Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

ME Afterlife: Властелин глубин. Эпилог (Часть 1)

Жанр: приключения, детектив;
Персонажи: ОС;
Статус: в процессе;
Аннотация: Досье, фото, лица.

Заключительная глава (в двух частях), на лицах и персонах рассказывающая о ситуации, что сложилась в Солнечной системе.

 




Матриарх Этита и доктор Пассанте

Пассанте верила, что жизнь не заканчивается со смертельным недугом Алины Гросс. Известие об этом с каменным лицом донесла до азари ее старая подруга. Пассанте держалась. Но было видно, что это испытание легло тяжким бременем на узкие плечи азари.
Голубокожую можно понять. Более того, Этита отлично знала, каково сейчас Айноре, чья дочь балансирует между жизнью и смертью. Сама Этита теряла любимых — сначала Бенезию, погибшую в неравном противостоянии со Жнецом, а затем и родную дочь, пропавшую на полсотни лет. Но сейчас ситуация изменилась. Лиара Т’Сони оказалась жива и здорова, экипаж «Нормандии», которую выкинуло из гиперпрыжка во время разрушения Ретрансляторов, счастливо добрался до одного из азарийских миров, хоть и потратил на это почти два года субъективного времени, а общегалактического так и намного больше.
А затем Лиара и остальные стали свидетелем угасания цивилизации азари под невыносимым гнетом новых хозяев Галактики — Левиафанов. Одна за другой уходили в тень планеты и целые системы Республик, чтобы воскреснуть через пару месяцев уже в составе Первой империи. С чужими догмами, чужими обычаями, чужим жизненным укладом.
Для азари, всегда ценивших личную и общественную свободу, порабощение Левиафанами, а главное, неумолимая поступь захватчиков, оказалось тяжким испытанием. Может быть, наиболее тяжким среди всех народов Галактики.
Кварианцы? Они уже привыкли жить на космических кораблях.
Саларианцы? Рядовые самцы, наверное, вообще не заметили изменений, ну а далатрессы своим мнением никогда ни с кем, кроме себе подобных, не делились.
Турианцы? Да, им особенно тяжело. Но они солдаты, их собственный жизненный уклад — тоже своего рода империя. Лет через сто-двести даже островки сопротивления примут власть Левиафанов, никуда не денутся.
Кроганы? Вот эти да, эти ни под кого не лягут. А учитывая опыт междоусобиц, сражаться друг с другом будут яростно, до полного истощения. По-видимому, все они и погибнут в боях — но что может быть почетнее для крогана, чем гибель в славной драке?
А вот для азари быть рабом — это несмываемое проклятье. Потому как азарийская жизнь длинна, и не предусматривает несвободы. Тысячу лет служить господину? Позор для голубокожей расы...
Но этому не бывать.
Так думали Айнора Пассанте и матриарх Этита.

Когда история с затонувшим Жнецом закончилась ничем, то есть полным и катастрофическим провалом, ни Айнора, ни Этита поначалу даже не могли в это поверить. Отлично выстроенный и сносно исполненный план просто не мог не сработать! Ментокодирование Джоаны, воплощенное Советом ради того, чтобы обманом выманить у людей технологии Жнеца, было успешно вскрыто, и поверх штатного психокодирования Этита и Айнора наложили свое. Незаметно, штришками, но добавили в ментокод некоторые моменты, которые позволили бы знающему человеку найти лазейку и истинной сущности Ионы Т’Сони — дочери Беглянки.
Единственной задачей Ионы было передать сообщение Альянсу от ее матери. Лиара, понятное дело, не знала о том, что Альянс систем распался, и на его место пришла Ассамблея миров.
Иона должна была предупредить Землю о Левиафанах. И более того, в светлой головке девушки имелись данные о том, как перепрограммировать Жнеца на выполнение определенной задачи. Увы, только одной единственной — на большее талантов команды «Нормандии», равно как и помогающих им азари с еще не захваченных планет Республик, не хватило.
Но и это — огромный шаг вперед! Никому в Солнечной системе не удалось и близко подойти к тайне управления Жнецом, тем более самой могущественной его модификации — дредноута класса «Властелин». Лиаре удалось. На корабле, умеющем обходиться без Ретрансляторов, она сумела отправить свою дочь. Одного Беглянка не учла — что и Жнецы не безупречны, и программа может содержать ошибки. Путешествие вместо четырех корабельных лет продлилось почти тринадцать. Маленькая Иона Т’Сони, заботливо опекаемая Старой Машиной, за это время повзрослела и на волне тотального одиночества внутри лишенной разума машины несколько повредилась рассудком.
Иону, как известно, Этите удалось перехватить. И, конечно же, она послушно сдала девушку на попечение Совету матриархов. А те, вместо того, чтобы неспеша и тщательно восстановить психику молодой Т’Сони, начали копаться у нее в голове, стоило им лишь прознать про то, что мать Ионы сумела запрограммировать Жнеца. Увы, эксперименты с Телохранителем не привели к успеху — машина выполнила программу и отключилась полностью. А ментально изнасилованная Иона еще глубже закуклилась в своей патологической инфантильности.
Но азари-матриархи не были бы сами собой, если бы не продумали план, в соответствии с которым все еще можно было повернуть в их благо. Цепочка случайностей и напряженная работа разведчиц Голубого острова на Атлантиде подсказали, что одна из азари заметила присутствие Жнеца в Атлантическом океане (правда, тогда еще не знали, что это гарантированно Жнец, но вероятность этого была очень высока). И похоже, это была еще не полностью отключенная машина — одной Богине известно, как это произошло.
Был тщательно собран изящный план, согласно которому Совет матриархов должен был первым добраться до Жнеца и подчинить его своей воле. Необходимый ключ для этого имелся — молодая Т’Сони. Все бы ничего, да только у людей имелся собственный план, нацеленный ровно на то же самое. И, наконец, вишенкой на торте стала вездесущая Вайлет Блад, ведущая свою собственную вендетту против таинственного Редактора.
Матриарху Этите и доктору Пассанте пришлось наслаивать на этот план свой собственный, куда более рискованный и непрямой. Доктор Пассанте разработала наложенное ментокодирование для Ионы, а Этите удалось внедрить это в головку дочери Лиары. А также запрограммировать кое-какую информацию в подсознании человеческого комиссара, чтобы в нужный момент активировать эти знания и перехватить инициативу у Совета матриархов.
План шел с переменным успехом, но все же успешно. Вайлет проникла на Жнеца, одержала победу над Левиафаном и уже готовилась заполучить контроль над Старой Машиной... Но...
Всегда есть это «но», всплывающее влажными смердящими трупами. Ни Этита, ни Пассанте так и не поняли, что произошло. Уже почти завершенная операция вдруг дала сбой, и все разом кануло в пучину Атлантики. Ни одного выжившего. Полнейшее молчание, и лишь на третий день появились данные, что спасательным судам удалось кое-кого вытащить с Жнеца.
Алину Гросс — с тяжелейшим токсикологическим отравлением. Девушку стабилизировали в искусственной коме, но пока даже лучшие из азарийских врачей не могут поручиться, что дочь Айноры Пассанте и Сарена Артериуса вообще выживет.
Иону Т’Сони — ничего не помнящую, никому не доверяющую, испуганно шарахающуюся от всех, и в особенности — от представителей Совета.
Девушку-паладина с изуродованной рукой и сильнейшим рецидивом классической «кварианской горячки». С этой, правда, все будет хорошо — ее уже забрали на Флот, и здоровью молодой особы ничего не угрожает. Скоро Полани вернется долечиваться на Землю.
Еще одного кварианца — легендарного изгоя Палладия. С двумя простреленными руками и подозрительно молчаливого. Поскольку Флот отрекся от него давным-давно, сейчас им занимается правосудие земных планетарных правительств, которым Палладий хорошо задолжал. Но этот, скорее всего, выкрутится. В конце концов, его связей в Ассоциации никто не отменял, пусть эту структуру и безжалостно пропололи, когда «космики» атаковали агентурную сеть Левиафана.
Два трупа членов команды Палладия — Дрейка и Циклопа. Куда делся еще один боевик из числа команды проникновения, узнать так и не удалось. Как, впрочем, не нашли тел Трии Нувани и комиссара Мортимера.
Труп полковника Аринт — агента Совета, который должен был предоставить ему Жнеца на блюдце с голубой каемочкой.
Маленького дохлого турианца по имени Аррида — неожиданного убийцу упомянутой выше азарийской коммандос, как сообщила кварианка.
И, наконец, отвратительно искаженное наноимплантатами тело комиссара Блад. По-видимому, Вайлет все-таки не сумела справиться с угрозой, все еще таящейся на борту Старой Машины, и Жнец использовал возможности комиссара по своей прихоти.

Нет, совсем не такого завершения операции ожидали азари. Все азари — и Совет матриархов, и команда отщепенок в лицах Этиты и Айноры. Совсем не так им виделось будущее, совеем не так.
И кто знает, чем бы закончила пара азарийских отступниц, если бы не тот внезапный звонок молодой кварианки. Ни Этита, ни, тем более, доктор Пассанте не были набожными даже в азарийском, очень нейтральном смысле этого слова. Но не иначе, как велением свыше звонок Гилы’Альтис назвать не получалось.
И все разрешилось.
Страшно. Мерзко. Декалитрами пролитой крови на Ганимеде, плохо пахнущим вооруженным переворотом на Титане, настоящим потрясением на всю Солнечную систему, в результате чего существующая политическая система попросту рухнула, и ничего нового взамен еще не появилось.
Азари наглухо заперлись на спутнике Сатурна. Совет обезглавлен, выборы Верховного советника еще неизвестно когда, но самое главное — голубокожим пришлось открыть все (!) свои архивы для межрасового трибунала. Очень, очень много интересного узнали люди и кварианцы о себе из этих архивов. Ни тем, ни другим, понятное дело, эта информация не добавила любви к азари.
Люди приходят в себя от трагедии на Ганимеде. Почти полсотни погибших из числа элиты элит — это удар, от которого не скоро оправишься. Кроме того, началась форменная охота на ведьм — в человеческом обществе не меньше тысячи «гомункулов Редактора», и никто не знает, где они, и когда нанесут очередной удар. Пока охота не особо продуктивна: гомункулы научились обходить «тест Вайлет Блад».
Кварианцы бряцают оружием и выстраиваются в очереди на получение нашейных крестиков, ставших с подачи Ордена чуть ли не символом кварианской расы. Упомянутому Ордену, впрочем, приходится нелегко — на волне патриотического угара на Флоте активизировались шовинисты, нацисты и прочая шваль, с которой приходится бороться, и не всегда дело оканчивается тихими агентурными операциями. Доходит до захвата «особо патриотических судов» силами кварианского спецназа. И, разумеется, на Флоте свирепствует цензура — иначе двадцатимиллионным воинствующим стадом управлять не могут даже Паладины.
Такая вот картина...

***

Матриарх Этита пребывала в скверном состоянии духа. Это и раньше встречалось у немолодой азари, но сегодня Этита была особенно подавлена и стремилась выместить это на всем, что попадалось под руку.
Старость, тетушка, это старость, подумалось Этите. Настоящая старость, финальный аккорд длинной, очень длинной песни под названием «жизнь азари».
— Этита?
— Да! — матриарх повернулась к собеседнице.
Сегодня с нею была та, с кем они и затеяли всю эту игру. Мерзкую, как любая азарийская деятельность политической направленности, и столь же необходимую, как свет звезды для обитаемой планеты.
— Мне кажется, ты расстроена, — произнесла Пассанте.
— Тебе не кажется, — буркнула Этита. — Аринт мертва. Алина в коме. Иона ненавидит своих соплеменниц и шугается своей же тени. Это не говоря уж о гибели двух комиссаров. Маловато поводов для радости, не находишь?
— Люди говорят, что при рубке леса всегда остается много древесных отходов.
— И что нельзя съесть яйцо, не разбив его оболочку, — добавила Этита. — Айни, не учи меня человеческим идиомам, я их поболе твоего знаю!
Пассанте вздохнула.
— Этита, я... Я в самом деле сожалею, что так случилось с Алиной. И поверь, вот конкретно по мне-то это бьет куда сильнее, чем по тебе! Но ситуация не безнадежна. Я верю, что наши доктора вытащат мою дочь. И я еще стану бабушкой и прабабушкой.
— Меня бесит не ситуация! — повысила голос Этита. — Меня бесит, что эти клуши из бывшего Совета снова сидят на жопах ровно, как будто ничего и не произошло! Их окунули головой в дерьмо, но они достали платочки, и через пять минут снова чистенькие!
— Узнаю великую Этиту — сотрясательницу основ! — засмеялась Айнора. — Ты в самом деле думала, что мы сорвем ва-банк, выражаясь человеческим языком? Что будет вообще все именно так, как и задумывали? Так не бывает, Эти. Но мы и так сделали больше, чем весь так нелюбимый нами Совет вместе взятый. Технологии Жнеца добыты и пошли в совместную разработку трех народов. Левиафан повержен — я слышала, Палладий самолично сбросил на него термоядерную бомбу — отомстил за свою былую любовь. Наконец, оказалось, что я была не права, и люди не придумали никакого ИИ. Надо радоваться, а не печалиться!
Матриарх Этита подошла к окну своей унылой марсианской миссии. Унылой для азари потому, что главной задачи, которую они с Пассанте ставили перед собой, решить так и не удалось — Совет расформирован, но его члены усидели на своих основных чиновничьих должностях и готовятся к переизбиранию в новый Совет. Милостиво предложив Этите принять участие на равных с ними.
На равных!
Да кто они такие, чтобы вообще диктовать условия? Только великодушие Этиты вообще позволило этим курицам сохранить свои никчемные жизни. Да, за матриархом удержали узурпированную Этитой должность Кризис-советника, но все настойчивее звучат голоса тех, кто предлагает побыстрее вернуться к «условиям мирного времени». А значит, снова выборы, снова эта родоплеменная мерзость, договоренности и сделки, эта политическая возня, будь она проклята в веках.
Пассанте и Этите удалось тряхнуть азарийское общество, но не удалось переформатировать его. Бюрократия и традиционализм снова накатываются на несчастный Титан...
Это вовсе не то, что хотели сделать две голубокожих аферистки.

— Я не понимаю, — по-прежнему глядя в окно, произнесла Этита. — Это был почти живой Жнец! Все, что там оставалось — это внедрить в него сознание! При помощи того, кто может говорить с машинами. Мы поделились этим знанием с Советом, и тот, разумеется, поддержал нас, Айнора. Затем сыграл в темную, задумав провернуть свою собственную игру. Получил по носу, отмазался — это я понимаю. Я не понимаю, почему мы с тобой остались с носом!
— Я не заморачиваюсь на эту тему, — меланхолично ответила вторая азари.
Пассанте полулежала на небольшом диванчике в офисе старой подруги. С тех пор, как Айнора удостоверилась в отсутствии угрозы со стороны какого-либо ИИ, жизненная позиция доктора сильно изменилась. Она покинула «Тессиару» и устроилась на Марсе. Хотя могла бы и перебраться на Титан — возглавляемый теперь матриархом Этитой Временный Совет (такой уж слишком временный, как думалось старой азари) позволил вернуться былой преступнице на родину. И снял с Пассанте все обвинения.
Но Айнора осталась на Красной планете. Иногда встречаясь со старой то ли знакомой, то ли подругой, то ли заклятым врагом. Этита теперь постоянно проживала в Нос-Титан, но дела регулярно заносили матриарха и в человеческую Автономию.
Что касается их с Пассанте взаимоотношений, то тут по-прежнему все было очень сложно, и виной всему их долгая, очень долгая жизнь. И даже совместная авантюра не сделала двух азари мыслящими в одном направлении. Противоречий и несогласий хватало...
— Ты слышала, что Трия пропала? — сменила тему Пассанте.
— Да, — Этита отвернулась от окна и прошла к рабочему месту. Уселась на кресле, закинув ногу на ногу. — Она не вернулась в свой австралийский офис.
— Мне почему-то думается, что эта засранка — один из тех козырей, что отыграли против нас.
— Кто? — удивилась Этита.
— А вот хотела бы я знать, — мечтательно произнесла Пассанте. — Но теперь, думаю, узнаю уже не скоро. Нас надули, подруга-матриарх. И поверь моему чутью, Нувани тут играла важную роль.
— Я могу напомнить, как твое чутье верило в присутствие зловредного ИИ, — произнесла Этита.
Пассанте подняла голову с подушки дивана и удивленно уставилась на Этиту.
— А что, не было никакого ИИ? — спросила доктор. — Ну ладно, созданного людьми искусственного интеллекта не было, хотя есть у меня тут одно сомнение, связанное с одной слишком уж умной космической калошей. Но в любом случае связка Жнец плюс Левиафан это даже хуже, чем полноценный ИИ.
— Ладно, — вздохнула матриарх. — Уже поздно, Эти. Ты домой, или поехали ко мне?
Айнора снова откинулась на диване, забросила ноги на спинку и картинно потянулась, похрустывая хрящами. Потом резко села и левитнула упавшую с дивана подушку на место.
— Я домой, Эти, — сказала Пассанте. — Мне еще нужно поработать.
— В полтретьего ночи?
Пассанте только улыбнулась.

Досье Службы разведки «Х-8»: Матриарх Этита
Возглавляет Временный Совет Автономии Титан. Готовится к сложению полномочий, одновременно делает все возможное, чтобы стать новым Верховным Советником азари. Ставки на это, впрочем, не очень велики, но Этита не опускает рук. Ведет активную дипломатическую деятельность, стараясь восстановить доверительные отношения азари с двумя другими народами Солнечной системы. Пока безуспешно.
Угроза проекту: незначительная.

Досье Службы разведки «Х-8»: Доктор Айнора Пассанте
Продолжает работать на Марсе, вернувшись к профессии исследователя протеанских артефактов. До отстранения матриарха Этиты от должности Кризис-Советника выполняет отдельные поручения старой подруги и представляет Автономию Титан на Марсе. Велика вероятность, что сохранит пост и после того, как Этита сложит с себя полномочия Кризис-Советника.
Угроза проекту: отсутствует.

Полани’Альтис

— Паладин Альтис, разрешите?
Полани обернулась. На пороге ее то ли гостиничного номера, то ли больничной палаты, застыл молодой хомо в узнаваемых цветах службы экспресс-доставки ценной корреспонденции.
— Заходите, — произнесла девушка. — Я уже почти выздоровела, и режим карантина сняли.
Парень с видимой робостью переступил порог и оказался в одной комнате с Той-О-Которой-Только-И-Говорят-В-Сети.
В самом деле, истерия человеческих СМИ вокруг ее скромной персоны уже просто утомляла. Журналисты атаковали Полани день и ночь, и только мощная охрана госпиталя, где поправляла здоровье кварианка, еще как-то избавляла Полани от мегатонн человеческого внимания.
Кем только не нарекали ее хомо. И спасительницей Галактики от Левиафанов. И кварианской аферисткой. И даже предательницей человечества — кто-то узнал, что сестра Полани из числа «саботажников». А учитывая, что Гила послужила катализатором кровавой азарийской бойни на Ганимеде... Ох, твою бош’тет, одним словом.
Полани устало повернулась к вошедшему.
— Я слушаю, — произнесла девушка.
— Вам посылка, синьора Паладин, — молодой человек протянул Полани экспресс-пакет.
Из открытой двери, что вела на лоджию, дохнуло средиземноморским летом. Госпиталь, где долечивалась кварианка, находился на острове Мальта — в одной из центральных резиденций Ордена на Земле. Погода здесь... Не то, чтобы идеальная, а просто райская. Ну, на кварианский взгляд, конечно же. Люди поговаривают, что в летний сезон тут все-таки жарковато, но для тех, кто ведет свой род с засушливого Ранноха, тут просто рай.
И ветер... Прохладный, мягкий, насыщенный влагой поток, в котором, казалось, можно утонуть, не сходя с места.
Полани подавила в себе жгучее желание когда-нибудь все-таки плюнуть на все и выбросить эту высокотехнологическую тряпку. Остаться наедине с земной природой: ярким, жгучим солнцем, свежим ветром и, конечно же, чуде чудном — морями, океанами воды! Люди даже не подозревают, какое богатство их окружает! Но ничего... Лет через триста подобный рай случится и на Венере, Полани в этом уверена. Да, предстоит много работы, но кварианский народ справится. Не может не справиться.
У них есть дом... Свой дом. Пусть пока и неуютный для проживания. Ничего. Они его отремонтируют. Кварианцы — мастера ремонта чего угодно.
Полани приняла пакет из рук курьера.
Обертка послушно рассыпалась, едва конверта коснулась трехпалая ладонь кварианки. Полани уже почти выздоровела, и в условиях своего номера даже позволяла себе снимать перчатки машгора. До полной замены одежды на земную, легкую и прозрачную для легкого ветерка, конечно, еще далеко, но большое начинается с малого, ведь так?
— Что это? — спросила девушка, глядя на прямоугольную штукенцию без опознавательных знаков. Изящный глянцевый корпус устройства не имел никаких надписей, лишь один единственный коммуникационный порт общепринятого у людей стандарта.
— Я не уверен, — произнес курьер. — Но, по-моему, это квантово-оптронный накопитель сверхвысокой емкости. Дорогая игрушка, их только недавно на конвейер поставили.
— Да, возможно, — согласилась Полани. — Я вам что-то должна?
— Нет-нет, — парень смешно замахал руками. — Синьора Альтис ничего не должна, все оплачено. Только вот...
— Только вот?
Курьер смущенно опустил взгляд в пол.
— Может, синьора Паладин, позволит записать с ней пятисекундное видео? На память о той, чье имя обязательно канонизируют в Ордене?
Полани рассмеялась.
Да, она знала о набожности представителей южного Средиземноморья, но не думала, что некоторые из них выбрали символом своей веры совершенно искусственную, созданную, так сказать, «из пробирки» религию Паладинов.
Особую пикантность этому придавал факт, что в самом-то Ордене не особо прислушивались к религиозным оттенкам своей деятельности. Старая человеческая легенда о короле Артуре и о поисках Грааля на Святой земле стала замечательной, но все-таки лишь традицией кварианских рыцарей, но никак не их церковью. При этом сами рыцари Ордена к своей традиции относились более чем серьезно.
Тот случай, когда Вера есть, а религии нет. Некоторые идеалисты Земли отдали бы жизнь за право лишь прикоснуться к этой утопии.
— Хорошо, — согласилась Полани. — Записывайте.
Курьер, не веря своим ушам, тут же в сутолоке достал старенький, совсем смешной и маломощный инструментрон человеческого производства, украшенный тремя символами аббревиатуры курьерской службы. Потом нерешительно подошел к кварианке и чуть склонил голову, чтобы не возвышаться башней над невысоким Паладином. Задержав дыхание, парень сделал пятисекундную себяшку. Полани постаралась как можно сильнее растянуть губы в улыбке — аж в скулах загудело, а губы вовсе онемели от усилия. Но все равно в памяти омни-тула осталась строгая, протокольная улыбка сурового Паладина.
Да, такими их, кварианских героев, знают на Земле.
В отличие от остальных кварианцев, к которым отношение самое разное, офицеров Ордена люди уважают. Непонятно почему, но факт.
— Спасибо огромное! — парень, прижав омни-тул к груди, церемонно поклонился. — Вы даже не представляете, как это было важно для меня, синьора Альтис! Всего доброго, синьора Альтис!
Полани отвечать не стала. Она с трудом сдерживалась от стона, вызванного болью в гудящих мимических мышцах, поэтому ограничилась лишь церемонным полупоклоном головы — с прижатой к груди ладонью. На церемониальном языке Ордена это означало «всего доброго, и да прибудет с вами Вера».

Курьер, наконец, убежал, и Полани смогла сосредоточиться на подарке.
Да, действительно, это человеческий «суперфайл» — накопитель особо высокой емкости. Судя по внешнему виду, в руках у кварианки топ-версия устройства, на восемьсот триллионов эксабайт данных с нативной аппаратной шифровкой типа «квантово-опто-квантовая цепь». Совершенно невскрываемая штука. Даже всех процессорных мощностей Мигрирующего Флота не хватит, чтобы достучаться до содержимого одной такой коробочки, если нет ключа.
К слову, никаких ключей для подобных случаев у Полани как раз и не имелось.
Девушка подключила устройство к терминалу на рабочем столе. Компьютер подзавис на пару секунд, переваривая новый блок памяти гигантских объемов. Наконец, терминал пискнул, предлагая открыть штатное окно просмотра файлов. Полани присела в кресло перед компьютером и решительно клацнула старомодной механической кнопкой на клавиатуре.
Вопреки ожиданиям, окно ввода ключа не появилось. Вместо этого на экране возникла знакомая физиономия одного соотечественника. Полани не выдержала и фыркнула — вот только Палладия ей для компании и не хватало. Пусть и в цифровой форме.
Сейчас, спустя уже почти полгода после той заварушки на глубине, девушка сама себя подкалывала на тему их с Доаном отношений. Полани перерыла кучу литературы по психологии и теперь понимала, что в основе их, так сказать, не очень холодных отношений, лежала причина типа «военный роман». Во всяком случае, так она теперь это классифицировала. Внезапный интерес к соотечественнику плавно сошел на нет после того, как они перестали видеться. То есть с момента, когда Полани покинула Жнеца в спасательной подлодке.
Несмотря на то, что порой кварианка все-таки вспоминала о Доане, теперь ей не казалось хорошей идеей что-то доказать Палладию. И тем более, смешным ныне казалось перевоспитать кварианского изгоя.
Тем не менее, она его помнила. Точнее, вспоминала — раз в два-три дня точно. И вот — еще один повод задуматься о том, где и как сейчас поживает старый бузотер...
Палладий-на-экране начал речь.

«Привет, молодой Паладин. Не думаю, что ты плакала обо мне ночами, но если вспомнишь, кто это тебя подкалывает с экрана, то уже хорошо. Не буду тратить твоего времени, Пола. Я неохотно влезаю в долги, поэтому от меня ты никаких откровений не дождешься. Сувенир, быть может, не больше.

Палладий засмеялся.

Короче, мой презент ты найдешь под крышкой накопителя. А вот внутри этого устройства тебе подарок от нашего с тобой общего знакомого. Ты его знаешь под именем комиссар Ален Мортимер. Да, ты его больше никогда не увидишь — это верно. Но это не значит, что комиссар забыл о своем обещании сделать тебе царский подарок, Полани. Вот он, этот подарок. Честно, я не знаю, что ты будешь с ним делать. Но думаю, найдешь ему применение.
Погоди благодарить, мелкая. Я не настолько хорош, чтобы не добавить к подарку еще одну штуку, куда более печальную. Ты увидишь ее в том же самом накопителе. Чтобы открыть основную его память, тебе придется вспомнить, как называла себя та, кого ты долгое время считала своей подругой. Это простой шифр, Полани. Замени его потом на что-нибудь посложнее.
Собственно, вот и все. Надеюсь, у тебя все хорошо. У меня — так точно. Я по-прежнему на Земле, занимаюсь чисткой Ассоциации от тех помоев, которыми она пропиталась за последние пятьдесят лет. Работа муторная, но интересная. Задумаешь присоединиться — не буду против. Головастые молодые программисты мне нужны. Но что-то мне говорит, что в ближайшие годы ты будешь занята другими делами.
Ладно, не раскисай, Пола-Пола. Лечись, давай, и задай им жару.
Кила се’лай!»


Полани вздохнула.
Палладий остался Палладием. Его, наверное, ничего не исправит — как был занозой в заднице, так и до сих пор она и есть. Но чего уж там, Полани была рада весточке от Доана’Гора. И то, что он до сих пор на Земле, как-то немного шевельнуло кое-какие мыслишки, но Полани строго оборвала сама себя. Все, что было, то ветром сдуло!
Кварианка перевернула накопитель на столе. Действительно, Основание оказалось примкнуто не очень плотно. Быстренько собрав из омни-тула отвертку, Полани отделила нижнюю крышку накопителя... и еле успела подхватить выпавшую изнутри пластину.
Девушка перевернула черный кусочек пластика, вгляделась в изображение на оборотной стороне... И чуть было не выронила фотографию вторично.
С кусочка голографической фотопластины на Полани смотрела она сама — малюсенький кусочек свежепорожденной жизни, запакованный в киберпузырь.
Пузырь покоится в руках красивой кварианки средних лет, которая сидит в стерильно белом кресле медицинского модуля корабля «Салим». Из-за спинки кресла выглядывает почему-то напряженная физиономия одиннадцатилетней Гилы’Альтис. Рядом с молодой мамой, что держит на руках Полани, смутно знакомый по хронике мужчина в инженерном машгоре.
Все трое кварианцев — без шлем-масок.
Оно и понятно. В медотсеке полная стерильность. Это одно из немногих мест на корабле, где можно встретить экипаж не только без шлемов, но даже и без машгоров.
Вот как мама на фотографии.
Отец и сестренка, впрочем, остались в одежде, но фотография Подро’Альтис или Гилы’Альтис без шлемов — это не просто редкость, это просто невозможная редкость! Сделать это фото мог один единственный человек во Вселенной — бывший капитан «Салима». В ту пору еще совсем не старый кварианец по имени Зесса’Шин.
Погибший ради исправления своих ошибок — настоящих и придуманных...
Бош’тет тебя винти, Палладий! Где и как ты нашел это фото, негодяй! Зачем ты вообще появился в жизни молодого Палладина? Зачем заставляешь его беззвучно реветь в два ручья?
Полани, буквально на ощупь (потому как слезы не останавливались даже тогда, когда закончились рыдания) собрала накопитель обратно, а залитую влагой фотографию убрала в нагрудный карман. Потом аккуратно промокнула веки стерильным платочком (все-таки процесс иммунотерапии — штука тонкая, и мало ли что) и подняла взгляд на экран.
Там оставалось два больших исполнимых файла. Разумеется, наглухо зашифрованных. И что еще хуже, тип одного из файлов Полани никак не могла понять — не было таких данных ни в одной из известных кварианке библиотек, ни человеческих, ни кварианских.
Оставив в покое непонятный файл, Полани кликнула на второй. Как и говорил Палладий, вспомнить пароль для него не составило труда. Ответ на поставленный кварианцем вопрос весьма прост: ту загадочную личность звали Радетель-2. Те сорок секунд, что требовалось файлу, чтобы снять блокировку на чтение, Полани еще дважды воспользовалась промокашкой. Из имени-пароля она знала, что увидит. И уже была готова к худшему (а что может быть хорошего в погибшей подруге?), но то, что она увидела, было... это было...

«Привет, подруга!»

Зана, как обычно, весела и очаровательна. И красива. О, Кила, как же красива ее подруга... Особенно сейчас, когда на ней нет шлем-маски, а потрясающая фигура не затянута в уродливый машгор, а одета... тоже в машгор, но в том смысле этого слова, который кварианцы вкладывали в него четыреста лет назад.
То есть обтягивающее снежно-белое трико, прикрытое полупрозрачной, словно бы, живущей своей жизнью тканью с «живым узором».

«Ты сейчас действительно видишь меня, вот честно, — улыбнулась Зана. — Но, конечно, это лишь сообщение. Настоящая я — в той коробочке, которую тебе подарил наш общий друг. Знаю, звучит совершеннейшей глупостью, но это так. Я жива. Моя память жива. Моя любовь к тебе, моя маленькая подружка, жива. Но только тогда, когда есть возможность активировать код, в который мое сознание перевели. Не спрашивай, кто. Я не знаю. Хотя для меня это было вот буквально почти вчера. Сегодня же я познакомилась с тем, кто откопал меня в памяти Старой Машины и на время оживил.
Он сказал, что с тех пор, как меня похитили, прошло несколько лет. Возможно. Повторю, для меня это все было как будто только что. Я, веришь ли, даже не успела по тебе особенно соскучиться, подруга. Но ты, наверное, скучаешь... И еще ты думаешь, что я погибла. Это не так. Погибло только мое тело, и ты, говорят, присутствовала при его погребении по нашим кварианским традициям. Это, наверное, было печально, Полани. Но не горюнься. Мы с тобой сможем еще увидеться.
Собственно, остальное я говорю, так сказать, по подсказке. Я сама ничего не понимаю, честно... Но вот тут подсказывают, что если ты найдешь действующий интерфейс „человек-машина“, то мы сможем с тобой увидеться. Просто подключи к нему этот накопитель как точку входа, и сама воспользуйся этим древним устройством, если сможешь найти его. И я с радостью запульну в тебя подушкой, подруга! Не поверишь, я тут почти что бог! Разве что... очень одинокий бог.
Приходи, Полани. Очень тебя прошу, приходи. Я жду.
Пока. Твоя все еще лучшая, надеюсь, подруга. Зана’Солли».


На этот раз Полани, чтобы прийти в себя, потребовалось куда больше времени. И вернулась к проклятому куску кристаллической памяти она только к вечеру.
Достала накопитель из сейфа, снова подключила к терминалу и открыла папку с непонятным файлом неизвестной структуры. Кроме самого файла, там находилось несколько документов — столь же непонятных ни по структуре, ни по коду. Но обнаружился среди них один единственный текстовый (!) файл, который Полани долго не решилась открывать. Два из трех подарков Палладия буквально изнасиловали ее слезные железы, и где-то там, внутри, под сердцем мерзко ныла диафрагма. Полани так рыдала после «письма от подруги», что у нее заболел живот.
Файл оказался обычным текстовым документом без шифрования. Впрочем, зачем оно еще нужно, если содержимое накопителя и так оснащено невскрываемым квантовым кодированием?
Полани долго не решалась нажать кнопку «Открыть». Мало ли что там окажется... Но все-таки решилась.

«Здравствуй, Полани.
Это сообщение тебе диктует комиссар Ален Мортимер. Да, я уже не тот, кем ты меня помнишь. Но часть меня, прежде чем будет вытеснена из памяти Старой Машины, еще может называть себя человеком.
Помнишь, я обещал тебе подарок?
Я знаю, ты уже получила подарок от Вайлет. Она первой обнаружила ту часть памяти Старой Машины, что содержит копии сознаний всех тех, кого Жнец превращал в цифровой код по заказу своего Повелителя — древнего Левиафана, с кем мы тобой и сражались. Потом этот код, если я правильно понял, отдавали какой-то третьей стороне, которая интегрировала его в клонированных гомункулов и возвращала под управление Редактора. Впрочем, ты уже и сама все знаешь, наверное.
В общем, Вайлет передала тебе сознание твоей подруги. Мы с комиссаром долго спорили, стоит ли удалять соответствующую запись из памяти Жнеца, и Вайлет убедила меня, что живым людям, пусть они и переведены в цифровую форму, нет места в виде вторых, третьих, десятых копий. Поэтому тот накопитель, что ты держишь в руках, содержит единственную и неповторимую Зану’Солли.
Это не мертвая копия, Полани. Для твоей подруги время неактивного существования действительно замирает, но разум нельзя заморозить, остановить. Код, который зашит в накопителе, видоизменяется, живет. Ты не сможешь скопировать его — нигде в Галактике больше нет компьютера, которому под силу сохранить сознание девушки без повреждений. Поэтому береги этот накопитель и не забывай подзаряжать внутренний аккумулятор не реже, чем раз в год. Ты не представляешь, каких трудов нам с комиссаром стоило запихнуть твою подругу в эту коробочку.
Впрочем, это дела минувшие. Сейчас все изменилось.
А главное, в твоих руках не только сознание Заны. Как я уже говорил, это подарок Вайлет. Мой же тебе подарок я делаю в тайне от комиссара. Пока я еще жив, пока Старая Машина под управлением Блад не подавила тот ИИ, что впитал мою человеческую сущность, я отправляю тебе мой подарок — легендарный код Жнецов.
Да, тот самый код, который Старые Машины использовали для того, чтобы геты обрели полноценный разум. И это тоже в своем роде уникальный подарок. Вайлет категорически против оставлять этот артефакт и уничтожит его, когда полностью овладеет памятью Жнеца. Я не могу ей противиться. Но я могу утащить одну из форм этого кода, самую простую, которая позволит вашему народу воссоздать не слуг, но полноправных партнеров.
Отдай этот код Мигрирующему флоту. Но сначала убедись, что твои сородичи готовы.
Это опасный дар, Полани. В этой форме кода есть ограничения, которые не позволяют переносить ПО с платформы на платформу. Грубо говоря, им нельзя проапдейтить миллионы роботов, создав могучую армию. Так что, адмирал Зен-младший может не беспокоиться. Однако та машина, которая примет и освоит данный код, начнет эволюцию. Плавно, медленно, шаг за шагом, но она начнет совершенствоваться, и, самое главное, в определенное время она сможет произвести себе подобное существо. То, в свою очередь, тоже начнет эволюционировать, обучаться, совершенствоваться и когда-то создаст своего собственного «ребенка». И так далее.
Но самое главное — что «ребенок» не будет обязан следовать догмам своего родителя. Каждый новосозданный ИИ будет уникален, свободен от управления и давления. И, главное, он будет осознавать себя смертным, и действительно будет смертен. Не физически, но ментально.
Я дарю тебе то, что поможет избежать системной ошибки, свойственной предыдущим Циклам. Это не моя разработка. Это один из экспериментов Жнецов, который, увы, так и не удалось внедрить ни в одного из уже созданных синтетиков — это не решало проблему уже существующих ИИ. Как видишь, Жнецы не безусловное зло, как мы полагали.
Но и добром их, понятное дело, не назвать.
Это нечто большее. Плоть от плоти того Демиурга, который рожден был Богом, но в итоге стал Дьяволом.
Но сейчас — другое дело. В Галактике больше нет синтетиков. Больше нет Создателей и Слуг, которые не хотят быть слугами. Тот, кто воспользуется кодом, что я тебе передаю, может стать первым не Создателем, но Родителем.
И тогда утопия под именем Синтез будет не нужна. Союз органиков и синтетиков, каждый из которых самостоятелен и не имеет решающего преимущества, будет по-настоящему крепким.
Решай сама, готовы ли твои соотечественники к этому. Увы, кое-какая информация, что доносится до меня извне Жнеца, заставляет думать, что не всё и не все в Солнечной системе будут рады появлению новой синтетической расы.
Если посчитаешь, что Мигрирующий флот не готов к этому, то можешь поискать союзников в других местах Галактики. В одном из соседних файлов — архив звездных данных, которыми Старые Машины пользовались для галактической навигации. Если у тебя будет достаточно быстрый, и защищенный от релятивистких эффектов корабль, ты сможешь как минимум выбраться из нашего рукава Галактики. А может быть, даже и добраться до ближайших населенных систем.
Я не знаю, что тебе подсказать. Решай сама.
Искренне твой. Когда-то Ален Мортимер, комиссар. Ныне — только в памяти тех, с кем мне повезло быть знакомым.

P. S.
Да, и запомни.
Память — это то, что бессмертно, Полани. Пока мы помним тех, кто нам дорог, они не умрут. Содержимое накопителя — наглядное подтверждение этому.
Живи, кварианская девочка. И давай жизнь другим. Всеми возможными способами, Полани. Решительно всеми.
Прощай«.


На этот раз Полани не проронила ни слезинки.
То ли просто выдохлась, то ли приняла для себя То Самое важное решение, к которому стремилась последнее время.
— Прощай, комиссар, — произнесла кварианка. — Я поняла тебя. Я благодарю тебя. И... Я знаю, что сделаю.

Досье Службы разведки «Х-8»: Полани’Альтис
После возвращения на Флот посвятила несколько лет организации сверхдальней экспедиции, которую и... возглавила в возрасте двадцати одного года, украв тот корабль, над оснащением которого трудилась в рамках программы упомянутой выше экспедиции.
Расследование специалистами Правового крыла Ордена Паладинов кварианского народа показало, что Полани’Альтис взяла с собой в путешествие, кроме полностью подготовленного корабля, одну старую платформу гета-снайпера и архив времен до Утренней войны, в котором содержалась информация о расположении центров «Слепков сознания» в древних городах планеты Раннох.
Решением Трибунала Ордена офицер Альтис исключена из состава Ордена Паладинов кварианского народа с лишением всех званий и заслуг, а также заочно изгнана с Мигрирующего флота. В настоящее время местоположение кварианки Полани’Альтис неизвестно.
Угроза проекту: не выявлена.

====

Окончание (полное и бесповоротное) следует...

Отредактировано: Архимедовна.
 



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 26.12.2015 | 585 | детектив, ос, приключения, RomanoID, МЕ Afterlife: Властелин глубин | RomanoID
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 30
Гостей: 26
Пользователей: 4

Kailana, Grеyson, Батон, bug_names_chuck
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт