Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Сын Земли. Глава 18 Часть 5



Вирмайр, окончание. 



Снова ожила связь.

— Отбой воздушной тревоги, дроны противника уничтожены. Спасибо, «Тень»!
— Всегда пожалуйста.

Лифт спустил нас на первый этаж. Снова ряды дверей, только на этот раз за ними были пленники. Мы шли мимо камер, заполненных саларианцами, людьми, азари. У всех были одинаковые пустые взгляды, никто не реагировал на нас, они даже не старались призвать на помощь.

— Надо их выпустить, что ли... Одно дело — перерезать их всех в бою, но оставить их просто так...
— Шепард, это ужасно. Что с ними сделали? — Тали с жалостью смотрела на несчастных.
— ЭЙ! Эй вы, там!

Громкий, вибрирующий на грани визга голос. Это был саларианец, в обрывках военной формы, видимо солдат Киррахе, из тех, кто попал в плен при разведке.

— Выпустите меня отсюда! — огромные миндалевидные глаза не мигая смотрели на нас. — Умоляю, выпустите меня отсюда!
— Ты кто такой? — Рекс брезгливо смотрел на пленника.
— Рядовой Менос Авот, сэр! С... спец, спецподразделение, да, именно так! Спецподразделение ГОР, сэр!
— Что с вами случилось, Менос?
— Меня схватили, потом поместили сюда, проводили опыты! Шёпотом, какие-то дурацкие опыты!! Но устойчивость меня к их шёпоту, наверное!

Саларианец казался совершенно безумным, притом буйным. Но оставить его здесь просто так? Я взломал замок, и он пулей вылетел из камеры.

— Оо! Спасибо вам, спасибочки! Голос приказывает, о да, приказывает делать именно так!

С этим воплем он сжал кулаки и бросился на опешившую от такого поведения Тали. Грохнул единственный выстрел, и аккуратное отверстие появилось прямо посреди лба саларианца. Из него выплеснулась зелёная кровь и Менос Авот осел на пол, вытаращенными глазами смотря куда-то в потолок.

— Мне не нравится это место, Шепард. Здесь что-то не так, остальные в клетках, похоже, такие же.

Убрав пистолет, Рекс мотнул своей массивной головой в сторону закрытых камер, где теснились когда-то разумные существа.

— Уходим. Им уже всё равно. Не были бы они сумасшедшими, я бы их выпустил, но убивать безумцев не имею ни времени, ни желания. Взрыв прекратит их существование мгновенно.

Очередная лестница вывела нас на верхний этаж здания, в какую-то офисную часть. Здесь не было никого, то ли все попрятались, то ли и не было здесь персонала. Осторожно проходя между столами, мы был готовы к любой неожиданности, когда в дальней части помещения поднялась из-за укрытия какая-то фигура.

— Прошу вас, не стреляйте!

К нам со страхом подходила азари, с вытянутыми пустыми руками, всем видом стараясь показать что она безоружна и не представляет опасности.

— Кто вы такая и что здесь делаете?
— Я Рана Таноптис, специалист по нейрохирургии и нейрогенетике. Я нанялась сюда на временную работу, но она оказалась несколько более постоянной, чем я предполагала. Эта лаборатория занималась изучением внушения, собственно, вся эта часть базы и построена ради этой цели. Есть ещё блок разведения кроганов и лаборатории по подавлению последствий генофага, но это дальше на юг. Когда база была атакована, я заметила вашу группу и отключила камеры наблюдения. Вы — мой шанс сбежать отсюда, не хочу закончить свою жизнь здесь, особенно так...
— Особенно так как те саларианцы, люди, азари, турианцы? Верно?
— Именно. Вы просто не понимаете, корабль Сарена, он излучает сигнал, может быть поле, я не могу точно сказать — что. Оно не поддаётся изучению, мы даже не смогли определить его природу, оно никак не фиксируется нашими сканерами. Но это более чем реально существует, мой первый подопытный был моим же предшественником. Пробудешь слишком долго под воздействием, и начнёшь слышать шёпот, словно бы из ниоткуда. Его не разобрать, но хочется ему повиноваться. Обычно это уже последняя стадия. Но внушение угнетает мыслительную деятельность подопытного, он становится всё менее инициативным, и в конце концов просто теряет разум. Сарен сам не понимает природы этого воздействия и боится попасть под его влияние, как все его слуги. Между силой внушения и способностью думать есть прямая связь: чем сильнее внушение, тем бесполезнее объект.

— Откуда у Сарена такой корабль?
— Я не знаю, в моём положении довольно трудно задавать вопросы. Послушайте, я рассказала всё, что знала. Вот моя карта доступа на все уровни, вот все файлы по этому вопросу! Я помогла вам пробиться сюда, оставьте мне жизнь!
— Рана, если бы у меня было время, вам пришлось бы ответить за свои действия здесь. Но.. вы нам всё же помогли. Я дарю вам шанс, один-единственный шанс. Эту базу я разнесу к чёртовой матери, если поторопитесь — может спасётесь.
-Но как... я же...
Азари с громким воплем рванула к выходу из помещения, пулей выскочив за дверь. Дробный стук каблуков возвестил что она уже неслась по коридору к лестнице. Рекс посмотрел ей вслед и хохотнул.
— Хорошо пошла. А вообще, мне нравится образность твоих мыслей, Шепард.
В терминале и личных файлах Раны оказалось масса полезной, интересной и одновременно отвратительной информации. Внушение было очень тонким и эффективным инструментом. Тот, кто подпадал под его воздействие, не имел шанса спастись. Судя по всему, это поле каким-то образом влияло на биохимические процессы, возникающие в мозгу каждого существа, изменяя поведенческие реакции и саму модель мышления. Как это было возможно и можно ли противостоять этому, Таноптис, к сожалению, установить не смогла, равно как и её предшественник. Скачав все файлы, я отдал команду двигаться дальше. До маяка было уже рукой подать, ещё чуть-чуть — и мы получим то, ради чего обшарили полгалактики.
Маяк стоял на небольшой постаменте, знакомо светясь странными символами. Но теперь, с памятью протеан, всё виделось несколько иначе, чем на Иден Прайм.
«Терминал общественной связи рад приветствовать вас. К сожалению, связь с большинством серверов невозможна по причинам технического сбоя, Служба Сервиса приносит свои извинения, наши специалисты уже работают над устранением проблемы. Свои жалобы и пожелания вы можете отправить в Службу Контроля, когда будет восстановлена связь. Хорошего вам дня. Локальные ресурсы доступны в полном объёме».
Я подошёл и активировал терминал, здесь было единственное сообщение. Снова промелькнула картина разрушения и смерти, пока всё не сконцентрировалось на той звёздной системе и второй планете, словно нас ждали именно там. Снова появилось это странное членистоногое, летящее на меня. Сеанс закончился, и передо мной всё так же стоял общественный терминал протеан.
— Шепард! Вы побледнели, этот маяк... — За спиной послышались быстрые шаги кварианки.
— Не повреждён, Тали. Правда, я по-прежнему не могу понять что это за система, но сообщение говорит о том что надо достичь второй планеты системы двойной звезды. Какая-то информация исключительной важности находится на этой планете. Кажется, там была ещё какая-то предметная информация о том как туда попасть, но без Лиары я не могу понять.
— Пока вы работали с маяком, Тали нашла сверху какой-то терминал, но подойти к нему она не решилась. Я её понимаю, тебе стоит взглянуть на это, Шепард.
Наверху была небольшая комната, оборудованная терминалами и средствами связи, на нескольких экранах шёл бой с отрядами Киррахе, было видно как отчаянно сражаются обе стороны. «Аэгор» под командованием Эшли пробивался куда-то наверх, преследуемый по пятам небольшой армией синтетиков и кроганов. Гаррус и Киррахе старались пробиться ей на подмогу, но их самих постепенно оттесняли с пролому.
— «Аэгор» придётся забирать «Нормандии», им здесь не пройти.
— Значит, заберём.
Тали чуть коснулась меня, привлекая внимание, и указала на дальнюю часть комнаты. Там стояло нечто. Высокая серая колонна, метра два высотой, перед ней пульсировали несколько голоинтерфейсов, даже отдалённо не напоминавших интерфейсы известных рас. Разум охватывало какое-то тревожное чувство, когда я рассматривал их с почтительного расстояния. После увиденного в лаборатории хвататься за любые вещи здесь ни у кого не было желания.
— Чтобы это ни было, но это слишком чуждо нашему миру. Может, это геты сделали?
— Нет, Шепард. Я могу ошибаться в их развитии, но это не принадлежит гетам. Я боюсь её, не понимаю почему, но боюсь, словно... Я не знаю, как это выразить!
— Это страх из глубин памяти, памяти, которая древнее разума. В подсознании много тайн, которые помогают выживать.
Фраза Рекса ошеломила не меньше чем само наличие здесь этой штуковины. Я поражённо посмотрел на крогана.
— Вождь моего народа — это не просто титул, Шепард. Каждый, кто становится им, должен знать и понимать многое. Иначе его племя погибнет быстрее, чем ветер Тучанки заносит воронку от снаряда пылью. Только шаманы знают и умеют больше, но они никогда не покидают наш родной мир.
Откровение Рекса о его народе было странно. Об обычаях и верованиях кроганов было известно немногое, особенно после применения генофага. Вот теперь можно с точностью утверждать о наличии духовных лидеров в их клановой структуре. Впрочем, он был прав, чувство опасности, столько раз спасавшее меня, било во все колокола, предлагая смыться отсюда со всей возможной скоростью. Приложив усилие, я сдвинулся с места и подошёл к терминалу. Казалось, руки не хотят касаться этой вещи, словно она несла отвратительную и смертельную угрозой. Не без труда подавив страх и омерзение, я «окунул» руки в голограмму.
— Ты не Сарен, — голос, казалось шёл отовсюду, вызывая желание рухнуть на колени. — Ты — что-то другое.
— Что ты такое? — я краем уха слышал шёпот Тали: «Может, это какой-то ВИ?». — Где Сарен?
— Ты в своём невежестве касаешься моего разума, неспособный даже понять, с кем имеешь дело. Я «Властелин»! Я вижу в твоих мыслях тени присутствия протеан, сокрушённой нами ничтожной цивилизации. Это ни на что не повлияет, вы обречены, как и они до вас.
— С нами такой вариант не получится! — как бы мне самому хотелось в это верить.
— Вы, рудиментарные создания из плоти, стареете и умираете, мы же — вечны и неподвластны изменениям. Вы падёте, как пали многие до вас, и как падут многие после вас. Через миллионы лет мы пребудем, тогда как сама тень памяти о вас давно развеется. Цикл будет продолжен!
— Цикл? Какой цикл? — выкрикнула Тали, прижавшись к моему плечу.
— Вы живёте, потому что мы вам разрешаем, и вы умрёте, когда мы этого потребуем. Все ваши цивилизации развиваются на наших технологиях, по тому пути, который полезен нам. Мы создали Цитадель и ретрансляторы. Вся ваша жизнь развивается на нашем наследии. Каждые пятьдесят тысяч лет мы приходим и требуем свою плату.
— Да что же ты такое?! Ты один или где-то скрываются другие, тебе подобные?
— Мы — вершина эволюции жизни, сплав органики и технологии. Каждый из нас — это раса, гордая, лишённая нелогичности и ошибок слабой плоти. Мы неисчислимы!
— Так значит, ты и есть сам Жнец, но ты всего лишь машина, которую можно сломать! И каждый из нас сделает всё, чтобы это сделать! Всё, что кем-либо создано — можно разрушить!
— Жнец — имя данное нам протеанами, оно бессмысленно, как и этот разговор. Мы были всегда и пребудем всегда. Ваш белковый разум не способен понять наше величие и предназначение. Разговор окончен.
Терминал погас, оставив нас одних. То, что мы сейчас услышали, не укладывалось в голове, разум просто не хотел примириться с реальностью. Протеане не были создателями всего, чем мы пользовалсь, они лишь, как и мы, нашли Цитадель и ретрансляторы, построив свою империю на этих технологиях. И точно так же задавались вопросами: кто же построил эти совершенные вещи, оказавшиеся идеальной ловушкой. Сколько раз до них повторялся этот цикл? Память услужливо подбросила несколько названий планет, рядом с которыми находили более древние свидетельства космических цивилизаций. Не одну сотню цивилизаций эти Жнецы смогли стереть с лица Млечного пути. Видимо оттого этот «Властелин» так уверен в своей победе.
— Вот и ответ... Корабль Сарена, «Властелин», это и есть Жнец. И это отнюдь не ВИ. Сарен, идиот, что ты задумал?!
Открывшаяся тайна просто замораживала на месте, уже сейчас нам предстоял бой с одной их тех машин, что снесли протеан как шторм сметает песчаный замок.
— Что там насчёт победы в бою без шансов, а Рекс?
— Мы пока ещё не проиграли!
— Значит, снова в бой.
— Я пойду за вами до конца Шепард. Каким бы он ни был, — Тали стояла рядом, прижавшись к моему плечу.
Девушка быстро просмотрела все терминалы в поиске хоть каких-нибудь дополнительных данных. К моему разочарованию, Сарен не хранил здесь ничего, что могло бы нам помочь. Единственная достойная внимания информация оказалась устаревшей — отчёт о развёртывании уже разгромленной нами в Армстронге сети баз поддержки для вторжения в Предел.

***

Ну вот, наконец, и последний кроган рухнул, пробитый скафандр сочился кровью из нескольких десятков отверстий. Взломав замок ворот, мы ворвались на огромную крышку коллектора, занимавшую часть большого открытого пространства у дамбы. Теперь надо установить импровизированную бомбу и убраться отсюда.
— Вышли на солнечный пляж, совсем в тени продрогли.
— Ждите посыльного с зонтиком.
«Нормандия» хищной птицей промелькнула над крышами зданий и втиснулась в узковатое для неё место, на лету открывая грузовой люк. Кайдан с техниками и несколькими саларианцами уже тащили на гравитележке масс-ядро корабля. Кайдан, показав место, где надо было его сгрузить, подбежал к нам.
— Есть проблемы, капитан, мне ещё нужно время, чтобы всё сработало как надо.
— Поторопись, лейтенант. Нам тут засиживаться нельзя.
— Есть, капитан!
Я вызвал Киррахе — перед тем как взрывать здесь всё к чёртям, надо было понять успели ли убраться из зоны поражения штурмовые отряды.
— «Тень» вызывает «Манновай»! Доложите обстановку.
С треском статики пришёл ответ.
— «Манновай» и «Джаэто», вышли из зоны поражения.
Перебив Киррахе, в разговор вклинилась Эшли.
— Капитан! Нас здорово прижали у комплекса ПВО! — голос Эшли прерывался атмосферными помехами и звуками шквального огня. — Мы уничтожили приводы и генераторы, но нам самим отсюда не вырваться!
— Кайдан, сколько тебе времени надо на активацию этой дуры? — я пнул масс-ядро корабля капитана Киррахе.
— Полчаса, не меньше.
— Капитан, мы столько не продержимся!
— Твою мать! — я выматерился в полный голос, не сдерживая эмоции. — Сержант, держитесь как можете, идём на прорыв к вам!
Я повернулся к Кайдану.
— Кайдан, не высовывайся, активируй этот кусок дерьма и жди нас, понял?
— Всё сделаю, капитан, поторопись к Эш, — он замялся и поправился. — К сержанту Уильямс.
Я хлопнул его по плечу, улыбнувшись его оговорке.
— Мы успеем.
Рекс выступил вперёд и, прикрываясь его мощной бронёй и щитами, мы с Тали рванули кратчайшим путём к батарее ПВО сареновской лаборатории. Коридоры и комнаты, заставленные оборудованием и мебелью, иногда встречающиеся лаборанты, фанатично атакующие нас, всё сливалось в одно пятно цвета стали и крови, зелёной, красной, синей... Сарен привлёк к себе представителей всех рас. Даже людей: хотя он ненавидел нас, но отказать себе в возможности использовать врага, видимо, не мог.
Ещё один коридор, и наша группа вбежала в огромный зал со стеклянными баками, в которых покоились будущие кроганы. Зародыши, уже сформировавшиеся детёныши, взрослые особи... Казалось, все они наблюдали через полуприкрытые глаза за нами, что создавало жуткое ощущение. Огромный голографический экран и сенсорный терминал в конце помещения показывали какие-то параметры, отмечая рост и развитие клонированных тел. Лаборатория бывшего СПЕКТРа была готова выпустить в мир сотни кроганов, способных к размножению. И с промытыми мозгами. Рекс с холодным отчаянием начал бить эти колбы, сам уничтожая возможное исцеление своего народа. Смотреть на него было страшно, представить плачущего крогана вряд ли кто мог бы, но капли физиологического раствора, летевшие во все стороны от резервуаров, стекали по его шлему словно слёзы. Бронированный кулак пробил корпус управляющего ВИ и безнадёжно смял всю хрупкую, нежную начинку электронного оборудования. Кроган не мог остановится и крушил всё подряд.
Тали подбежала к уцелевшему терминалу и быстро подключилась, пока ослеплённый яростью Урднот разносил лабораторию в пух и прах. На экране высветилась позиция сержанта и путь к ней. Оставалось ещё три этажа, и мы вышли бы на крышу всего комплекса, ну а там уже рукой подать до батареи. Тяжело дышащий Рекс подошёл ко мне дёргающейся походкой.
— Уходим отсюда, Шепард, побыстрее. Иначе я сойду с ума.
Я сделал шаг по направлению к двери, ведущей на лестницу к следующему этажу, как поступил вызов с «Нормандии».
— Капитан, в сторону комплекса идёт корабль гетов. — Прессли явно был обеспокоен. — Мы не успеваем его перехватить.
— Капитан, — В разговор вмешался Джокер. — Вектор движения показывает на точку где мы выбросили эту бомбу. Гет идёт на лейтенанта.
— Мне ещё нужно двадцать минут — Кайдан казался спокойным.
— Чёрт, лейтенант, у вас есть максимум восемь, потом на голову посыплются геты.
— Шепард, прикройте Кайдана, мы тут постараемся продержаться — Эшли выкрикнула раньше Аленко.
— Капитан, я активирую бомбу, я успею. Эшли с командой не вырвется сама!
Новость о десанте гетов разрушила последнюю надежду, что всё пройдёт как планировалось. Если базу не взорвать, все расы Совета ничего не смогут сделать с такой атакой. Жнецы, быстро плодящиеся кроганы, да ещё геты — надежды на спасение не будет ни у кого. База должна быть взорвана, но продержится ли Эшли и саларианцы?
— Сержант Уильямс, удерживайте позицию и постарайтесь там выдержать. Мы прикроем с воздуха и заберём вас всех как только бомба будет активирована. — Я надеялся что эта проклятая судьба даст хоть малейший шанс. — Продержись там, девочка, совсем немного продержись!
— Мы продержимся, Унклар, я обещаю... Спасибо за все капитан.
— Шепард, нет! — Крик Кайдана эхом отдался в шлеме. — Капитан, нет!
— Я люблю тебя Кайдан! Всё будет хорошо... — Голос сержанта пропал в треске помех.


Я бросился назад, по уже пройденным и пустым коридорам, торопясь добежать до лейтенанта и прикрыть до того, как его накроют геты. За мной грохотали шаги спутников.

***

Эшли осмотрела их позицию. От всего отряда «Аэгор», приданного ей Киррахе, оставалось только шестеро. Считая её — семь солдат. Потрёпанные скафандры саларианцев, валяющиеся под ногами истощившиеся аккумуляторы щитов и оружия, обломки бетона и стали вокруг, пятна зеленоватой крови. Противник давал им передышку, видимо, подготавливая новую атаку на их позицию. Какую по счёту, она уже сама не помнила, все они слились для нее в одну непрерывную бойню. Попытка взять штурмом эту лабораторию, больше похожую на полноценную военную базу, изначально имела немного шансов на успех. Но с ними был Шепард, а значит, они всё смогут сделать. Пусть кто-то там и называл его Мясником, но он всегда выполнял задачу, если надо, своей кровью, своими нервами и силами, готовый пожертвовать не только своими подчинёнными, но и самим собой ради достижения цели. Они не могли проиграть, хотя каждый знал, что шансы побеить малы, да что там победить — выжить. Но безграничная вера в своего капитана помогала ей выдержать этот бесконечный бой, в котором они всё отступали и отступали, оставляя по дороге своих товарищей мёртвыми и умирающими. Саларианцы оказались крепкими ребятами, несмотря на их не слишком внушительный вид, они с честью и доблестью прошли это испытание. И вот они здесь, на последнем рубеже, батарея отключена и «Нормандия» может подобрать их с этого пятачка, высоко взметнувшегося вверх. Спецназовцы ГОР стояли насмерть, несмотря на то, что их товарищи пали в бою, да и их перспективы пока туманны.
Пока длилось затишье, Уильямс дала себе право отвлечься от их бедственного положения. Сержант улыбалась, как будто и не было трёхчасового боя. Её рука в перчатке погладила живот, словно могла достать сквозь броню скафандра до тела. Их любовь с Аленко дала новую жизнь, и когда она выберется отсюда, он снова положит руки ей на живот, чтобы почувствовать, попытаться почувствовать, растущую там жизнь. Пусть медики говорят, что на таком сроке ещё ничего нет, что плод ещё ничего не может ощущать, но она была уверена что их ребёнок уже всё понимает. Она ещё больше, чем прежде, хотела жить и теперь у неё была ещё большая цель, не только быть с Кайданом, наслаждаться любовью, но и подарить ему копошащегося и пищащего малыша. Перед глазами снова всплыло его лицо, когда она сообщила ему то что сказал ей диагност и подтвердила доктор Чаквас. Он так обрадовался этому, хотя и сначала секунд десять остолбенело смотрел на неё. Теперь, как только они разберутся с этим турианским ублюдком и его безумием, она обязательно выйдет замуж за лейтенанта.
«Надо всё-таки рассказать Шепарду, иначе это сделает Элеонора. Она и так была недовольна тем, что беременность протекает на фоне постоянных боевых действий».
Эшли так не хотелось уходить с «Нормандии», и она тянула как могла, откладывая и откладывая разговор с капитаном, каждый раз находя какой-нибудь повод. Шепард отправит её в госпиталь или в отпуск. Как командир, он конечно не обрадуется потере своего бойца, но рисковать нерожденным ребёнком не будет точно. Что и как он скажет Аленко... Если как солдат он был понятен, то что касается его эмоций... это было загадкой для всех. Сострадание и безжалостность, живейший интерес и полное безразличие — всё переплеталось в нём непредсказуемым клубком.
Мысль перескочила от Аленко к Шепарду и двум другим членам команды. Вспомнив Лиару, она сразу вспомнила и о Тали, ей было даже немного жаль кварианку. Молоденькая девушка явно испытывала к капитану сильное чувство, но сама же и дистанциировалась от него, словно чего-то опасаясь. Похоже, она решила обожать капитана издали, почему-то не рассчитывая на более близкие отношения. Хотя Шепард оказывал ей достаточно внимания, пожалуй, больше чем просто члену экипажа. Был ли он в неё влюблён, Эшли не рискнула бы сказать, но сомнений в интересе кэпа к Тали не было ни у кого на корабле.
Лиара же воспользовалась таким положением и нерешительностью кварианки, кокетничая с капитаном. Эшли про себя сравнила азари и кварианку — яркое открытое пламя и огонь домашнего очага. «Открытый огонь дарит бурю эмоций, а очаг согревает в самую ненастную погоду.» Это сравнение навеяло воспоминания о какой-то книге прочитанной давным-давно, хоть она никак не могла вспомнить о чём в ней рассказывалось. Почему она так решила, Эшли не могла бы сказать и сама себе, но женская интуиция, никогда не подводившая ни одну из дочерей Евы, говорила ей именно так. Воспоминание о книге опять вернуло её к мечтам о будущем. Мысли Уильямс сейчас плавали далеко от этой войны, в мире, где она будет со своим ребёнком и мужем. Дом с открытой верандой, обязательно стоящий вдали от дороги, она, сидящая в кресле с ребёнком на руках, Кайдан, склонившийся к ней, обнимающий и целующий их...
Свист воздуха и рёв двигателей заходящего на посадку десантного судна гетов вырвал сержанта из мыслей об уютной семейной жизни. Она проследила взглядом, куда направлялся гетская посудина и мысленно пожелала удачи Кайдану и Шепарду, им там тоже придётся нелегко. Внутреннее чутьё солдата подсказывало ей, что вместе с этим транспортом, высаживающим десант на голову её любимому, навалятся и на них. Сейчас снова предстоял бой, за эту самую жизнь, за жизнь её нерожденного ребёнка, за жизнь каждого существа в этой грёбанной вселенной. Она покрепче подхватила автомат и ещё раз проверила все запасы её так поредевшего отряда. Единственный шанс был в том, что Шепард успеет добраться до них раньше чем сареновы бандиты смогут добить их. Шепард сделает всё чтобы успеть, значит они тоже его не подведут и продержатся сколько надо.
— Парни! Надо продержаться до подхода фрегата...
Эшли только начала говорить, как в их укрытие влетела граната. Ярчайшая вспышка и грохот ослепила и оглушила Уильямс, она словно плавала в каком-то тумане, сквозь которые еле-еле пробивались какие-то крики и шум. Слух восстановился быстрее зрения, и по звукам боя у неё всё похолодело внутри. Противник наконец смог прорваться внутрь импровизированной укреплённой точки и теперь тут шёл рукопашный бой. Дрожащими руками она подняла автомат и направила в сторону огромной, смутной расплывающейся тени.
Щит крогана, отключённый противником, не мог помочь ему и длинная очередь, от бедра выпущенная женщиной, выпотрошила гиганта, державшего в своей лапе оторванную голову саларианца. Он медленно, на подламывающихся лапах, повернулся к ней, оскалив пасть в гримасе боли и ярости. Автоматные пули пробили тело насквозь, разрывая плоть на своём пути, кровь хлестала из пулевых отверстий, как из бочки. Кроган сделал шаг к ней и рухнул на пол, так и не выпустив из рук голову своего противника. Оставшиеся трое спецназовцев Киррахе отбивались от двух кроганов, зажавших саларианцев в угол и методично добивавших. Сержант наконец смогла рассмотреть поле их последнего боя. Четыре трупа кроганов лежали у пролома в их укрепление, ещё одного она только что расстреляла. Один из саларианцев рухнул на пол со сломанной шеей, его напарник отшатнулся от удара кулака своего противника и успел дёрнуть что-то в себя на поясе, до того как второй кроган выстрелом в упор просто разорвал тело на две части.
Взрывная волна бросила приподнявшуюся женщину на угол какого-то ящика, заставив упасть спиной на пол и скрючиться от боли. Лёжа на полу, Эшли разогнулась и машинально прикрыла руками живот, увидев ствол дробовика, зажатый в лапе крогана, и направленный на неё. Выстрел с близкого расстояния отбросил её ещё дальше, оторвав обе кисти рук и пробив пластину бронекостюма. Из разорванного живота, вместе с шипением выходящего воздуха, на покрытый пылью пол текла кровь. Не чувствуя боли в ошмётках рук, она пыталась закрыть, защитить своё дитя, также как смертельно раненая самка пытается спасти своих детёнышей, до конца борясь за их жизнь, не думая уже о себе. Мир стремительно тускнел, превращаясь в сонм теней, отступая куда-то далеко вниз, сворачиваясь туннелем, в конце которого она увидела приближающийся свет. Ярчайшая вспышка поглотила её, и мир перестал существовать.


Кроган вторым выстрелом разнёс голову этой жалкой млекопитающей, посмевшей встать на пути величия кроганов и Сарена. Здесь погибло много его сородичей, пытаясь пробиться с этой батарее, чтобы активировать противовоздушную защиту и не дать уйти наглым пришельцам. Их здесь всего оказалось семеро, всего семеро, убивших столько противников. Он не считал гетов, валявшихся вокруг этой баррикады и по лестницам там внизу, но двенадцать кроганов, лежащих только здесь и ещё сколько-то по лестницам, уже никогда не смогут драться! Его снова захватывала пелена боевого безумия, требуя вымещения ярости на любом враге оказавшемся на его пути. С ненавистью пнув останки человека и сбросив их на камни у основания здания, кроган выбежал из укрытия, надеясь успеть добежать до последнего очага сопротивления нападавших.

***

Десантный транспорт синтетиков уже начал высадку первых отрядов синтетиков, когда мой отряд влетел на площадку, тотчас стараясь занять хоть какие-нибудь укрытия. Ядро и Кайдан были прикрыты от гетов здоровенным бетонным выступом, нашей задачей было всего лишь не пустить синтетиков за эту преграду. Высадив десяток пехотинцев, транспортник внезапно рванул вверх, прекратив десантирование. Огненный факел лизнул бетонное ложе, на котором находились синтетики и превратил троих в плазму, вместе с большим куском поверхности площадки. Корабль противника стремительно набирал высоту, отдаляясь от нашей позиции и стремясь превратиться в маленькую точку у горизонта, когда из белых облаков к нему стремительно протянулись еле заметные следы. Искорки взрывов накрыли гета и он начал разваливаться в воздухе на части, падая где-то далеко за пределами базы.
Оставшиеся геты атаковали нашу позицию, пользуясь перевесом в огневой мощи, но пара ЭМ-гранат и биотика Рекса, вкупе с нашей стрельбой закончили бой. ВИ надрывался, всё тело охватывало знакомое мерзкое чувство от применяемого панацелина. Я опустил взгляд, в моей броне зияли несколько отверстий. Три попадания в плечо, два в грудь. ВИ выдал утешительную картину, всего одно проникающее в руку, кости целы, остальные выстрелы прошли по касательной, лишь распоров кожу. Болезненно, но вполне приемлемо для исхода боя.
— Тали, Рекс, статус! Кайдан, что у тебя?
— Я в порядке, Шепард. — Рекс устало усмехнулся.
— Бомба готова, капитан. Ловушка стоит, у нас есть час времени убраться отсюда. Надо помочь Эшли капитан!
Тали со стоном попыталась подняться и упала на бетон. Я рванул к ней, забыв о своих ранах.
— Тали!
— Я... в порядке... рикошетом зацепило.


Её руки сжимали бедро. Скафандр выглядел целым, пулевого отверстия не было нигде видно, но было ясно, что сильная боль мучила кварианку.


— Обломок попал в ногу, ничего страшного. Костюм цел, я могу идти.
— Выдвигаемся к отряду Эшли. Быстрее!
Тали, хромая, старалась успевать за нами, пока мы неслись к последней позиции отряда «Аэгор». В конце концов, Рекс подхватил её на спину и грузно побежал с кварианкой на закорках. На крышу здания нас встретил выстрел дробовика и рёв крогана в боевой броне, рванувшего нам навстречу. Рекс не успевал опустить кварианку, чтобы встретить сареново отродье, но двойной биотический удар сделал своё дело не хуже Рексова дробовика. Кроган взлетел вверх на пару метров и перелетел низкое ограждение крыши, рухнув с высоты здания на острые камни у подножия скалы.
— «Аэгор»! Ответьте, «Аэгор»!
Капитан Киррахе надрывался в эфире, бессмысленно стараясь вызвать свой отряд. Я остановился, уже всё понимая, глядя на взорванную баррикаду у позиции последней батареи ПВО. Кайдан рванул к опалённым огнём, выщербленным пулями стенам, сохраняя безумную надежду. Рекс аккуратно опустил девушку на крышу и подошёл ко мне, ему тоже всё было ясно.
— Они храбро сражались Шепард. Умереть, убив столько врагов — такое не будет забыто. Они погибли с честью. Даже для крогана это была бы великая битва.
Я прошагал к последнему укреплению и заглянул внутрь. Останки тел саларианских солдат и кроганов лежали на полу там, где их застала смерть. Кайдан стоял на коленях у края крыши, рядом с ним на бетоне расплывалось красное кровавое пятно, размазанный след от которого уходил за край. В луже крови виднелся отпечаток лапы какого-то крогана, вполне вероятно того самого, кто только что рухнул вниз. Я подошёл к лейтенанту, заглядывая за край, где далеко внизу бились волны безымянного моря. Под нами, на тёмных камнях, светлым пятном лежало тело в броне Альянса. ВИ безжалостно выдал дистанцию до него, сто десять метров свободного падения. Никакой скафандр, ничто не могло спасти её, даже если она была ещё жива, когда падала вниз.
— Кайдан... ей уже не помочь. Раньше погибшим воинам складывали погребальный костёр, это было величайшей честью. Уходим, взрыв достойно похоронит её тело.
— Это ты виноват в её смерти! — Кайдан взметнулся с колен. — Надо было идти ей на помощь, а не мне!
— Успокойся лейтенант! Здесь я принимаю решения, а не ты! Каждый из нас знал на что шёл! База должна быть уничтожена любой ценой, все могли здесь погибнуть! Выполнение задания важнее чем одна жизнь!
— Ты ни хрена не знаешь, капитан! И ни хрена не понимаешь! — Биотические молнии промелькнули на его руках.
Рекс умело врезал по шлему Аленко прикладом, гарантированно вырубив его на некоторое время.
— Нет времени здесь разбираться. До взрыва меньше получаса.
Джокер смог забрать нас с крыши и резко увёл фрегат в сторону с набором высоты. Ядерный взрыв стоило смотреть с максимально возможного расстояния и причин задерживаться ни у кого не было. Все выжившие в этом бою уже были на корабле, Прессли успел подобрать отряды Киррахе. Все мои члены команды подошли к нам, вопросительно смотря на тело Кайдана. Гаррус первый нарушил молчание.
— Сержант Уильямс...
— Погибла. Кайдан не в себе, пусть его отнесут к доктору Чаквас.

Киррахе подошёл к нам.

— Её смерть не была напрасной. Мы всегда будем помнить самопожертвование сержанта Уильямс. Спасибо за то, что подобрали, капитан Шепард. Многие командиры просто бросили бы нас там. Мы покинем ваш корабль, как только доберёмся до ближайшего космопорта.

Я пожал руку саларианцу и отвернулся. Из всего его отряда уцелело пятнадцать бойцов, и ни один не обошелся без ранений. Альянс тоже заплатил свою цену здесь, член моей команды погиб, защищая жизни галактического сообщества. Слишком слабое утешение. Сначала Дженкинс, теперь Уильямс... На ум пришли слова брошенные мне в лицо так давно, что казалось совсем в другой жизни.
«Ты там идёшь, а вокруг падают другие. Тебя даже Смерть к себе не возьмёт. Так и будешь болтаться никому не нужный, ты ею меченый!»
Да, Карина, ты тогда была права, я иду, а вокруг меня падают другие. Кто упадёт следующим? Кайдан, Рекс, Гаррус, может Лиара или Тали? Отдав распоряжение медику относительно Аленко, я стянул с головы шлем и молча пошёл в свою каюту, отпустив свою команду отдыхать.
Джокер угрюмо смотрел в экран, когда на месте базы запылал, поднимаясь ввысь, гриб ядерного взрыва. Может, Эшли и не была самой милой девчонкой в общении, но всегда умела быть в правильном настроении и почти никогда не обижалась на его подколки. Джефф вздохнул и поёрзал на жёстком сидении пилота. Пора возвращаться в обжитой космос из этой глухомани. Жизнь продолжалась, как бы ни было больно терять друзей.

Отредактировано SVS



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 16.02.2012 | 3195 | 10 | Сын Земли, unklar | unklar
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 45
Гостей: 37
Пользователей: 8

O-Yama, MacMillan, Соловей, Faler92, bug_names_chuck, Goldi, 1stSgt, XIX
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт