошли, один из наемников, наезжавших на доктора, схватил её и прикрылся — классический «живой щит». Остальные взяли нас на прицел — естественно, уже только после того, как их на прицел взяли мы. Любитель прикрываться гражданскими успел только крикнуть: «Стойте где стоите, иначе я вышибу этой...» — продолжение фразы сделала невозможным пуля, влетевшая негодяю в правый висок. Его товарищи бросились в укрытие, открыв беспорядочный огонь в нашу сторону, но через секунды четыре оказались убиты или ранены — в конце концов, мы живем в гуманном двадцать втором веке или как?
— Как раз вовремя, Шепард — я только-только взял ублюдка на прицел! — изрядно веселый Гаррус поднялся из-за укрытия и приветливо кивнул боссу.
— Хороший выстрел, — босс и не думал возникать по поводу опасности для доктора Мишель, видать и сам собирался поступить также. — Доктор, вы в порядке?
— Д-да, спасибо вам. Не знаю, что бы они сделали, если бы не вы и Гаррус.
— Коммандер Шепард, ВКС Альянса. Это лейтенант Аленко, младший лейтенант Дубровский и сержант Уильямс. Есть идеи, кто эти пострадавшие, док? — говорил командир, мы же втроем с Эшли и Кайденом скромно изображали головорезов на побегушках.
— Есть. Думаю, они работали на Фиста. А он работает на Серого посредника, — док уже успокоилась. Молодцом.
— Уже нет. Теперь он работает на Сарена, — Гаррус с веселым видом продолжал нас информировать.
— Ага. Думаю, Серый посредник недоволен, — прищурился Шепард.
— Мягко сказано. Я слышал, что он нанял какого-то крогана, чтобы прикончить Фиста. Кстати, доктор, чем вы так насолили этому уб... простите, негодяю?
— Он подослал своих убийц, чтобы я не рассказала вам о кварианке.
— О какой кварианке? — встал в стойку Шепард.
— Ко мне вчера приходила кварианка — представилась как Тали-Зора. Ее костюм получил повреждения, и у неё была лихорадка. Я помогла ей и отправила сообщение Фисту по ее просьбе — она хотела выйти на Серого Посредника, передать ему какие-то данные. Что-то о гетах, если я не ошибаюсь.
— А если о гетах, значит, скорее всего — о Сарене! Мы должны найти её, пока громилы Фиста не опередили нас.
— Нам может помочь кроган. Он сейчас в СБЦ, задержан, но его скоро выпустят — на него ничего нет. Он может нам помочь, — такой вариант предложил Гаррус.
— Кроган... Хм... — Шепард был в раздумьях, брать или не брать? Брать, однозначно решил я — Рекс окажет немалую поддержку, да и заиметь в друзьях будущего вождя кроганов (если, конечно, выживет на Вермайре) будет явно нелишним.
— Босс, я за крогана. Помехой вряд ли будет, а лишний ствол всегда пригодится.
— Хорошо. Если уж нарушать законы, то лучше быть с компанией. Сейчас пулей в СБЦ, а затем к «Логову Коры».
— Я с вами, если вы не против. Ни за что не соглашусь пропустить такую заварушку, — Шепард был не против помощи Гарруса, несмотря на косые взгляды националистки Уильямс, так что турианец плавно влился в нашу группу.

Офисный комплекс СБЦ выглядел солидно. Он занимал пару кварталов в самом начале «административного» лепестка Цитадели. Найти Рекса было несложно — он стоял около входа с несколькими хорошо вооруженными и нервничающими сотрудниками СБЦ и скалился, глядя на жалкие попытки одного из безопасников запугать его именем закона.
Видимо, почувствовав наши взгляды, кроган повернулся и отправился к нашей группе. Безопасник запоздало вякнул что-то вроде «я тебя отпускаю, но я тебя предупредил», затем с явно облегченным видом отправился по своим делам.
— Человек. Я о тебе слышал — ты Шепард.
— Мы собираемся зайти в гости к Фисту. Слышал, у тебя с ним проблемы? — босс спокойно глядел на Рекса. Мда, кроган внушает.
— Ты воин, Шепард. Я тоже. Поэтому предупреждаю — я убью Фиста.
— Только после того, как мы узнаем то, что нам нужно, — Шепард невольно перенял манеру общения крогана — говорить четкими, короткими фразами.
— Идет.

Дальше мы пошли уже вшестером. Прям теремок какой-то. Ага, и Рекс в роли медведя. Пока мы двигались, Шепард перезнакомил всех членов отряда. Все были приветливы, кроме Эшли и Рекса. Эшли — понятно, она первое время не одобряла присутствие инопланетян на борту (кстати, зафиг высаживаться с инородцами, если на борту «Нормандии» есть десантное отделение?), а Рекс — потому что кроган.
Долго-ли, коротко-ли, но мы таки дошли до «Логова Коры». Двери были закрыты, вышибал не видно, музыка не играла.
— Нас ждут. — Конечно ждут, Эшли. Где-то десятка полтора громил, пара-тройка испуганных (но вооруженных) рабочих и, собственно, Фист. Ну да мы это уже проходили.

Первым пошел Рекс. Окутавшись биотическим барьером, кроган пинком выбил двери и ворвался в зал. Следующие — Шепард, я, Эшли, Гаррус. Мелькнула мысль: «Жаль нет гранат...». Мы с боссом разделились в стороны, отстреливая противников, отвлекшихся на Рекса, полностью вошедшего в роль танка. Последним заскочил Кайден и тут же наградил броском троих негодяев, стоящих на одной линии относительно него. Шесть секунд — и все. Тем нескольким охранникам, кому посчастливилось выжить, мы бросили упаковки с панацелином. Глупо оставлять врагов за спиной, говорите? Возможно. Но эти люди просто делали свою работу, виновны ли они в чем-то предосудительном — решит СБЦ.

Затем проходное помещение, еще трое охранников, которым повезло не так, как их коллегам — позади них стояла канистра с чем-то взрывоопасным, и Рекс всадил заряд из дробовика прямо в неё. Кстати, от дробовиков здесь осталось только название — принцип их действия значительно отличался от обычных «картечных» дробовиков. Вся суть в том, что вместо одной пули при выстреле вылетал целый кластер — от четырех до семи пуль, держащихся на расстоянии около миллиметра друг от дружки. Поэтому при одном выстреле эффект был как от очереди, точнее — одновременном выстреле из нескольких винтовок в одно и то же место. Естественно, на все эти плюсы был и здоровенный такой минус — скорострельность. Да и просто чудовищный перегрев, не дающий сделать более четырех-пяти выстрелов. Ну да Рексу было плевать с атмосферной башни на все эти недостатки; огневая мощь решает — так думает, наверное, каждый кроган. Кстати, откуда у него дробовик, если на Цитадели разрешены только пистолеты, и только военным?

Дойдя до конца этого, скажем так, коридора, я кивнул Эшли, оказавшейся напротив меня у двери, и стукнул по кнопке контроля (голограммы управления дверьми только-только начали завоевывать рынок). На той стороне двери оказались трое рабочих в форменке. Они были напуганы и не знали что делать. Босс понятно разъяснил, что не стоит гибнуть за чужое имущество, рабочие согласились и быстренько ушли через разгромленный зал.

Короткий коридор, и та-дам — кабинет Фиста. Мы не успели войти, как Фист начал выкрикивать какие-то угрозы, затем сунул руку под стол. На двух постаментах по бокам от заправилы поднялись крышки, под которыми показались пулеметные турели. Железякам не повезло: едва они приподнялись, как попали под целый шквал огня — пять штурмовых винтовок (подобрали у неудачников в зале) и один дробовик превратили их в цветмет, разбросанный по помещению.

Фист начал нести обычную чепуху, которую такие как он несут в таких случаях как сейчас. Сначала начал угрожать, потом попытался купить, затем таки спросил, что нам нужно. Через пять минут светской беседы клиент вежливо сообщил нам место засады на Тали-Зору, после чего Рекс интеллигентно всадил в него заряд дроби. Дальнейшее объяснять никому не было нужды — времени было мало, поэтому все бегом рванули к месту. Вот тут—то и настал шанс показать себя — среди нас шестерых лучшим бегуном был я. Поэтому, когда босс увидел, что они отстают, то махнул мне и крикнул: «Беги, если что — действуй по обстановке».

Две минуты хорошего спринта — и вот оно. Поворот за угол, торможу в скольжении перед каким-то ящиком, трофейный автомат в руках, три секунды пауза — взять под контроль дыхание... Взрыв и крик. Высовываюсь, время как будто замедляет свой ход. Передо мной кварианка, бежит в мою сторону. Увидев ствол винтовки, пытается затормозить. Перевожу прицел влево — очередь в саларианца, очередь в турианца, еще один турианец (слегка зацепило) скрылся за углом строения. Кричу: «Прячься, балбеска, я на твоей стороне!!!». «Балбеска» вняла столь куртуазной просьбе и кинулась за ящик рядом со мной.
— Ты кто? — голос, искаженный вокодером шлема — фирменная фишка кварианцев.
— Друг, — я в данный момент не был настроен на философские беседы.
Дав пару очередей поверх ящика — я что самоубийца, подниматься из-за укрытия на три-четыре ствола, терзающих огнем мой спасительный куб? — я только собрался связаться с Шепардом, желая спросить, не остановились ли они пропустить стаканчик красного, как он вместе с остальными отставшими выскочил из переулка слева от негодяев. Несколько очередей — и тишина.
— А вот и кавалерия из-за холмов, — пробормотал я, вставая из-за пострадавшего ради нашего спасения ящика. — Вставайте, мадмуазель, нас уже спасли.
— Как она, Глеб? — поинтересовался босс.
— Вы в порядке? — переадресовал я вопрос Тали.
— Да, со мной все хорошо. Кто вы? — настойчивая. Умеет гнуть свое.
— Она в норме, — ответив Шепарду, я вновь повернулся к кварианке. — Я — Глеб Дубровский, младший лейтенант ВКС Альянса. Это — мой командир, коммандер Джон Шепард, товарищи — лейтенант Аленко и сержант Уильямс, и присоединившиеся нонкомбатанты — Гаррус Вакариан и Рекс из клана Урднот. Мы узнали о вас от доктора Хлои Мишель.
— А... Хорошо. Я — Тали’Зора нар Райя. Спасибо вам большое — я не ожидала, что встречусь с целой группой убийц.
— На вас охотились из-за добытых вами данных, — в разговор вступил босс. — Они угрожают одному СпеКТРу, Фист работал на него.
— Вы сказали «работал»? — несколько удивленно спросила Тали.
— Работал. Больше ни на кого работать не будет, — Рекс.
— Они не отстанут от вас, пока эти данные не станут бесполезны. Не скрою, нам они тоже нужны — мы хотим задержать этого СпеКТРа. В обмен на них я могу предложить вам безопасное место — в человеческом посольстве вас не достанут.
— Считайте, что эти данные уже ваши. И не поможете ли вы мне убраться с Цитадели? — Тали явно была удовлетворена нашим предложением.
— Поможем.

После обсуждения вопроса о дальнейших планах группы, мы отправились к посольству. По пути я решил выяснить у Шепарда один давно интересующий меня вопрос. Подошел поближе к нему, и завел негромкий разговор:
— Босс, давно хотел поинтересоваться — где геты раздобыли наши торпеды? Вы вроде собирались спросить Андерсена?
Шепард поморщился, подумал пару секунд и ответил:
— Старая и очень грязная история. Как ты знаешь, торпеды ST-104 «Дракон» были сняты с вооружения десять лет назад, их полностью заменили дезинтегрирующие торпеды SDT-04. Часть «Драконов» законсервировали и положили на склады поглубже, остальные отправили на уничтожение — занялись этим, в основном, фирмы-подрядчики. Одна из таких фирм решила подзаработать и продала полсотни торпед на черном рынке, подчистив все бумаги. Контрразведка взяла их в оборот почти сразу, вышли на покупателей, но девять торпед так и не нашли. Одна из них позже всплыла — ею в 2176 году был уничтожен фрегат «Джон Пол Джонс», несший службу на орбите Элизиума.
— Ясно. Спасибо, босс. Запомним на будущее.

***

— Нет, ну это вообще ни в какие ворота не лезет. Чем думают эти идиоты на Арктуре — отдавать новейший фрегат в руки человека, никогда ничем не командовавшим, хоть и закончившим курсы командования кораблем? Фактически, выписали тебе отставку! Да еще и забирают десантное отделение! Они с ума сошли??
Босс пребывал в ярости. Через три часа, после того как его произвели в СпеКТРы, пришел приказ — Андерсона снять с командования «Нормандией», назначить на его место Шепарда, и — гвоздь программы! — снять с корабля десантное отделение! Прямо сверхчеловеческое проявление тупости и идиотизма! И Хакет ничего не мог поделать — он, конечно, был командующим Пятым флотом, к которому была приписана «Нормандия», но приказ пришел от главнокомандующего ВКС Альянса адмирала флота Бауэра.
— Не кипятись, Джон, — успокаивал его Андерсон. — Это твое задание. Я бы только помешал тебе. Да и не отставка это — я все еще капитан.
— Черт, у меня такое ощущение, будто я отобрал у вас «Нормандию».
— Брось, лучшего капитана я бы не нашел. Опыта у тебя, конечно, маловато, но схватываешь ты все на лету. Да и Прессли с Моро тебе помогут. Давай, парень. Это твой шанс, и шанс для всего человечества.
— Спасибо, сэр. Будьте уверены, я не подведу. — Затем, вспомнив о членах экипажа, вскинулся и отрубил: — Но Дубровского, Аленко и Уильямс я им не отдам. Глеб все еще мой стажер, Эшли осталась без подразделения, а Кайден... Кайден — единственный на борту биотик!
— Не надо так кипятиться, Джон, — рассмеялся капитан, — никто их у тебя не отнимает. — Затем, глянув на стоящую рядом с нами инопланетную троицу, заговорщическим тоном добавил: — И не ограничивает в наборе экипажа.

Гаррус и Тали согласились вступить в команду сразу — Гарруса ждало разбирательство по поводу произошедшего в «Логове Коры», а для Тали это было вообще пределом мечтаний — побывать на новейшем экспериментальном корабле, набраться опыта и, скорее всего, найти что-нибудь для завершения Паломничества. Рекс некоторое время подумал, затем тоже принял приглашение Шепарда.
Разместили новобранцев в каютах убывшего десантного отделения. Кстати, на «Нормандии» были каюты! Расположены они были по бокам и чуть (наполовину) выше радиорубки. Двенадцать четырехместных кубриков плюс душевые и туалеты.
Пока я показывал новым товарищам их каюты, босс дорвался до системы громкой связи и толкнул короткую, но эпичную речугу — Родина в опасности, не допустим и покараем и все такое. Шучу, конечно. Шепард не обещал нам легкой жизни, но напирал, что мы все выдержим испытание, и люди сделают дело — ради не только себя, но и других рас. Звучало классно. И мотивировало нехило.
Что ж, первая цель — Тау Артемиды и доктор Т’Сони. Готовься, Сарен, Шепард и команда вышли на тропу войны, и твоему скальпу недолго оставаться на твоей голове! Хотя какой, Жнеца мне в тещи, скальп у турианца?..

========================

(1) При бомбардировке планет часть кинетической энергии теряется из-за сопротивления атмосферы. Атмосфера, давление которой равно земному, гасит приблизительно 20% ударной энергии снаряда (Масс Эффект Вики).
(2) В данном фике численность экипажей боевых кораблей Альянса увеличена примерно в два раза плюс десантные группы.
(3) Галактический стандарт двадцатичетырехчасовых суток: каждый час делится на сто минут, состоящих из ста секунд. Причем каждая секунда приблизительно вдвое короче секунды, привычной для человека. В результате получается, что галактические сутки примерно на пятнадцать процентов длиннее двадцати четырех часов, отсчитываемых по земному стандарту.
(4) Верховного Главнокомандования — чрезвычайный орган высшего военного управления, осуществлявший во время Великой Отечественной войны стратегическое руководство армией, председатель — товарищ Сталин. В данном тексте — одна из шуток Дубровского-Василькова, которую понимает лишь он один.

Отредактировано: Архимедовна.

Комментарии (3)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Регистрация   Вход

3   
Интересный рассказ, так же записываюсь в постоянные читатели smile
1
Nevec
2   
Низкий вом поклон ok !
1
PROTEKT
1   
Круто, с юмором я твой фанат
1