Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Сын Земли. Глава 3. Продолжение

Жанр: экшен/приключения/драма; 
Персонажи: м!Шепард;
Аннотация: Продолжение главы 3;
Статус: в процессе;






Двухгодичное обучение, которое мы считали тяжёлым, было просто детской разминкой по сравнения с тем, что предложили нам здесь. Инструктора-сержанты были постоянно недовольны и нами, и нашей подготовкой. Из нас выдавливали не то что все соки, из нас выжимали всё, что можно выжать, и ещё докручивали: а вдруг где-то ещё осталась капля сил. Для меня и капралов отдельным кошмаром были дополнительные занятия по тактике и стратегии. Ксенобиология, поведенческие реакции чужих, сильные и слабые стороны войск противника, отдельных бойцов и оперативных соединений. Казалось, что голова вспухнет, а мозги просто откажутся воспринимать что-то новое. Всё, сразу навалившееся на нас, просто заставляло опускать руки. К тому же для всех нас пришёл запрос о выборе своей специализации. Для меня наиболее актуальна оказалась снайперская винтовка: она позволяла контролировать обстановку и иметь возможность просчитывать решения.

Лично для меня, память о первом нашем бое неотступно стояла за спиной. Как можно было избежать потерь, что мог противопоставить противник и так далее. К сожалению, после «входного» теста со многими у меня отношения подпортились: задачу мы, конечно, выполнили, но цена оказалась высоковатой. Постепенно стали замечать, что на всех тактических занятиях выполнение задачи проходило в максимально короткие сроки и точно, но ценой этого был рост потерь. Первой отношения со мной оборвала Карина; вдвойне обидно было, что она была одна из тех немногих, кто мне нравился, и её реакция болезненно ударила меня. Брошенная мне напоследок фраза о том, что для меня все стали игрушечными солдатиками, которых не жалко, что я перестал за точками на карте видеть живых людей, ужалила как земляная пчела.

— Карина, я же сам там стою вместе со всеми и собой рискую также! Мы выполняем наш долг! Если мы будем бояться...
— Ты там идёшь, а вокруг падают другие. Тебя даже Смерть к себе не возьмёт. Так и будешь болтаться никому не нужный, ты ею меченый! Уйди от меня!

Карина оттолкнула меня и, не оборачиваясь, умчалась в казарму. Я стоял и пытался осознать, что она мне сказала. Во время практических занятий я не меньше других получал и шишки, и синяки. Задыхался в пробитом костюме, пока система пыталась залатать пробоину. Не говоря про мой дом... там. Там мне тоже повезло? В том, что выжил, что меня смогли откачать и спасти?! В ярости я, не разбирая дорогу, рванул в зал: надо было хоть как-то сбросить свою злость, а что может быть лучше доброго спарринга? В зале занятий уже не было, время ужина, так что никто мне не помешает. Включив спарринг-партнёра на максимальный режим, я рванул на него. Ответный удар отбросил меня к стене, пелена ненависти спала, и уже пришлось вытрясать из себя всё лишнее, чтобы противостоять этой машине. Пропустив ещё пару ударов, от которых затрещали рёбра, в голове окончательно прояснилось. Осталось только понять, как теперь с этой дурой электронной разобраться, ибо добраться до неё я никак не мог. Слишком быстро и мощно она отвечала на все мои попытки провести хоть один из приёмов и вырубить её. Получив ещё разок-другой, вопрос встал в иной плоскости: как бы живым остаться. Разорвав дистанцию и нарезая круги, чтобы её сохранить, я начал искать выход из сложившейся ситуации. Некстати вспомнился отрывок из фильма про применение биотики, вот бы она мне пригодилась сейчас! Среди нас специалистов не было: их готовили в другом месте, и с нами они нечасто пересекались. И это было очень редким даром! Полезным и зачастую единственно доступным при решении задачи. Оставалось только сожалеть о том, что мне этот дар не перепал.

Отказать в адаптивности спарринг-партнёру было нельзя: гоняя меня по залу, он смог зажать меня в угол. Ситуация оказалась, однако, пренеприятно сложной и гарантировала больничную койку. Выхода из ситуации я не видел, и в голове пролетело воспоминание о Мендуаре. С яростью я прыгнул вперёд и нанёс удар. Точнее попытался, но не смог, так как моего противника снесло, словно ему из масс-ускорителя влупили. Вокруг моей руки змеились голубоватые молнии, впрочем, они быстро пропали. Я почувствовал себя выжатым, как после кросса с полной выкладкой. Спарринг-партнёр лежал грудой металла и пластика у стены, смятый и покорёженный. В это было невозможно поверить. Для управления биотикой были нужны усилители, операция. Сейчас как раз пошли в серию L3, гораздо более совершенные, чем прежние. Но я-то не проходил никакой имплантации! Всё, что нам было сделано, — это стандартные улучшения с целью усиления в пределах разрешённых Альянсом и Советом генетических модификаций. Эффект от них был небольшой, но это позволяло иметь некоторое преимущество в ряде случаев. Но биотика могла быть врождённой только у азари, для всех остальных это было пренатальное облучение нулевым элементом. Целенаправленное применение подобного было запрещено, но общее распространение технологии эффекта массы привело к росту аварий с выбросом нулевого элемента. Насколько они все были естественными — являлось вопросом открытым. Мне оставалось допустить, что, когда мама была беременна мной, она попала в зону выброса.

Однако всё это не давало никакого ответа, как мне этим пользоваться, так как полная подготовка для биотиков была длительным процессом, и мне было уже поздно туда переводиться. Размышляя над этим вопросом, я пропустил момент, когда в зале появился лейтенант-инструктор. Увидев разбитого партнёра и меня с явными следами боя, он сделал единственно верный вывод:

— Шепард, какого хрена?! Если тебе нужны дополнительные рукопашные занятия, достаточно об этом попросить. А самовольно забраться в зал и сломать робота — это не шутки! К тому же ты наверняка и ужин пропустил? Ну-ну...
— Так точно, сэр! Виноват, сэр! Спарринг-партнёра сломал я.
— Кто ещё был с тобой? Его будто танком смяло! Один ты бы никогда не смог этого сделать. Итак, кто ещё тут был?
— Никого кроме меня, сэр! Это сделал я один.
— К капитану, марш!

Капитан не был доволен, мягко говоря. Так что наказание за свою несдержанность было для меня понятным и предсказуемым. Единственное, что вызвало у него заинтересованность — то, что я смог превратить в утиль боевого робота. Приказав лейтенанту просмотреть камеры наблюдения и выяснить, был ли я там один, он сухо спросил меня:

— В чём дело, сержант? Лычки мешают и спать не дают? Так ты только скажи, это быстро — разжаловать-то несложно. Ты хоть знаешь, сколько он стоит? Если вы начнёте тут всё крушить, на вас никаких денег не хватит! Три тысячи кредитов, Шепард!
— Капитан, я не собирался его ломать. Я захотел немного размяться, но при установке настроек выставил слишком высокий для себя уровень взаимодействия. Когда он меня загнал в угол, я провёл атаку и, кажется, снёс его биотикой...
— Да неужто? Что же раньше ею не пользовался? Только сейчас вспомнил как?

Капитан презрительно скривился; оправдываться было бессмысленно: машину я действительно сломал, да так, что её только на свалку. Собственно, и то, почему там оказался, — я сам виноват: надо ко всему спокойнее относится. Пока мы беседовали, вернулся инструктор и принёс запись внутренних камер. Оставив меня стоять, они оба начали просмотр. Я видел их голоэкран и свои кульбиты от взбесившейся машины. Лейтенант слегка крякнул и что-то набрал на инструметроне. Увидев полученный ответ, он присвистнул и взглянул на меня. Капитан отвлёкся от записи и спросил:

— Рино, что ты там нашёл? Он тут один, это очевидно, хоть не врёт. Правда, я всё равно не понимаю, как он смог смять партнёра. Он же его гоняет по всему залу, Шепард в защите всё время.
— Капитан, у «Эльзы» был выставлен режим полного контакта. Более того, он дополнен. Но я не понимаю как, эта модель не перенастраиваемая.
— Ладно, разберёмся и с этим. Однако рукопашку ему надо подтянуть, не держит удар. Всё понятно, Рино?
— Так точно, капитан! — улыбочка Рино гарантировала мне его усиленное «внимание».

Наконец запись дошла до момента, когда меня «Эльза» (имечко, конечно, для этой дуры...) зажала. На видео было видно, что я бросаюсь на неё без какой бы то ни было защиты и... Правую руку вдруг охватывают голубые молнии, и, как только я сделал движение в сторону противника, его начало сминать и отбросило от меня. Дальше я стою и обалдело смотрю на свою руку, с которой пропадают молнии. Капитан остановил воспроизведение. Лейтенант также обалдело смотрел на меня, капитан же был несколько удовлетворён. Это было для меня абсолютно неожиданно: если реакцию лейтенанта я предполагал (я и сам-то от того, что произошло, не сразу отошёл), то реакция командующего была непонятна.

— Итак, ты смог реализовать свой потенциал. Это хорошо, вполне возможно, что когда-нибудь это спасёт тебе жизнь. Сейчас же марш в карцер, посидишь, подумаешь, как себя контролировать. Заодно повспоминай, как ты смог это вызвать. Лейтенант, отведи его. Новую машинку я тебе закажу. Ради такого дела можно. И разберись с модификацией.

Ночь в карцере приятной не назовёшь, но это не было худшим вариантом. Утро началось с дикого желания чего-нибудь сожрать. Обычно такого не бывало со мной, и я решил, что это вчерашний спарринг так сильно вымотал меня. Надо будет учиться пользоваться этим умением, иначе толку от этого будет немного. Пришедший караульный отвёл меня в общий зал столовой; место моё было известно, поэтому, направляясь к столу штрафников, я увидел свою порцию. Надо отметить, что кормили более чем прилично, но то, что было в этот раз (и только для меня, как я успел заметить, глянув краем глаза на своих), поражало своими объемами. Сразу подумал про себя, что столько съесть человеку не дано, но то ли я теперь уже не был человеком, то ли ещё что, но, смолотив всё, что было, я уже стал задумываться, что добавка в данном случае не помешает. Моя прожорливость не укрылась от глаз ребят, что послужило шуточкам насчёт отсидки в карцере. Это немного растопило атмосферу вокруг меня и не отдалило нас с Кариной. Она не стала подчёркнуто холодной, какой бывала последнее время, но осталась нейтральной.

Для меня последствия случая в спортзале явились не только в виде большего количества тренировок рукопашного боя, но и ещё одними занятиями — по биотике. Поскольку отправлять меня в группу детей-биотиков было попросту глупо, со мной вёл видеокурс один из преподавателей «Пути». Тренировки по биотике истощали очень сильно, настолько, что после ужина я еле доползал до своей койки в казарме и проваливался в чёрный сон без сновидений. Хуже всего было то, что результата этих тренировок было «кот наплакал». Всё, что удавалось создать более-менее стабильно, это поле броска и телекинез не тяжёлых предметов. Для создания кинетического барьера или поля сингулярности была необходима операция и усилитель, что делать было, в принципе, поздно. Инструктор честно предупредил, что надеяться на большой прогресс в биотике мне не следовало: слишком поздно обнаружили. В конце концов, получив результаты последних медицинских тестов, на следующей тренировке он объявил мне, что это последняя.

— Шепард, вы достигли своего пика. Большее вам недоступно — довольствуйтесь тем, что есть. Последние анализы стабильно дают одни и те же результаты. Вам остаётся только поддерживать себя в форме. То, чего вы достигли, — это много, но весь потенциал можно было бы развить, попади вы к нам ребёнком. До свидания, Унклар, был рад с вами работать.

Экран консоли потух, вернувшись в режим ожидания. Что ж, пользоваться во всю мощь, как это могут настоящие биотики, мне не суждено, но то, что у меня есть, даёт мне преимущество. Жаль, конечно, что я не могу воздвигать барьеры, как десантницы-азари — аккумуляторы щитов вылетали после одной хорошей очереди. Про остальные возможности и говорить нечего: эффективность с эффектностью на высшем уровне. Но... Раз нет — значит, нет, а из этого выходит, что пора докладывать об окончании курса.

Наконец год прошёл, и перед нами оставались только финальные тесты и выбор «встречающих» для новичков. Последний месяц превратился в ад: выматывающие тесты, теоретическая часть, всё в одном флаконе без права на передышку. Не сдать было невозможно, но финальные испытания сильно влияли на распределение в боевые части. Каждый вытягивал из себя все жилы, чтобы сдать всё на «отлично», так как сидеть в гарнизоне какого-нибудь захолустья никому не улыбалось. Лазарет базы стал предельно знаком всем и каждому, травмы стали настолько часты, что сильного внимания на них уже не обращали, только как на помеху при сдаче. Для меня и капралов командирские обязанности прокручивались даже во сне: тактика боя, построения, управление — тысячу и ещё один раз повторенное, усвоенное на тренировках, впитанное в кровь и плоть. Тесты, боевые тренировки, теория, спарринги — день за днём, неделя за неделей, и вот он — конец месяца! Мы сделали это, мы через это прошли! Теперь только окончательные результаты и выбор бойцов. Нас выстроили на плацу, напротив стояли все инструкторы и остальные офицеры базы, не занятые в тот день. Каперанг вышел вперёд и поприветствовал нас. Ответом ему было громогласное: «Здравия желаем, капитан первого ранга!» Он приступил к своей речи, отмечая наши достижения и знания, полученные на базе. Вступительная часть закончилась, и началась раздача слонов. Для большинства звание рядовой так и осталось неизменным при выпуске, но некоторые смогли подняться до капрала, Самеш и Али дотянули до сержантов. Меня в списке не было, и я не знал, радоваться этому или нет. Всё-таки и дисциплинарка была, и по биотике я не смог сильно развиться.

— Вы все отлично справились с программой обучения на этой базе. Ваша дальнейшая карьера и судьба зависит только от вас самих. Я рад, что вы смогли закончить все вместе, не потеряв никого из своих по ходу. Это показывает ваш дух, ваше стремление помочь друг другу. Однако среди вас есть те, кто смог добиться большего, чем предполагается курсом обучения. Капрал Карина Мийра, шаг вперёд! За ваши достижения вы получаете звание старшего сержанта. Будьте достойны этого звания!
— Служу Альянсу, сэр! — Карина, со вспыхнувшими щеками, стояла перед строем.
— Сержант Унклар Шепард, шаг вперёд!

Я шагнул вперёд из строя. Нервы были натянуты, как струны, я понимал Карину. Стоять перед строем и ждать поощрения, зная, что на тебе сосредоточена почти сотня глаз, было приятно и в тоже время тяжело.

— Вы успели отличиться при поступлении в ВКС Альянса, получив поощрение на Арктуре, получили звание капрал на Луне. Провели отличный вступительный бой и координацию своих товарищей здесь, на Титане. Решив, что и этого мало, вы сломали спарринг-партнёра, проявив биотические умения. Что ж, вы добились повышенного внимания к себе. За достижения и проявленное упорство в учёбе вы получаете первое офицерское звание младший лейтенант. Не часто у нас оказывались на выпуске лейтенанты, но каждый, кто его получал у нас, смог достичь многого в дальнейшем. Надеюсь, вы продолжите эту традицию.
— Служу Альянсу, сэр!
— Курс! Ура вашим товарищам!

Громогласное тройное «Ура!» прокатилось по плацу и заметалось среди зданий базы. Были бы здесь птицы, подумалось мне, взлетели бы со всех окрестных деревьев.

— А теперь, Шепард, Мийра — вы будете встречать новичков. Вам придаётся по три отделения каждому для выполнения задачи. Проверьте знания и умения новичков и ваши собственные. Как обычно заряды парализующие, к пленным относиться гуманно. Выбор тактических решений и места за вами. Маршрут их движения, состав ваших отделений и остальные данные получите у меня. Все свободны!

Мы переглянулись с Кариной; эта честь была оказана нам двоим неспроста. Значит, будем соперничать своими подходами к делу. Каперанг был в курсе всех событий и наших разногласий. Итак, за дело, сначала к капитану за боевым заданием, а потом думать, где и как встречать.

Новички прибывали через 40 часов, времени было немного, но с учётом того, что маршрут их был известен, лишних вопросов не было. Получив на руки список своих ребят, мы с Кариной вышли из зала совещаний. Просмотрев своих ребят, я нашёл странное несоответствие пропорций в группе. Из шестнадцати человек четыре снайпера, десять солдат, три инженера и трое штурмовиков из отдельного отряда. Они прибыли через полгода после нас и, обладая биотическими способностями, проходили боевое обучение с нами. Практика была внове: обычно их готовили на другой базе, но после переподчинения решили свести под одну с нами крышу.

Зная мою тактику, могли бы выделить хотя бы ещё одного снайпера. Но дарёному коню в зубы не смотрят, так что будем обходиться теми, кто есть. За мыслями о задании вдруг всплыло понимание, что я не знаю, откуда фраза насчёт коня. И почему ему в зубы смотрят. Подобные вещи происходили редко, но каждый раз я никак не мог привязать фразу к какому-то моменту памяти. Глубоко в душе она казалась соответствующей моменту, но откуда она всплывала?

У Карины не было подобных терзаний; просматривая своё задание и список взвода, она присвистнула. Похоже, что задание немного растопило её холодность ко мне.

— Мне придали пятерых штурмовиков! Вот это да! Ребята там ого-го какие!
— У меня трое, остальные наши.
— Ага, будем с ними учиться работать вместе. Если что пойдёт не так, я, так и быть, выведу тех, кто от твоих останется. С тобой, скорее всего, правда?

С милой улыбочкой она продефилировала готовиться к своим ребятам. М-да, зря я понадеялся, что отношения у нас выровнялись. Ничего не изменилось в лучшую сторону, и это значит, что отвлекаться на подобные эмоции глупо и попросту вредно. Солдат есть инструмент воли командира, может быть, со временем она это поймёт. Список доступного вооружения был достаточно короток: никаких гранат, мин и прочей прелести. Только лёгкое стрелковое оружие да дополнительные комплекты батарей для щита. Ну что же, начну и я подготовку своих.

После построения приступили к выбору позиции, чтобы учесть все наши плюсы и по максимуму обеспечить безопасность. Штурмовики в один голос высказались за контактный бой, в котором они были особенно сильны. Их умения в минимальный срок наносить максимально большие повреждения могли бы быть полезны. Но врываться в строй превосходящего по силам противника было самоубийственно и не привело бы к успеху. Задача была проверить наших вновь прибывающих, а не дать им перестрелять друг друга. Парализующие заряды не убьют, конечно, но и радости от них немного. Выбрав место для встречи, я собрал своих ребят. Пора было готовить нашу позицию. Взяв шанцевый инструмент у интенданта, выступили на точку: работы предстояло много, и лучше было начать пораньше. Выбрав позиции для снайперов, начали копать укрытия для солдат и штурмовиков. Такую работу, конечно, надо бы поручать кому-нибудь другому, поскольку делать укрытия в смерзшемся грунте, наполовину состоящем изо льда, удовольствие было ещё то. Метановый снег был плохой защитой, поэтому брустверы делали изо льда, стараясь придать нашему укреплению максимально естественный вид. Закончили свои дела почти к вечернему построению, но я был уверен в нашей работе. После ужина я договорился насчёт тактического зала, где мы проговорили и обсудили между собой план операции, возможные ходы противника и пути отхода на крайний случай. Отбой прозвучал как раз вовремя: нам всем надо было выспаться и быть готовыми. Ребята потянулись на выход, а я решил ещё раз глянуть макет. Запустив голокарту местности, отметил нашу позицию и предполагаемый путь следования новичков. Вроде бы никаких каверз не должно быть, потери прогнозировались как не более десяти процентов численности состава в наиболее неблагоприятной фазе. За дверью аудитории послышались шаги — я на всякий случай стёр координаты места и, отключив карту, обернулся. В дверях стояла Карина. Она молча зашла в комнату и закрыла дверь.

— Унклар, я... прости. Завтра мы закончим обучение и разлетимся в разные стороны. Я не хочу, чтобы ты обо мне думал, ну... что я такая неблагодарная дрянь. Ты всё тогда сделал как надо, просто я такого принять не могу. Это так непохоже на то, к чему я привыкла дома. Прости меня...

Она стояла рядом со мной, странный запах окружал её. Я невольно принюхался к пьянящему, экзотическому аромату. Он мне напоминал что-то, что-то близкое, то, с чем у меня должны были быть связаны воспоминания. Карина заметила это и ответила на мой невысказанный вопрос:

— Эти духи мне подарила мама на день рождения. Они были очень дорогие, мама сказала, что их делают всего чуть-чуть. Я их берегу для важных моментов. А завтра самый важный день в моей жизни.
— Карин, спасибо тебе. Я не знал, как примириться с тобой, я не знаю, смогу ли измениться, но я постараюсь не допускать такого, как там. Я постараюсь вывести всех.

Она чуть смущенно улыбнулась и опустила глаза. Я коснулся её руки, как бы подтверждая обещание. От её руки пробежала тёплая волна по всему моему телу, я легонько сжал её ладонь. Она вскинула на меня глаза и чуть заметно качнула головой. Обняв меня, она, прощаясь, коснулась губами щеки и вышла в коридор. Я стоял, облокотившись на стол, и смотрел на закрытую дверь. Так, наверное, лучше для нас обоих. Я не знал, смогу ли выполнить обещание, а будь она всегда рядом, это мешало бы мне и в итоге привело бы, скорее всего, к провалу. И ценой его могла оказаться не только жизнь солдат или моя жизнь, но и что-то более ценное. Да и как я бы сам смог отпускать её рисковать собой без меня? А то, что мы окажемся в разных местах, было известно практически наверняка. Очнувшись от дум о личной жизни, я решил поспешить-таки в свою казарму. И так уже задержался, а выспаться надо. Завтра с утра — бой.

Утреннее построение прошло быстрее обычного. Многие из моих ребят, да и из взвода Карины, нервничали. Карина сама переминалась с ноги на ногу, беспокойно теребя крепление пистолета. Наконец, прозвучала команда «По машинам!», и два взвода моментально погрузились в трюмы десантных челноков. Всё, операция началась.

Ребята быстро расположились в своих гнёздах, правда, пришлось выгрести снег, забивший их за ночь. Проверив ещё раз ландшафт с нашей позицией, чтобы ничего не выдало прежде времени, я стал выдвигаться на свою точку. Для меня началась охота за противником. Десантный корабль я заметил сразу, оставалось понять, где будет «моя» добыча. Наконец, транспорт завис и выгрузил первых новичков. Семь отделений! Это было не по плану: численный перевес складывался совсем не в мою пользу. Да и ребятам придётся ой как не сладко с такой толпой. От идеи использовать штурмовиков в контактном бою надо было срочно отказываться: их там просто разорвут! Давать радиоконтакт на таком расстоянии от противника было рискованно, но в противном случае моих ребят затопчут. Коротким кодированным сигналом предупредил своих о высадке и численности противника. Интересно, как там у Карины, столько же и ей перепало «в подарок»? Моё сообщение должно было встревожить этот муравейник, однако никакого видимого эффекта не последовало. Оставалось предположить, что их командиры умеют работать, в противном случае тяжело придётся ребяткам.

Выстроившись в походную колонну, молодняк двинулся прямёхонько в расставленную сеть. Наблюдая за ними с относительно безопасного расстояния, я подмечал слабые места. Никакой разведки, слишком беспечно идут. Впрочем, мы тоже шли без разведки, вспомнил я. У нас было преимущество и недостаток в распылении всех отделений по поверхности, что делало каждого из нас разведкой для других. Эти же идут высаженные компактно, могли бы и озадачиться. Пробираться за ними было не самой лёгкой задачей: всё-таки отсвечивать на тактических картах не стоило раньше времени. Наконец они втянулись в ложбину между двумя холмами, теперь мои снайперы ведут их. Ещё чуть вперёд и они наши. Ну вот и спуск вниз к метановой реке. Голова колонны вышла на гладкий берег, а хвост всё ещё отходил от холмов. Ещё чуть-чуть... Пора!

— Огонь!

Мои ребята с противоположного берега расстреливали походную колонну почти в упор. Штурмовики ребята оказались смышлёные и догадались, что в такую толпу прыгать дурость, поэтому отстреливали тех, кто смог прорваться сквозь огненный вал автоматного огня. В эфире творилось Бог знает что. Можно было спокойно работать со своими: паника и беспорядок не дадут отсеять, кто и откуда сказал. Скомандовав снайперам открыть беглый огонь по задним рядам, сам тоже присоединился к разгрому наших новобранцев. Закончив стрельбу, штурмовики выпрыгнули из своих окопов и прошлись по полю боя. Всё было кончено, бой занял не более сорока минут. Внезапно один из инженеров вызвал меня.

— Возможен град, надо побыстрее проводить эвакуацию.
— Какой район?
— Примерно на пять километров фронт идёт. Необычно мощный фронт. С базы передали закругляться.
— Время?
— Два часа до подхода фронта.
— Понял.

Связавшись с каперангом, я доложил о выполнении задания. В эфире слышалась работа Карины и её парней с девчатами. Судя по всему, там было повеселее, чем у нас. Долго прислушиваться времени не было: челноки были на подходе. Теперь нам надо было загрузить всех наших «павших» в машины. Каперанг вышел из первой машины и теперь смотрел на поле боя. Камеры следили за нами, это было понятно, но реальная картинка всегда давала человеку больше. Какая-то аура у таких мест, как поле боя, всё же была, и те, кто сам воевал, это чувствовали.

— Да, Шепард... Твой стиль, что ли? Бойня, натуральная бойня. Каковы твои потери?
— Потерь нет, сэр!

Он кивнул мне и махнул рукой на машины; пора было грузиться и нам. Отдав приказ и проследив, чтобы все заняли свои места, я запрыгнул на своё место. Здесь всё было закончено. Пора было возвращаться в наш дом, с которым завтра мы распрощаемся и разлетимся в разные стороны, чтобы когда-нибудь всё-таки встретиться. Из того, о чём мы успели переброситься с ней перед плацем, выходило, что она потеряла четверых: троих штурмовиков в ближнем бою и одного инженера зацепило шальным выстрелом. Её восхитило, что мы прошли без потерь этот тест.

— Ты отличный командир, Унклар, я рада, что у тебя так всё классно сложилось.
— Знаешь, Карин... У тебя был бой, да, с потерями, но бой. А у меня была бойня. Спланированная и реализованная бойня. У них не было ни одного шанса. Мы резали их, как варрены режут скот.

Карина немного побледнела и посмотрела мне в глаза. Её радость смыло пониманием ситуации. Мой угрюмый вид и интонация не давали ей усомниться в том, что я сказал правду.

— Честно, я не променял бы потери среди своих ребят на хороший бой. Но это... это неправильно. Может, мне так кажется, потому что это был не враг, а наши новички? Не знаю... но на душе как-то не очень.

Построение после окончания финального задания было коротким, почти как обычно. Только на этот раз в нём участвовали мы сами. Капитан дал нам оценку, достаточно высокую, слегка пожурив Карину за потерю троих штурмовиков и инженера. Поскольку процент потерь не был критичным, это было встречено с пониманием. Наконец наш командир отпустил всех, и мы отправились в столовую, где для нас был подготовлен прощальный ужин. Он прошёл в странных чувствах, во всяком случае, у меня. Я понимал, что большинство ребят не увижу никогда (а может, и вообще никого не увижу), что сегодня последний день, когда мы вместе. Тягостные мысли никак не хотели уходить: я смотрел на зал, где веселились мои друзья, мои братья и сёстры по оружию, и никак не мог отделаться от мысли, что всё это веселье просто бравада первой линии полка, смертников, которые живут только здесь и сейчас. Тех, для кого «завтра» — это несбыточная мечта, а значит, и думать о нем не стоит. Я отвечал на приветствия и поздравления автоматически, без особой радости. Ребята с моего взвода веселились вместе со всеми, никак не давая понять, что их как-то напрягло то, что было днём. Значит, так и должно быть: есть «сегодня» и есть мы, а «завтра» — это миф. Наконец веселье стало стихать, прозвучал сигнал отбоя, и мы разошлись по своим привычным для себя койкам в казармах. Сегодняшний день закончился; что готовит нам Мир узнаем, когда «завтра» станет «сегодня».

Утром каждый из нас получил назначение, денежное довольствие и недельный отпуск. Последнее вызвало бурю энтузиазма практически среди всех десантников. Кто-то задумал посетить родных, кто-то просто просидеть в ближайшем от Титана баре всю неделю. Лететь мне было особо некуда: на Мендуаре у меня не осталось никаких дел. Земля меня не прельщала своей перенаселённостью и грязью. Вдруг вспомнился эпизод на Луне, когда прилетели Дин и Мари проведать меня. Кажется, Дин сказал, что они купили домик на Элизиуме и даже приглашали после окончания обучения в гости. Надо будет уточнить, где они, и если они там, то прилететь. Заодно похвастаюсь своим новым званием, всё-таки немного кто отсюда вышел с таким! Я направился к терминалу и начал уточнять, как мне отыскать моих знакомых. Пока занимался поисками, ко мне подошёл один из новичков и передал сообщение от капитана.

Капитан встретил меня в своём личном кабинете и предложил сесть. Его интересовали некоторые детали моего планирования и проведения операции, поведение бойцов и прочие мелочи и не совсем мелочи. Просмотрев видео, я ещё раз неприятно поразился тем, как отвратительно командовали своими людьми капралы новичков, а ведь это были уже не вчерашние уличные мальчишки. У каждого из них было два года за плечами, чему-то должны же они были научиться?! Глядя на капитана, было понятно, что ему эта картинка нравится ещё меньше.

— Мусор, Шепард, и с каждым годом всё больше. Ваша рота была приятным исключением. Всё больше идут, покупаясь на обещание бесплатного обучения и пенсии. И всё меньше хотят ради этого что-то делать. А из военных семей мы не сможем набрать столько рекрутов, да и путь этот не приведёт нас никуда. Если ситуация не переменится, мы не сможем обеспечивать безопасность колоний, даже тех, что уже сейчас есть. Я не говорю про новые. А если не будет экспансии, мы просто захлебнёмся без ресурсов. И скатимся по наклонной вниз, где нас раздавят другие. Ладно, Шепард, это трудности другого уровня, и решать их, боюсь, будет потяжелее, чем побить голыми руками крогана. Тебе пришло сообщение, я решил, что передам его лично.

Он протянул мне планшет, на котором было сообщение. Письмо не было прочитано, что являлось, в общем-то, нарушением внутренних правил безопасности, но поскольку капитан мне доверил, то, надо полагать, не без причины. Я открыл почту; сообщение было от Мари. Она приглашала меня на отпуск к себе и сообщала адрес, который я сам безуспешно искал. Капитан, похоже, знал Дина или Мари, поэтому и не стал проверять сообщение. Теперь у меня было место, где побыть в отпуске. Поблагодарив капитана за нежданную помощь, я спросил о возможности добраться до Элизиума.

— До Элизиума, парень, тебе добираться было бы нелегко. К твоему счастью, место назначения рядом. Так что челнок добросит тебя до Траверса, ну а там уже сам доберёшься.


Отредактировано: Alex_Crow.



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 27.07.2011 | 3641 | 4 | Сын Земли, unklar | unklar
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 12
Гостей: 11
Пользователей: 1

Alone2050
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт