Мы теперь в DiscordЭлетания могла стать настоящим раем для человечества. Планета обладала глубокими океанами идеальной чистоты, прекрасными просторными равнинами, а экосистема казалось такой же гостеприимной, как и на Земле. Несмотря на то, что Элетания находилась в системе Геракл, принадлежавшей к Траверсу, руководство Альянса решилось начать колонизацию зеленой планеты. Вслед за исследовательским зондом на Элетанию высадилась группа ученых, которая должна была убедиться в чистоте атмосферы. Все надежды рухнули, стоило приборам показать, что дыхание без герметичного костюма может привести к летальному исходу.
Большинство ученых бросило неприбыльный проект, но были и те, кто пожелал разобраться в проблеме. Они организовали небольшой научный центр на склоне одной из гор. Костюмы там не требовались, так как воздух на возвышениях был гораздо чище. Но если кто-то спускался чуть ниже, его одолевал неизвестный недуг, вызывавший сильнейший анафилактический шок. Причину удалось установить только при вскрытии одного из погибших — в его лёгких обнаружили микроорганизмы, которые были настолько маленькими, что стандартные приборы не могли их зафиксировать. Эти миниатюрные жители Элетании оказались симбиотическими организмами, которые синхронизировались с экосистемой. Напрашивался неутешительный вывод: красивая планета всё-таки непригодна для колонизации. Замена экосистемы стоила огромных денег, так что Альянс приказал ученым собрать вещи и разъехаться по другим, более перспективным объектам.
Впрочем, Элетания была богата другими сюрпризами — протеанские руины были найдены через три года после отъезда последней группы ученых. Причем археологические работы оказались плодотворными — было найдено два диска с данными, предметы быта, а также ещё один артефакт, в корне отличавшийся от находок предыдущих лет. Он должен был стать сенсацией.
***
В системе Арктура базировался пятый флот Альянса — основная ударная сила человечества на случай боевых действий. Он состоял из крейсеров всех видов и модификаций, а также небольшого количества фрегатов; последние предназначались исключительно для разведки, потому что мощные орудия не могли быть установлены на кораблях подобного типа. Численность экипажа крейсера колебалась от 50 до 90 человек. За функционированием корабля следили рулевой, старший помощник капитана и навигатор. Фрегаты, в свою очередь, были гораздо меньше крейсеров, их экипаж мог состоять из 20-40 человек. Основные функции выполняли рулевой и навигатор — остальные члены экипажа занимались второстепенными задачами.
Лётная академия готовила профессионалов стандартной и расширенной квалификации. Курсанты, завершившие базовый уровень, могли служить в основной команде любого звездолета, а также самостоятельно пилотировать малые летательные аппараты. Студенты, прошедшие расширенную программу обучения, подразделялись на несколько уровней: рулевой A-класса, B-класса и C-класса. А-класс — профессионал, способный управлять всем, что летает. В-класс — пилот фрегата или крейсера (изредка — истребителя). С-класс — навигатор, обладающий основными навыками кораблевождения и способный заменить пилота в экстренной ситуации.
Навигатор — человек с аналитическим складом ума; терпеливый специалист, в работу которого входит не только прокладка курса, но контроль за его соблюдением. Хорошие навигаторы встречались крайне редко, поэтому их ценили и готовили тщательнее остальных. В категорию «С» зачисляли тех курсантов, чьи умственные способности гармонировали с приемлемым психологическим портретом. Ведь навигатор — это поддержка не только для пилота, но и для всего корабля.
Благодаря неоценимой помощи Джеффа Норе удалось сдать базовый тест и перейти к расширенному курсу «С». Ей пришлось усваивать знания с невероятной скоростью. Она перестала высыпаться, ночами штудировала учебные материалы и учила карту галактики, работала изо всех сил — настолько ей хотелось чего-то добиться. Пару раз девушка засыпала на занятиях — прямо за тесной партой, положив голову на руки, — но её заботливо пробуждали товарищи. Моро делал это чаще остальных. Нора даже успела обвинить его в садизме — настолько часто она получала от него бодрящие пинки.
Сержант была человеком доброжелательным и общительным, она не видела ничего опасного в том, чтобы сблизиться со своими сокурсниками. Девушка всегда старалась идти на контакт со всеми, кто этого хотел. Перспектива замкнуться в себе и потерять связь с внешним миром ее совсем не привлекала. Одиночество для неё было страшнее голодной смерти.
Многие студенты собирались в коридорах станции в перерывах между занятиями. В основном обсуждалась какая-нибудь ерунда, вроде каменной каши, поданной на завтрак, или мятой формы Хаккетта, но любимыми темами по-прежнему оставались рассказы в стиле «откуда ты, и зачем к нам притаранился». Нора не стала отклоняться от традиции и примкнула к группе коридорных болтунов, чтобы расслабиться после очередной нудной лекции об очистке двигателя. Натянув на лицо дружелюбную улыбку, она стояла рядом со своей новой знакомой, капралом Еленой Ласкес, и, прислонившись к стене, слушала её историю.
— Я родилась на «Милене», — рассказывала она, — это был небольшой крейсер. Он путешествовал по Траверсу. Мои родители служили в Альянсе, так что я практически всю жизнь провела в космосе. Когда их не стало, решила пойти в пилоты.
— Что с ними случилось? — тихо спросила Нора.
— Погибли.
Елена притихла. Сержант оттолкнулась от стены и, дотронувшись до плеча девушки, прошептала:
— Сожалею...
— Не стоит, — Ласкес поёжилась, скинув с себя руку Норы, — На «Милену» напали батарианцы. Вернее сказать, пираты, — голос её зазвучал приглушенно. — Надеюсь, получится отправить парочку их кораблей в небытие. Но это в будущем. Пока я планирую доучиться до высшего класса и слетать на настоящее задание, только для этого надо подняться. Не дадите, кстати, пару советов по карьерному росту? А то из сержантов у нас только вы да Моро... но он — особый случай.
— Все биотики — карьеристы, — усмехнувшись, парировала сержант, — А Моро — пилот от Бога. Всё просто.
— Ладно вам, мэм, мы всё-таки спим в одной кровати.
— Она у нас двухъярусная, так что не надейся.
Ласкес покачала головой.
— И где только таких таинственных дам производят?
— На Земле, — с гордостью ответила девушка, — Родилась в Сингапуре, там же выросла и окончила базовый курс пилотирования. Когда надоела безмятежность, перевелась сюда.
— Мне казалось, что все биотики с усилителями идут в космопехи.
— Ну... — Нора потёрла затёкшую шею, — С этим у меня не сложилось.
— Опять секреты, да? — скептически произнесла Елена, — Впрочем, я не могу представить вас с оружием.
— Вот видишь, — с облегчением вздохнула сержант, — ты сама ответила на свой вопрос.
— Как всегда... Ладно, хорош трепаться. Мне пора возвращаться к делам, да и тебе тоже, сержант.
— Эй, не бросай меня, это приказ!
— В другой раз, мэм, корабли сами не полетят.
Отсалютовав Норе, Ласкес скользнула в толпу и вскоре исчезла из виду.
Коридоры были до отказа заполнены людьми, каждый куда-то спешил, о чем-то думал и на что-то надеялся — Арктур был одним из самых живых мест в галактике, в этом сержант убедилась лично. Она успела побывать во многих системах, на Цитадели, на Нулевом Скачке, но энергетика Арктура, безусловно, была особенной. Девушка восхищалась своими молодыми товарищами, энтузиазм которых превращал мрачную станцию в обитель будущего всего человечества. Глядя на серьёзные лица солдат, проходивших мимо нее, Нора невольно замечала выражение гордости и силы в их глазах. Её это вдохновляло, успокаивало — в окружении таких уверенных людей переживания принимали иные очертания.
Впрочем, у сержанта всё-таки случались приступы жуткой тоски. В такие моменты она боялась предаться унынию, поэтому старалась найти какое-нибудь дело, чтобы добыть немного положительных эмоций. Нора решилась покинуть свой уютный уголок и вернуться в аудиторию, чтобы скоротать там оставшиеся минуты перерыва за чтением чего-нибудь полезного.
Увидев нужную дверь, девушка попыталась аккуратно протиснуться сквозь толпу. Но народу было слишком много, так что ее буквально внесло в класс, из-за чего она врезалась в одну из парт и сильно ударилась бедром. Громко ругаясь, Нора схватилась за ушибленное место и принялась ходить из стороны в сторону, заметно прихрамывая. Она остановилась, стоило ей услышать знакомую усмешку. Развернувшись, девушка обнаружила Моро, внимательно наблюдавшего за ее забавными передвижениями.
— Я сломаю тебе шею, — огрызнулась она, — Обещаю.
— Ты сначала доберись до меня, — монотонно отозвался парень.
— Как скажешь, — Нора приблизилась к Джеффу и уселась на парту, за которой он сидел, — Шею давай.
— Что? — Моро устало посмотрел на девушку, — Опять решила достать меня?
— Я просто поговорить.
— Валяй.
Нора не смогла скрыть улыбки.
— Итак, мрачный мой, давно ты на Арктуре?
— Ты, должно быть, издеваешься, — парень попытался отвернуться, но собеседница выглядела слишком доброжелательно, и он всё-таки ответил, — Я тут всю жизнь.
— Серьёзно? — девушка невольно оживилась, — Не знала, что тут есть коренные жители.
Из-за затянувшейся паузы она испугалась, что ляпнула что-то не то. И удивилась, когда лицо Моро просветлело.
— Бывают, — наконец произнёс Джефф, — Живут среди кораблей, каждый день общаются с бесконечной космической пустотой и закаляют характер в холодных коридорах. Кажется, именно таким бредом заманивают наивных новобранцев?
— Да, сознаюсь, — Нора взмахнула руками, — я купилась на рекламный проспект, но всё ведь не так плохо складывается?
— Возможно. Познания в навигации у тебя приемлемые. Надеюсь, ты угробишь не очень много кораблей.
— Я тут только благодаря тебе, так что все смерти и разрушения будут на твоей совести.
— Договорились, — Моро всё-таки отвернулся к стенке, ясно дав понять Норе, что их очередная дружеская беседа подошла к концу.
Девушка, в свою очередь, уставилась на далекие звезды, которые были видны сквозь прочное стекло большого иллюминатора, занимавшего одну из стен. Её взгляду также попалось несколько кораблей, пришвартованных у причала. Картина была впечатляющей, поэтому сержант окончательно увлеклась ее созерцанием, не заметив, как в аудиторию вошла капитан Анна Коразон. То была женщина, которую уважала вся станция без исключения — она была прекрасным лидером и опытным инструктором. Только вот её фирменные словечки порой вводили Нору в настоящий ступор.
— Хей, перчики, давайте-ка по стойке смирно! — усмехнувшись, крикнула Коразон, сложив руки на груди. Сержанты в мгновение ока поднялись на ноги и синхронно отдали честь, да так, что капитан не удержалась от удовлетворённого вздоха.
— Прекрасно! То, что надо, — с воодушевлением произнесла женщина, — Вот вы завтра и полетите.
— Куда именно, мэм? — с некоторым недоверием поинтересовалась Нора.
— Юных бойцов некому на планеты кидать, вот вы и будете их развозить. Вам, мисс, я вечером передам координаты, спланируете маршрут.
— Слушаюсь!
— Чудненько, — Коразон потерла ладони, — Кстати, вы оба освобождены от этой лекции. Нора, ты только не забудь про координаты. Джокер, ты... — капитан взглянула на Моро, — просто отдыхай.
— С удовольствием, мэм, — ответил парень.
Кивнув своим ученикам, Коразон поспешила удалиться в коридор, оставив шокированную Нору и довольного Джеффа наедине.
— Проспишь — убью, — буркнул Моро, отправляясь вслед за капитаном.
— Ага, всю ночь спать не буду, — съязвила девушка и рухнула на ближайший стул.
«Конечно, просто очаровательно, — Нора полностью углубилась в свои мысли, — Почему нельзя оставить меня в покое хотя бы на пару дней?! Но нет же... теперь я буду сутки напролёт сидеть рядом с этим мрачным мерзавцем и катать салаг. Почему мне не дают заняться настоящим делом?»
Планы девушки расстроились окончательно. Она чувствовала, что времени у неё совсем не осталось, а впереди было еще много работы. Нора была уверена в себе и своих догадках, но ей нужны были весомые доказательства, добыть которые было практически невозможно. Девушка была убеждена, что только ей удастся остановить катастрофу. Ведь она видела то, о чем другие даже не догадывались...
***
Оглушительный взрыв прогремел рядом с археологическим комплексом Элетании. По коридорам станции разнёсся сигнал тревоги. Каждый мужчина, каждая женщина — все поднялись со своих кроватей и, одеваясь на ходу, побежали к выходу. Кому-то удалось захватить оружие, но большинство осталось без какой-либо защиты. Весь персонал станции, пятнадцать человек, собрался на первом этаже. Те, кто был безоружен, старались спрятаться за ящиками, вооружённые учёные тоже заняли укрытия, но немного ближе к дверям. Они приготовились защищать себя и свои исследования. Вскоре к ним присоединилось трое космопехов, прибежавших из комнаты наблюдения. Не успели они из-за угла показаться, как на их головы обрушился поток вопросов. Солдатам пришлось отмахиваться от взволнованных ученых — они старались как можно скорее зарядить свои винтовки и кинетические щиты.
— По нам шарахнули турианским дезинтегрирующим снарядом, — неохотно произнес один из военных, — Вышка связи сбита, мы отрезаны.
По этажу прокатилась волна возгласов и вздохов, кто-то начал молиться, кто-то принялся ругаться — каждый отвлекался, как мог. Космопехи же заняли передовую позицию: один из них встал сбоку от двери, двое спрятались за ящиком, лежавшим прямо напротив входа. Они затаили дыхание и приготовились к обороне. Солдаты были экипированы достойно: броня, винтовки, щиты — всё было на высшем уровне. Также на них были надеты прочные шлемы, сквозь забрала которых без труда можно было увидеть решительные взгляды, лишённые волнения и даже намёка на страх. Бойцы спецподразделений были лучшими в своем деле, ведь их воспитал Арктур. Они не знали, с чем им придется столкнуться, но им приоритетная задача была ясна — уберечь как можно больше жизней до прибытия подкрепления, держаться до последнего.
Стоило сигналу тревоги стихнуть, как помещение наполнили новые звуки, скрежет непонятного происхождения и монотонный звон, который с каждой секундой становился всё более назойливым. Большинство учёных закрыло головы руками, некоторые просто зажмурились. Только космопехи оставались неподвижными, их сознание пока что защищали шлемы.
Многих начало мутить не только из-за стресса, но и из-за настойчивого звона. Люди поднялись с пола и покинули укрытия, чтобы просто походить по помещению. Один из солдат энергично взмахнул рукой, приказывая им занять укрытия, но они не слушались, а просто ходили из стороны в сторону, как бездушные существа.
В один момент звон усилился до такой степени, что даже космопехи скрючились от боли, а учёные и вовсе рухнули на пол, словно хрупкие костяшки домино. Шум всё не стихал, он превратился в пронзительный писк, который продолжил мучить оставшихся в сознании солдат. Они попытались выпрямиться и приблизиться друг к другу, но старания оказались напрасными. Невидимая атака сломила и их разум.
Когда последние три тела упали на холодный пол станции, входная дверь с шипением открылась и помещение заполнилось ярким обжигающим светом синеватого оттенка, который уничтожил в археологическом комплексе всё живое.
***
После происшествия в лаборатории Нора перестала нормально спать. Каждую ночь девушка испытывала жуткие ощущения, ей снились не просто пугающие кошмары, а до боли реалистичные воспоминания. В абсолютных подробностях к ней возвращались самые неприятные моменты из ее жизни, которые ей приходилось переживать снова и снова. Нора привыкла держать свои проблемы при себе. Ежедневно она с улыбкой ходила среди своих товарищей и всем своим видом показывала, что она — сильная и независимая личность. Ни одной живой душе не было известно, насколько страшно ей было по ночам, ведь в последнее время её посещали не только подробные воспоминания, но и видения, которые практически все время сбывались.
Девушка пробудилась после очередного кошмарного видения. Открыв глаза, она с облегчением обнаружила, что Арктур никуда не делся и ее двухъярусная койка вместе с храпящей Ласкес тоже осталась на месте. Нора напряженно выдохнула и постаралась сосредоточиться, чтобы осмыслить увиденные ею картинки.
«Опять эта вспышка, — пронеслось у нее в голове, — И смерть. Чёрт подери, турианцы, какими бы агрессивными они ни были, не могли провернуть такого. Не их тактика. Не стали бы они превращать мою голову в универсальную камеру слежения. Без человеческой находчивости тут точно не обошлось...»
Сержант осторожно приподнялась и, спустив ноги с кровати, спрыгнула на пол; она не хотела разбудить Ласкес и других девушек, поэтому старалась двигаться как можно тише, отслеживая каждый свой шаг. До подъёма оставался всего один час, и Нора намеревалась провести последние свободные минуты в душе. Ей всегда думалось легче на свежую голову, а последнее видение натолкнуло её на новые мысли, которые могли сложиться в абсурдный и рискованный план.
Большинство ученых бросило неприбыльный проект, но были и те, кто пожелал разобраться в проблеме. Они организовали небольшой научный центр на склоне одной из гор. Костюмы там не требовались, так как воздух на возвышениях был гораздо чище. Но если кто-то спускался чуть ниже, его одолевал неизвестный недуг, вызывавший сильнейший анафилактический шок. Причину удалось установить только при вскрытии одного из погибших — в его лёгких обнаружили микроорганизмы, которые были настолько маленькими, что стандартные приборы не могли их зафиксировать. Эти миниатюрные жители Элетании оказались симбиотическими организмами, которые синхронизировались с экосистемой. Напрашивался неутешительный вывод: красивая планета всё-таки непригодна для колонизации. Замена экосистемы стоила огромных денег, так что Альянс приказал ученым собрать вещи и разъехаться по другим, более перспективным объектам.
Впрочем, Элетания была богата другими сюрпризами — протеанские руины были найдены через три года после отъезда последней группы ученых. Причем археологические работы оказались плодотворными — было найдено два диска с данными, предметы быта, а также ещё один артефакт, в корне отличавшийся от находок предыдущих лет. Он должен был стать сенсацией.
***
В системе Арктура базировался пятый флот Альянса — основная ударная сила человечества на случай боевых действий. Он состоял из крейсеров всех видов и модификаций, а также небольшого количества фрегатов; последние предназначались исключительно для разведки, потому что мощные орудия не могли быть установлены на кораблях подобного типа. Численность экипажа крейсера колебалась от 50 до 90 человек. За функционированием корабля следили рулевой, старший помощник капитана и навигатор. Фрегаты, в свою очередь, были гораздо меньше крейсеров, их экипаж мог состоять из 20-40 человек. Основные функции выполняли рулевой и навигатор — остальные члены экипажа занимались второстепенными задачами.
Лётная академия готовила профессионалов стандартной и расширенной квалификации. Курсанты, завершившие базовый уровень, могли служить в основной команде любого звездолета, а также самостоятельно пилотировать малые летательные аппараты. Студенты, прошедшие расширенную программу обучения, подразделялись на несколько уровней: рулевой A-класса, B-класса и C-класса. А-класс — профессионал, способный управлять всем, что летает. В-класс — пилот фрегата или крейсера (изредка — истребителя). С-класс — навигатор, обладающий основными навыками кораблевождения и способный заменить пилота в экстренной ситуации.
Навигатор — человек с аналитическим складом ума; терпеливый специалист, в работу которого входит не только прокладка курса, но контроль за его соблюдением. Хорошие навигаторы встречались крайне редко, поэтому их ценили и готовили тщательнее остальных. В категорию «С» зачисляли тех курсантов, чьи умственные способности гармонировали с приемлемым психологическим портретом. Ведь навигатор — это поддержка не только для пилота, но и для всего корабля.
Благодаря неоценимой помощи Джеффа Норе удалось сдать базовый тест и перейти к расширенному курсу «С». Ей пришлось усваивать знания с невероятной скоростью. Она перестала высыпаться, ночами штудировала учебные материалы и учила карту галактики, работала изо всех сил — настолько ей хотелось чего-то добиться. Пару раз девушка засыпала на занятиях — прямо за тесной партой, положив голову на руки, — но её заботливо пробуждали товарищи. Моро делал это чаще остальных. Нора даже успела обвинить его в садизме — настолько часто она получала от него бодрящие пинки.
Сержант была человеком доброжелательным и общительным, она не видела ничего опасного в том, чтобы сблизиться со своими сокурсниками. Девушка всегда старалась идти на контакт со всеми, кто этого хотел. Перспектива замкнуться в себе и потерять связь с внешним миром ее совсем не привлекала. Одиночество для неё было страшнее голодной смерти.
Многие студенты собирались в коридорах станции в перерывах между занятиями. В основном обсуждалась какая-нибудь ерунда, вроде каменной каши, поданной на завтрак, или мятой формы Хаккетта, но любимыми темами по-прежнему оставались рассказы в стиле «откуда ты, и зачем к нам притаранился». Нора не стала отклоняться от традиции и примкнула к группе коридорных болтунов, чтобы расслабиться после очередной нудной лекции об очистке двигателя. Натянув на лицо дружелюбную улыбку, она стояла рядом со своей новой знакомой, капралом Еленой Ласкес, и, прислонившись к стене, слушала её историю.
— Я родилась на «Милене», — рассказывала она, — это был небольшой крейсер. Он путешествовал по Траверсу. Мои родители служили в Альянсе, так что я практически всю жизнь провела в космосе. Когда их не стало, решила пойти в пилоты.
— Что с ними случилось? — тихо спросила Нора.
— Погибли.
Елена притихла. Сержант оттолкнулась от стены и, дотронувшись до плеча девушки, прошептала:
— Сожалею...
— Не стоит, — Ласкес поёжилась, скинув с себя руку Норы, — На «Милену» напали батарианцы. Вернее сказать, пираты, — голос её зазвучал приглушенно. — Надеюсь, получится отправить парочку их кораблей в небытие. Но это в будущем. Пока я планирую доучиться до высшего класса и слетать на настоящее задание, только для этого надо подняться. Не дадите, кстати, пару советов по карьерному росту? А то из сержантов у нас только вы да Моро... но он — особый случай.
— Все биотики — карьеристы, — усмехнувшись, парировала сержант, — А Моро — пилот от Бога. Всё просто.
— Ладно вам, мэм, мы всё-таки спим в одной кровати.
— Она у нас двухъярусная, так что не надейся.
Ласкес покачала головой.
— И где только таких таинственных дам производят?
— На Земле, — с гордостью ответила девушка, — Родилась в Сингапуре, там же выросла и окончила базовый курс пилотирования. Когда надоела безмятежность, перевелась сюда.
— Мне казалось, что все биотики с усилителями идут в космопехи.
— Ну... — Нора потёрла затёкшую шею, — С этим у меня не сложилось.
— Опять секреты, да? — скептически произнесла Елена, — Впрочем, я не могу представить вас с оружием.
— Вот видишь, — с облегчением вздохнула сержант, — ты сама ответила на свой вопрос.
— Как всегда... Ладно, хорош трепаться. Мне пора возвращаться к делам, да и тебе тоже, сержант.
— Эй, не бросай меня, это приказ!
— В другой раз, мэм, корабли сами не полетят.
Отсалютовав Норе, Ласкес скользнула в толпу и вскоре исчезла из виду.
Коридоры были до отказа заполнены людьми, каждый куда-то спешил, о чем-то думал и на что-то надеялся — Арктур был одним из самых живых мест в галактике, в этом сержант убедилась лично. Она успела побывать во многих системах, на Цитадели, на Нулевом Скачке, но энергетика Арктура, безусловно, была особенной. Девушка восхищалась своими молодыми товарищами, энтузиазм которых превращал мрачную станцию в обитель будущего всего человечества. Глядя на серьёзные лица солдат, проходивших мимо нее, Нора невольно замечала выражение гордости и силы в их глазах. Её это вдохновляло, успокаивало — в окружении таких уверенных людей переживания принимали иные очертания.
Впрочем, у сержанта всё-таки случались приступы жуткой тоски. В такие моменты она боялась предаться унынию, поэтому старалась найти какое-нибудь дело, чтобы добыть немного положительных эмоций. Нора решилась покинуть свой уютный уголок и вернуться в аудиторию, чтобы скоротать там оставшиеся минуты перерыва за чтением чего-нибудь полезного.
Увидев нужную дверь, девушка попыталась аккуратно протиснуться сквозь толпу. Но народу было слишком много, так что ее буквально внесло в класс, из-за чего она врезалась в одну из парт и сильно ударилась бедром. Громко ругаясь, Нора схватилась за ушибленное место и принялась ходить из стороны в сторону, заметно прихрамывая. Она остановилась, стоило ей услышать знакомую усмешку. Развернувшись, девушка обнаружила Моро, внимательно наблюдавшего за ее забавными передвижениями.
— Я сломаю тебе шею, — огрызнулась она, — Обещаю.
— Ты сначала доберись до меня, — монотонно отозвался парень.
— Как скажешь, — Нора приблизилась к Джеффу и уселась на парту, за которой он сидел, — Шею давай.
— Что? — Моро устало посмотрел на девушку, — Опять решила достать меня?
— Я просто поговорить.
— Валяй.
Нора не смогла скрыть улыбки.
— Итак, мрачный мой, давно ты на Арктуре?
— Ты, должно быть, издеваешься, — парень попытался отвернуться, но собеседница выглядела слишком доброжелательно, и он всё-таки ответил, — Я тут всю жизнь.
— Серьёзно? — девушка невольно оживилась, — Не знала, что тут есть коренные жители.
Из-за затянувшейся паузы она испугалась, что ляпнула что-то не то. И удивилась, когда лицо Моро просветлело.
— Бывают, — наконец произнёс Джефф, — Живут среди кораблей, каждый день общаются с бесконечной космической пустотой и закаляют характер в холодных коридорах. Кажется, именно таким бредом заманивают наивных новобранцев?
— Да, сознаюсь, — Нора взмахнула руками, — я купилась на рекламный проспект, но всё ведь не так плохо складывается?
— Возможно. Познания в навигации у тебя приемлемые. Надеюсь, ты угробишь не очень много кораблей.
— Я тут только благодаря тебе, так что все смерти и разрушения будут на твоей совести.
— Договорились, — Моро всё-таки отвернулся к стенке, ясно дав понять Норе, что их очередная дружеская беседа подошла к концу.
Девушка, в свою очередь, уставилась на далекие звезды, которые были видны сквозь прочное стекло большого иллюминатора, занимавшего одну из стен. Её взгляду также попалось несколько кораблей, пришвартованных у причала. Картина была впечатляющей, поэтому сержант окончательно увлеклась ее созерцанием, не заметив, как в аудиторию вошла капитан Анна Коразон. То была женщина, которую уважала вся станция без исключения — она была прекрасным лидером и опытным инструктором. Только вот её фирменные словечки порой вводили Нору в настоящий ступор.
— Хей, перчики, давайте-ка по стойке смирно! — усмехнувшись, крикнула Коразон, сложив руки на груди. Сержанты в мгновение ока поднялись на ноги и синхронно отдали честь, да так, что капитан не удержалась от удовлетворённого вздоха.
— Прекрасно! То, что надо, — с воодушевлением произнесла женщина, — Вот вы завтра и полетите.
— Куда именно, мэм? — с некоторым недоверием поинтересовалась Нора.
— Юных бойцов некому на планеты кидать, вот вы и будете их развозить. Вам, мисс, я вечером передам координаты, спланируете маршрут.
— Слушаюсь!
— Чудненько, — Коразон потерла ладони, — Кстати, вы оба освобождены от этой лекции. Нора, ты только не забудь про координаты. Джокер, ты... — капитан взглянула на Моро, — просто отдыхай.
— С удовольствием, мэм, — ответил парень.
Кивнув своим ученикам, Коразон поспешила удалиться в коридор, оставив шокированную Нору и довольного Джеффа наедине.
— Проспишь — убью, — буркнул Моро, отправляясь вслед за капитаном.
— Ага, всю ночь спать не буду, — съязвила девушка и рухнула на ближайший стул.
«Конечно, просто очаровательно, — Нора полностью углубилась в свои мысли, — Почему нельзя оставить меня в покое хотя бы на пару дней?! Но нет же... теперь я буду сутки напролёт сидеть рядом с этим мрачным мерзавцем и катать салаг. Почему мне не дают заняться настоящим делом?»
Планы девушки расстроились окончательно. Она чувствовала, что времени у неё совсем не осталось, а впереди было еще много работы. Нора была уверена в себе и своих догадках, но ей нужны были весомые доказательства, добыть которые было практически невозможно. Девушка была убеждена, что только ей удастся остановить катастрофу. Ведь она видела то, о чем другие даже не догадывались...
***
Оглушительный взрыв прогремел рядом с археологическим комплексом Элетании. По коридорам станции разнёсся сигнал тревоги. Каждый мужчина, каждая женщина — все поднялись со своих кроватей и, одеваясь на ходу, побежали к выходу. Кому-то удалось захватить оружие, но большинство осталось без какой-либо защиты. Весь персонал станции, пятнадцать человек, собрался на первом этаже. Те, кто был безоружен, старались спрятаться за ящиками, вооружённые учёные тоже заняли укрытия, но немного ближе к дверям. Они приготовились защищать себя и свои исследования. Вскоре к ним присоединилось трое космопехов, прибежавших из комнаты наблюдения. Не успели они из-за угла показаться, как на их головы обрушился поток вопросов. Солдатам пришлось отмахиваться от взволнованных ученых — они старались как можно скорее зарядить свои винтовки и кинетические щиты.
— По нам шарахнули турианским дезинтегрирующим снарядом, — неохотно произнес один из военных, — Вышка связи сбита, мы отрезаны.
По этажу прокатилась волна возгласов и вздохов, кто-то начал молиться, кто-то принялся ругаться — каждый отвлекался, как мог. Космопехи же заняли передовую позицию: один из них встал сбоку от двери, двое спрятались за ящиком, лежавшим прямо напротив входа. Они затаили дыхание и приготовились к обороне. Солдаты были экипированы достойно: броня, винтовки, щиты — всё было на высшем уровне. Также на них были надеты прочные шлемы, сквозь забрала которых без труда можно было увидеть решительные взгляды, лишённые волнения и даже намёка на страх. Бойцы спецподразделений были лучшими в своем деле, ведь их воспитал Арктур. Они не знали, с чем им придется столкнуться, но им приоритетная задача была ясна — уберечь как можно больше жизней до прибытия подкрепления, держаться до последнего.
Стоило сигналу тревоги стихнуть, как помещение наполнили новые звуки, скрежет непонятного происхождения и монотонный звон, который с каждой секундой становился всё более назойливым. Большинство учёных закрыло головы руками, некоторые просто зажмурились. Только космопехи оставались неподвижными, их сознание пока что защищали шлемы.
Многих начало мутить не только из-за стресса, но и из-за настойчивого звона. Люди поднялись с пола и покинули укрытия, чтобы просто походить по помещению. Один из солдат энергично взмахнул рукой, приказывая им занять укрытия, но они не слушались, а просто ходили из стороны в сторону, как бездушные существа.
В один момент звон усилился до такой степени, что даже космопехи скрючились от боли, а учёные и вовсе рухнули на пол, словно хрупкие костяшки домино. Шум всё не стихал, он превратился в пронзительный писк, который продолжил мучить оставшихся в сознании солдат. Они попытались выпрямиться и приблизиться друг к другу, но старания оказались напрасными. Невидимая атака сломила и их разум.
Когда последние три тела упали на холодный пол станции, входная дверь с шипением открылась и помещение заполнилось ярким обжигающим светом синеватого оттенка, который уничтожил в археологическом комплексе всё живое.
***
После происшествия в лаборатории Нора перестала нормально спать. Каждую ночь девушка испытывала жуткие ощущения, ей снились не просто пугающие кошмары, а до боли реалистичные воспоминания. В абсолютных подробностях к ней возвращались самые неприятные моменты из ее жизни, которые ей приходилось переживать снова и снова. Нора привыкла держать свои проблемы при себе. Ежедневно она с улыбкой ходила среди своих товарищей и всем своим видом показывала, что она — сильная и независимая личность. Ни одной живой душе не было известно, насколько страшно ей было по ночам, ведь в последнее время её посещали не только подробные воспоминания, но и видения, которые практически все время сбывались.
Девушка пробудилась после очередного кошмарного видения. Открыв глаза, она с облегчением обнаружила, что Арктур никуда не делся и ее двухъярусная койка вместе с храпящей Ласкес тоже осталась на месте. Нора напряженно выдохнула и постаралась сосредоточиться, чтобы осмыслить увиденные ею картинки.
«Опять эта вспышка, — пронеслось у нее в голове, — И смерть. Чёрт подери, турианцы, какими бы агрессивными они ни были, не могли провернуть такого. Не их тактика. Не стали бы они превращать мою голову в универсальную камеру слежения. Без человеческой находчивости тут точно не обошлось...»
Сержант осторожно приподнялась и, спустив ноги с кровати, спрыгнула на пол; она не хотела разбудить Ласкес и других девушек, поэтому старалась двигаться как можно тише, отслеживая каждый свой шаг. До подъёма оставался всего один час, и Нора намеревалась провести последние свободные минуты в душе. Ей всегда думалось легче на свежую голову, а последнее видение натолкнуло её на новые мысли, которые могли сложиться в абсурдный и рискованный план.
Комментарии (0)
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Регистрация Вход