Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Горсть Пыли. Глава 32. Укутавшись в воспоминания

Оригинал: A Handful Of Dust;
Автор: tarysande;
Разрешение на перевод: получено;
Переводчик: Mariya;
Жанр: драма;
Персонажи: фем!Шепард/Гаррус, Тали и др;
Описание: Десять миллиардов здесь умрут, чтобы двадцать миллиардов там выжили. Закончившаяся война оставила за собой осколки, которые нужно собрать, и жизни, которые нужно возродить. И пусть даже Жнецы больше не угрожают галактике, ничего не стало проще.
Статус: в процессе;
Статус перевода: в процессе.



Гаррус стоял по другую сторону двери в кабину пилота, нервно переминаясь с ноги на ногу. Звукоизоляция была настолько хороша, что он не слышал даже приглушенных голосов. На минуту поддавшись паранойе, он представил, как Шепард силой захватывает управление кораблем и направляет его в неизвестном направлении — и все это часть какого-то плана, который он не смог предусмотреть. Он покачал головой, разочарованный в самом себе.

Но с другой стороны, события на Омеге могли бы закончиться совершенно иначе, если бы тогда он руководствовался паранойей.

Раздраженно шевельнув жвалами, Гаррус принялся разминать шею, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону.

— Та история не могла закончиться иначе, — пробормотал он в тишине коридора, ведущего к шлюзу. — Рано или поздно мы бы все равно погибли, и мы знали это.

— Гаррус?

Он резко развернулся. Он даже не слышал, как открылись двери, хотя звук, с которым они теперь закрывались, показался ему столь же громким, как выстрел на стрельбище. Склонив голову, Шепард с тревогой смотрела на него. Ее глаза выглядели покрасневшими, щеки зарделись, а кулаки были сжаты так крепко, что пальцы побелели от напряжения.

Он не стал говорить, что с ним все в порядке. Они оба оставляли при себе эти маленькие неискренности, потому что таким образом не нарушали их договоренность о взаимной честности. Во всяком случае, так он себе говорил. Может быть, она делала точно так же. Спустя несколько напряженных мгновений Шепард вздохнула и прижала ладони к бедрам.

— Я тебе когда-нибудь рассказывала про Иден Прайм?

Гаррус непонимающе моргнул.

— Шепард, я... э, читал отчеты.

— Засекреченные? Или те, в которых умалчивается обо всем важном?

Он шумно выдохнул.

— Ладно, твоя правда. Так что там с Иден Праймом?

— Изначально эта миссия подавалась как обкатка нового корабля — полагаю, как раз об этом ты и читал в отчетах. Рутинный полет. Новый корабль, новая команда, новые технологии. Но большая часть экипажа отнеслась к такому объяснению несколько скептически, учитывая присутствие на борту Спектра.

— Да, Найлуса. Пару раз он блокировал ход моих расследований, когда я работал в СБЦ.

Выражение лица Шепард сменилось с встревоженного на заинтересованное.

— Может быть, однажды Самара расскажет тебе о своем опыте общения с ним.

— Э, Шепард, не то чтобы это было неинтересное отступление, но...

— Потерпи. Найлус находился на борту по двум причинам: во-первых, чтобы первым добраться до протеанского маяка, а во-вторых, чтобы оценить мою кандидатуру на роль Спектра. Вот об этом как раз и умалчивалось. Такая себе потребность в информации, которую ты не ощущаешь, пока не оказываешься по уши в дерьме, и вот тогда-то гарантированно и приходишь к мысли, что эта самая информация была тебе нужна гораздо раньше. — Шепард с горечью скривила губы. — Должна признать, наименее любимый мною вариант.

Гаррус понятия не имел, к чему Шепард ведет, но по крайней мере был рад убедиться, что эти воспоминания — старые воспоминания — находились на своем месте. Вряд ли кто-то до этого объяснял участие Найлуса в той миссии столь подробно, но Гаррус был не особо-то удивлен.

— Полагаешь, он бы поддержал твою кандидатуру?

Откинувшись на спинку кресла, Шепард пожала плечами — и, заметил Гаррус, сделала это с легкостью. Судя по всему, это движение не причинило ей прежней боли. Очевидно, наконец-то вступила в действие внедренная «Цербером» система восстановления. Лишь бы это снова не привело к судорогам, как в прошлый раз. Он потряс головой, стараясь избавиться от ее криков, вновь зазвучавших в его голове. Шепард либо ничего не заметила, либо притворилась, что не заметила.

— Не знаю, однако мне бы хотелось в это верить. Но дело в том, что Иден Прайм должен был стать первым из нескольких тестов — что-то вроде начального вызова. Тогда мне показалось, что Найлус собирался играть роль не только судьи, но и наставника. Что, в общем-то... м-да. В итоге мне пришлось постигать науку Спектров самостоятельно, и я думаю, что если бы Найлус остался в живых, этого бы не произошло. Мне много чему пришлось научиться за свою жизнь, но эти уроки были достаточно сложными.

Молча Гаррус ждал продолжения, и наконец Шепард подалась вперед и оперлась локтями на колени. Хмуро глядя прямо перед собой, она продолжила:
— Найлус не командовал операцией. Конечно, А... Андерсон прислушивался к его мнению, но он не отдавал приказов. Я предполагаю, все могло измениться, если бы запахло жареным. Тогда он, скорее всего, взял бы командование на себя, использовал бы привилегии Спектра в надежде, что состоящая из людей команда признала бы его лидерство.

— Ну... ладно, — проговорил Гаррус, и в его субгармониках прозвучал вопрос, который он не позволил бы себе задать. Он заметил, как голос Шепард дрогнул на имени ее наставника — Андерсона, не Найлуса — но помимо непроизвольно дернувшейся мышцы на челюсти, ее лицо не выдало больше ничего.

— Мне бы хотелось, чтобы тебе не пришлось учиться в тех же условиях, что и мне, — сказала она наконец. — Но в данный момент я не в состоянии принять командование на себя, хочу я того или нет.

Гаррус хмыкнул — скорее, не смешок, а выражение сомнения.

— Так что? Ты собираешься выдвинуть мою кандидатуру на звание Спектра и сейчас как раз намереваешься оценить мои способности?

Шепард не засмеялась, не улыбнулась. Мышца на ее челюсти снова дернулась.

— Спектрами не становятся, ими рождаются. Во всяком случае, так мне говорили. Когда-то ты этого хотел. Неужто передумал?

Гаррус едва заметно покачал головой, практически не вкладывая в это движение никакого смысла.

— Шепард, это...

— Немного странно, да, — перебила она его задумчиво. — И кто знает, как теперь все будет устроено в галактике. Возможно, я предлагаю тебе вступить в ряды организации, которая больше не существует. — Губы Шепард изогнулись в полуулыбку. — В таком случае, я выбрала отличное время, да? — Перевернув руки ладонями вверх, словно бы демонстрируя, что они пусты, она снова пожала плечами. — Это твое шоу, Вакариан, я же буду просто наблюдать со стороны.

— Сомневаюсь, — ответил Гаррус, все еще пытаясь осознать ее слова, ее предложение. — Ладно. У тебя есть... какой-нибудь совет?

Шепард улыбнулась и расслабленно оперлась одним локтем на подлокотник.

— Я уж думала, ты никогда не спросишь. — С этим она снова посерьезнела и, понизив голос и глянув через плечо на все еще закрытые двери рубки пилота, сказала: — Не оставляй его там в одиночестве. Это мой тебе совет. Кажется, Эддинг проходил обучение на пилота — этого хватит. Гастингс тоже. — Она поежилась и на несколько мгновений прикрыла глаза. — Мы с тобой оба знаем, что значит оставаться наедине с собственными нежелательными мыслями и сожалениями по поводу того, что не в наших силах было изменить. Он справится, но ему нужна компания. — Шепард немного помолчала и с болью в голосе добавила: — Он привык к компании.

Прежде чем Гаррус успел ответить, странная смесь эмоций отразилась на лице Шепард: удивление, удовольствие и опасение одновременно.

— Мы больше не одни, — прошептала она. — И находимся слишком близко к шлюзу.

— Что?..

— Это неприемлемо! — рявкнул Явик. Гаррус повернулся как раз вовремя, чтобы уступить дорогу разгневанному протеанину. Зло глядя на него всеми четырьмя глазами, Явик спросил: — Почему ты не пришел ко мне немедленно, как только она очнулась?

Гаррус растерянно моргнул. Вряд ли ему мерещилось слабое зеленое сияние, окутывавшее раздраженного протеанина.

— Как-то времени не нашлось.

Резкое движение руки Явика походило на начало биотической атаки, но он все же сумел сдержаться. Сияние стало заметнее.

— Глупый турианец.

Явик обошел Гарруса и вперил взгляд в Шепард, которая встретила его с мягкой улыбкой. Гаррус сомневался, что когда-либо видел, чтобы протеанин добровольно дотронулся до кого-то, но сейчас он сделал это без тени сомнения — коснулся кончиками пальцев головы Шепард, слегка растрепав при этом ее прическу. Она даже не поморщилась, но выражение ее лица теперь напоминало маску, так что Гаррус усомнился в искренности изображаемой ею безмятежности.

Когда же Явик отступил от нее, держа при этом руку чуть в стороне, словно она причиняла ему боль или же была грязной, и он не хотел запачкаться еще больше, Шепард заметила:
— Должна сказать, что в исполнении азари этот трюк намного эффектнее.

— Пф, юмор. Всегда юмор. Это признак слабости, — фыркнул Явик, все еще глядя на нее, а затем задумчиво добавил: — Это не имеет смысла, коммандер.

— Да что ты такое говоришь.

Гаррус уловил в голосе Шепард привычный сарказм, но Явик, очевидно, принял ее слова за предложение — даже приказ — объяснить, потому что поднял «запятнанную» руку вверх и сказал:
— Теперь ты ощущаешься, как прежде, но в то же время... Я не понимаю. Ты была... сломана. И некоторые из трещин по-прежнему на месте. Но все же в целом я снова узнаю тебя.

С неискренней веселостью Шепард предположила:
— Мне стало лучше?

— И снова шутка.

— Ну, ты сказал, что я ощущаюсь, как прежде, так что я решила, что ответ тоже обязан содержать немного плохого юмора.

Гаррус достаточно часто видел неудовольствие на лице Явика, чтобы узнать его сейчас, но вместе с тем осталось и изумление. Он выглядел так, словно ему хотелось ходить вокруг кресла Шепард кругами и разглядывать ее со всех сторон. Вместо этого он склонил голову и поочередно моргнул двумя парами глаз — так, чтобы ни на мгновение не выпускать ее из поля зрения.

— Это не имеет смысла, — повторил он.

— Я рада тебя видеть, Явик, — сказала Шепард, на этот раз безо всякой иронии. — Не была уверена, что мне снова представится такая возможность. Надеюсь, ты пришел к выводу, что наша вселенная все же сможет что-то предложить такому старому вояке, как ты?

Гаррус не присутствовал при разговоре, на который Шепард, очевидно, намекала, но что-то в ее движениях, а также тот факт, что Явик вздрогнул — вздрогнул! — подсказало ему, что он был достаточно серьезным.

— Возможно, — ответил протеанин загадочно. — И, возможно, когда починят ретрансляторы, я... двинусь дальше.

— Я уверена, Лиара готова будет пожертвовать рукой ради совместной работы над книгой.

— Пф, ваша азари сама не знает, чего хочет.

Шепард улыбнулась.

— Может быть, не одна она.

— Примитивы и ваши бесконечные слова, — пробормотал Явик. — Я буду в своей каюте. Я ощущаю человека на своей руке. — Он сделал несколько шагов прочь, а затем остановился и пообещал: — Я подумаю над этой загадкой.

— Моя голова в твоем распоряжении, если тебе снова понадобится дотронуться до нее, — крикнула Шепард ему вслед.

Гаррус не разделял ее веселья — он все еще помнил, в каком состоянии Явик вернулся с «Империи», а когда ему удавалось проспать достаточно долго, чтобы увидеть сны, слова протеанина «мысли о тебе оставались ясными дольше всего» преследовали его в кошмарах, о которых он не собирался никому рассказывать.

После имевшей место перебранки с Явиком визиты к остальным членам экипажа показались едва ли не скучными. Не все восприняли ее возвращение со слезами на глазах, подобно Гастингс или Эмерсон. Или Джокеру. Заид и Грюнт были рады ее видеть. Кроган проревел: «Учитель!» и тут же принялся воодушевленно повествовать о том, что он сделал во время последнего наступления на Земле, немного напоминая маленького ребенка, который делится с родителем успехами в школе. Заид рассказал ей длинную запутанную историю, в которой для разнообразия никто из главных действующих лиц не умер. Гаррус предположил, что таким образом человек хотел сделать Шепард приятное, хотя и описал мертвых батарианцев со всеми отвратительными подробностями. К чести Шепард следует отметить, она выслушала это стоически.

Тали поприветствовала ее чуть более сдержанно, чем Гаррус ожидал, но все же казалась искренней. Несколько раз он заметил, что она смотрит на него, словно бы прося встретиться с ней еще раз наедине позже. Он едва заметно кивнул, считая себя обязанным ей. Кроме того, ему хотелось узнать ее мнение: учитывая их долгое знакомство, именно ее и Кайдена впечатления будут наиболее ценными.

Духи, казалось, они гонялись за Сареном, пылая праведным гневом, так давно. Теперь же Гаррус вспоминал того себя с угрюмой ностальгией. «Бедный малый, — думал он. — Такой горячий. Ты и понятия не имел, во что впутываешься».

Джек, поднявшись наверх из своей каморки — куда Шепард со своим креслом никогда бы не попала, как бы ей ни хотелось поговорить с женщиной в привычной для нее обстановке — повела себя еще настороженнее. Возможно, дело в том, что Джек была там, на «Империи», и видела Шепард так не похожей на саму себя. Она держалась холодно, отвечала кратко и использовала поразительно мало для себя ругательств, все время глядя на Шепард прищурившись, как люди делали, желая рассмотреть что-либо получше. Гаррусу всегда было интересно, помогает ли это им, и если да, то каким образом? Наконец Джек уперла руки в бока и сказала:

— Черт, Шепард, заканчивай строить из себя психолога. Со мной все нормально, с тобой тоже — с нами всеми все преотлично.

Вероятно, это было все признание, которое Шепард ждала от нее, потому что она улыбнулась. Хоть что-то.

К Аленко она наведалась в последнюю очередь и эту беседу провела с ним наедине. Когда она покинула его каюту, ее глаза были сухи, а щеки — не розовее обычного. Ее руки, крутящие колеса, были тверды. По мнению Гарруса, она выглядела решительней, чем он когда-либо ее видел. Вот только он не знал, насчет чего она была так уверена, и, сказать по правде, ему не особенно-то хотелось спрашивать.

— Итак, — сказала Шепард, когда вместо того, чтобы вернуться в медотсек, они направились наверх, в его — их — каюту. — Кого бы ты послал?

Она смотрела на лесенку, ведущую в жилую часть, остановившись у самой верхней ступени, словно бы рассматривала вариант просто пустить кресло вниз, не задумываясь над последствиями. Посомневавшись лишь секунду, Гаррус наклонился рядом с ней, предлагая ухватиться руками за его шею. Посомневавшись лишь секунду, Шепард приняла помощь, и, ощутив ее прохладную руку на своей горячей шее, он задрожал. Если она это и заметила, то не стала комментировать. Точно так же и он ничего не сказал в ответ на сообщение его визора о том, что ее пульс участился.

Он не стал сомневаться, прежде чем сел рядом с ней — пусть даже и не так близко, как сидел когда-то. Она не перекинула ноги через его бедра и не прижалась к его боку. Он не провел непослушными пальцами по ее волосам и не склонил лицо, чтобы уткнуться ей в шею.

— А на этот счет у тебя нет совета?

Шепард выгнула бровь.

— А он тебе нужен?

— Могу я задать вопрос?

Она пожала плечами, разрешая.

Жвалы Гарруса шевельнулись, а затем прижались к щекам. Глубоко вдохнув, он спросил:
— Почему ты разрешила Аленко вернуться на «Нормандию»? Я имею в виду, после попытки переворота.

— Может быть, потому что два Спектра лучше, чем один?

— Такой ответ не пройдет.

Шепард улыбнулась, будто бы и не ожидала иного.

— Не хочешь рискнуть и сделать предположение?

Гаррус потер шею, глядя на пол между своими ступнями, чтобы удержаться от соблазна попробовать найти ответ в загадочном выражении лица Шепард.

— Вы не всегда ладите.

— Это можно сказать обо мне и любом другом члене экипажа. Даже о тебе.

Гаррус поднял открытую ладонь, признавая ее правоту, а затем снова сжал кулак.

— Нет, я хочу сказать, что это и есть причина, по которой ты позволила ему вернуться. Он честен. Он служащий Альянса. И ты знала, что прими ты неверное решение, он не промолчал бы.

Когда он вновь посмотрел на Шепард, она все еще улыбалась, правда теперь наклон ее бровей придавал лицу печальное выражение.

— На самом деле ему даже не было нужды тыкать меня в это носом. Ну, знаешь, со всеми этими разговорами. — Она коснулась своей переносицы, затем уголка глаза и плеча. — Порой Кайден ведет себя слишком уж по-военному, чтобы что-нибудь сказать напрямую, но язык его тела говорит мне все, что надо. Вся галактика катилась к пропасти, и... на самом деле, это было довольно эгоистично с моей стороны. Имею в виду, согласиться. У него должен был быть собственный корабль, собственная миссия, но я удержала его на «Нормандии», используя как запасной моральный компас, — со вздохом признала Шепард. — Полагаю, я задолжала ему извинение по этому поводу. Правда, это он попросил меня разрешить ему вернуться, а не наоборот.

— Значит, ты все же считаешь, что мне следует послать Кайдена с разведкой на Землю.

Шепард ничего не выдала ни выражением лица, ни движением тела.

— Я не знаю. Джек стала куда дипломатичнее, чем была когда-то.

Гаррус развел жвалы в стороны и пораженно покачал головой.

— Возможно, Явик прав насчет юмора, Шепард.

Ее ответный смех перерос в зевок, а затем она печально вздохнула.

— Полагаю, мне пора возвращаться в медотсек.

Гаррус переместился, чтобы поднять ее, но как только она оказалась в его руках, задержался, прежде чем посадить ее в кресло.

— Может быть... здесь будет удобнее. Я имею в виду... кровать.

Шепард на мгновение напряглась.

— Мне бы не хотелось мешать.

Он прижал ее чуть сильнее, безмерно сожалея, что является причиной печали, звучащей в ее голосе, и не может найти слов, чтобы сказать ей об этом. Она обвила его шею чуть крепче. Гаррусу потребовалось всего два длинных шага, чтобы добраться до кровати — до любимой ею стороны — и аккуратно опустить ее на простыни.

— Я сообщу доктору, где ты, — произнес он, — и верну сестре ее средство передвижения.

— Гаррус, — обратилась она к нему, — я... я думаю, не только мне нужен сон. Я не хочу, чтобы ты чувствовал...

Он коснулся пальцем ее нахмуренного лба.

— Все в порядке. Я всегда сплю на кушетке. Поспи, — сказал он, освобождая ее волосы от резинки.

На ресницах Шепард блестели слезинки. То, как напряглись мышцы ее шеи, подсказало ему, что она старалась не облокачиваться на его руку слишком сильно.

— И постарайся не храпеть, — добавил он нежно.

Ее губы сладко изогнулись.

— Думаю, мы оба знаем, кто из нас самый громкий, Вакариан. Ты храпишь со звуком приближающегося Жнеца. — Гаррус фыркнул, и Шепард открыла влажные глаза. — Слишком рано?

Прежде чем он успел убрать руку, она взяла его за ладонь и прижала ее к своим губам. Поцелуй был невыносимо мягок, невыносимо нежен и окончился еще до того, как Гаррус понял, что происходит. Она сжала его пальцы в кулак и задержала их в своих руках еще на мгновение, а затем отпустила. Он не стал разжимать руку, сохраняя тепло ее губ внутри, словно талисман.

— Спасибо, — прошептала она.

Он не спросил, за что, а она не стала объяснять. Гаррус остановился на пороге каюты и потушил свет, так что теперь помещение освещалось только голубоватым сиянием аквариума. Отсюда Шепард виднелась темным силуэтом — неясным и знакомым. Хомяк пискнул в своем маленьком стеклянном домике. Несколько вещей Шепард были перекинуты через спинку стула — он оставил их там, когда искал ее толстовку чуть ранее. Стол был практически завален его планшетами и парой-тройкой модификаций оружия.

Это место походило на дом. Впервые за несколько месяцев.


Отредактировано. Борланд


Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 09.06.2015 | 580 | Горсть Пыли, Гаррус, Шепард, Mariya | Mariya
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 23
Гостей: 23
Пользователей: 0

Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт