Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Свежий ветер. Глава XXX. Страх. Часть 2

Жанр: романтика, ангст;
Персонажи: фем!Шепард/Кайден Аленко;
Автор: LockNRoll;
Оригинал: Fly By Night;
Перевод: Mariya (Mariya-hitrost0), разрешение на перевод получено;
Статус: закончен;
Статус перевода: в процессе;
Аннотация: Она ушла из банды «Красных», сжигая за собой мосты, и обрела новый дом в Альянсе, став элитным бойцом с пугающей репутацией. Лишь один человек сумел разглядеть ее истинную сущность за тщательно воздвигнутым фасадом, и она, наконец, поняла, каково это — иметь что-то, что ты боишься потерять. Фанфик охватывает все три игры Mass Effect.
Описание: 
Шепард теряет веру в успех, когда в результате миссии на родной планете азари чувствует себя совершенно беспомощной.




Шепард
Мне казалось, что мое лицо до сих пор оставалось опухшим и покрасневшим, несмотря на то, что минуло уже несколько часов. Я лежала в постели — уставшая до изнеможения, однако сон не шел. Кайден находился рядом, крепко обнимая меня, и в призрачном свете аквариума я видела его умиротворенное лицо — наверняка ему снился мир, в котором сегодняшний день просто не случился. Мне тоже хотелось спать, хотелось позабыть обо всем хоть на время, но я знала, что единственными моими сновидениями будут кошмары, полные всех мук ада и невообразимых разрушений, которым стала свидетелем ранее.
Если бы Кайден знал, что творится в моей голове, он не заснул бы, а продолжил лгать мне своим успокаивающим голосом, стараясь заставить меня поверить в то, что все будет хорошо. Однако ему и без того несладко пришлось сегодня, а потому я притворилась спящей, и прошло совсем немного времени, прежде чем я ощутила, как он расслабился. Теперь я коротала часы, разглядывая его — человека, который думал обо мне гораздо лучше, чем я сама о себе, лейтенанте, который стал Спектром, но не растерял при этом искренности и способности сопереживать и по-настоящему заботиться о ком-то. Не знаю, почему кричала на него, почему обвиняла в чем-то, использовала, как боксерскую грушу, на которой можно выместить собственные страх и вину. Мне бы уже давно следовало знать, что, чувствуя угрозу, я набрасываюсь на первого, кто попадается мне под руку. Я ненавидела себя за то, как раз за разом поступала с ним, наказывая за то, что он посмел заботиться обо мне.
Мы оба находились под огромным стрессом и отдавали себе в этом отчет, но он не обязан был брать на себя роль моего гребаного психотерапевта, я сама не хотела этого. Я задавалась вопросом, вел бы так себя любой на моем месте, или подобное поведение тоже являлось последствием детских травм? Почему я продолжала отталкивать близких мне людей, даже несмотря на то, что одновременно так сильно хотела...
— Я люблю тебя, — произнесла я одними губами, нежно касаясь седины на его висках, запечатлевая в памяти каждую черточку его лица, будто видела в последний раз. Мне так хотелось поверить в то, что он говорил. Я знала, что он старался утешить меня, подставить плечо, когда никого больше не было рядом, но он и сам нуждался в утешении. Мы оба знали — черт, да все знали — что наблюдаем конец света. Если мы потерпим поражение, у нас не будет второго шанса — Жнецы соберут свою жатву.
Кайден говорил, что все будет хорошо, что мы выживем и сможем жить дальше, хотел заставить меня поверить в свет в конце туннеля, но если я когда-то и верила во что-то подобное, то теперь эти дни остались позади.
После сегодняшних событий. Я не понимала, как можно верить в победу после сегодняшних событий.
С какой-то нереальной ясностью, снизошедшей на меня после эмоционального срыва, я осознала, что все просто обязано закончиться хорошо. Обязано. Мы найдем способ — я всегда нахожу — и мы добьемся своего. Боли и несчастий, что я пережила, хватит на несколько жизней, и все ради спасения этой никчемной галактики. Я не собиралась больше делать это для кого-то — отныне я буду заботиться только о себе ради возможности однажды стать по-настоящему счастливой. Я хотела жить в спасенной мною галактике, и я хотела, чтобы Кайден был рядом, потому что, глядя на него сейчас, осознавала, что безумно боюсь потерять то, что уже имею.
Более того, если быть честной, то этим днем, не имея сил отогнать неугодную мысль, я осознала, что глубоко внутри боюсь абсолютно всего. Холод заполз в душу, поднимая дыбом волоски на руках и словно стальными тисками сжимая сердце. Я снова подумала о будущем — обо всем, что нам придется сделать, чем еще придется пожертвовать, и впервые в жизни мне захотелось сбежать. Эта непрошеная идея не желала оставлять меня, все глубже запуская свои щупальца и наполняя неприязнью к самой себе.
Я перевернулась на спину и уставилась в окно на потолке, вспоминая полные намеков слова Лиары, сказанные ею несколько дней назад о том, что такой маленький корабль, как «Нормандия», с легкостью может просто затеряться в космосе. И теперь эта мысль все чаще навещала меня: мы можем просто послать всех к черту, и наплевать на честь, на Альянс и Землю, а также все остальные планеты, которым не хватает ума защитить самих себя. Просто сбежать. Именно это мне хотелось сказать Кайдену, когда чуть ранее он спрашивал, что бы я сделала, если бы на борту находились только мы с ним. Если бы это было какой-то безумной идеей, но нет — я не могла притворяться, что и прежде не воровала «Нормандию», что и прежде в жизни не сбегала.
Время от времени я обдумывала этот план, и пусть я знала, что никогда ему не последую, каждый раз к нему добавлялись новые детали — на всякий случай.
Кайден пошевелился во сне и, что-то невнятно пробормотав, обнял еще крепче. Я посмотрела на него, ведя пальцами по его руке вверх, и подумала, что он, вероятно, — единственное, что заставляет меня продолжать сражаться. Передо мной стоял простой выбор: продолжать бороться столь же яростно, как и прежде, или бросить все и сбежать. Порой, в дни, подобные сегодняшнему, мне казалось, что единственной причиной, заставлявшей меня выбирать первый вариант, являлось то, что я просто не могла посмотреть ему в глаза и попросить отказаться от всех его принципов, от всего, чтобы мы могли выбрать второй вариант, потому что я не в состоянии была сделать это в одиночку.
Не самая лучшая причина, чтобы остаться, но причина тем не менее.
И в каком-то смысле Кайден был прав, когда говорил мне — пока я орала на него и цеплялась за его тело, как за спасательный круг — что я всегда выбирала свой собственный путь, не позволяя никому использовать меня. Я не позволю этого и Кай Ленгу. Не позволю играть со мной. Я ему не по зубам.
Мне вспомнились слова Явика, сказанные им на Цитадели после того, как я попросила его на время перестать предрекать нам всем скорую кончину и найти что-то более оптимистичное. Тогда он сказал собравшимся жителям, что пока хоть один из нас продолжает борьбу, мы не проиграем. Пока... Да, меня обошли на повороте, но гонка еще не окончена. Ничто не может сломить меня — много раз я ошибалась на своем пути, но каждый раз вновь поднималась на ноги и двигалась дальше. Я еще покажу, чего стою.
Кайден верил в меня — все верили. Может быть, пришло время и мне самой поверить в собственные силы.
Неожиданно я почувствовала небывалый прилив сил, казалось, сама жизнь заструилась в венах. Очевидно, мне не удастся заснуть этой ночью самостоятельно даже с теплым телом Кайдена рядом. Осторожно я убрала его руку со своей талии и выбралась из постели. Несколько мгновений его пальцы скользили по простыне в поисках меня, но он так и не проснулся. Хорошо. Он и без того много сделал для меня сегодня — ему нужно отдохнуть.
Стараясь не производить шума, я добралась до стола и нашла таблетки снотворного, выданные мне доктором Чаквас — я наконец-то стала пить их на регулярной основе, чтобы спать хотя бы по шесть часов в сутки. Высыпав две пилюли на ладонь, я закинула их в рот и проглотила, а затем заметила мигающий огонек на консоли. Новые сообщения, наверняка содержащие очередные десятки брифингов, требующих от меня времени и сил. Обычно я не проверяю почту до утра — тогда Трейнор рассортирует их, выделив важные, а остальные отправит в каталог, который мне необходимо будет просмотреть при первой свободной минуте — то есть никогда. Но сейчас у меня было несколько минут до того, как начнет действовать лекарство, и я решила взглянуть на сообщение — может быть, меня ожидали хорошие новости. В конце концов, хуже уже некуда.
Я уселась на мягкое кресло, сложив ногу на ногу, и включила свет, отрегулировав его таким образом, чтобы хоть что-то видеть и не тревожить при этом Кайдена. Как обычно, на экране отобразился длинный список непрочитанных сообщений, и, судя по заголовкам, большинство из них содержали мольбы о помощи, запросы информации и тому подобное, однако несколько писем сразу привлекли мое внимание.
В заголовке первого из них стояло просто «Джене». Автором была некая Джессика Фром, и это имя я видела впервые. Не раз со мной пытались связаться простые граждане, но никогда прежде они не называли меня по имени. Заинтригованная, я открыла письмо и бегло просмотрела его, а затем, приоткрыв рот от удивления, перечитала текст снова, более внимательно.
«Джене.
Папа помог написать мне это письмо, потому что я хотела поблагодарить вас за то, что спасли меня от „Цербера“, когда они напали на наш дом. Вы и остальные солдаты были такими храбрыми! Сейчас мы все в безопасности, и я надеюсь, что и вам ничего не грозит. Я надеюсь, что вы сумеете победить Жнецов, и мы все сможем вернуться домой. Я молюсь за вас каждый вечер, и хочу верить, что это поможет.
Джес».

Отчего-то засвербело в носу, и я прикусила губу. Это та девочка — та самая, которую я спасла, буквально вырвав из лап «Цербера» и отнеся в безопасность. Если бы она оказалась здесь и стала свидетелем того, какую истерику я закатила при мысли о том, что кто-то победил меня, то наверняка бы смерила меня своим подозрительным и хмурым взглядом и сказала бы какую-нибудь мудрость шестилетнего ребенка. Что-нибудь о том, что всегда надо стараться изо всех сил, даже если удача отвернулась от тебя, или что сделанного не воротишь. Я сражалась и за нее тоже. Я сражалась за них всех, и пусть мне не запомнить их лиц, я знала, что они все надеялись и молились за наш успех. Возможно, молитвы в нашей ситуации и абсолютно бесполезны, но я бы не отказалась от божественного вмешательства. Печально улыбнувшись, я сохранила письмо на случай, если когда-то буду чувствовать себя еще хуже, чем сейчас.
Следующее привлекшее мое внимание письмо было от Андерсона — он написал его после того, как Аленко отчитался перед ним по итогам сегодняшней миссии. Связь с Землей была очень ненадежна, и в целях экономии ресурсов пропускались только самые важные сообщения. Тот факт, что Андерсон все же написал мне это письмо, означал, что он точно знает, через что я сегодня прошла, и как это на меня повлияло. Я не смогла решить, трогает ли меня это или заставляет устыдиться. Читая его краткое послание, я почувствовала себя так, словно мне снова было двадцать два, а он кричал на меня, пытаясь вбить в мою глупую голову истину, а затем заставил сделать упражнение на пресс столько раз, сколько обычному человеку не под силу.
«Забудь об этом и возвращайся в строй, — писал он. — Все мы рано или поздно терпим поражение, но не смей жалеть себя по этому поводу. Я серьезно, Шепард, не смей. Это только на руку врагам, а тебе и без того есть чем заняться. Закончи это задание и прикончи его. Я рассчитываю на тебя».
Я вспомнила момент расставания с родной планетой, как я крикнула ему, что вернусь назад и приведу с собой всех, кого только смогу. Тогда я верила в свои слова. Верила я в них и сейчас. Я представляла себе, что приведенный мною флот затмит небо своим числом, и усталые солдаты поднимут головы, окрыленные новой надеждой. Они будут знать, что вернулась коммандер Шепард, и что у нее есть план. И пусть плана у меня пока не было, зато была армада, а это немало.
Некоторое время я пыталась решить, открывать ли письмо от высшего командования азари об эвакуации Тессии. Я не понимала, зачем они написали мне об этом — разве что им снова требуется моя помощь — вряд ли я сумею нанести еще больший вред. Но я начала ощущать действие таблеток, делающих меня безмятежной и свободной ото всех проблем, полной оптимизма. Я даже подумала, что сообщение может содержать хорошие новости.
Я ошиблась.
После прочтения мои пальцы, сжимавшие край стола, побелели от напряжения. Это письмо пришло вовсе не от азари, а от гребаного сукина сына — этой крысы Кай Ленга. После всего, что натворил, он посмел насмехаться надо мной, тем самым буквально проворачивая лезвие ножа в нанесенной ране.
«Тебе не хватило сил остановить меня, — прочла я, — и теперь целая планета гибнет из-за того, что ты оказалась недостаточно хороша».
Всего несколько часов назад эти строки заставили бы меня в ярости швырнуть прочь консоль, свернуться в комочек и страдать от стыда и гнева, проклиная тот день, когда этот кусок дерьма появился на свет. Но теперь, после приема снотворного, я ощущала полнейшее спокойствие. Вместо того, чтобы разозлиться, как он несомненно того хотел, я вспомнила слова человека, так многому научившего меня в «Красных»: ты не сможешь обвести вокруг пальца честного человека — тебя всегда будут подстерегать подводные камни; но если человек достаточно заносчив, чтобы насмехаться над тобой, он будет достаточно заносчив, чтобы вовремя не заметить твою ответную атаку.
И я собиралась расквитаться с Кай Ленгом. Меня всегда недооценивали, и это одна из причин, по которым мне удалось подняться так быстро. Кай Ленг недооценил меня тоже. Если бы не боевой вертолет, выудивший его из сердца боя, и не церберовские фантомы, наводнившие храм, я, вероятно, сумела бы достать его. Нет, не так: я знала, что сумела бы достать его. Я была коммандером Шепард, и это имя я заслужила потом и кровью, а также несметным количеством оборванных жизней. Его жизнь станет следующей.
Нажав кнопку ответа, я довольно усмехнулась, даже несмотря на то, что глаза буквально закрывались.
«В нашу следующую встречу, — начала я, — я найду тебя, когда ты будешь один, и разорву тебя на части. Я собираюсь спасти эту гребаную галактику от Жнецов и „Цербера“, но, черт возьми, тебе не суждено этого увидеть, потому что ты — моя следующая цель. Думаешь, можешь победить меня? Призрак вернул меня к жизни, потому что не было никого лучше меня, а с тех пор я стала сильнее. Если хочешь убить меня, тебе следует найти способ хоть несколько минут продержаться в бою со мной и не сбежать, как трус, потому что в следующий раз я не позволю тебе убежать.
Ты нажил себе самого страшного врага, чертов ублюдок, и я уже иду по твоему следу».

А затем, поскольку я была лучше его, я не стала отправлять это сообщение. Выплеснув эмоции в только что написанном письме, я почувствовала себя свободной. Я закрыла консоль с едва слышным щелчком и глубоко вздохнула. Поднявшись на ноги, я ощутила головокружение; тяга к сну завладела мной, и я поняла, что пришло время подвести жирную черту под событиями сегодняшнего дня. Добравшись до кровати, я скользнула в теплые объятия своего любимого и закрыла глаза.
Завтра нас ожидал новый день.

Отредактировано: Архимедовна.
 



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 09.06.2014 | 821 | 4 | фемШепард, Mariya, Свежий ветер, перевод, Кайден | Mariya
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 46
Гостей: 43
Пользователей: 3

Mariya, Chilis53, ARM
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт