Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

ME Afterlife: Властелин глубин. Глава 15

Жанр: приключения, детектив;
Персонажи: ОС;
Статус: в процессе;
Описание: Ален и Алина приземляются на брюхо Жнеца, комиссар светит прожектором, другой комиссар светит выправкой, а командиру десантного корабля вообще больше ничего не светит.

 

 




«Мы на дне. Пока все нормально», — голос Сарены.
«Подтверждаю, — голос человека. — Стоим на грунте, готовим костюмы к режиму плавучести».
— Вас поняла, — ответила Трия. — По вашей команде занимаю место в торпеде и лечу помогать со шлюзом.
«Не торопись, Нувани, — отозвался Мортимер. — Сначала нужно убедиться, что сигнал одурманивания полностью подавлен Алиной».
Да, действительно, так и должно быть. На «Тритон» азари был смонтирован специальный усиливающий контур, который воспринимал сигналы мозга оператора и транслировал их в сфере окружностью в несколько километров. Теоретически это должно было обезопасить пространство перед Жнецом. Там, где группа инфильтрации планировала вскрыть обшивку живого корабля.
Тем не менее, это все теория, разработанная на Титане — том, который спутник Сатурна. Если разработки Совета не помогут, это будет самая короткая атака на Жнеца со времен начала Войны.
«Переходим в режим плавучести», — сообщил Мортимер.
Две мутные точки на экране гидролокатора плавно отделились от морского дна и зависли над ним на высоте в пару метров. Затем двинулись вперед, стараясь держаться ближе к дну.
«Набрали двадцать узлов, — сообщил Мортимер. — Через полчаса притормаживаем и опускаемся. Дальше идем пешком. К слову, Нувани, как связь?»
— Связь отличная, — отозвалась азари. — Если бы у нас была такая во время Войны...
— Если бы у самки были шары, она была бы самцом, — вклинился в разговор кроган. — Ален, каково давление на дне?
«Триста шестьдесят атмосфер. Титан держит до полутысячи, так что запас есть».
Ха, «Титан», видите ли, держит.
Человеческая разработка, экзоскаф «Титан-АДС», был рассчитан на глубину не более трех с половиной тысяч метров. Памятное путешествие капитана Шепарда на встречу с Левиафаном прошло на пределе прочности для этого куска армированного металла. То есть рубеж глубины в четыре километра уже непосилен для глубоководных «Атласов», чем по сути и являются «Титаны».
Азари, хорошо знакомые со специальным гидротехническим строительством, модифицировали экзоскаф, поставив в двигательный отсек отдельное мини-ядро из нулевого элемента и усилив гермокапсулу гравитационными полями. Таким образом удалось добавить экзоскафу прочности, но это не решало вопрос избыточной плавучести аппарата. Можно было, конечно, использовать балласт, но это крайне грубое и неэффективное решение, поэтому голубокожие разместили в «Титане-АДС-2» несколько излучателей хиггсовского поля, превратив экзоскаф в аналог космического корабля. Нуль-элементное ядро способно увеличивать или уменьшать массу объекта, и играя этим параметром, можно либо увеличивать, либо уменьшать плавучесть устройства.
Конечно, все это есть в новейших «Нептунах» — экзоскафах высшего класса, уже оснащенных всем необходимым, чтобы погружаться на глубину до двенадцати километров. Но «Нептуны» крайне дороги, а главное, очень габаритны и ни в какую подводную лодку не помещаются. Кроме того, их довольно здоровые ядра сильно фонят гравитационным возмущением, и любой Жнец засечет их еще на поверхности океана. Говорить о скрытности проникновения в этом смысле абсолютно невозможно.
Спустя полчаса группа из двух диверсантов, как и планировалось, перешла на подводный шаг. Ален, как более уязвимый для ментальной атаки, двигался чуть позади азари. Трия уже полностью потеряла их из виду на гидроакустических и даже гравиметрических сканерах, и была вынуждена работать почти вслепую — отслеживая несущую частоту гравитационного коммуникатора. Получалось плохо — погрешность уходила за пару сотен метров.
«Мы на месте, — раздался голос Сарены. — Индоктринирующего давления не ощущаю. Наверное, нас пока не заметили».
— Аккуратнее там, — посоветовала Трия. — Он может ударить, когда вы будете погружаться в расселину.
«Я знаю», — отозвалась азари.
«Не психуй, Нувани, — присоединился к разговору Мортимер. — Первым пойду я, и пока не доберусь до шлюза, Алина будет сидеть на месте».
Дальнейшее Трия уже не видела. Только слушала переговоры по гравитационнику между Сареной и ее компаньоном. Ален действительно начал погружение первым, и по его словам, благополучно добрался до Жнеца. Как и показывали предварительные сканирования, дредноут лежал навзничь, брюхом и лапами вверх, с приличным дифферентом на корму. То есть самая высокая точка Жнеца соответствовала расположению его основного калибра, и представляла самую большую опасность для нападающих.
«Наблюдаю тварь, — сообщил Ален. — Ну и здорова же дура...»
— Четыре километра, — хмыкнула Трия.
«Тут видимость метров на триста максимум, — заметила Сарена. — Я отсюда вообще ничего не вижу».
«Я включил ультразвуковую гидроакустику в паре с грависканером. Изображение синтезируется где-то на шестьсот метров».
«Ты где сейчас? — поинтересовалась Сарена. — В плане анатомии Жнеца».
«Приземлился на брюхо, — отозвался Ален. — Главные ходовые лапы, что ближе к морде, позади меня. Спереди — малые. Одна обломана, отчетливо вижу. Парная ей — целая. До остальных рядов конечностей сканер не добивает».
— Шлюз от тебя далеко?
«Метров двести. Я уже привязался к строению Жнеца, иду на виртуальный маркер. Алина, ты как там?»
«Нормально, — голос азари. — Стою за камнями, тебя не вижу. Одурманивания по-прежнему не ощущаю».
«Я тоже».
— Будем надеяться, у него действительно иссяк источник питания, — произнесла Трия. — Ален, я временно отключаюсь, нужно проверить торпеду-бур. Оставляю на связи Арриду.
«Добро. Мне еще шагать и шагать. До связи».
Нувани оставила пункт коммуникации, уступила место турианцу и направилась в БЧ-1. Там уже почти готова к запуску глубоководная торпеда с ручным управлением. К сожалению, кем бы ни был Ален, ему не под силу взломать обшивку грудного шлюза дредноута класса «Властелин». Собственно, это даже не было шлюзом. Скорее всего, это технологическое отверстие, через которое Жнец выбрасывал избыток деградировавшего нулевого элемента. Сверху это отверстие закрыто несколькими листами эластичной брони, которые работали как лепестковый клапан. Прикрытые силовым полем, они почти неуязвимы. Сейчас же, когда поля выключены, вскрыть клапан можно любым молекулярным буром. Что и планировала сделать Нувани.
Кварианцы, люди и азари детально отпрепарировали несколько Жнецов, тщательно изучая их конструкцию. Увы, оживить ни один из них не удалось, и вряд ли удастся. Поток красного излучения поразил мозг этих тварей, навсегда превратив некогда грозных покорителей Галактики в мертвые машины, которые уже никогда не оживут. Самое печальное для Солнечной системы заключалось в том, что обилие нулевого элемента в теле Жнеца действительно зафиксировали. Но добыть его оказалось еще той задачкой — ни в одном из поверженных врагов не обнаружили отдельного нуль-ядра.
Подобно азари, Жнецы хранили нулевой элемент во всей толще тела, преимущественно поближе к нервным путям. А поскольку нервными каналами структура Жнеца была пропитана от и до, то и нулевой элемент был рассеян по гигантскому объему четырехкилометровой туши. «Черные космоархеологи» подрабатывали, выскабливая мертвых Жнецов изнутри, но приток нулевого элемента от этих авантюристов ничтожен и способен окупить только такого рода частную добычу физическими лицами. Собственно, до начала промышленного освоения Меркурия, где нашлись следы EZ, коммерческий рынок этого вещества и формируется такими вот частными изысканиями. При этом до жнецов класса «Властелин» правительства частников не допускают, разрабатывая потихоньку сами. Ну а частным изыскателям приходилось копаться во внутренностях Разрушителей — тех, что рухнули на планету. Добыча нулевого элемента в космосе стоила совсем уж нескромных денег.
Трия проверила системы управляемой торпеды, убедилась в достаточном количестве энергии в накопителях, после чего открыла ложемент и глянула, все ли там нормально. Все было хорошо. Коммуникатор работал, системы навигации послушно прошли диагностику, молекулярный бур был заправлен энергией и готов к работе. Нувани закрыла торпеду и собиралась было вернуться в центральный отсек, но в помещение плавно и стремительно заскочил кроган. Риг молниеносно развернулся и тут же сноровисто закрыл за собой люк.
Еще одно быстрое движение — и выключен коммуникатор внутренней связи. Трия и Риг остались в полной изоляции.
— Ты чего задумал, Грант? — прищурилась Трия. — Я понимаю, что ты давно не был на Тучанке. Но сейчас не время для общения с женщинами. И даже азари.
— В самом деле? — хмыкнул кроган, подходя к девушке. — А мне вот кажется, ты любишь здоровых парней.
Азари отступила на шаг.
— Людей, — уточнила Трия. — Кроганы в их число не входят.
— Кроганы входят туда, куда хотят.
Риг-Грант остановился, перестав подавлять азари своей массой. Тем более, что ростом он был ненамного выше статной голубокожей, а если мерить без горба, только по макушке, так и вовсе почти одной с ней высоты.
— Еще раз, что тебе нужно?
Трия скрестила руки на груди. Так, чтобы кроган не видел, как ее кожа на ладонях темнеет от притока крови и подготовки к биотическому удару. Нувани не была идиоткой и понимала, что даже на биотических кулаках она серьезно уступает любому крогану. Даже такому малогабаратиному, как Джундор Риг. Поэтому копила энергию для «Стазиса» — умения крайне сложного и капризного, но позволяющего выиграть несколько драгоценных секунд.
— Мне нужна правда, — совершенно неожиданно для азари признался Риг. — Я должен быть уверен, что ты здесь не для того, чтобы сдать Жнеца в единоличное пользование вашему Совету.
— Что-то ты больно складно заговорил, — фальшиво улыбнулась Трия. — Помнится, раньше бурчал отрывисто.
— Это был Риг, — в свою очередь изобразил улыбку кроган. — А сейчас с тобой говорю я. Урднот Грант, идеальный кроган.
— Был бы идеальным, я бы смотрела на тебя сииильно так снизу вверх.
— Не зарывайся, мягкотелая, — Грант подошел еще на полшага. — Недостаток роста не помешает свернуть тебе шею. Если врешь и на самом деле хочешь сдать нас Титану.
Трия отступила бы еще на шаг, но уперлась спиной в держатель торпеды. Дальше отходить от крогана было некуда.
— Что ты хочешь знать, идеальный кроган?
— Я уже сказал. Мне нужны доказательства, что ты не кинешь нас всех, как только мы получим контроль над Жнецом.
— И что тебя устроит в качестве доказательств? — усмехнулась азари.
Ладошки уже достаточно нагрелись, чтобы подождать еще пару секунд и уронить на крогана свечение «Стазиса». Вот только для этого нужно самой выйти из зоны поражения, а этого Риг ей не давал. Вот если бы как-нибудь выскользнуть подальше от этого проклятого держателя...
— Объятия Богини, — произнес кроган.
Трия опешила. Она ожидала от Рига любой глупости, но такого — никак.
— Объятия Богини, — повторил Урднот Грант. — Там я задаю тебе вопросы, и ты мне отвечаешь. Если все будет хорошо... Все будет хорошо. Я знаю, что азари не умеют врать в Объятиях.
— Ты... — Нувани засмеялась. — Ты всерьез думаешь, что я открою тебе свой разум?
— Выбор небольшой, — тихо произнес Грант, опустив взгляд на ладони азари. — Ты готовишь «стазис», но даже сама еще не знаешь, сработает ли. Ты его никогда не применяла.
Вот теперь Трие стало страшно.
Кроган знал то, что знать не имел права. Или он сильный биотик (с кроганами такое случается), или кто-то рассказал ему, как определить потенциальные биотические способности азари по температуре ее тела. Азари знала, что зрение кроганов, как и кварианцев, частично заходит в ближний инфракрасный диапазон. То есть теоретически Грант действительно мог определить биотический уровень Трии. Весьма невысокий, надо заметить. И да, действительно, она ни разу еще не применяла «стазис» на практике. Только в теории, на уровне понимания последовательности действий.
— Что... — азари закашлялась, ощущая острый, хотя и не раздражающий запах из ноздрей крогана. — Что ты будешь спрашивать? Ты же понимаешь, что нужно уметь задавать правильные вопросы, чтобы азари не выкрутилась своими недомолвками.
— Я знаю, — кивнул кроган. — Обещаю, это будет честная сделка. Это я тебе обещаю, Урднот Грант.
— Обещание крогана...
— Идеального крогана! — взревел здоровяк, и Трия непроизвольно присела. Теперь Риг буквально нависал над азари. Нависал огромной живой скалой. Горячей и...
Ах ты, похотливая шатта, Трия Нувани... Как можно в такой-то обстановке, а?
— Я кроган! — уже гораздо тише произнес Грант. — Докажи, что ты не замышляешь плохого против нас, и ты будешь под моей защитой.
— А если... — Трия уперлась взглядом в технологичный нагрудник кроганской брони. — А если я задумывала, но отказалась? Ты защитишь меня от Совета?
— Я кроган, — снова повторил Грант. — Я уже дал тебе слово.
Азари прикрыла глаза.
В конце концов, она ничего не теряет. И в конце концов, никто не знает, чем кончится сегодняшнее путешествие. Даже Вайлет Блад, наверное, не в курсе. Хотя уж кто-кто, а комиссар вызывала у Трии железобетонную уверенность в ее правоте. Нувани даже начала, похоже, интересоваться госпожой Блад — с позиции дружбы. Или даже больше, чем дружбы.
Только вот горячее пряное дыхание крогана и его здоровенная туша напрочь застилали облик комиссара по этике в сознании азарийского инженера.
«Шатта. Похотливая шатта», — подумала про себя Трия Нувани, прежде чем поднять мерцающие синим сиянием ладони и приложить их к вискам крогана — там, сразу за широко расставленными глазами.
— Обними Вечность, идеальный кроган, — прошептала Трия. И тут же вскрикнула, буквально вбивая биотический заряд в голову Гранта — И доверься Богине!
Синее сияние окутало две фигуры.

— Здесь... пусто.
— Здесь Богиня, — ответила Трия. — Она заполняет это пространство. Просто ни тебе, ни мне не дано увидеть ее настоящего облика.
— Так похожего на протеанский, — усмехнулся Грант. — Ладно, мы теряем время.
— Задавай свои вопросы, кроган.
— Ты здесь по поручению Совета?
— Да. В большей степени да.
— Совету нужен Жнец?
— Да, конечно.
— Совет ведет свою собственную игру?
— Совет всегда ведет свою собственную игру, Грант. На то он и Совет Матриархов. Разумеется, да.
— Тебе приказывали устранить нас, если окажется, что мы угрожаем планам Совета?
— Нет.
Это было совершенно честным ответом. Трия слишком хорошо знала методы Совета, чтобы вообще якшаться с этими курицами. Матриархи в свою очередь понимали, что невозможно добиться полной лояльности той, которую они однажды отправили на смерть, а затем несправедливо обвинили.
— Кто твой непосредственный наниматель?
— Матриарх Этита.
— Она служит Совету?
— Все Матриархи служат Совету так или иначе. Этита не исключение. Грант, очень долго объяснять историю взаимоотношений меня, Этиты и Совета. Мы долго живем и многое знаем, я при всем желании не успею ничего аргументировано доказать. Поэтому давай кратко: да-нет.
— Алину Гросс на Землю послала Этита?
— Не знаю, — азари качнула головой. — Честно не знаю. Если и Матриарх, то я не в курсе. Дальше.
— Ты веришь Вайлет Блад?
— В каком смысле?
— Неважно, — Грант отмахнулся лапищей. — Веришь или нет?
Азари чуть промедлила.
— Скорее верю, — произнесла Трия. — Не факт, что ее саму не водят за нос, но лично я — верю комиссару.
— А Мортимеру?
— Нет, — азари категорично мотнула головой.
— Почему? — удивился кроган.
— Он высокопоставленный чиновник. Только идиот поверит чиновнику во всем. Я подозреваю, что вот как раз он может иметь настройку на то, чтобы забрать Жнеца в единоличное пользование людей. Но Алина не позволит ему.
— То есть Алине ты веришь?
— Я верю, что она действует во благо всех. Во имя вышей справедливости. У нее слишком темное прошлое, и оно довлеет над ней. Не спрашивай, в чем дело. Я не знаю. Просто мы, азари, чувствуем друг друга лучше, чем другие расы.
— Теперь вопрос не так, чтобы «да-нет», — произнес кроган. — Что бы ты лично сделала со Жнецом, попади он тебе в руки?
— Я бы его уничтожила.
— Почему?
— Грант, у нас мало времени, — вздохнула Трия. — Просто поверь, что у меня есть повод так думать. Я ненавижу Жнецов всей своей голубой душой. И готова боготворить этого вашего Шепарда за то, что он сделал. Жнецы должны быть уничтожены все и навсегда!
Кроган понимающе качнул головой.
— Хорошо, — сказал Грант. — У меня больше нет к тебе вопросов. Можешь... Ну, выключать это все.
Азари медлила.
— Ну, давай! — поднял голос кроган. — Выключай. Ты же сама сказала, у нас мало времени!
Трия подошла к опешившему крогану и, чуть вздернув подборок, посмотрела в «лицо» здоровяка. Все-таки Грант выше азари. Ненамного, на ладонь, но выше. И больше, ох, насколько он больше...
Нувани поняла, что старая блажь снова накатилась на нее, подчинила своей воле, и что азари не может сопротивляться этому приобретенному проклятию. Проклятию здоровых мужиков, однажды заразившее ее. И так до сих пор не отпустившее.
— У нас мало времени на беседу, — улыбнулась азари. — А я не собираюсь больше играть в вопросы и ответы.
— Чего? — кроган попытался отступить от заблестевшей синим сиянием азари, но удивительное дело, не смог. Любой шаг ногой тут же «обнулялся», и кроган оставался на том же самом месте, где стоял секунду назад. А обтекающая голубым сиянием Нувани подходила ближе и ближе...
— Ну уж нет, — со своей знаменитой кривой улыбкой произнесла азари. — Ты получил то, что хотел, кроган. Теперь моя очередь.
— Что... — Грант опешил. — Ну хорошо. Задавай вопросы. Что ты хочешь знать?
Азари рассмеялась и одним движением сняла с себя синее свечение... вместе со всей одеждой.
Урднот Грант онемел. Нет, он знал, что азари на самом деле выглядят не так, какими их показывают на экранах, да и какими они притворяются на людях. Но чтобы настолько... настолько в правильную сторону...
— Не что, а кого, — произнесла Трия, толкая крогана в грудь и растворяя в воздухе его броню. — Тебя, большой парень. Я хочу тебя.


***

— Блад, мы получили кодовое сообщение от группы проникновения.
— Надеюсь, все в порядке?
— Да, они начали операцию. Азари и Мортимер уже на брюхе Жнеца. Одурманивания не зафиксировано. Через двадцать минут они начнут вскрывать корабль.
— Принято.
Вайлет оторвалась от терминала, встала с кресла, подошла оружейному шкафу и открыла створку. Ни Блад, ни кто-либо еще понятия не имели, с какими врагами им придется встретиться в утробе Жнеца. Возможно все — от злобных, но слабых, хасков до Преторианца. Впрочем, здравый смысл и элементарная логика подсказывали, что Жнецу нет необходимости населять свое пузо индоктринированными формами жизни специально. Единственный опыт «Цербера» показал, что во врагов превращаются только те, кто однажды уже попал внутрь Жнеца и подвергся изменению.
Насколько Вайлет было известно, никто еще до сих пор в конкретно этого Жнеца не забирался. Они будут первыми. И либо выведут дредноут в свое повиновение, либо... Либо останутся там, превратившись в мелких серо-синеньких гномиков.
Впрочем, из Блад наверняка сделают что-нибудь типа каннибала — больно здорова для рядового хаска.
Не особо долго думая, Вайлет экипировалась старой-доброй «Яростью», а в дополнение к ней взяла «Мотыгу» и усиленный комплект термоэлементов. Рассчитывать на их склады по ходу внедрения наивно — до сих пор никто не вел боев в пузе у Жнеца.
Блад встала перед зеркалом, подняла со стола шлем и нахлобучила на голову. Старая армейская модель — тяжелая, надежная, с ободком кинетического щита по периметру, но напрочь без забрала, то есть с открытым лицом. Вайлет не нравились новомодные системы технического зрения. Кроме того, она направлялась туда, где само понятие «работа электроники» под большим вопросом.
— Внимание, — произнесла Блад в интерком. — Десантной группе собраться в трюме!
Разумеется, речь не шла о трюме ее катера. Этот кораблик сыграл свою роль, и сейчас там оставались только те, кто не принимал участия в операции. Вайлет же с остальными боевиками, включая лиарину дочку и ее охранницу, переместились на борт десантного корабля-дока «Шаманов» сил планетарной поддержки ВКСА. Ставший родным катер Вайлет был пристыкован к одному из шлюзов здоровенного судна, способного высыпать на планету до батальона со всеми средствами усиления, включая танковую роту.
Как несложно догадаться по названию, корабль принадлежал российскому сегменту ВКСА, и потому под словосочетанием «танковая рота» следует понимать не дюжину каких-нибудь там «Мако», а настоящую танковую роту. Типа такой, что может заставить смыться с планеты, поджав лапы, пару-другую Разрушителей.
Но сейчас на борту корабля ограниченный экипаж. По сути, «Шаманов» почти пуст. По настоянию дипломатической группы экипаж корабля-дока распущен в отпуска, а само десантное судно официально числится на профилактическом ремонте. Его трюмы лишены тяжелой техники типа танков и самоходных орудий, а многочисленные койки в кубриках — абсолютно пусты. Собственно сам корабль понадобился лишь потому, что у него есть замечательные средства доставки тяжелой пехоты — десантные капсулы с гравикомпенсаторами. Ну а кроме того, в традициях русских десантников иметь плавсредства, вплоть до тяжелых штурмовых скафандров «Нептун». Вайлет сотоварищи ими пользоваться не будут — нет необходимости. Внутри Жнеца «Нептуны» вряд ли развернутся, а опуститься на дно можно и в легких комплектах «Медуза» — универсальных для всех десантных подразделений ВКСА.
«Медузами» оснащаются все десантные капсулы. Каждая такая капсула вмещает отделение пехоты и гарантирует мягкое приземление и быстрое развертывание. Ну, это изнутри кажется мягким. В абсолютных скоростях капсулы врезаются в землю со всего маху, и величина классического ускорения составляет до восьмидесяти тысяч «же». Но компенсаторы перегрузок забирают этот чудовищный импульс на себя, в момент удара обнуляя массу капсулы. Преобразование массы в энергию требует выхода последней, поэтому у пехотинцев есть не больше минуты, чтобы покинуть место посадки. После этого временные энергобуферы вырабатывают ресурс, и капсула выбрасывает мегаджоули энергии в стартовые двигатели. Отскакивает на орбиту она чуть ли не быстрее, чем прибывает оттуда на землю. Поэтому десантные капсулы этого класса на Флоте называют мячиками. Русские десантники, правда, предпочитают сложнопроизносимое слово kapitoshka. Вайлет не знала перевода. Наверное, что-то связанное с каким-нибудь прославленным русским капитаном.
В трюме-доке собрались все, кто там должен быть. Семь человек десанта, два корабельных техника и капитан корабля — кадровый военный ВКСА по имени Рафик Валиев. Русский, конечно.
Впрочем, нет. Неполиткорректно тыкать национальной принадлежностью. Хорошо, пусть будет славяноевразийцем. Благо хоть русский, хоть не русский, а он понятия не имел, куда и с какой целью межрасовый интернационал задумал десантироваться.
— Товарищ комиссар, — командир подошел к Вайлет и козырнул. — Капсула номер шесть готова к приему десанта. Средства обеспечения операции загружены в соответствии с предписанием. Энергозаряд полон, все системы проверены, техники готовы к началу загрузки десанта. Временно дежурный по аппарели, командир корабля капитан третьего ранга Валиев.
— Вольно, капитан, — Вайлет также козырнула, потом пожала руку командиру. — Надеюсь, системы связи в порядке?
— Так точно, — кивнул Валиев. — Аппаратура спецсвязи на вашем корабле слинкована с нашими передатчиками. Ваша... Ваш технический специалист полностью контролирует передачу данных.
Под техническим специалистом должен был подразумеваться офицер связи на катере Вайлет. Но так получилось, что ответственным за соединение нейтринного коммуникатора со штатной техникой ВКСА пришлось назначить кварианку. Она намного лучше разбиралась в специфике нейтринного привода, а кроме того, всей своей невеликой грудью стояла на страже тайн Мигрирующего флота и не допускала до нейтринного коммуникатора посторонних.
Похвальное рвение, но вообще-то Вайлет хотела сохранить в тайне от командира десантного корабля наличие целого Паладина на борту своего катера.
Люди охотно мирились с тем, что Ассамблея подкармливает бедных и несчастных жителей Мигрирующего флота. Но вот к факту финансирования крайне дорогостоящих программ Ордена рядовые земляне относились не столь благостно. Да и не рядовые тоже — вот, например, капитаны боевых кораблей. Ситуация усугублялась еще тем, что Орден взял за привычку вынюхивать талантливых кварианских инженеров, работающих по контрактам на судах ВКСА. Ну и это... Умыкать их для своих нужд. Это совершенно не добавляло Паладинам популярности у командиров кораблей.
А упертая Полани’Альтис наотрез отказалась снимать свой паладинский крестик с новенького, с иголочки, кварианского костюма в узнаваемых серых цветах.
— Хорошо, капитан, — сказала Блад. — Мы готовы к погрузке.
И, повернувшись к выстроившимся в строй сопартийцам:
— Мы ведь готовы, ребята?
Секундная пауза и рев какого-то там числа глоток:
— Да, мэм, кэп, мэм!
Скорее всего, обе азари не участвовали в этом празднике вокального показушничества, но вот Палладий — Вайлет заметила — не преминул проорать нужные слова.
Все-таки мальчишки остаются мальчишками в любом возрасте и при любой расовой принадлежности.

***

«Дошел до зоны вскрытия, — сообщил Ален. — Все спокойно. Видимость поганая, но сенсоры показывают, что все в норме».
«Хорошо, я спускаюсь, — голос Алины. — Трия, мы готовы принять тебя. Трия, как слышишь? Аррида?»
— На связи, — сообщил турианец. Как и было приказано боцманом, Аррида дублировал азари на коммуникационном пульте.
«Где Трия?»
— Проверяет оборудование, — совершенно честно ответил Аррида. — Сказала, скоро вернется.
«Поторопи ее. Мы уже достигли клапана, нужно начинать вскрытие. Не забывай, нас ждет группа захвата на орбите. Одни мы с Аленом внутрь Жнеца глубоко не полезем».
Ну, и то хорошо, подумал Аррида. Хоть Ален официально и вывел себя и азари из-под опеки турианца, тот по-прежнему чувствовал свою ответственность за жизнь и здоровье этой странной парочки.
— Трия, ты долго? — спросил Аррида в интерком. — Нувани?
— Да-да, Аррида, я сейчас, — раздался голос азари, почему-то взволнованный. Как будто запыхавшийся. То ли девушка куда-то спешила, то ли тягала какие-то тяжести.
— Что у тебя там? — поинтересовался турианец. — Помощь нужна?
— Нет-нет... кх-х... — закашлялась голубокожая. Или судорожно давила смех. — Я сама. Справилась.
Связь резко прервалась.
Аррида пожал плечами. В конце-концов, азари они такие... странные иногда.
Трия Нувани пожаловала в центр управления через пару минут. Почему-то в сопровождении крогана. Наверное, они встретились здесь, у входа в ЦУ.
— Так, что тут у нас? — поинтересовалась азари. Почему-то несвойственным инженеру легкомысленным тоном. — Ален добрался до жука?
— Если ты имеешь в виду Жнеца, то да, — кивнул турианец. — Сарена тебя уже вызывала.
— Ага, — кивнула Трия, подсаживаясь к турианцу за терминал связи. — Трия Нувани на связи.
«Трия, мы готовы принимать тебя на пузе Жнеца, — сообщил интерком голосом второй азари. — Пока все тихо. Я буду на месте через двадцать минут. Ален уже там. Мы ждем тебя с буром».
— Поняла, — Трия вскочила с кресла. — Вылетаю через три минуты. Ждите где-то минут через сорок-пятьдесят.
«Хорошо, — это уже Мортимер. — Мы пока тут осмотримся. Я заприметил странную глыбу в задней части корпуса Жнеца».
— Осторожнее там! — крикнула Нувани уже на бегу.
Лихо обогнув почему-то вежливо и даже как-то испуганно посторонившегося крогана, азари исчезла за люком ЦУ.
Аррида поднял взгляд на компаньона.
— Что с ней? — спросил турианец.
— Не знаю, — буркнул кроган.
Минар-Аррида Лабракус пристально посмотрел на Джундора Рига. Это вот «не знаю» турианцу было хорошо знакомо. Вернее, интонация, ему соответствующая.
— Риг, — вздохнул Аррида. — Рассказывай, как она тебя отшила.
— Чего?
— Ну, ты же пытался дознаться у Трии о том, что мы хотели еще там, в отеле, сделать?
— Ну да.
— Как я понимаю, азари поставила тебя на место?
— Нет, — кроган насупился. — Я узнал все, что хотел.
— То есть допросил ее?
— Можно сказать и так, — рыкнул Риг. — Не парься, компаньон. Все нормально. Ей можно доверять.
— Ты уверен?
— Еще как! — почему-то хохотнул кроган. — Дважды проверил. Один раз даже через Объятия Богини. Для надежности.
Упоминать о том, что проверка для надежности была уже вне Объятий, и вовсе не со стороны крогана, Риг не стал.


***


«Вижу какой-то здоровый камень. Нет, не камень даже. Скалу».
«Что за скала?» — спросила азари.
«Не знаю, — ответил Мортимер. — Очень большая. Я бы сказал, здоровенная. Накрыла заднюю часть Жнеца. Метров в двести шириной, наверное. Может даже больше».
«Странно, что ее не обнаружили раньше».
«Нувани что-то говорила о каком-то уродливом камне поверх Жнеца».
«Точно?»
«Да, я точно помню, говорила».
«Может быть, откололась от расселины недавно? — предложил Мортимер. — Землетрясение, например. Летела сверху и упала на Жнеца».
«Возможно».
«Я посмотрю. Может, какие-нибудь повреждения новые образовались в этой тварюге. Может, нам и бур не нужен будет».
«Будь осторожен».
«Я всегда осторожен».
Массивная фигура «Тритона» шагнула по направлению к парным лапам Жнеца. Тем, назначение которых осталось непонятным. На планете Жнецы стояли на массивных основных конечностях, каждая почти километровой длины. А еще несколько пар членистых лап болталась под брюхом, и их назначение оставалось вопросом. Пока единственной правдоподобной версией являлось то, что эти конечности унаследованы от Левиафанов, по образу и подобию которых выполнялись и Жнецы.
«Ну как?» — спросила Алина спустя десять минут.
«Пока не дошел до контакта скалы со Жнецом, — отозвался Мортимер. — Трия вылетела?»
«Скорее, выплыла. Да, она на пути к нам».
«Хорошо. О!»
«Что?»
«Вижу повреждение».
«Большое? — с надеждой в голосе произнесла азари. — Экзоскаф пройдет?»
«Повреждение в скале, — непонятно отозвался комиссар. — Кстати, сама скала какой-то странной формы».
«В каком смысле странной?»
«Ну, сложной очень. Погоди, я почти добрался до пролома. Сейчас посмотрю, что там. Похоже, этот участок камня внутри пустой».
«Ален, мне это не нравится, — поделилась тревогой азари. — Возвращайся, и давай ждать Трию».
«Я уже почти на месте. Да, действительно дырка в скале, но там ничего нет. Я свечу туда прожекторами — пусто».
«Возвращайся».
Молчание.
«Ален!»
Снова молчание.
«Что такое? Ален! Ален, отвечай!»


***

Азари свободолюбивы, но некоторым из них остро неудобно в замкнутых пространствах. Как кварианцам на открытых, но наоборот. В свое время Трия переболела клаустрофобией, пока служила на подводных кораблях Флотилии Тратегоса. С тех пор азари было все равно, как много пространства вокруг нее.
Но в данном случае старые страхи потихоньку всплывали в сознании, и чем дальше продвигалась ракето-торпеда Нувани, тем более волновалась женщина. Трия пыталась сконцентрироваться на управлении подводным аппаратом, но получалось плохо. Тогда она начала вспоминать недавние события — и это помогало.
Кроган оказался на удивление интересным любовником. До этого у Нувани не было опыта с горбатиками, и она понятия не имела, что это такое — овладеть двухсоткилограммовой тушей, подчинить себе его ярость... на благо себе. Половину этого внезапного свидания азари провела ментально, не выходя из Объятий Богини, вторую же половину — уже в реальности, в потоке биотики. Надо сказать, в своей вещественной форме кроган оказался ничуть не хуже, чем в ментальной. Разве что пришлось обойтись без совсем уж физических контактов. Высокотехнологичная броня Рига потребовала бы слишком много времени на демонтаж и последующую установку. Поэтому Трия осуществила классический для свой расы подход — растворение в нервной системе партнера.
Это было... Свежо. Нувани давно не практиковала чисто азарийское Слияние, отдавая предпочтение грубому человеческому сексу. В случае с кроганом второй вариант был бы уж слишком травматичен, поэтому...
«Идеальный кроган» был диво как приятен именно так, именно с погружением в него самого, в сладком обмене страстными чувствами, нервными импульсами. Трия и подумать не могла, что дети Тучанки могут быть настолько чувствительными и романтичными.
Что ж, нельзя быть всезнайкой. Всегда найдется что-то новое для тебя... Это новое Трие очень понравилось. И она не прочь бы его повторить, когда вся эта ерунда закончится. Кода из Жнеца выудят то, что там хотят выудить, после чего уничтожат эту тварь. Даже если не уничтожат всемогущие люди или Совет, Трия сделает это сама. На борту подлодки есть компактная термоядерная бомба — этого будет достаточно.
«Трия!» — взволнованный голос Сарены.
Азари глянула на приборы.
— Я уже на подходе, — сообщила она. — Буду у расселины через семь минут.
«Трия, я потеряла связь с Аленом!»
— Что?
Это невозможно. Гравитационные волны, которыми обменивались новейшие коммуникаторы членов экспедиции, не знают преград. Экранировать их нереально.
«Нувани, я боюсь!»
— Спокойно! — произнесла азари, сама совершенно не спокойная. — Глянь на тактический монитор, где экзоскаф человека?
«Около скалы, упавшей на Жнеца».
Холодок пробежал по спине азари. Да, она помнила этот кусок камня, и даже докладывала о нем. В общем-то, особых тревог за ним не виделось. Опытный океанолог Трия Нувани знала, что морское дно живет своей жизнью. Скалы обтачиваются морскими течениями, подвергаются сейсмическим толчкам ... Словом, какая-нибудь скала действительно могла упасть на Жнеца. Повредить она его точно не сможет. Но вот внезапно соскользнуть, придавив слишком любопытного человека в экзоскафе — запросто.
— Сарена, слушай меня, — произнесла Трия. — Запусти протокол тактического звена и пропингуй системы экзоскафа Алена. Надо знать, в каком состоянии его аппарат.
«Уже».
— И что?
«ВИ костюма сообщает, что все системы исправны. Среда обитания нормальная. Оператор не покидал экзоскафа».
— Ну, значит и волноваться нечего, — успокоила одна азари другую. — Я уже почти на месте. Сейчас спущусь и посмотрю самолично.
Вот и памятный каменистый рубеж, где вырубались самые защищенные дроны-разведчики. За ним, за чередой камней, обрамляющих расселину, находится враг. Страшный, старый, не требующий сострадания или жалости.
Трия сжала зубы и вцепилась в рычаги управления своей мини-подлодкой. А если уж начистоту, то хрупкой торпедой, спешно переоборудованной в пилотируемый подводный экипаж. Сделав полубочку, азари перелетела через каменистый вал и резко взяла рычаги на себя, заглубляя торпеду навстречу Жнецу.
Очень плохо, что Алина не встретила сопротивления. Если противник молчит — это не к добру.
Через две минуты аппарат Нувани достиг, наконец, Жнеца. Огромная, поражающая воображение фигура головоногого дредноута, застыла в глубине, почти невидимая. Дохленькие приборы ракето-торпеды не имели гравиметрического датчика, поэтому все, что могла увидеть Трия через систему наблюдения, это совершеннейшая муть в оптическом диапазоне, такая же муть в термальном и более-менее четкие контуры Жнеца в гидроакустическом. Снизившись еще метров на двести, Нувани разглядела «Тритон» соплеменницы.
«Я тебя вижу, Сарена, — сообщила азари. — Куда направился Ален по отношению к тебе?»
«Вперед».
Манипулятор экзоскафа поднялся, указывая направление.
«Не двигайся, — приказала Трия. — Я проверю».
Выровняв свой экипаж, Нувани медленно, едва не со скоростью пешехода, направилась в направлении, указанным Сареной. Через несколько минут стали проступать контуры очередной пары хватательных лап. Левая в самом деле оказалась обломанной, но правая уходила вверх и вперед гигантского диаметра трубой. Нет, даже азарийское воображение пасовало, когда дело касалось описания Жнеца. Слишком уж огромной была эта некогда живая машина.
«Видишь скалу?» — спросила оставшаяся на месте азари.
— Да.
Трия присмотрелась в визор. Действительно, сразу за первой парой конечностей на брюхе Жнеца лежало какое-то уродливое, огромное каменное образование. Его размер тоже был ого-го, но по сравнению самой древней машиной — не впечатлял. Хорошо, если метров двести-триста шириной, и, наверное, раза в три больше в длину.
— Вижу экзоскаф Алена, — сообщила Трия. — Повреждений нет.
«А отверстие в скале видишь?»
— Что?
«Ален говорил, он посмотрит, что там за дырка в скале. Говорил, она пустая внутри».
Нувани внимательно просканировала кусок скалы. Нет, абсолютный монолит. Кто его там знает, что внутри, но отверстий или пустот каменюка не имеет.
— Нет никакой дырки, — сообщила Трия. — Значит, так. Я подключаюсь к автоматике «Тритона» и беру на себя управление. Тащу его к зоне жнецовского клапана-пупка. Подходи туда же.
«Хорошо».
Голос Сарены был полон неуверенности.


***

— Мы получили подтверждение от группы проникновения, — сообщила Блад уже по закрытому каналу. Слышать ее не мог никто, кроме тех, кто обладал гравитационным коммуникатором. А это семь человек ударной группы плюс кварианка, оставшаяся на корабле комиссара.
Собственно, именно кварианка и донесла до Вайлет эту радостную новость. Увы, уточнить подробности было невозможно. Подлодка под управлением Трии Нувани не имела обратного канала связи. Сообщения кодировались специально созданным для этой операции шифром, потом помещались на накопитель, расположенный в самовсплывающем буе, и тот выбрасывался за борт. Когда буй достигал поверхности, активировался антенный блок, по узкому лучу наводился на ту часть небосвода, где болтался ретрансляционный спутник азари, и уже оттуда по сети кварианских интеллектуальных сателлитов достигал корабля Вайлет.
Использование нескольких инфраструктур с одной стороны было опасным — риск получить утечку повышался. Но с другой стороны, это же парадоксальным образом и снижало вероятность перехвата. Все-таки Редактор Редактором, но придавать ему признаки Господа Бога — уже перебор. Следить за тремя расами одновременно... Бр-р-р.
— Ребята, готовимся к дропу, — сообщила комиссар, занимая свое место в капсуле. Все остальные члены ударной группы уже были на местах.
— Первый раз пользуюсь человеческой десантной техникой, — призналась Аринт.
Азари, понятное дело, сидела рядом с Джоаной, по такому важному случаю замолкнувшей. Девушка чуть затравленно озиралась по сторонам, но в целом вела себя достойно. Хотя видно — боится. Очень боится. Вайлет было даже чутка жалко эту молоденькую девчонку. Уж неизвестно, чем там ее наградил Глубокий Космос, но чувство опасности он из нее не изжил. Голубокожая совершенно явно страшилась предстоящего путешествия из глубин космических в глубины океанские.
— Не боись, красотка, — хохотнул Циклоп, доселе тихо помалкивающий. — Здесь все как у азари, только тряпка для отмывания крови красная, а не фиолетовая.
— Ты уверен, что разглядел цвет одним глазом? — толкнул юмориста в бок один из близнецов. То ли Дрейк, то ли Томас. Сейчас, в одинаковых штурмовых костюмах десанта ВКСА, мужчины выглядели совершенно идентично.
— Отставить, — вяло отозвалась Блад и переключилась на внутрикорабельный канал. — Капитан, отряд Альфа готов к десантированию.
— У вас принято называть отряды буквами мертвого языка? — удивилась Аринт. — Как трогательно.
«Я слышу вас, комиссар, — голос Валиева был немного искажен системой корабельной связи. — Мы опечатываем капсулу. Готовность четыре минуты».
Входная створка огромной, на целый взвод пехоты, капсулы захлопнулась. На секунду внутри воцарилась полная темнота, но тут же зажглось штатное боевое освещение по стандартам военных кораблей ВКСА — тревожное, красноватое.
— Как в желудке у кашалота, — заметил Циклоп.
— Ага, полное сходство, — кивнула Блад. — Центральное освещение, регенератор атмосферы... Циклоп, я сказала заткнуться. Думаешь, это я шучу так?
— Нет, мэм, — мужчина «сел по стойке смирно». — Никак нет, мэм. Извините, больше не повторится, мэм.
— Салага, — покачал головой один из близнецов. — Все боятся. Но не все из-за этого выставляют себя идиотами. Извините, мэм.
Вайлет посмотрела на мужчину.
Да, вот кто-кто, а близнецы, похоже, совершенно не боятся. Неизвестно, что они прошли в команде Палладия, но их армейское прошлое буквально сквозило сквозь скафандры.
«К готовности три минуты, — проинформировал капитан корабля-дока. — Комиссар, сверяемся».
Вайлет подняла руку и выставила на инструметроне таймер-отсечку в сто восемьдесят секунд.
«Пять. Три. Два. Один. Ноль».
Вайлет щелкнула виртуальной клавишей.
— Есть синхронизация, капитан.
«Принял, — отозвался Валиев. — Комиссар, у нас не положено диктовать отстрел снаружи. Традиции, знаете ли...»
— Не проблема, капитан. Я отщелкаю. Давайте, роняйте нас.
— Есть, комиссар. Удачи.
Русские, это Вайлет знала совершенно точно, никогда не фамильярничают перед ответственным заданием. Не панибратствуют. Нет никаких там «порвите им задницы» или «а ну, подтерли слюни и пошли убили плохих парней». Просто скупое «удачи». И все. Дальше солдат все сделает сам.
Блад доводилось служить в гарнизонах смешанного состава. Были там и китайские роты, состоящие из на вид улыбчивых азиатов, в бою совершенно отмороженных, зачастую в ущерб боевым навыкам. Были и американцы со своими скабрезными шутками анально-генитальной ориентации. Сражались янки неплохо, но без огонька, и всячески цепляясь к технике, словно от нее зависело вообще все на свете. Доводилось сталкиваться с англичанами, чья феерическая, умопомрачительная ярость в отношении Жнецов выплескивалась так рьяно, что, бывало, под «дружеским огнем» психованных альбионцев уходили на тот свет до взвода своих же ребят. Но англичан тоже можно понять. То, что Жнецы сделали с мультимегаполисом Лондон, никакими словами описать нельзя.
Русские же всегда поражали Вайлет своей с одной стороны радушием и готовностью помочь, пусть и ценой своих удобств, а то и жизни, а с другой... Эти скифские сыны просто раздражали какой-то странной верой в чувство собственной исключительности. При этом они не распространяли это на сослуживцев. Эдакий шовинизм для внутреннего потребления. Они просто знали, что они лучше всех, и, черт побери, как правило, это действительно было так. Но вне своего круга общения угрюмые дальше некуда. Если есть возможность промолчать — промолчат. Если нет необходимости что-то делать — не будут делать. Чужих привечают, но по душам с чужаками не общаются, даже если упьются в стельку.
Вайлет не довелось побывать в особо страшных заварушках. В конце концов, она всегда была солдатом-гарнизонником. Но даже там люди, бывало, умирали. Как говорится, «в количествах». Так вот, русские умирали с какой-то мрачной обреченностью на собственную великую миссию, при этом ни словом об этой своей исключительности не упоминали. И, сукины сыны, умудрялись подыхать самыми последними. Перебив такую тучу врагов такими примитивными средствами, чуть ли не зубами и дубинками, что Вайлет до сих пор считала восточноевразийцев нацией, предназначенной для кого угодно, только не для самой себя. Не может быть счастлив человек, считающий, что его главное предназначение — жертва на алтарь будущих поколений.
Странные люди. Какие-то другие.
Блад глянула на таймер. Последние сорок секунд на орбите.
— Так, приготовились, — сообщила Вайлет. — Тридцать секунд.
— Черт, я забыл зубную щетку.
— Циклоп, ты заткнешься? — на этот раз не выдержал Палладий.
— Двадцать секунд.
Блад не выдержала и все-таки дала напутственную речь из одной фразы:
— Давайте полетим и поможем двум прекрасным азари не соскучиться в брюхе Жнеца. Десять секунд. Пять. Три. Две. Одна. Отрыв.
Капсула дрогнула, а затем на восьмерых десантников обрушилась отрицательная перегрузка. Вайлет чуть не взвыла. Она знала, что гравикомпенсаторы на капсуле есть, но забыла поинтересоваться, в какой именно момент времени они активируются — только на финише, или при старте тоже.
Уже когда капсулу начало болтать в атмосфере, Палладий по офицерскому интеркому сообщил:
«Полани прислала что-то, но я не успел принять сообщение — оборвалось».
Кварианец имел в виду, что вслед их десантированию Полани’Альтис послала какое-то сообщение, но к тому моменту десантная капсула уже пробивала плотные слои, окутанная раскаленным до тысяч градусов воздухом, и держать связь с кораблем не могла. Таким образом ни Вайлет, ни Палладий не узнали, что сообщение об успешном проникновении Трии и Алена Мортимера внутрь Жнеца было дополнено еще одним, отправленным чуть позже.
Буквально это сообщение гласило: «Ален без сознания. Трия молчит. Мы атакованы, лодка повреждена. Всплываем».


***

— Капитан! Капитан, стойте!
Маленькая, девчачья фигурка в сером костюме замахала рукой и рванулась догонять офицера, степенно шагавшего от десантной аппарели к мостику.
— Я вас слушаю, Паладин, — мужчина дождался маленькой кварианки.
Вообще-то капитан третьего ранка Рафик Валиев представлял себе служителей Ордена... более величественными. Крепкими. Эдакой могучей элитой Мигрирующего флота. Ну да, конечно, кварианцы меньше землян, но не настолько же! В кварианке было хорошо, если метра полтора плюс-минус. Это если на каблуках.
А вот мордашка у девочки ничего так. Ну да, страшноватенькая. Вот эти хищные пластины от челюсти и до середины щеки, чем-то напоминающие турианские мандибулы, особенно неприятны, но в остальном — ничего так личико. Кукольный фарфор, конечно же... Но что-то такое есть.
— Капитан! — выдохнула кварианка. — Мне нужно срочно отправить еще одно сообщение ударной группе!
— Боюсь, это уже невозможно, — покачал головой Рафик. — Согласно процедуре, мы сейчас же сходим с орбиты и удаляемся на другую сторону планеты. Ну и потом, связь все равно восстановится, когда десант попадет в зону действия этих ваших секретных коммуникаторов. К которым моих ребят на выстрел не подпускают.
Мужчина вежливо улыбнулся, дав понять, что сам не в восторге от всего этого, но никаких проблем не видит.
— Вы не понимаете, — кварианка переступила с ноги на ногу. — Это очень срочно! Я переслала Блад сообщение от группы проникновения, но боюсь, десант его уже не получил. Подтверждения не было во всяком случае...
— Придется подождать, когда ваш соплеменник приземлится. Приводнится, точнее. И включит свое чудо-устройство. До этого времени даже ваша кварианская спецсвязь, к которой меня не подпускают вообще никак, — капитан улыбнулся, — не сможет восстановить контакт.
— Не учите меня пользоваться нейтринником! — подняла голос кварианка. — Это будет уже поздно! Мне нужно известить команду сейчас!
— Извините, ничем не могу помочь, — пожал плечами Валиев. — Предлагаю вам вернуться на свой корабль и дождаться сеанса... как вы там называете? Нейтронной связи?
— Спасибо, очень помогли!
Кварианский паладин развернулся и, не прощаясь, бегом устремился в сторону шлюзовой палубы.
— Истеричная особа, — покачал головой капитан и продолжил путь к мостику. Не особенно торопясь — ну куда торопиться на снятом с дежурства корабле, с которого списали почти всю команду? Рафик даже позволил себе зайти в каюту, чтобы снять парадный китель, который положено носить при общении с инопланетными расами. Большая часть инопланетян, слава Аллаху, с корабля спрыгнула, теперь можно переодеться во что-нибудь более практичное.
Когда Валиев достиг командной палубы, там на ушах стояли уже все те немногочисленные офицеры, кто оставался на корабле.
— Капитан, наконец-то! — старпом рванулся навстречу командиру с усердием не меньшим, чем пять минут назад отличилась кварианка.
— Что за бардак!? — нахмурился Валиев, оглядывая тревожную сигнализацию в секторе управления десантными средствами. — Почему десантная аппарель в аварийном режиме?
— Капитан, я это и хотел сказать...
— Говорите же, Радченко.
— Десантная палуба изолирована, — выпалил старпом. — Мы потеряли контроль над всеми системами. К тому же кто-то заблокировал нам внутрикорабельную связь. Я потому и не мог сообщить вам сразу же.
— Очень интересно, — покачал головой капитан. — Отчет по другим системам собран?
— Работаем. Пока без нарушений.
— Дайте видеосигнал с аппарели.
— Капитан, вы не поняли, — вздохнул Радченко. — Изолирована — это изолирована вообще. Совсем. Нет ни контроля, ни связи. Мы получаем только логи системы мониторинга, но она вообще никак не отключается, пока работает реактор и центральный ВИ.
— И что на логах?
— Ничего хорошего, — отозвался дежурный у терминала соски (1). — Кто-то начал боевую расконсервацию третьей десантной капсулы.
— Это еще не все, — добавил старпом, глядя в свой инструметрон. — Там же, на второй аппарели, открыт резервный ангар с «Нептунами-Комбат». Четыре машины активированы. Боюсь, кто-то собирается похитить новейшие секретные...
— Неважно, — отмахнулся капитан. — Экипажу срочный выход с орбиты. Переходим на высокие эшелоны немедленно. Пилотажникам — рассчитать и дать максимальную скороподъемность. Службам навигации — приоритетный режим, тип «Боевое перестроение». Известить все гражданские структуры, приоритет «два А». Службе эксплуатации — немедленно людей на второй трюм-склад. Расконсервировать резервный запас вооружения. Берем взрывчатку и прорубаемся на вторую аппарель, с первой туда ведут слабые гермолюки технических шахт. У нас примерно полчаса, пока расконсервируется хоть одна десантная капсула. За это время мы уже уйдем от планеты достаточно. Хочет прыгать в космос — пусть прыгает. Отловим и вернем. Далее...
— Капитан! — рискнул прервать Рафика старпом корабля.
— Что?
— У нас нет никакого времени, — сообщил мужчина. — Капсула уже на предстартовом отсчете. Кто-то буквально раскрошил информационную защиту сектора десантирования. Все протоколы нарушены, капсула готовится к отстрелу.
— Кто? — опешил Валиев. — Так быстро?
Как законопослушный капитан ВКСА, до этого не работавший с кварианцами, он понятия не имел, насколько быстро сей народ общается с виртуальными интерфейсами и насколько пренебрежительно относится ко всякого рода системам защиты. Да еще работающим автономно, без операторского контроля — из-за отсутствия на корабле большей части экипажа.
Впрочем, причем тут вообще кварианцы, мог бы подумать Рафик Валиев, если бы вообще подумал о детях Мигрирующего флота. К сожалению для себя, капитан так и не подумал ни о них, ни о поспешном бегстве целого кварианского Паладина в сторону палубы десантирования.
— Я не уверен, товарищ капитан, — подал голос оператор систем безопасности. — Но пару раз на экранах... ну, до того, как отключались камеры...
— Ну, что? — не выдержал Валиев.
— Я... не знаю, товарищ капитан... Очень странное существо. Похоже на гета, но точно не гет.
— Покажите.
Капитан подошел к терминалу безопасника. Офицер нажал несколько сенсоров и вывел на экран тот самый последний кадр перед отключением камеры.
— Никогда такого не видел, — признался старпом. — Действительно вроде как гет, но четыре руки... Да и цвет не такой. И рисунок на корпусе какой-то веселенький...
Рафик Валиев понял, что таиться уже смысла нет. Он по-прежнему ни черта не понимал, кто умудрился проникнуть на почти полностью вырубленный из военного Интранета и спрятанный от случайного наблюдения корабль. Но уже дозрел до мысли, что вот он, рапорт о неполном служебном соответствии.
— Общая тревога, — произнес капитан. — Командованию флота — сигнал «Захват». По протоколу безопасности «Красный-красный».
— Боюсь, мы опоздали с сигналом, — подал голос дежурный у терминала САСКИ. — Логи сообщают, что расконсервированная капсула покинула корабль и падает в океан. На борту четыре «Нептуна». Корректируется по маршруту первой капсулы.
А вот теперь капитану Валиеву стало плохо по-настоящему. Если о том, что неведомый взломщик, похожий на гета, захватил десантную капсулу, четыре секретных морпеховских экзоскафа и отправился по следам сверхсекретного ударного отряда Ассамблеи... Нет, это уже не рапорт о неполном служебном. Это домик в деревне и полный запрет на космос. Если повезет и не расстреляют к чертям собачьим.

Продолжение следует...

====
Примечания:

1) Соска (слэнг, русск.) — САСКИ, система автоматизированного сбора корабельной информации. Полностью автоматическая, неотключаемая система мониторинга систем корабля.

 

Отредактировано.SVS 

 



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 09.11.2014 | 916 | 4 | детектив, ос, приключения, RomanoID, МЕ Afterlife: Властелин глубин | RomanoID
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 84
Гостей: 79
Пользователей: 5

Alone2050, ARM, bug_names_chuck, Azula, unklar
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт