Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Второй шанс. 9.4

Жанр: экшн, приключения, драма;
Персонажи: м!Шепард, Миранла, Касуми, Тали;
Аннотация: Цитадель, Мигрирующий Флот;
Примечание: по мотивам оригинальной кампании, продолжение "Сына Земли";
Статус: в процессе.




Тали теперь часто проводила время с Гван. Можно сказать, та стала её первой настоящей подругой за все годы жизни на Флоте. Потеря дорогого и столь важного для неё символа сделала молодую девушку несколько более ожесточённой, чем она сама могла бы представить. К тому же, она всё никак не могла связаться с Шепардом. Как нарочно Флотилия оказалась в тех системах, где комбуи были такой редкостью, что встреча с какой-нибудь новой разумной расой была более вероятна. И ещё адмирал Геррель стал часто отправлять её в разные экспедиции, давая ей под начало всё новые отряды. Это очень смущало Тали, она никогда не считала себя хорошим командиром и каждый раз мучительно переживала, если надо было посылать своих товарищей в потенциально опасное место. К счастью, никаких происшествий не случалось, но внутренне она каждый раз боялась даже представить, что придётся сообщать о чём-то подобном. Вот и теперь они вдвоём с Гван снова сидели в закутке у Тали.

— Я не понимаю адмирала! Он снова поставил меня командиром группы, на этот раз мы должны лететь в систему Огва, там была когда-то старая колония.
— Но там же геты! — Гван говорила шёпотом, ужас в её голосе был неподдельный. — Это очень опасно!
— Опасно. Смотря, конечно, с чем придётся столкнуться, но всё равно, я предпочла бы обойтись без боя. Геррель выделяет мне Кэл’Ригара и его подразделение для охраны.
— Кэл хороший боец и отличный командир, — уважение в голосе Гван было абсолютно искренним. — Мицар рассказывал, как спецназ Ригара вытащил их с батарианского работорговца. Кэл не потерял ни одного бойца, а пиратов они положили почти два десятка.
— Хорошо, что он будет с нами. Я не командир, Гван, — Тали всплеснула руками, жалуясь. — Ну зачем ставить меня на это место? Я каждый раз боюсь, что с кем-то случится беда! Я теперь понимаю, как тяжело было Шепарду...
— Расскажи о своём Паломничестве ещё немного, — Гван уже знала, что Тали, рассказывая о прошлом, успокаивается. — Вспомни, как он командовал, может это поможет?

Тали улыбнулась маленькой хитрости подруги, но с радостью согласилась. Эти воспоминания давали ей отдушину от того, что творилось в душе от последнего разговора с отцом.
— Он... с ним очень странно, Гван. С одной стороны, ты знаешь, что он закроет тебя собой, если этого будет требовать обстановка, с другой — поставленная задача должна быть выполнена любой ценой. Сколько раз мы возвращались, неся на себе раненых товарищей... это так страшно, Гван!
Тали вздрогнула, как от холода.
— Его и самого пару раз тащили на себе Рекс или Гаррус. Он не щадит ни себя, ни других ради выполнения цели. Он предан Земле, предан своим людям. Знаешь, он мне напоминает чем-то наших адмиралов и ещё Советников Цитадели. Знает, что надо делать и делает, несмотря на то, что часто ему же это выходит боком. Но я так не умею!
Тали помотала головой, прогоняя какие-то мысли.
— И ещё... он переживает каждую смерть своих людей. Очень. Когда... когда погибла Эшли, он просто места себе не находил. Все на «Нормандии» были подавлены, но капитан заставил всех сплотиться и идти дальше. Но чего это стоило ему! — Тали перевела дыхание. — Не думаю, что кроме меня Шепард хоть кому-то показал, что творилось у него на душе. Он не мог простить себе, что не успел тогда придти на выручку погибшему отряду.

Гван слушала свою молодую подругу, пытаясь представить себе этого человека. Жёсткий, порой жестокий, и в тоже время открытый и внимательный. Самоотверженный солдат и безжалостный командир, способный недрогнувшей рукой отправить на смерть своих людей, если этого потребует ситуация. И не потерявший способность сопереживать после всего, через что ему пришлось пройти и переступить.

— Знаешь, люди его называют Торфанским Мясником, за одну операцию. Он должен был зачистить базу подготовки батарианских работорговцев. Он выполнил поставленную задачу, но потерял там почти всех людей. Сотня десантников, Гван! Когда рассказывал мне об этой операции... я не могу тебе даже объяснить, что было на его лице.
— Зачем он тебе это рассказывал?
— Не хотел брать с собой в бой, — Тали хихикнула, вспоминая.
— Так это ты сама вызвалась? — удивлению кварианки не было предела. — Я-то была уверена, что это твой человек брал тебя на операции!
— Нет, ты что! Он вообще не хотел, чтобы я покидала корабль. Я помогла ему доказать перед Советом, что Сарен предал Цитадель, и Унклар пообещал от имени Земли и себя лично защиту. А когда я стала напрашиваться в его наземную команду, рассказал мне о себе кое-что. Но я смогла его убедить.
— Тали, — Гван тихо рассмеялась. — Чем же ты его взяла? Уж не...
Она многозначительно замолчала.
— Гван! — Тали даже дёрнулась от такого предположения. — Я ни с кем и никогда не была! Как ты можешь!
— Не сердись, пожалуйста! Я же просто пошутила! — подруга умиротворяюще вскинула руки. — «Нейростимулятор» ведь предназначен, в том числе, и для этого, не обязательно физически вступать в контакт.
— Ч-что ты имеешь ввиду? — Тали почувствовала что щёки её вспыхнули.
— Тали, — Гван несколько растерянно уставилась на свою собеседницу. — Прости, я думала, что вы с ним были более близки. Он же не кварианец, и когда ты сказала, что это он прислал тебе тот знак, я подумала...
— О, Кила! Нет! Я... — Тали смутилась окончательно. — Я не думала об этом, совершенно! И он сказал, что раз я несовершеннолетняя, то...

Девушка окончательно замолчала. Ей в голову только сейчас пришла мысль о том, что она могла бы быть с Шепардом, даже пусть и так, виртуально. Ведь никто не мешал её вспомнить про эту часть подготовки.

— Гван, а ты... тот турианец? — теперь этот вопрос стал для неё животрепещущим.
Её подруга как-то резко заинтересовалась своими руками.
— Ты говорила, что он за тобой ухаживал?
— Ладно, только мужу не говори, хорошо? — Гван подняла голову, за визором шлема ярко светились глаза. — Он долго меня добивался, и я уже почти согласилась, но в последнюю ночь мне стало так не по себе от этой мысли. И я... в общем, мы с ним использовали кое-что. Пришлось, правда, купить для него костюм.
Кварианка звонко рассмеялась и тут же прикрыла шлем руками, давясь от хохота, чтобы не разбудить соседей.
— Ты бы видела, как он выглядел! Он уже и сам был не рад, кажется!

— И ты...
— Ну да! Можно сказать, он был моим первым партнёром.
Они долго ещё разговаривали, пока не пришёл муж Гван, уже знавший, где искать свою половинку. Тали извинилась, что так надолго задержала подругу, но Эйнал лишь махнул рукой, останавливая её извинения.
— Тали, я рад, что ты и Гван сблизились. Нам всем было неловко, ты ведь почти ни с кем так не общалась. Каждый на «Ниме» очень тебя ценит, и то, что ты дочь адмирала, не самое главное, — Эйнал положил её руку на плечо. — Заходи к нам в гости, когда будет возможность. Я буду рад увидеть тебя у нас.
— Спасибо, я... я обязательно зайду!

Оставшись одна, Тали уселась с ногами на кровать. Эйнал и Гван, они такие замечательные, но как им объяснить: она сама каждый раз боится сказать что-то не то, что может повредить отцу или планам адмиралов? И отец, и Геррель, даже тётя Шала, все они словно подготавливали её к тому, что и ей придётся вести за собой людей, но девушка не чувствовала в себе никакой силы, способной быть маяком для её народа. Вот Шепард, он смог бы. Он прирождённый командир, лидер, не боится принимать решения, даже если они приведут к потерям. А как быть ей? Если что-то случится в колонии, именно ей придётся объясняться с родственниками тех, кто не вернётся.

Тали попыталась отогнать от себя плохие предчувствия. На память пришли слова Уильямс: «Не думай о беде, накличешь!». Это и сейчас всё ещё удивляло кварианку: Эшли верила в человеческого Бога, но при этом у неё были десятки разных примет и суеверий. Она и сама над ними могла посмеяться, но всегда их соблюдала, словно в ней было одновременно две веры. Но Уильямс никогда не говорила почему так, лишь отшучивалась или говорила, что об этом не принято рассказывать.

Девушка запустила инструметрон на воспроизведение и смотрела на свою фотографию с той застёжкой. Он помнит, он любит, он ждёт... и она тоже будет ждать, столько, сколько будет надо. Как только будет возможность выйти на связь, она ему напишет. И он прилетит к ней, она была уверена, что он прилетит, где бы он ни был. Тали улеглась на узком ложе и закрыла глаза. Завтра будет новый тяжёлый день, надо как следует отдохнуть. А потом она сможет опять помечтать о том, как это произойдёт. С этой мыслью Тали уснула, инструметрон через некоторое время выключил голограмму, автоматически перейдя в режим экономии энергии.

Утро началось в суматохе, челнок был загружен припасами и оборудованием. Тали всё скрупулёзно проверяла, каждую партию, не стесняясь отправлять обратно, если ей что-то не нравилось. Кэл’Ригар одобрительно наблюдал за этими действиями, он на своём опыте знал, насколько важно иметь под рукой то, на что можешь положиться.

— Ты не боишься принимать решения, — Ригар не спрашивал, он скорее констатировал.
Тали повернулась к командиру космодесантников:
— Я не хочу, чтобы у нас там были какие-нибудь проблемы из-за припасов и снаряжения. Лучше на меня здесь косо посмотрят, но мы все вернёмся домой.
— Согласен с тобой, Тали’Зора.
— Кэл, зови меня просто Тали.
— Есть мэм, — он усмехнулся.

Девушка опять вернулась к своим спискам и погрузке на челнок всего необходимого. Кэл ещё раз посмотрел на неё, на то, как она командует и проверяет, и несколько успокоился. Когда адмирал Геррель вызвал его и сообщил о новом задании, он не особенно удивился, узнав, куда придётся лететь. Но то, что командовать поставили дочь адмирала Зора, вот это его насторожило. Он знал практически всех опытных командиров на всех больших кораблях и судах Флота, но эта молодая девушка среди них не числилась. Тогда его кольнуло нехорошее предчувствие, что опять придётся работать за двоих, но пока его мрачный прогноз не сбывался. Тали прекрасно справлялась с обеспечением и не пыталась давать ему и его парням приказы.
К экипажу малого транспортного челнока подошёл ещё один кварианец, только-только ступивший на борт «Нимы». Он неловко переминался рядом с убывавшей грудой контейнеров и пытался привлечь внимание Тали. Наконец девушка обратила внимание на юношу.

— Привет! Извини, у меня много дел, мы скоро улетаем, и мне надо всё проверить. Тебя кто-то прислал?
— Здравствуй, Тали. Я Кенн вас Кашиана, капитан Далт прислал меня по просьбе адмирала Хан’Герреля под твоё командование, — он чуть успокоился и перевёл дыхание. — Для меня это большая честь!
— Кенн? — Тали вдруг вспомнила этого паренька. — Ой, я очень рада тебя видеть! Слушай, раз тебя прислали ко мне, помоги остальным перетаскать вот эти контейнеры и присоединяйся к команде.

Кенн сразу включился в общую круговерть, а Тали удивилась этому решению адмирала. Отец наверняка говорил с ним насчёт Шепарда, но зачем тогда к ней прислали Кенна? Ведь они не могут не понимать, что она будет расспрашивать его об Ункларе. Но если понимали, то зачем? Неужели отец передумал?

***

Я бросился на вторгшегося «гостя» и тотчас каким-то шестым чувством уловил встречную атаку. Заблокировав рукой движение, сразу почувствовал, как лезвие полоснуло по предплечью, и тотчас за этим последовал удар разряда. Подобные клинки, с шокером, поступали только в спецподразделения, и считалось, что достать их невозможно никаким образом, однако практика показывает, что это всё далеко не так хорошо, как считают чиновники. На меня этот удар подействовал несколько иначе: мышцы резко окаменели, пальцы руки просто сдавили запястье противника в зверском капкане, и мы оказались словно связаны прочной верёвкой. Глухо ударилось об ковёр оружие моего соперника, но тот, кем бы он ни был, проигрывать явно не собирался. Резкий удар в пах пришёлся на внутреннюю часть бедра, я не успел полностью заблокировать этот внезапный выпад.

Сдавленное дыхание неудачливого убийцы становилось всё более учащённым, кажется он начал сдавать. Резко просунув ногу, я подсёк его, и мы вдвоём рухнули на пол. Обрушившись всем телом, я с удивлением обнаружил, что подо мной явно женщина и, судя по вскрику боли, довольно молодая. Рука с ножом почти уже опустилась до её груди, когда послышался её напряжённый голос:

— Я сдаюсь, Шепард! Я не собиралась убивать ни тебя, ни Миранду Лоусон.
От неожиданности я замер, и тотчас вспыхнул свет. Миранда стояла, ещё не полностью отошедшая ото сна — растрёпанные волосы прикрывали половину лица — и смотрела на меня и нашего ночного визитёра. И на ту позицию, которую мы с ней занимали, довольно фривольную, надо полагать.
— Унклар, я всё понимаю, но приглашать в номер какую-то девицу и устраивать здесь оргию это уже слишком! Вы меня разбу...
Тут она обратила внимание на упавшее на пол оружие.
— Твою мать! — она метнулась к терминалу, проверяя своих людей, тихо матерясь сквозь зубы.

Лежавшая подо мной девушка заёрзала.
— Шепард, я не собираюсь нападать, отпустите мою руку. Я её уже не чувствую.
Ситуация была довольно спорная, но я был уверен, что смогу ещё раз справится с этой незнакомкой, несмотря на её хорошую подготовку. Я встал и рывком поднял её на ноги. Она подобрала свой длинный нож, которым порезала меня и, подняв сбитое при падении кресло, уселась в него с ногами, растирая запястье и болезненно морщась. Миранда тем временем проверила все посты «Цербера» и повернулась к нашей гостье.

— Кто ты такая?
— Неужели сама Миранда Лоусон не знает? — девушка захихикала. — Вот это новость!
Она сдвинула свой глубокий капюшон, и мы наконец увидели лицо молодой японки, или китаянки, я не мог определить её национальность.
— Ого, какой улов! Сама Касуми Гото пожаловала! — Миранда не осталась в долгу. — И чем же обязаны посещением? «Цербер» не забыл пропавшие данные и оборудование.
— Неужели «Церберу» так были дороги эти безделушки? — деланно удивилась воровка, — Но я польщена, что сам Призрак помнит обо мне.
— Девушки, а теперь ещё раз и сначала, только без взаимных обменов любезностями. Если вы знакомы, то я хотел бы понимать, о чём идёт такая милая беседа.
Миранда поджала губы, неласково поглядывая на эту азиатку.
— Это, как говорят, одна из лучших воров в Галактике...
— Лучшая! — улыбка победительницы на лице Касуми. — Я — «не одна из», я лучшая!
— Которой до этого времени удавалось безнаказанно таскать из-под носа почти у всех то, что ей приглянется. Или то, на что ей укажут, — Миранда продолжила ровным голосом.
— Мне делают заказы, я не работаю на кого-то постоянно... чтобы мне указывали, — милая улыбка на лице нашей визитёрши и ласковый голос лишь подчёркивали её отношение к Миранде.
Но Лоусон уже полностью проснулась и контролировала свои эмоции с чёткостью автомата, поэтому никак не отреагировала на выпад в свою сторону.
— И всё же, Касуми, — я смотрел на эту довольно красивую девушку, отметив про себя татуировки на лице. — Что тебя сюда привело?
— Любопытство, — она пожала плечами и тут же рассмеялась. — На самом деле — нет. Я случайно услышала разговор о Бекенштейне, в «Сверхновой» и решила узнать, что же может быть надо на самой дорогой земной колонии изыскателям? И вот я здесь.

Я смотрел на Касуми, поражаясь её способности придумывать историю на лету.
— Как интересно, вот только есть кое-какая незадача, — начал было я, но Касуми меня прервала.
— В вашем номере сейчас совсем другие люди, и мне пришлось поискать вас. Меня, правда, не оставляет вопрос: чьи такие... ммм... личные записи там транслируются сейчас для агентов Посредника?
— Ты заметила слежку?
— Заметила? — она снова заулыбалась. — Да тут от агентов ногу поставить некуда! «Цербер», Посредник, ещё чьи-то, но их не знаю. Кстати опасные ребята, я сама видела, как они выпотрошили парочку людей Серого. СБЦ будет здесь нынче работка.
— И в чём же твой интерес к нам и Бекенштейну?

Гото посерьёзнела и продолжила разминать руку, явно что-то обдумывая.
— Я готова заплатить за помощь мне самой. Могу даже вернуть кое-какие данные «Церберу», если они так важны. Или достать взамен что-то другое.
— Касуми, не держи меня за идиота. Я тебя не знаю, ты меня тоже. И вдруг — помоги мне, я заплачу. Наёмников пруд пруди вокруг.
— Я знаю, кто такой Унклар Шепард, подразделение Н7, Торфан и так далее. Когда мне нужны дуболомы наёмники, я знаю к кому обратиться. Мне нужен совершенно определённый человек, человек с твоими талантами. И я искала именно тебя. Это моё личное дело, не заказ кого-то из богатеньких.
Я смотрел на эту азиатку, в интонациях и словах чувствовалось, что она не договаривает как минимум половину, но и не врёт. Та ещё смесь.
— До твоих дел с «Цербером» мне дела нет, Касуми. «Доставать» мне вроде тоже ничего не надо. С другой стороны... Ты хорошо разбираешься в технике?
Она победно заулыбалась.
— Я могу взломать или обойти любую систему защиты, если ты об этом. Но вся корабельная машинерия не для меня.
— Инженеров для корабля у меня хватает, а вот взлом систем в полевых условиях мне может пригодиться. Я предлагаю тебе сделку. Помощь в твоём деле, столь для тебя важном, что ты готова привлечь человека, связанного с «Цербером», на твои таланты в моём задании.
Она натянула капюшон обратно, и лишь её чёрные блестящие глаза показывали, что в этой тени кто-то есть.
— В чём тебе нужна моя помощь?
— Смотря что тебе известно о Жнецах и Коллекционерах.
Касуми вздрогнула.

— Про Жнецов я кое-что слышала, — медленно и осторожно протянула она, не отрывая взгляд от меня. — То, что это они напали на Цитадель два года назад.
— Он. Или Она, не знаю, есть ли пол у этих ублюдков. Жнец был один, с гетами на подхвате.
— И чем я тебе могу быть полезна? — она искренне пожала плечами. — Что я у них могу украсть? Меня, наверно, не пустят на их вечеринку.
— С ними мы, надеюсь, напрямую не столкнёмся. Наша задача сейчас — Коллекционеры.
— О них я кое-что знаю, приходилось сталкиваться с ребятами, которые с ними работали. Не могу сказать, что очень приятные парни.
— У тебя есть о них какая-то информация? — Миранда даже подалась вперёд. — Я гарантирую, что решу проблемы с кражами, если ты дашь нужную нам информацию!
— Даже так? Не думала, что меня так просто простит Призрак! — её умение веселиться в любой момент меня смущало. — Надеюсь, что ты всё также держишь слово, Миранда. Вот здесь есть координаты баз тех, кто контактировал с этими жуками не так давно.
— Откуда они у тебя? — Миранда быстро просматривала планшет, переданный ей Гото.
— Хотела посмотреть, нет ли там чего-нибудь интересного для меня, — девушка пожала плечами, словно это было само собой разумеющимся фактом. — Но если это решит проблемы, и я получу помощь...
— Получишь. Что насчёт помощи мне лично? — я напомнил своё предложение.
— Хм... Может быть. Поговорим после Бекенштейна, хорошо? Через две недели я буду ждать вас в Мильгроме, отель «Золотой бык». Подготовлю почву и разведаю всё что можно. Не опаздывайте.

Я выключил свет. Касуми гибко выпрямилась, поднимаясь из глубины кресла, и отошла к окну, распахнув его. Прощальный воздушный поцелуй на фоне жилого луча Цитадели, и фигура девушки словно растворилась в ночи, лишь небольшие искажения намекали, что здесь кто-то есть. Мгновение, окно бесшумно закрылось, и наша ночная гостья пропала, словно её и не было.

Ноющая боль постепенно привлекла внимание, и я взглянул на рану. Какое бы не было оружие у этой девочки, но она умудрила хорошо располосовать мне половину предплечья. Кровь уже свернулась, закупорив длинный порез, и меня с новой силой стали терзать мысли о том, кто же я такой. Человеческая кровь не может так быстро свернуться, тем более при такой длине и глубине раны. Так кто же я есть?! Проигнорировав удивлённый взгляд Миранды, я прошёл в ванную и сорвал засохшую корку. Выдирать самому себе спёкшиеся сгустки вместе с волосами было не очень-то приятно, и я чуть не взвыл от такой эпиляции. Кровь хлынула потоком, холодная вода промывала открытую рану. Буквально на глазах кровь стала сворачиваться, закупоривая порез. Подвигав рукой я отметил лишь небольшую стеснённость в резком движении и некоторые болевые ощущения. Киборг, мать твою. Гет хренов!

Настроение стремительно падало куда-то к абсолютному нулю, не в силах больше смотреть на себя в зеркало, я вышел обратно в комнату к Миранде. Она увидела длинный порез и, выругавшись сквозь зубы на Касуми, достала шприц с панацелином.
— На хрена?
Она вздрогнула от моего голоса и непонимающе посмотрела на меня.
— На хрена? Зачем тратить на синтетика панацелин? И так всё заживает.
Лоусон опустила руки, укладывая шприц в отделение.
— Ты не синтетик...
— Хватит врать! Человек может так?! — я ткнул ей в лицо свою руку. — Может? Или нет?! Поздравляю, мисс Лоусон, вы смогли сделать самовосстанавливающегося синтетика! Может он даже способен к воспроизведению себе подобных?!
Я резко завалил её на кровать, нависнув сверху. Она лежала молча, повернув голову набок.
— Ну так что? Могу или нет?
— Что ты от меня хочешь услышать? Можешь ли ты забрюхатить кого-нибудь? Да, можешь! У тебя могут быть нормальные человеческие дети! У тебя может быть то, чего я никогда не смогу узнать сама!
Она с силой оттолкнула меня, выворачиваясь и отступая к стене.

— Я сделала для тебя всё, что смогла, чтобы вернуть к жизни! Только вот сама никогда не смогу узнать, что это такое — держать своего ребёнка на руках! Я человек, созданный с лучшими генами, которые только можно было найти и купить! И всё это не может сделать меня счастливой, матерью — никогда!

Я смотрел на неё, и из головы мгновенно улетучились все мысли о себе, о том кто же я такой. Сейчас я видел перед собой совешенно другую Миранду, какую никто, я был уверен, никогда не мог рассмотреть за скульптурно красивой, но при этом неприступно-ледяной внешностью. Передо мной стояла женщина, потерявшая надежду на своё сокровенное счастье. Это было страшно, страшнее, чем любой бой и смерть. Я шагнул к ней.
— Не трогай меня! Отойди!

Отбросил её руки и прижал к груди, не обращая внимания на сопротивление и кулачки, молотящие куда попало. Так ли действительно важно, кто я такой? А может важнее горе вот этой молодой женщины? Миранда прекратила сопротивляться и лишь плакала, заключённая в кольцо моих рук. Я осторожно подхватил её на руки и сел на пол, облокотившись на стену, прижимая несчастную девушку к себе, не зная, как можно ей помочь, да и можно ли вообще. Напряжённое тело медленно расслаблялось, и она уже просто тихо всхлипывала, уткнувшись в меня и обнимая за шею.

— Мири... я... Прости меня, маленькая... Я не знал...
— Этого никто не знает, — сквозь всхлипы донёсся её тихий голос. — Я долго пыталась, всё перепробовала. Потом прошла обследование...
— Может быть, есть...
— Нет... — она помотала головой. — Никаких шансов. Только пересадка всего органа. Не хочу об этом больше...
Она снова заплакала, пытаясь скрыть свои слёзы, но я поднял её лицо и осторожно поцеловал в губы, такие мягкие и нежные. Она ответила, я отбросил прядь её шёлковых чёрных волос со лба и провёл ладонью по щеке. Миранда доверчиво улыбнулась и спрятала лицо на плече. Поднявшись с ней на руках с пола, я отнёс её на кровать и собирался положить, но она обхватила меня, не собираясь отпускать.
— Ляг рядом. Если придут — пусть случится то, что должно. Не уходи сейчас.
Мы легли, придвинувшись как можно ближе друг к другу. Миранда положила голову мне на руку, а второй я сам прижал девушку к себе. Она лишь накрыла мою ладонь своей, словно боялась что я отпущу её.
— Мири... — начал было я, но она тотчас сжала мою руку, словно останавливая.
— Ничего не говори. Сейчас мне так хорошо, не хочу больше ни о чём думать.
— Спи, моя маленькая. Я постерегу.
— Хорошо, — я почувствовал, как слезинки снова покатились по её щеке, попадая на мою кожу.

Утром я проснулся словно по сигналу будильника, но в номере стояла спокойная тишина, нарушаемая только нашим с Мирандой дыханием. Я приподнял голову и посмотрел на её лицо. Припухшие от слёз веки, растрёпанные волосы, сейчас она казалось намного естественнее и женственнее, чем обычно собранная и причёсанная старший помощник Миранда Лоусон. Она, не просыпаясь, пошевелилась во сне и повернулась ко мне, закидывая на меня ногу и прижимаясь своей мягкой грудью. Теплое щекочущее дыхание возле моего уха дразнили меня не меньше, чем полурасстёгнутый костюм Миранды.

Её рука скользнула по моей груди вниз к животу и, прежде чем я сам успел отреагировать неповоротливой со сна рукой, опустилась много ниже, чем того стоило в этой ситуации. Её тонкие пальцы прошлись по мне, она пробормотала что-то неразборчивое и сжала ладонь. Вот это было уже для меня слишком.
— Мири, — я хотел убрать её руку.

Миранда подняла голову, ещё не отойдя от сна, и смотрела на меня. Её рука чуть дрогнула, и тотчас глаза метнулись вдоль моего тела вниз. Она резко отстранилась и приподнялась на локте.
— Унклар...
 
Я старался сосредоточиться на её лице, но окончательно распахнувшийся от её резкого движения костюм продемонстрировал красивый кружевной бюстгальтер Миранды и её ещё более красивое тело. Она вспыхнула румянцем, но тут же чуть прогнула спину, позволяя соскользнуть со спине одежде и окончательно показывая всё, что скрывала эта ткань. Её бедро уже скользнуло вверх к низу моего живота, как терминал громко запищал, прерывая эти ласки.

Она бросила взгляд, исполненный самых ярких чувств к несчастной железке, и если бы эти глаза могли причинять физический ущерб, терминалу бы сейчас не поздоровилось. Но она потянулась к нему через меня, нарочно касаясь грудью, не давая расслабиться ни на секунду. Придавив меня сверху, она приняла вызов, предварительно отключив камеру.

— Агент Азак, СБЦ обнаружила два тела, оба земляне. Это не наша работа, мы снимаем посты рядом.
— Азак, снимайте всю наружку. Не светитесь слишком, обеспечьте обычное охранение. Свободны.
Она отключилась и повернулась ко мне, крепко оседлав меня. Её руки устремились вверх по моему телу, царапая ногтями сквозь ткань кожу на груди. Я накрыл её ладони своими.
— Мири, остановись.
— Неужели? Твой дружок, кажется, думает иначе, — её бёдра выписали такое движение, что я прогнулся.
— Давай не будем портить то, что было этой ночью. Пожалуйста.
Я притянул её за плечи к себе и прижал, не давая вырваться. Когда она успела расстегнуть на мне одежду, я так и не понял, но её бархатная кожа обжигала меня.
— Мири.
— Отпусти меня, — её обычный голос, в котором не поймать никаких эмоций. — Сейчас же.
Я хотел поцеловать её, но она отвернула лицо в сторону. Она не вырывалась, но тело под руками стало не таким мягким и податливым, а совершенно чужим.
— Прости меня.
 
Я поцеловал её руки, поймав их, и теперь еле придерживал за кончики пальцев. Миранда с каким-то удивлением и, казалось, затаённым желанием немного помедлила, но, не дождавшись от меня ничего, всё же слезла и, не оборачиваясь, подобрала форменную куртку, выходя за дверь. Я лежал на спине, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. Как теперь быть с Мирандой? Проклятье! Шум воды из ванной несколько успокоил меня, но вдруг я вспомнил её глаза и одним прыжком оказался у двери.

Дверь душевой не была закрыта, и я влетел туда, преисполненный дерьмового предчувствия. С резким стуком рядом с моим виском в стену воткнулся нож и, запоздало отдёрнув голову, я уставился на Миранду. Она стояла полностью обнажённая под струями душа, второй нож был зажат в её руке, готовый полететь вслед за первым.
— Прости, мне показалось... — скованно и смущённо отвернувшись, я пытался объяснить ей, какого забыл здесь. — Прости.
— Я не пятнадцатилетняя дурочка, Шепард, чтобы плакать из-за подобного, — ледяной голос добил меня окончательно.

Я вышел в коридор, закрыл за собой дверь и привалился к стене. Идиот, вот ты кто такой, Унклар. И если ты не всё испортил в отношениях с Мирандой сразу утром, то вот теперь даже забудь о том, что она будет верна тебе, а не Призраку. Тот небось не врывался к ней, когда она принимала душ. Что я там о ней подумал? Что её до этого никто не приводил в отчаяние? Если она после окончательного диагноза в петлю не полезла, то с чего сейчас должна была бы? Идиот.

Отлипнув от стены и набрав на терминале заказ на двойной завтрак, я мрачно уселся в кресло, в котором ночью сидела Касуми, и пытался привести мысли в порядок. Получалось хреново, обхватив голову руками, я уставился в пол. От Тали нет никаких вестей, с Мирандой вот устроил себе проблемы, ещё и Гаррус всё также на больничной койке, и никаких новостей о Коллекционерах. Так хоть в бою забыться бы, а сейчас...

Миранда стояла под душем, снова переживая тот момент, когда, чуть не снеся дверь, влетел Унклар. Хорошо, что она успела ещё в последний момент чуть качнуть руку и не прибила этого дурака. Она сама испугалась за этот бросок, и выдворила его довольно жёстко. Но... в душе ей так хотелось, чтобы он вошёл и прижал её к себе, плачущую под этим душем в дурацком номере отеля Цитадели! Как он смог почувствовать, что она была сейчас на грани? И, может быть, не будь этого вторжения...
Тут она снова почувствовала, что в глазах стоят слёзы злые и непрошеные. Молодая женщина запрокинула голову наверх, подставляя лицо каплям воды. Как она могла так раскрыться этой ночью, перед этим человеком, неожиданно для себя и так откровенно? И как же было тепло и спокойно ей в его объятиях, таких крепких и деликатных, таких нежных, без примеси какой-либо эротики и похоти... Она никак не могла вспомнить, когда с ней было такое последний раз, чувство защищённости и полной безопасности. Миранда улыбнулась, вспоминая слова Чамберс, когда та докладывала ей о состоянии экипажа и Шепарда: «Чувство, что ты за стеной, непробиваемой и вечной», — теперь ей казалось, что она понимает, что имела ввиду эта девочка-эмпат.
Холодная вода сняла напряжение, и теперь Миранда дрожала, кожа покрылась мурашками. Бросив взгляд на полку, она замерла в недоумении. Полотенца не было, и она припомнила, что видела их в отделении шкафа. Персонал обычно всегда раскладывал всё сразу по местам, но здесь это видимо забыли сделать. Встала некоторая проблема, и Миранда как-то смутилась. С её идеальным телом она давно не испытывала неловкости, находясь обнажённой, но в нынешней ситуации... Что лучше: попросить Шепарда или пойти самой?

Тихий стук по косяку двери отвлёк меня от тяжёлых мыслей, не поднимая глаза, я повернулся в ту сторону, готовый уже увидеть что угодно, хоть дуло в лицо. Аккуратные пальчики с педикюром, тонкие лодыжки, стройные голени и крепкие бёдра, ладошка, прикрывающая сокровенное место, плоский живот. Вторая рука, стыдливо прикрывающая крупную грудь... Я обалдело остановил взгляд на глазах Миранды. Собственно, я ожидал увидеть всё что угодно, но не такое!
— Если тебя удовлетворил мой осмотр, может дашь мне полотенце? — Миранда говорила спокойно, но в голосе не было той обычной стали.

Я не мог понять, что она от меня хочет, и продолжил смотреть ей в глаза, боясь опустить взгляд ниже. Капли воды с её тела собирались на полу уже в целые лужицы.
— Унклар, ау! Дай мне полотенце, — медленно, по словам Лоусон повторила просьбу, махнув рукой в сторону шкафа и показав небольшие розовые соски. — Ой!
Наконец до меня дошло, что она говорит, и я сорвался с места, доставая полотенце и протягивая ей.
— Отвернись!
Послушно отвернувшись к противоположной стене, я попытался собраться с мыслями. Появление Миранды ввело меня в порядочный ступор, особенно её голос, в котором не было того льда.
— Всё, можешь уже поворачиваться! — на этот раз в голосе явно была улыбка. — Душ свободен, иди освежись. Заодно, может, вернёшься в себя. О, ты уже заказал завтрак!
Словно потеряв ко мне интерес, она достала из небольшого лифта два подноса с завтраком и поставила их на стол. Потом она подняла глаза на меня.
— Почему ты всё ещё здесь? Марш в душ!

Я послушно вышел из комнаты и направился в душ, всё ещё пребывая где-то явно не здесь и пытаясь вернуться. Тёплая вода смывала с тела усталость и давала расслабленное состояние, в котором не было места каким-то плохим мыслям. Волна за волной, словно грязь с тела, стекали проблемы и заботы, оставляя лишь радостное ощущение жизни. Устроив себе пару раз контрастный душ, чтобы заставить тело и разум всё-таки вернуться из мира неги в реальность, я повернулся к полочке. В проёме двери стояла закутанная в своё полотенце Миранда и с ехидной усмешкой протягивала мне второе. До меня только сейчас дошло, что я не только не закрыл дверь, но и не взял ничего с собой, и сейчас стою совершенно голый перед очень красивой молодой женщиной. Оставалось только гадать, сколько она уже находится здесь. Миранда оценивающе прошлась глазами по мне и развернулась, словно случайно бросая взгляд снова и проводя рукой по двери.

Наскоро обтеревшись, я обмотал вокруг талии этот кусок ткани и собрался уже выйти, когда вспомнил о своей одежде. Стоило бы её тоже привести в порядок, благо автомат стоял тут же. Забросив в люк форму, я присоединился к Миранде в комнате, избегая смотреть ей в глаза. Она забралась в кресло с ногами, точь-в-точь как Касуми, и теперь смотрела на меня, чуть улыбаясь, словно каким-то своим мыслям.
— Давай, принимайся за еду, а то всё остынет. Есть холодное... фу, гадость!

Это было так не похоже на Миранду, что я не сразу попал вилкой в тарелку. Молодая женщина, видя меня в таком состоянии, просто залилась весёлым смехом, в котором не было ни грана наигранности. Она действительно сейчас радовалась, как может радоваться беззаботная любящая девушка. Её неуложенные волосы мокрыми прядями заслоняли лицо, и она время от времени убирала их пальчиком в сторону, но они непослушно возвращались обратно. Я смотрел на неё и наконец несмело протянул руку. Лоусон чуть подалась вперёд, и я осторожным касанием, еле-еле задевая влажную кожу, убрал волосы ей за ухо, открывая чистое лицо. Миранда снова улыбнулась, словно это было для неё сейчас самое важное.

Я проглотил завтрак, даже не поняв что там было, поглощённый переменой в Миранде. Она взяла меня за руку и отвела к кровати, усадив на неё, а сама забиралась с ногами и устроилась рядом. Обняв за плечи, я привлёк её к себе, она доверчиво и словно покорно положила голову на моё плечо.
— Я вижу, как здесь сейчас играет маленькая девочка лет двух, Унклар. Она моя, правда она красивая?
— Правда, Мири, она такая же красивая, как ты.
— Считаешь, я свихнулась, да?
— Нет, Мири. Нет.

Она снова замолчала, я не мог видеть её лица, но был уверен, что она плачет снова. И что под душем она тоже плакала. Писк стирального автомата нарушил эту тишину. Я хотел уже было встать и достать нашу одежду, но Миранда придержала меня.
— Погоди ещё чуть-чуть. Дай мне почувствовать ещё, как это — быть со своей семьёй.

В её тихом голосе было столько горя, боли, несбывшихся надежд, что я не мог оставить её одну сейчас. Никак не мог. Мог лишь только крепче обнять и гладить по спутавшимся волосам, цепляющимся за ладонь. Сбившееся полотенце обнажило её ногу почти до живота и я аккуратно прикрыл её тканью. Миранда встала, придерживая на груди спадающее полотенце.

— Чур, не подсматривать, как я буду одеваться!
— Мири... — протянул я чуть обиженно, и она быстро чмокнула меня в щёку.
Через полчаса мы оба были готовы начать новый день на Цитадели. Да и следовало уже поторопиться и найти Заида, «Нормандия» уже успела пристыковаться и довершала погрузку припасов Руперта, как только что отрапортовала СУЗИ. На выходе из номера Миранда остановила меня.
— Спасибо, Унклар. Спасибо за всё. Пусть это было только сегодня... Спасибо тебе.
Она прижалась ко мне на мгновение и отвернулась, открывая дверь.

Отредактировано: Архимедовна.
 



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 28.08.2012 | 3797 | 117 | м!Шепард, Тали, unklar, экшн, приключения, драма, второй шанс | unklar
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 48
Гостей: 43
Пользователей: 5

Kailana, Лунь, Grеyson, bug_names_chuck, Rob_zombie
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт