Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Адамо. Глава 28. Я заслуживаю лучшего

Жанр: AU, романтика, экшн;
Персонажи: м!Шепард, Тали’Зора;
Статус: в процессе;
Описание: На сцену выходит новый, неожиданный и очень сильный враг;
Автор: Andrio;
Оригинал: Adamo;
Переводчик: Daimio.

 




Капля пота пробежала по лбу Шепарда, оставив после себя влажный блестящий след. Он машинально вытер его тыльной стороной ладони, стараясь держать подальше от лица металлическую щётку, которую сжимал в руке. После этой маленькой вынужденной паузы капитан решил немного отдохнуть вместо того, чтобы возвращаться к работе. Сделав пару шагов назад, он взглянул на частично стёртый, похожий на кристалл логотип «Цербера», нанесённый на стену слева от лифта в БИЦ. Разбросанное по полу тряпьё было обильно усыпано маленькими кусочками белой краски; множество таких же частичек запуталось в щётке в его руках. Логотип с другой стороны лифта был уже удалён. Тихо вздохнув, Шепард вернулся к работе, морщась от сильного тошнотворного запаха растворителя, раздражающего его ноздри.

Вскоре после того, как он продолжил, дверь лифта открылась, и оттуда послышался голос:
— Так и знала, что найду тебя здесь! — это была Джек.
Шепард повернулся к ней. К его удивлению, на ней красовалась тёмная рубашка из комплекта новой униформы, закупленной неделю назад. Она закатала рукава до самых плеч, полностью открыв татуированные руки. Новая униформа была простой и незамысловатой, но она нравилась капитану своим тёмно-синим цветом, который напоминал ему о времени, проведённом на первой «Нормандии».
— Джек, тебе что-нибудь нужно? — любезно спросил он.
Биотичка указала взглядом на наполовину стёртый логотип «Цербера» на стене:
— Решил наконец-то избавиться от этого грёбаного бельма на глазу?
— Это последний. Те, что снаружи, рабочие удалили ещё вчера. Так зачем ты хотела меня видеть?
Джек ответила, немного поколебавшись:
— Я слышала, что мы покидаем Цитадель через пару дней.
— Да, — подтвердил Шепард. — Мы улетим, как только пополним наши запасы. Знаешь, мне впервые приходится самому платить за них. Раньше это брал на себя Альянс, потом «Цербер», и надо сказать, это недёшево. Я уже подумываю о твоём предложении податься в пираты, — сказал он шутливо.
— Ага, конечно, — насмешливым, но слегка довольным голосом ответила Джек. — Я-то знаю, ты у нас слишком правильный, чтоб пойти на такое. И всё же, — продолжила она уже совершенно серьёзно, — слушай, я тут подумала: я всё ещё нужна тебе на этом корабле?
Шепард удивлённо посмотрел на неё, немного нахмурившись:
— О чём это ты? Ты хочешь уйти?
— Нет, не в этом дело. Просто я… Слушай, мне здесь нравится. Люди хорошо ко мне относятся. Даже не нужно беспокоиться о том, что кто-то всадит нож мне в спину. А все эти ребята из «Цербера» остались с тобой даже после того, как ты послал на хер их босса. Даже чирлидерша уже не так бесит меня так, как раньше. Я хочу остаться, но не знаю, подхожу ли я вам. Если хочешь, чтоб я ушла, скажи об этом прямо, пока мы здесь, на Цитадели. Не хочу дармоедствовать.
Шепард на секунду задумался, как ответить, затем усмехнулся и сказал:
— Не подходишь? А ты вообще наш экипаж видела? Среди нас неистовый рождённый в капсуле кроган, набожный дрелл-ассасин, турианский борец с преступностью, бывший ранее офицером СБЦ, изгнанная кварианская принцесса, пилот с синдромом Вролика, и всеми ими командует киборг-зомби-коммандер. Джек, ты как нельзя лучше вписываешься в наш коллектив.
На лице биотички появилась лёгкая ухмылка, которую нечасто можно было увидеть. Шепард продолжил:
— Ты всегда можешь уйти, но я бы хотел, чтоб ты осталась. Кроме того инцидента с Мирандой у тебя не было с проблем с экипажем. Не говоря уже о том, что твои биотические способности спасли несколько жизней на базе Коллекционеров; твои навыки очень ценны для нас.
— В точку! Вот чёрт, — резко произнесла она. — Я останусь, я лишь хотела узнать, что ты думаешь по этому поводу, вот только не надо тут меня комплиментами осыпать, ладно? Прибереги их для Тали. Я не знаю, как тебе это удаётся, но даже после того безумного дерьма, через которое мы прошли, ты продолжаешь говорить, как ванильная девчонка.
Шепард лишь покачал головой; очевидно, что она была польщена его словами, просто не желала выходить из своего образа девчонки-сорвиголовы, явно избегая смущающей её темы.
— Ладно, спасибо, что выслушал. Эй, давай-ка я закончу тут за тебя, — сказала Джек после паузы, кивнув на логотип «Цербера».
— Хочешь стереть его?
— Ага. Ничто не сделает меня счастливее, чем сдирание этого уродства со стенки нашего корабля, — она протянула руку за щёткой.
Шепард вложил инструмент ей в ладонь:
— Хорошо, бери. Только учти, что иногда краска очень трудно сходит, так что постарайся не психануть и не продырявить корабль. Ещё увидимся; я пока пойду, попробую избавиться от запаха этого растворителя.

Оставив её, капитан сел в лифт, намереваясь подняться к себе в каюту и принять душ. Он сильно вспотел, соскабливая логотипы «Цербера» со стен, а приставучий запах растворителя не переставал раздражать ноздри. Пока лифт нёс его наверх, он раздумывал о разговоре с Джек. Он был рад, что она решила остаться на «Нормандии», особенно с учётом того, что за две недели их остановки на Цитадели часть людей покинула корабль. Ушла добрая половина сотрудников «Цербера», каждый по своим причинам. Также пришлось распрощаться с Самарой: теперь, когда их миссия по обезвреживанию Коллекционеров была выполнена и никакой конкретной задачи перед ними не стояло, Кодекс предписывал ей продолжать свою деятельность юстициара. И всё же перед уходом азари сообщила Шепарду, что с удовольствием присоединится к команде, если вновь понадобится её помощь. Тейн тоже намеревался покинуть корабль в надежде провести оставшееся у него время с сыном, но передумал; Галактика все ещё оставалась тёмным местом, и он мог сделать её чуточку светлее, будучи членом экипажа «Нормандии».
Наконец лифт прибыл на верхнюю палубу. Подождав несколько секунд, пока устройство для дезинфекции сделает свою работу, Шепард вошёл в каюту. До него донёсся тихий, но отчётливый плеск воды; Тали принимала душ в ванной.

Развитие бактерий на поверхности кожи является одной из причин появления запаха от тела, но кварианцы могли долгое время обходиться без водных процедур благодаря способности их костюмов сохранять герметичную стерильную среду. И всё же, несмотря на то, что костюмы не давали развиваться бактериям и могли проводить процедуры первостепенной очистки, кварианцам всё же требовалось время от времени принимать ванну или душ, чтобы удалить частички отмершей кожи вместе с остатками пота и подкожного жира.

Услышав звуки включённого душа, Шепард расплылся в улыбке. Он уже давно хотел сделать это и решил, что тот самый момент настал. Скучная, монотонная работа, которой он был занят последние несколько часов, немного утомила его, как и лёгкая головная боль от токсичных испарений растворителя, и он уже знал, как именно хочет развеяться. Быстро избавившись от ботинок и одежды, он нетерпеливо подошёл к двери душевой, опасаясь, что плеск воды вот-вот прекратится.
Дверь отъехала в сторону, открывая заполненную горячим паром ванную, посреди которой под потоками воды стояла прекрасная обнажённая кварианка.
— Шепард! — удивлённо вскрикнула она, инстинктивно прикрывая руками грудь и интимную область, несмотря на то, что капитан уже несколько раз видел её нагой. — Я уже почти закончила! Кила, ты не мог подождать пару минут? — она немного расслабилась, но всё ещё не опускала руки.
Шепард лукаво улыбнулся и приблизился к ней.
— Шепард, что ты… — начала она, но умолкла, когда он шагнул под струи воды и поцеловал её. Через секунду она полностью покорилась ему, обвив руками его торс. Ей стало совершенно ясно, почему капитан не хотел ждать.
Поцелуй медленно закончился, и Тали влюблённым взглядом посмотрела на Шепарда; его глаза были совершенно расслаблены.
— Мне почему-то кажется, что ты здесь не только для того, чтобы помыться, — застенчиво сказала она, возбуждённо прикусив губу.
— Потому что так и есть… — прошептал он в ответ, крепко прижав её к себе. Горячая вода струилась по их обнажённым телам.
Тали смущённо хихикнула:
— Для меня это очень необычная идея. Знаешь, заниматься… этим прямо здесь… На флотилии ванные комнаты очень-очень приватны, и со мной никогда не случалось…
Шепард прервал это милое бормотание, вновь поцеловав её, на этот раз куда более страстно.
Вскоре, на секунду оторвавшись от губ кварианки, капитан ухватился обеими руками за её бёдра и резко поднял, прислонив спиной к стенке. Она застонала и выгнулась, почуяв нежной кожей холодную поверхность, но тут же обхватила его ногами и вновь слилась с ним в сладострастном, неистовом, обжигающем поцелуе.


***


Шепард и Тали лежали вместе на диване в их каюте, молча держа друг друга в объятиях. Их тела были ещё слегка влажными после душа, который они закончили принимать несколько минут назад. Капитан надел новые чистые брюки, а кварианка натянула на себя рубашку, шутки ради отобрав её у Шепарда. Эта рубашка была для неё велика и висела мешком, доставая ей до середины бёдер.
— Знаешь, что я заметил? — прервал молчание Шепард. — Я давно не видел, чтоб ты сильно болела. Похоже, твой организм наконец привык ко мне.
— Похоже на то, — кивнула девушка. — Вот почему я уже не так сильно беспокоюсь, находясь здесь вне костюма долгое время.
Он посмотрел на неё и улыбнулся:
— Должно быть, ты очень рада, что теперь тебе не приходится постоянно носить его.
— Ну… И да, и нет, — протянула она. — Конечно, ходить без костюма просто чудесно. У меня столько новых ощущений: прохладный воздух, овевающий мою кожу от малейших движений, мягкая ткань твоей рубашки и постельного белья… Но в то же время мне немного страшно находиться вне костюма; это не то, к чему можно легко привыкнуть. Всю жизнь я провела, боясь повреждений и открытого воздуха. Даже несмотря на то, что в нашей каюте безопасно, временами я чувствую себя некомфортно. Это… сложно объяснить.
— Нет, я понимаю тебя, Тали, — сказал Шепард. — Я не удивлён, что ты уже привыкла находиться в безопасности внутри своего костюма.
Тали прижалась крепче к нему и тихо произнесла:
— А ещё я чувствую себя в безопасности рядом с тобой, в твоих руках, — она мягко засмеялась: — Ты не можешь прямо так защитить меня от микробов, но всё же мне гораздо спокойнее.
Шепард чуть сильнее сжал её в объятиях:
— Я рад… А как более взрослые кварианцы проводят так много времени в костюме? Ты носишь этот сколько, двенадцать лет, так? А как же живут пожилые кварианцы? — спросил он после паузы.
— Удивительно, что ты этим интересуешься, — начала она. — Некоторое время после того, как мы начали носить эти костюмы около двухсот пятидесяти лет назад, очень известный среди нашего народа психолог — забыла его имя — установил, что все кварианцы проходят четыре стадии жизни в костюме. Когда мы молоды и только получаем их, мы довольны этим и любим их — это первая стадия. В костюмах мы чувствуем себя взрослыми, свободными и непобедимыми, нам кажется, что можем пройти через что угодно. Примерно так же ведут себя молодые люди других рас, когда впервые садятся за управление аэрокаром или челноком.
— Вторая стадия наступает, когда мы возвращаемся из Паломничества, — продолжала Тали. — Мы начинаем презирать костюмы, злиться оттого, что заперты в них. Мы разочаровываемся. Я думаю, что, глядя на то, как живёт остальная Галактика, приходит осознание, что костюмы вовсе не означают свободу. Напротив, они вроде как клетки… Как поводки, которые, я видела, люди и азари надевают на своих питомцев на прогулке. Костюмы позволяют почувствовать вкус свободы, но при этом мы всё равно заперты в них, и осознание этого наносит нам серьёзный удар. Этот период может длиться неделями, месяцами и даже годами. У каждого по-своему, а некоторые вообще через это не проходят, но таких очень мало.
— А ты?
— Да, я проходила. Я так радовалась, когда только получила костюм, пока не отправилась в Паломничество. А после него, как я и говорила, я была очень расстроена и разозлена тем, что мне приходится это носить. А ещё то, что моё Паломничество закончилось, когда ты… — запнулась она, — Когда ты… Ну ты знаешь…
Шепард тихо вздохнул и слегка сжал её руку. Он совершенно не мог думать о том, через что прошла она, когда он умер на первой «Нормандии», и сразу отгонял прочь эти мысли.
— А какие ещё две стадии? — спросил он, возвращаясь к теме.
— Ну третья — это принятие. Мы начинаем понимать, что костюмы — лишь часть нашей жизни, часть нашего тела. Мы осознаём, что будем носить их до конца своих дней, и нет смысла расстраиваться из-за этого. Мы должны принять это как должное и радоваться тому, что они вообще существуют и даруют нам хоть какую-то свободу и даже кое-какие преимущества. Внутренняя система жизнеобеспечения позволяет выжить при пробое корпуса судна. Ещё они обеспечивают хорошую броню: их очень тяжело пробить, не используя оружие с масс-ускорителем; если ты нападёшь на кварианца с ножом, то вряд ли сможешь проткнуть костюм. Конечно, если ты не кроган.
Тали посмотрела на Шепарда и, улыбнувшись, мягко поцеловала его губы.
— Ну, может быть, у кибернетически усиленного человека тоже хватит на это силы.
Капитан рассмеялся:
— Нет, я уверен, что не хочу проверять это. Зато я знаю куда более приятные способы обойти эту защиту…
Хихикнув, она снова поцеловала его. Он спросил:
— А четвёртая стадия?
— А четвёртая как раз наступает в пожилом возрасте, о котором ты спрашивал. Это зависимость. После целой жизни, проведённой в костюме, в страхе почувствовать кожей открытый воздух, мы становимся эмоционально зависимыми от них. Мысль о том, чтобы оказаться вне костюма, начинает звучать чудовищно; как будто заключённого, всю жизнь проведшего в тюрьме, выпускают на свободу, — Тали умолкла на несколько секунд, размышляя о чём-то. — Я думаю… Думаю, вот почему мы так долго не можем найти себе новый дом. Флот всегда находился под управлением самых старших, самых опытных кварианцев — тех, кто уже находился на последних стадиях зависимости, тех, кто просто-напросто боялся нового дома, где им можно было бы уже расстаться с костюмами.
— Вообще-то вашим лидерам лучше поторопиться, — оживлённо сказал Шепард. — Потому что, чтобы остановить Жнецов, нам понадобится помощь и кварианцев, и гетов. Это значит, что мы отправимся в пространство гетов и найдём способ решить все проблемы с ними.
После этих слов торжественный настрой Тали, овладевший ею во время рассуждений о трудном положении её народа, моментально улетучился. Она опять улыбнулась:
— Ты даже не представляешь, с каким нетерпением я жду этого.
— Учитывая, что ты только и делаешь, что говоришь о своём родном мире и народе с того момента, как я тебя встретил, то, пожалуй, я немного представляю.
— Почему тебе так нравится дразнить меня этим? — рассмеялась она. — Я, по крайней мере, говорю о своих людях, о месте, откуда я родом. Но даже после всего времени, что мы провели вместе, я так почти ничего и не знаю о твоей жизни до вступления в Альянс.
— Тали, мне особо нечего рассказывать о моих ранних годах. А в том, что я могу рассказать, нет ничего хорошего. Я просто радуюсь, что это всё в прошлом, что оно осталось лишь в воспоминаниях.
— И всё же я бы хотела как-нибудь побывать на Земле. Помню, после разговора с Советниками ты крайне нелестно отзывался о ней. Ты и вправду так сильно ненавидишь свою родную планету?
— Как сказать… Земля большая, там живут миллиарды людей, существует множество культур и регионов. Я попробовал на вкус лишь маленькую её часть. Но мне и этого хватило, чтобы не желать больше туда возвращаться. Я знаю, что ты очень хочешь посмотреть на неё, но уверяю, лучше будет держаться оттуда подальше. Всего несколько десятилетий прошло с тех пор, как человечество узнало о существовании других рас. Большинство землян никогда не видели инопланетян вживую. Думаю, их реакция на тебя будет… весьма неприятной.
— Что ж, наверное, так и есть… — девушка вздохнула.

— Ну ладно, хватит об этом, — Шепард решил сменить тему. — Ты собираешься возвращать мне рубашку?
— Не-а, — хихикнула в ответ Тали, — мне нравится носить её.
— Знаешь, я могу дать тебе что-нибудь из новой женской униформы, если хочешь носить что-то, пока ты вне костюма.
— Ну не знаю… — она заколебалась, видимо, очень смущаясь чего-то. — На самом деле я… Ты был прав, когда сказал, что давно не видел меня сильно болеющей. Я уже говорила, что заметила это, и недавно… эм… вчера купила немного одежды на Цитадели…
— Правда? — оживился Шепард. — Покажи-ка, что ты купила, очень хочу увидеть!
— Просто меня эта одежда немного смущает. Покупка вещей — такая обыденная традиция для вас, людей, но совершенно новая для меня. Я пошла в человеческий магазин одежды, и там был такой огромный выбор… Кила, просто невероятный! Все эти разные стили, узоры, ткани, я и понятия не имела, что к чему подходит. Я просто купила пару вещей, которые показались мне красивыми.
— Ну давай же, Тали, показывай, что купила, а то я уже весь извёлся от ожидания, — Шепард нетерпеливо ёрзал на краю дивана в предвкушении, когда кварианка уже встанет.
— Я купила совсем немного, — она поднялась с дивана и направилась к своему шкафчику в другом конце каюты. — Только я не буду носить это постоянно.
Покопавшись в шкафчике, она извлекла на свет первый образец. Это была клетчатая рубашка, голубая с красными акцентами.
— Клетчатая рубашка? Ты купила клетчатую рубашку? — спросил Шепард, с великим трудом сдерживая смех.
— А что с ней не так? — сказала кварианка немного обиженно. — Она мне нравится! Эти линии и квадраты… Они напоминают мне о строгой машинной геометрии. На мой взгляд, это очень изящно.
— Просто она… такая старомодная, никто в таких уже не ходит. Я удивлён, что они вообще продаются на Цитадели.
— Знаешь, мне она по вкусу, — Тали положила рубашку обратно в шкафчик. — А если ты будешь так себя вести, я больше ничего тебе не покажу.
— Ну ладно, ладно, прости, Тали. Если она тебе нравится, остальное уже не имеет значения, — сказал Шепард извиняющимся тоном. Тали не двигалась с места, и он добавил: — И к тому же ты всегда выглядишь очень красиво, и неважно, во что ты одета.
На её губах заиграла лёгкая улыбка.
— Ну ладно, на первый раз прощаю, — пробурчала она в ответ.
— Спасибо. Так что ещё ты купила?
Девушка повернулась обратно к шкафчику.
— Ещё я взяла несколько рубашек и маек, не клетчатых, — язвительно произнесла она, — но, кроме них, прихватила пару вещей для нижней части тела. Я не покупала вот эти… которые оборачивают каждую ногу отдельно, вроде тех, что сейчас на тебе, потому что человеческие ноги не такие, как у меня, и это может не подойти.
— Ты имеешь в виду брюки?
— Да-да, брюки. Вместо них я взяла вот это, — она развернулась к капитану. — Женщина из магазина назвала её как-то… Юпта? Ютка?
В руках кварианка держала средней длины свободную струящуюся юбку. Чёрная ткань была украшена повторяющимся узором из синих цветов. Если б Тали надела её, она едва доставала бы ей до колен.
— Юбка… — поправил Шепард, с улыбкой глядя на девушку. — Она очень симпатичная. Не могу дождаться, чтоб увидеть тебя в ней.
Тали застенчиво улыбнулась и сунула юбку в шкафчик.
— Погоди, у меня ещё есть пара вещей… — начала она.

Неожиданно из интеркома раздался голос Джокера:
— Коммандер! Коммандер, вы слышите меня?
Шепард вздохнул и поднялся. «Ну что там ещё…» — бурчал он себе под нос, направляясь к рабочему столу, где находился коммуникатор. Тали лишь молча наблюдала за ним, забавляясь его реакцией на внезапное прерывание столь интересного занятия.
— Чёрт побери, коммандер, это срочно! — торопил его пилот.
— Я здесь, Джокер. Что стряслось?
— Мы заперты: судно заблокировано! СУЗИ только что определила, что магнитные причальные захваты перешли в режим постоянной блокировки, которую нельзя обойти! И наша связь тоже заблокирована. Мы не можем принимать или отправлять данные с «Нормандии». Что за чёрт происходит, коммандер?
— Вот дерьмо. Я понятия не имею, что это, но собираюсь выяснить. Оповести экипаж. Пусть все будут наготове. Это может означать что угодно.
— Так точно!
Шепард повернулся к Тали. Та стояла, протягивая ему его рубашку.
— Вот, — сказала она. — Разберись, в чём дело. А я пока надену костюм.
— Да, любимая, — ответил он, натягивая рубашку. Прихватив по пути ботинки, он вышел за порог каюты. Перед тем, как дверь закрылась, капитан слабо улыбнулся кварианке: — Мы продолжим наш показ мод чуть позже.
Развернувшись, он нажал на голографическую кнопку вызова лифта, одновременно влезая одной ногой в ботинок. Второй он надел уже в кабине, спускаясь вниз.

Быстро шагая по БИЦ, капитан услышал объявление из динамиков громкой связи:
— Внимание всему экипажу. Только что «Нормандия» была заблокирована и все средства связи с внешним миром отключены. Коммандер Шепард дал указание всем находиться на своих местах и быть в полной боеготовности. Я повторяю, судно было заблокировано, а средства связи отключены, будьте готовы ко всему!
Шепард вступил на мостик.
— Что происходит, Джокер?
— Понятия не имею, коммандер, — ответил он, повернув кресло к капитану. — Я уже сказал вам всё, что знаю. Мы полностью отрезаны от мира. Мне это до боли знакомо, а вам?
— Искренне надеюсь, что это не происки Совета… Им незачем удерживать нас, — Шепард повернул голову к голубой сфере рядом с пилотом: — Что скажешь, СУЗИ? Возможно ли обойти эту блокировку в случае, если это не какая-то ошибка?
— Боюсь, нет, Шепард, — произнёс спокойный синтетический голос. — Блокировочные протоколы, используемые в доках Цитадели, разработаны так, чтобы их можно было обойти лишь вручную из центра управления. К тому же мои внешние средства связи глушатся генератором помех, встроенным в причальное оборудование. Это стандартное устройство безопасности во всех доках Цитадели, подавляющее сигналы на всех возможных частотах. Я ничего не могу сделать.
— Проклятье! — прорычал коммандер, инстинктивно сжимая кулаки.
— Шепард, перед шлюзом находятся несколько сотрудников СБЦ. Они пытаются связаться с нами при помощи внешних коммуникаторов, — сообщила СУЗИ.
— О, чёрт, — недовольно бросил Джокер и вывел на основные мониторы изображение с камер возле шлюза. Взору Шепарда предстала группа офицеров службы безопасности — все до единого вооружённые и в полной боевой экипировке.
Капитан несколько секунд неотрывно смотрел на них, затем произнёс тихим, конспиративным шёпотом, словно они могли его услышать:
— Это выглядит чертовски нехорошо. СУЗИ, ты уверена, что «Нормандия» не может улететь прямо сейчас? У нас совсем нет выхода?
— Нет, Шепард, — ответил ИИ. — Единственный возможный вариант — попытаться стартовать немедленно, будучи пришвартованными, однако с учётом силы магнитных захватов это приведёт к значительным повреждениям корабля, в том числе к потере одной из силовых установок и обширным повреждениям корпуса.
— Что ж, тогда у нас нет выбора, — вздохнул он. — Пойду и узнаю, что им нужно.
— Мне это не нравится, коммандер, — предостерёг его Джокер.
— Да и мне тоже, — ответил Шепард и направился к стыковочному шлюзу. Пилот поднялся и, хромая, последовал за ним.

Дверь шлюза распахнулась, и капитан шагнул наружу. На причале его встретили многочисленные офицеры СБЦ. Перед тем, как что-то сказать, Шепард подметил, что среди них не было ни одного человека — почти все турианцы, за исключением двух саларианцев и одной азари. Несмотря на то, что подавляющее число сотрудников СБЦ и являлось турианцами, было странно видеть перед собой такую большую группу, состоящую из одних лишь инопланетников. Однако в том, что они и вправду представители службы безопасности, сомневаться не приходилось: голографические бейджи и стандартные комплекты тяжёлой амуниции говорили сами за себя.
— Добрый день, офицеры, — осторожно начал Шепард, не теряя бдительности и не спуская глаз с нежданных гостей. — Чем могу вам помочь?
Видимо, даже тяжёлая броня не сильно прибавляла собравшимся решимости, так как в их глазах явно читались настороженность и беспокойство. Наконец вперёд выступил командир-турианец:
— Вы Спектр Джон Шепард, бывший офицер Альянса?
— Это я. Что всё это значит?
Немного помедлив, офицер заявил:
— У меня есть ордер на ваш арест, выданный мне по распоряжению Совета.
— Что? — переспросил Шепард, не веря своим ушам. — На каком основании?
— Пункт 2190 статьи 149 Уголовного Кодекса Цитадели «Заговор с целью совершения государственной измены».
— Государственной измены?! — громко воскликнул капитан. — О чём вы говорите?
— Это, должно быть, какая-то ошибка, — раздался голос Гарруса из-за его спины. Обернувшись, Шепард увидел, что сзади, кроме его турианского друга и Джокера, стояли ещё Миранда, Джейкоб, Джек и Грюнт.
— Боюсь, никакой ошибки нет, — вздохнул офицер. Он был явно не в восторге оттого, что ему приходится арестовывать самого коммандера Шепарда, героя Битвы за Цитадель. — Мы имеем право применить… крайние меры в случае необходимости, — предупредил он.
— Ну попробуйте! — громко прорычал Грант и в подтверждение серьёзности своих слов с силой ударил кулаком об ладонь.
— Только скажите, и я отправлю этих идиотов в долгий полёт, — сказала Джек, вокруг неё замерцало голубоватое свечение.
Офицеры СБЦ моментально подняли свои винтовки. Азари приняла защитную позу и тоже окружила себя биотическим полем. Обе группы стояли неподвижно, пристально следя за противником.
Шепард поднял руку, призывая своих успокоиться.
— Отставить! Эти офицеры просто выполняют приказ, и я не хочу всё усложнять.
После этих слов все немного расслабились. Капитан повернулся к своей команде:
— Я не знаю, что происходит, но знаю точно, что никакой вины на мне не лежит. Я собираюсь сотрудничать с ними и разобраться в ситуации.
— Вы уверены, что это разумный поступок, коммандер? — спросила Миранда.
— Нет, — прямо ответил он, — но выбор у нас невелик. Я хочу, чтобы вы все тоже выполняли указания Службы Безопасности. Попытайтесь связаться с Советником Андерсоном, узнайте у него, что случилось. Если кто и может помочь нам, то только он.
— Дэвид Андерсон отстранён от должности Советника, — сказал турианский офицер.
Шепард резко развернулся и ошеломлённо глянул на него:
— Как это — отстранён? Да что за хрень тут творится?!
— Подробностей я не знаю. Мне приказали арестовать вас и сопроводить в здание суда на территории СБЦ в Президиуме, где вы немедленно предстанете перед лицом Совета. Там вы и сможете задать ваши вопросы. А теперь прошу вас, пройдёмте с нами.
Шепард в последний раз посмотрел на свою команду. Ему очень хотелось попрощаться с Тали, но, к сожалению, её здесь не было, что неудивительно; чтобы выйти, ей нужно было надеть свой костюм, а это долгий и непростой процесс. Тихо вздохнув, он слабо, но уверенно улыбнулся:
— Не волнуйтесь, друзья, я разберусь во всём этом. Скоро увидимся. Берегите себя и не забывайте держаться вместе; ничто не сможет сломить вас, если вы будете командой.
Искусству мастерски изображать оптимизм, как и подобает лидеру, Шепард научился ещё давно.
Сказав это, он повернулся и подошёл к офицерам, держа руки за головой — положение, печально знакомое ему ещё с юности. Командир группы развернул его, опустил его руки за спину и сцепил их наручниками.
Капитана провели до подготовленного заранее бронированного тюремного челнока. За секунду до того, как толстая дверь шаттла закрылась, до его слуха донеслось то, что он всем сердцем мечтал услышать и в то же время очень не хотел: голос Тали.
— Шепард! — в отчаянии звала она его, прорываясь сквозь ряды членов экипажа «Нормандии» и безуспешно пытаясь догнать отбывающий челнок.
Он успел лишь бросить короткий взгляд на неё перед тем, как дверь наглухо захлопнулась, но этого взгляда было достаточно, чтобы картина отчаянно бегущей к нему Тали надолго отпечаталась в его памяти.


***


Шепарда вели по охраняемой зоне внутри Президиума, принадлежащей СБЦ, как и говорил турианский офицер. На этой территории капитан никогда раньше не бывал, но она мало чем отличалась от других с вечно торопящимися по своим делам многочисленными сотрудниками Службы Безопасности. Около входа он заметил пост охраны, точно такой же, как и в Башне Цитадели. Как арестанта, его провели через боковой вход, но посетители, перед тем как попасть внутрь, очевидно, должны были пройти через сканирующие устройства.
Ещё он подметил, что большинство встречных офицеров — в основном это были турианцы — смотрели на него с выражением удивления и непонимания, некоторые даже начинали перешёптываться о чём-то. Вид Героя Цитадели в наручниках явно производил на них сильное и странное впечатление. Среди сотрудников до сих пор не было видно ни одного человека, и Шепард подумал, что Совет послал на его арест группу, состоящую из инопланетников, лишь потому, что офицеры-люди могли не подчиниться и не арестовать героя их расы. Ведь даже турианский агент явно сожалел о том, что ему приходится делать.

Наконец конвой достиг точки назначения — скромной комнаты для заседаний на третьем этаже. Кроме охранника у двери, в зале виднелась лишь одинокая фигура, стоящая около скамьи подсудимых. Это был турианец, чью лицевую окраску и униформу Шепард узнал сразу: Венари Паллин, глава СБЦ. Коммандер не знал даже, радоваться ему от такой встречи или огорчаться.
Подойдя к Паллину, Шепард почувствовал, что с него сняли наручники, и он смог наконец спокойно сложить руки перед собой.
— Присаживайтесь, — турианец указал ему на скамью перед трибуной для судей. На самой трибуне располагались голографические проекторы, предназначенные, очевидно, для Советников; впрочем, в том, что они не придут на заседание лично, ничего удивительного не было.
— Директор Паллин, мы давно не виделись, — сказал, Шепард, усевшись. — Вы можете сказать, что происходит? Почему меня будут судить сразу, без какой-то предварительной подготовки? Почему нет ни одного свидетеля? И где мой адвокат?
— К сожалению, вы правы, коммандер Шепард, — ответил Паллин. От такого формального обращения капитану слегка полегчало. — Эта процедура выходит за рамки стандартной, и мне это не нравится. Законы и предписания существуют для того, чтобы их выполнять. По правилам вас должны были доставить в камеру предварительного заключения, после чего дать время на поиск и подготовку адвоката. Затем вам предъявили бы обвинения, и вы смогли бы признать или не признать себя виновным. Если вы не признаёте себя виновным, ваше дело передают…
— Да, я знаю, — прервал его Шепард. — Я знаю, как происходит этот процесс что на Цитадели, что на Земле, но почему со мной поступают не по закону? Как это понимать?
— Так же, как и вы, Спектры, вольны поступать не по закону во время ваших заданий, — произнёс Паллин с оттенком презрения в голосе, и Шепард сразу вспомнил о нелюбви директора к Спектрам. — Совет имеет право пренебрегать стандартными процедурами, если дело касается крайне серьёзных преступлений вроде государственной измены. Советники будут председательствовать на этом заседании и на последующем суде, если вы не признаете себя виновным.
— Конечно, чёрт побери, я не признаю себя виновным! — заявил Шепард. — Я не сделал ничего противозаконного! Может, мне хотя бы предоставят адвоката, или Совет собирается лишить меня всех мои прав и устраивает тут судебные разборки только ради показухи?
— Поверьте, коммандер, мне и самому неприятно говорить это, но вне зависимости от того, виновны вы или нет, Совет вправе лишить вас адвоката. Но всё же я не думаю, что они опустятся до такого. Подобного ещё не случалось за всю историю Цитадели, и если они лишат вас даже такого базового права, как право на защиту, это может привести к массовым протестам и даже бунтам. Я уверен, что адвокат у вас будет, но, правда, не сейчас. Полагаю, они просто хотят быстро и без лишнего шума упечь вас за решётку.
Шепард вздохнул и покачал головой:
— И когда начнётся заседание?
— Скоро. Я рассказал вам всё, что знаю, и должен идти. Я не имею никого отношения к вашему суду. Меня направили сюда по приказу Совета, чтобы побыстрее ввести вас в курс дела.
Паллин повернулся и направился к выходу. Тихий звук его шагов был отчётливо слышен в пустом зале.
— Директор! — окликнул его Шепард.
— Да? — отозвался Паллин, не оборачиваясь.
— Вы на моей стороне в этом?
— Я на стороне закона и порядка, коммандер, — ответил он, повернувшись. — Но тем не менее мне тяжело представить, что такой человек, как вы, и в самом деле виновен в измене. Удачи.
С этими словами он вышел из помещения. Когда его шаги стихли, в зале воцарилась полная тишина.

Шепард уже так долго ждал начала суда, что совершенно потерял счёт минутам. Однако всё это время его разум был занят размышлениями о возможных причинах, по которым он оказался здесь, на скамье подсудимых, обвинённый в государственной измене. Множество мыслей приходило ему в голову, но все они казались каким-то бредом.
«Может, это из-за моего сотрудничества с „Цербером”? Меня даже предупреждали, что технически это измена, но ведь я оборвал все связи с ними, и Совет знает это. Да и вообще, они бы давно уже арестовали меня, если б это было проблемой. Может, дело в СУЗИ? Она ведь вне закона. Но ведь это не измена, да и откуда им вообще знать про неё? Да и Легион тут ни при чём, они вообще думают, что это простой мех, только похожий на гета. Может, Серый Посредник? Да, это может быть причиной… А хотя… Нет, нет, это вздор какой-то. Наверное, всё же дело в „Цербере”. Должно быть, они думают, что я до сих пор работаю на Призрака. Это больше всего похоже на правду. Надеюсь, что это так, в таком случае будет очень легко доказать, что я не…»

Внезапно тишина нарушилась тихим шипением статических помех, доносившимся из голографических проекторов. Как только аппараты включились, перед Шепардом появились изображения трёх Советников — турианца, саларианца и азари. Андерсона, как и опасался коммандер, не было.
Шепард решил не терять времени даром:
— Что происходит, Советники? Почему меня арестовали? Что случилось с Андерсоном?
Несколько секунд никто ему не отвечал, но потом, как и обычно, первой выступила азари:
— Вы арестованы за попытку совершения государственной измены. Дэвид Андерсон был полностью против нашего решения взять вас под стражу. Когда мы решили действовать, невзирая на его протест, он снял с себя полномочия Советника. В данный момент он также задержан, так как мог заранее предупредить вас о наших намерениях.
— Он нарушил закон Цитадели, — продолжил саларианец, — когда снял блокировку с «Нормандии» во время инцидента с Сареном. Тогда его действия были признаны правильными, но эта история показывает, что он способен повторить это снова, и мы не сомневаемся, что он и повторил бы. Но так как он не совершил ничего противозаконного, мы освободим его из-под стражи после окончания вашего суда.
— Вы ублюдки! — прорычал Шепард. — Вот как Советники делают свою работу — начинают грызться друг с другом, если один не согласен с остальными! Да как вы вообще можете чем-то управлять?
— Андерсон был очень недоволен нашим решением, — спокойно объяснила азари. — Он подал в отставку, заявив, что больше не хочет иметь с нами дело. Ещё он сказал, что будет оказывать вам помощь любым возможным способом. С учётом его действий в прошлом мы расценили это как угрозу и были вынуждены взять его под стражу, чтобы быть уверенными, что он не вмешается в ход дела.
«Вот сволочи! Они изначально хотели этого, я-то знаю, им не нравилось, что Андерсон вошёл в Совет. Он никогда не был двуличным лживым политиком, как они».
— Просто скажите, почему я здесь, — сухо произнёс Шепард.
— Джон Шепард, вы здесь по обвинению в заговоре с целью совершения государственной измены, — ответила азари. — Признаёте ли вы себя виновным?
— Я уже устал слушать одно и то же! Меня интересует, почему вы меня в этом обвиняете?
— Всему своё время. А сейчас, пожалуйста, следуйте процедуре, или вы понесёте дополнительное наказание за проявление неуважения к суду. Вы признаёте себя виновным?
«Следовать процедуре? Вы, лицемерные ублюдки, если мы следуем процедуре, то где мой адвокат?»
— Я не считаю себя виновным, — уверенно заявил Шепард.
Выждав несколько секунд, азари снова начала говорить:
— Что касается причин вашего обвинения, помните ли вы нашу последнюю встречу, когда я упомянула о «бритве Оккама»?
— Припоминаю.
— Вот почему вы здесь — потому что мы, Совет Цитадели, пришли к самому простому объяснению всего, что ранее ставило нас в тупик.
Капитана так и подмывало прикрикнуть на азари, чтобы она поскорее начала говорить по существу, но вместо этого он продолжал спокойно стоять и слушать Советницу.
— В самом начале вашей миссии по поимке Сарена, — продолжила она, — мы впервые услышали о Жнецах. Нам сразу стало очевидно, что Жнецы — лишь вымысел, миф, придуманный Сареном, чтобы успешно манипулировать гетами. Ведь нет лучшего способа обмануть и подчинить себе расу разумных машин, чем объявить себя служителем другой, гораздо более продвинутой синтетической расы. К сожалению, в эту паутину лжи попались и вы, коммандер. Во всяком случае, так мы думали до настоящего времени.
Шепард не удержался и демонстративно закатил глаза. Азари продолжала говорить, не обращая внимания на этот жест или попросту не зная его значения.
— В течение долгого времени нас смущал тот факт, что вы поверили в столь очевидный вымысел. Вы яркая личность, коммандер Шепард, и нас всегда удивляло, что некто с вашим статусом так легко попался на удочку Сарена. Более того, мы были шокированы, когда на прошлой встрече вы попытались убедить нас, что Властелин не был построен Коллекционерами. С новыми данными, которые вы получили в ходе миссии, вам это почти удалось, но в то же время вы сами представили нам доказательства, что Жнецы являются лишь супердредноутами, созданными загадочными Коллекционерами, а не тем, чем вы их считаете. Вот почему ваша вера в существование Жнецов так удивила нас — ведь у вас были доказательства обратного, и теперь верить в них не было никакого смысла.
Шепард напряжённо, не отводя глаз, смотрел на азари:
— К чему вы клоните?
— К тому, что мы нашли самое простое объяснению всему происходящему: на самом деле вы не верите в ложь Сарена, вы не верите в Жнецов и никогда не верили, а лишь делали вид. Вы с самого начала знали про миф, созданный Сареном.
На лице Шепарда застыло выражение замешательства.
— Вы видели, как близок был Сарен к завоеванию Цитадели, — взял слово турианец. — С банальным мифом о Жнецах ему удалось собрать себе в помощь огромный флот гетов и атаковать с ним Цитадель, что едва не привело к его триумфу. Сейчас для нас очевидно, что, наблюдая за успехами Сарена и зная, каким путём он их добился, вы решили пойти по его стопам.
— Что?! — вскричал Шепард, вскочив со скамьи; от его резкого движения та завалилась набок. — Вы думаете, что я пытаюсь подражать Сарену? Что я пытаюсь завершить то, что начал он? Да вы все тут с ума посходили!
— У нас есть множество фактов, подтверждающих наши догадки, коммандер, — ответил саларианец. — К примеру, перед нашей последней встречей в Башне Цитадели вы проходили через пост охраны. В логе сканирующего устройства сохранились данные об огромном количестве кибернетики, имплантированной в ваше тело. Большая её часть не является стандартными медицинскими имплантатами, мы не знаем точно, что она собой представляет, и даже наши научные консультанты не в силах определить её происхождение и назначение. У Сарена тоже имелось значительное количество чужеродных имплантатов, предположительно для упрощения связи с гетами.
— Мои имплантаты не имеют никакого отношения к гетам! — немедленно возразил Шепард. — С их помощью меня вернули к жизни после нападения на «Нормандию» два года назад!
— Цель вашего оживления нам также неясна, — сказал турианец. — К тому же в медицинских архивах всех известных рас нет ни одного задокументированного случая возвращения умершего существа к жизни по прошествии двух лет с момента смерти. Это совершенно невозможно.
— Я говорю правду. «Цербер» вложил в моё воскрешение миллиарды кредитов. Им даже пришлось использовать технологии Жнецов для восстановления повреждённых тканей!
В этот момент Шепард заметил, что в ответ на его очередное упоминание Жнецов азари разочарованно вздохнула, а турианец слегка покачал головой. Видимо, они и вправду считали его веру в Жнецов лишь хорошо разыгранным спектаклем.
— На борту вашего корабля находится гет, не так ли? — спросила азари с плохо скрываемым раздражением.
— Да, — Шепард уже собирался объяснить им присутствие Легиона, но азари опередила его.
— Изначально мы думали, что это всего лишь трофейная платформа, но потом поняли, что это не так, что очень нас обеспокоило. Ранее никому не удавалось взять в плен функционирующего гета из-за их способности перегружать ядро памяти в случае опасности или смерти. Наши научные консультанты объяснили нам, что геты имеют множество встроенных систем безопасности и защиты памяти, что делает их невосприимчивыми к попыткам перепрограммирования; их нельзя взломать на сколь-нибудь значительный промежуток времени. Так мы сделали вывод, что гет находится в составе вашего экипажа по собственной воле. Это правда?
— Геты, следовавшие за Сареном, тоже действовали по своей воле, — вставил турианец перед тем, как Шепард ответил.
«Вот чёрт. Стоит ли вообще говорить им, что геты разделились, что те, которые шли за Сареном, также поклонялись Жнецам?»
— Геты раскололись на два враждующих лагеря, — он начал объяснять, намеренно избегая упоминания Жнецов. — Тот, что на моём корабле, принадлежит к группе, которая не последовала за Сареном; они не желают зла органикам и не имеют отношения к атакам на Иден Прайм и Цитадель.
Советники сразу же переглянулись. Они явно были обескуражены словами Шепарда, ведь это разрушало все их представления о гетах.
— В системы вашего корабля интегрирован настоящий искусственный интеллект под названием СУЗИ. Это так? — спросила азари. Намеренное игнорирование неугодных фактов было просто смешным, но Шепарду ничего не оставалось, как покачать головой.
— СУЗИ была создана «Цербером». Несмотря на всю её помощь, я никак не причастен к её установке на корабль.
— Есть ещё кое-что, — сказал саларианец. — Несколько месяцев назад вы наняли к себе в команду известного саларианского учёного и бывшего члена ГОР Мордина Солуса, не так ли? Того самого Мордина Солуса, который работал над проектом по модифицированию генофага несколько лет назад.
— Почему вы об этом спрашиваете?
— Мордин Солус — один из немногих в Галактике, кто работал над модификацией генофага, — продолжил турианец. 0- Он обладает глубокими познаниями в этой области. Вам очень нужен был учёный с такими специфическими навыками. А знаете, кто ещё был крайне заинтересован генофагом? Сарен Артериус!
— Я нанял Солуса не из-за его работы над генофагом, я даже не знал о ней до встречи с ним! Послушайте, вы не понимаете…
— Нет, мы всё понимаем, — резко оборвал его турианец. — Мы понимаем, что вы, подобно Сарену, распространяете миф о Жнецах. Как и Сарен, вы вступили в союз с гетами и используете нелегальный ИИ. И вы также работаете над излечением генофага!
За него продолжил саларианец, уже более спокойным тоном:
— Ваши кибернетические имплантаты, разумный корабль, союз с гетами, потенциальное лекарство от генофага, вся эта легенда о Жнецах… Слишком много общего между вами и Сареном, вы не находите? Конечно, можно считать всё вышеперечисленное косвенными доказательствами, но уж больно много этих доказательств. Вывод о том, что вы решили пойти по стопам Сарена, напрашивается сам собой. Имплантаты в вашем теле и ИИ вашего судна позволяют вам контактировать с гетами, а лекарство от генофага привлечёт на вашу сторону огромные армии кроганов — и всё это уже делал Сарен.
— Будете ли вы теперь отрицать, что стали человеческой версией Сарена? — вопросил турианец. — Я не удивлюсь, если мы однажды найдём гетский глайдер на вашем корабле!
— Эти пугающие параллели с Сареном и опасность, которую они представляют, и стали причиной вашего ареста, — сказала азари. — А сейчас, когда мы разъяснили вам суть обвинений, подведём итоги. В связи с чрезвычайным риском, связанным с вашими способностями, вы будете заключены под стражу до суда, который состоится через две недели. Когда вас определят в камеру заключения, вы сможете связаться с любым адвокатом по вашему усмотрению. Заседание окончено.
Шепард сокрушённо покачал головой; все его надежды воззвать к здравому смыслу рухнули. Он лишь тихо спросил:
— Когда вы признаете меня виновным — а я знаю, что это произойдёт вне зависимости от профессионализма моего адвоката, — какое наказание меня ждёт?
Азари глянула на него, словно ожидая чего-то, и наконец ответила:
— Наказание за измену — смертная казнь, — она резко замолкла и затем продолжила: — Однако вас обвиняют в заговоре с целью совершения государственной измены, поэтому максимум, что вам дадут, — пожизненное заключение.
С этими словами голографические изображения Советников исчезли.

Пока шло заседание, Шепарда просто разрывало изнутри от ярости и негодования. Ему хотелось наорать на Советников, словно от громкого крика они бы сразу всё поняли. Он едва сдержался, чтобы не разразиться проклятиями в их адрес, но теперь, когда всё кончилось, вся злоба, скопившаяся внутри, куда-то исчезла. На её место пришло чувство крайней подавленности и обречённости; это было самое большое поражение, которое он потерпел в своей жизни. Ощущение полного предательства и одиночества сжало его душу холодными цепями.
Как и Андерсон, Шепард прошёл через бесчисленные сражения и выживал там, где любой другой сложил бы голову, и всё это для того, чтобы быть побеждённым политиками — врагом, перед лицом которого бессильно любое оружие.
Он громко вздохнул, с головой погрузившись в отчаянье. Но вдруг сквозь плотную завесу мрачных мыслей пробился маленький лучик надежды, мира и счастья, который так долго поддерживал его на плаву посреди бесконечного океана кошмара: «Как бы я хотел, чтобы Тали была здесь…» — подумал Шепард, и в этот момент рука охранника опустилась на его плечо.



 

Отредактировано: Alzhbeta.


Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 30.08.2015 | 1083 | 6 | Daimio, мШепард, Тали, адамо, перевод | Daimio
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 28
Гостей: 24
Пользователей: 4

Mariya, bug_names_chuck, Доминирующее_звено, stalkerShepard
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт