Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Рабочий момент. Глава 4. Крысиные бега.

Персонажи: ОС.
Статус: в процессе.
Описание: После провала высадки и неудачной попытки отследить транспорт кварианцев, в расследовании намечался сдвиг. Через час-другой Альбрехт при помощи пыток вытрясет необходимую информацию, и пиратов уже ничего не спасёт от возмездия. Но внезапные технические неполадки вносят свои коррективы в дела наёмников.

 
 



 Комната отдыха вспомогательного крейсера «Кристалл» была обычным глухим кубриком со столами, стульями и койкоместами в три этажа. Но было в ней нечто притягательное. Что-то такое, что влекло к ней весь свободный от вахты экипаж и заставляло облизываться, глядя на закрытый кодом капитана несгораемый шкаф. Там, под толстым-толстым слоем композитного материала хранились главные рекреационные ресурсы корабля — батареи бутылок с натуральным алкоголем на любой вкус цвет и белковую структуру. Надоело НЕ мучиться похмельем после синтезированной русской водки? Тогда вам сюда. Выпей и прочувствуй все прелести интоксикации на своём собственном организме. Никаких полумер. В этом воплощалась проклятая суть натуральной водки, комнаты отдыха и главной вдохновительницы этого помещения капитана Элис Хейдук.

 Комната отдыха. Я был там и лил в себя высокооктановое спиртное прямо из горла, не заботясь ни о его названии, ни о своей слизистой, ни о грядущем похмелье. Забыться? Это не наш выбор. Убиться? Стоит об этом подумать после второй бутылки. А пока я взирал на себя под углом в сорок градусов и ужасался степени своей трусости. Вот так: профессиональный головорез с почти десятилетним стажем на поверку оказался далеко не смелым человеком. Ещё мать моя родная напутственно говорила мне это в спину, перед тем как я навсегда исчез из дома в жерле призывного пункта. «Ты по натуре трус и слабак. У тебя никогда не хватало сил довести что-то до конца. Ты и теперь струсишь, скажешь, что с тебя хватит и дезертируешь, как дезертировал раньше от жизни. Вот только если жизнь тебе спускала это с рук, флот тебе этого не простит...». Мама ошиблась. Я выдержал. Сначала ВКС, потом более сытные «Хьюмен Файнес Дефенс» и «Дикие Гуси капитана Элис Хэйдук». Мне удалось свыкнутся с этой работой, подружиться с ней, и теперь уже никто не собирался дезертировать. Но наладить отношения с жизнью я так и не смог. А она больше прощать мне мою трусость не собиралась. Расплата пришла в виде кварианки, которая сейчас находилась в пыточной камере, в компании Альбрехта и Дока Джонса. А я пил в баре.
 Чего я испугался тогда, на Илиуме? Того, как я буду знакомить Рану с мамой? Смешно. Мы даже не общались с момента моего ухода в ВКС. Да и стыдно такое думать, когда тебе за тридцатник. Того, что мы с Раной разные? Мужчина и женщина уже достаточно функционально разные существа. Отсюда и разница во взглядах, ценностях, системе поведения. Нет, это всё бред. Я испугался того, что придется делать выбор. Окончательный. И выбор не только за себя. Рана тогда тоже перепугалась, у неё были свои мотивы, которые я понимаю. Но прояви я тогда волю, её «да» было бы просто вопросом времени и моей настойчивости. Вот и всё.
 Я посмотрел на бутылку — в себя мне удалось влить не больше четверти объёма. Можно было просто прополоскать рот для запаха, потому что дури у меня своей хватает. Но я нуждался в детонаторе, который подорвёт не только её. И он сработал. Остальные три четверти отправились на правую руку, смыв с неё кровь и продезинфицировав порез. С одной раной было покончено. Вторая на очереди.
 

2.


 Каюта капитана не отличалась ни большим пространством, ни особым удобством. Единственным её достоинством было то, что она была отдельной.
Капитан Элис Хэйдук сидела за своим рабочий столом в компании стакана, бутылки виски и контейнера колотого льда. Так сказать, со старыми, но достаточно редкими в последнее время друзьями. Когда очередная порция «шотландца» затекла в стакан, а оттуда в капитанский желудок, Элис задумалась о положении дел. После провала высадки и неудачной попытки отследить транспорт кварианцев, в них намечался сдвиг. Через час-другой Альбрехт сломает крысоногую сучку, и она всё расскажет. А если нет, останется ещё вариант, который предложил Хендрейк. Малыш Дрейки хоть и был чрезмерно правильным для её команды, но именно поэтому он в ней и числился. Его методы были реальной альтернативой необходимой жестокости, которую проповедовала Хэйдук. Его «правильность» всегда позволяла преуспеть там, где не срабатывала опытность ФонВасина и осторожность Курта.
 Элис плеснула ещё малость шотландца в стакан и принялась потягивать его, получая удовольствие, когда контрастный напиток сначала льдом попадает в желудок, а затем огнём разливается по всему телу и доходит до головы, унося из неё всю бесплодную суету мира сего...
 Идиллию разрушил звук вызова по внутренней связи. Капитан тяжело вздохнула, печально посмотрела на стакан и вслух сказала: «Прости, дела». Затем она приняла вызов.
— Капитан Хэйдук здесь.
 На другом конце послышался голос дежурного офицера Макса Холондера.
— Капитан, у нас сбой в некоторых системах. Отказало СУО и управление системой безопасностью. Принимаю меры по устранению сбоя, но боюсь, что пока они не совсем действенны.
 Элис эмоционально выругалась.
— Батарианский кусок дерьма, а не корабль. Насколько всё плохо, Макс?
 Голос Холандера был не особо взволнованный, как будто он сообщал о не критической неполадке, а о том, что в гальюне сломался кран для моющей жидкости.
— Ожидаемое время починки назвать трудно. Ошибка, судя по всему, программного характера. Я связывался с Хендрейком, но он серьёзно выпил, и единственное, что я понял из его пьяного лепета, было то, что слетели учётные записи ВИ рейдера.
 Элис в сердцах сплюнула. Это были не мелкие программные неполадки, которыми «чудо батарианского кораблестроения» постоянно терроризировало её экипаж. Это было кое-что похуже. Было удивительно, что помощник шкипера, корчивший из себя всезнающего космического кадета, ещё не осознал этого.
— Твою мать, ты хоть понимаешь, что это значит? У нас нахрен заблокирован весь корабль!

Макс на время замолчал. Элис тем временем полезла под разложенную койку и начала оттуда вынимать вещи, остро необходимые при странных происшествиях на корабле. А именно: баллистический жилет с генератором кинетического барьера и дробовик «Катана» с запасными термозарядами.
— Извините, мэм, но если бы был заблокирован корабль, мы бы потеряли контроль над всеми система...
 Капитан не стала дожидаться, пока он закончит свою глупость.
— Да, и сорвались с орбиты, — сказала она, одновременно одевая на себя броню. — Нет, кто-то намерено заблокировал часть систем. Тот, кому этот корабль нужен целым. Макс, хватай оружие и готовься к обороне БИЦа. Параллельно растолкай своего шефа и зови Дрейка или Леви, а лучше обоих, и пусть починят эту долбаную машинку. Что там с дальними сканерами?
 До этого уверенный голос Холандера стал каким-то тихим и сдавленным. Последовал звук, как будто он сделал глубокий вздох, чтобы подавить волнение, а потом сказал.
— Вас понял, мэм, сейчас посмотрю... на них всё чисто.
— Хорошо, подымай, к хренам, тревогу по кораблю, пусть все готовятся к обороне.
 Вместо ответа последовала пауза в десяток секунд, и тот же неуверенный голос сказал:
— Мэм, вы оказались правы, все системы корабля не отзываться на мои команды, я... я не могу поднять тревогу...
 Капитан недобро усмехнулась сама себе. «Ещё бы я не была права», — подумал она, продолжая рассовывать термозаряды по карманам. Потом проверила работоспособность кинетического барьера и произнесла:
— Спокойно, Макс, я сейчас подойду к тебе.
 Голос Холандера окончательно сник:
— Я не знаю, как у вас это получится, мэм. Системой безопасности были заблокированы все двери и частично заблокирована внутренняя связь.
 Элис фыркнула и подошла к выходу из своей каюты.
— Это уже мои хреновы проблемы, — сказала она и принялась копаться в щитке управления работы дверей. Обесточив его, Элис вручную открыла их. Такое предстояло проделать ещё с дюжиной дверей, прежде чем добраться до БИЦ...

 

 

3. 


 Когда Николай сквозь сон услышал, что Холандер о чём-то общался с Хэйдук, он понял — произошло ЧП. Шкипер энергично начал выползать из своего гнезда под неработающей картой галактики, надеясь поспеть до окончания сеанса связи, но опоздал. Макс уже благополучно растрепал капитану то, что он в первую очередь должен был сообщить ему — шкиперу корабля(1).
— Мистер Холандер, и как это по вашему называется? Почему я узнаю о событиях на своём корабле позже, чем мисс Хэйдук? — спросил он своего помощника. Курт нарочно обозвал капитана «мисс», так обращались к младшим офицерским чинам на корабле.
 Но Макс был сильно взволнован происходящим, чтобы обращать внимание на такие тонкости. На него, бедного, в один момент свалилось слишком много, чтобы он мог правильно понимать и реагировал на всё. Корабль, который внезапно начинает жить своей жизнью, постоянно матерящийся капитан, пьяный офицер-электронщик и шеф, появившийся из ниоткуда — всё это больше всего напоминало Холандеру не работу наёмника, а опереточный пиратский корабль из какого-нибудь не очень дорогого юмористического сериала по Mtv-network. Он уставился на шкипера перепуганными глазами и дрожащим голосом начал извиняться:
— Простите сэр, я не знал, что вы уже на мостике. Докладываю...
 Курт жестом оборвал его.
— Не требуется, я уже всё слышал. С Мат связаться получилось?
 «Матом» Николай называл своего второго навигатора Матаву Ульрих, единственного человека, к которому он обращался не «мистер» или «мисс», а по имени, как к равной себе.
— Уже пробовал, сэр, но ничего не получилось. Перебои в связи. Даже вас вызвать не удалось, только капитана и лейтенанта Хендрейка, поэтому я и не сообщил вам...
 Неэмоциональный Курт не выдержал и нахмурился:
— Меня не волнуют ваши оправдания, мистер Холандер, мне нужен работоспособный корабль. Задачу поняли? Отключайте автоматический контроль над судном, я займусь резервными системами.
— Есть, сэр! — козырнул Макс и полез в шкаф управления электропитания БИЦа, но в последнюю секунду остановился и вопрошающе посмотрел на командира: — Сэр, но в случае неудачи мы получим мёртвый корабль!

 Николай тем временем полез в другой подобный шкаф. «Неудача, — думал он, — неужто этот идиот думает, что я настолько плохо знаю свой корабль, чтобы ему навредить? Нет, всё пройдёт хорошо». Шкипер ответил:
— В случаи неудачи, мистер Холандер, я вас забуду при экстренной эвакуации. Вы меня правильно поняли? Отключайте питание на блок JMFO1 на счёт три. Раз, два, три!
 Макс едва успел снять крышку с добраться до нужного модуля перед тем, как прозвучала команда на выключение. После чего свет в рубке погас.
— Понадобится провести некоторые ремонтные работы в машинном зале, — глубокомысленно заметил шкипер из темноты. «Машинным залом» гордо именовался тесный туннель под БИЦ, забитый разной электроникой, отвечающей за функционирование электронных систем корабля. — Мистер Холандер, я надеюсь, ваш инструметрон имеет функцию фонаря? Иначе — рисковать жизнью и лезть в туннель будете вы. А мне, так уж и быть, придётся вам посветить. Кстати, паяльник на этот случай у вас, надеюсь, тоже предустановлен?
— Нет, сэр, паяльника у меня нет. Фонарика тоже, — ответил Макс.
— Хм... Тогда откройте свой инструметрон для приёма файлов. Я вам переброшу необходимые программные модули. Микросборщик у вас, надеюсь, установлен?
 Холандер немного замялся.
— Да, сэр... Но боюсь, что у меня «омник» модели АйТрон, и устанавливать дополнительные модули я могу только через АйТулс, так что в машинный зал лезть придётся вам. Но я вам посвечу чем-нибудь, вот например «Энгри Турианс», там достаточно яркое меню...
— Мистер Холандер, если мы выживем, не забудьте установить себе «джайлбрейк». Иначе я выкину ваш инструметрон за борт вместе с вами.
— Простите, сэр. Я тогда потеряю гарантию, а я за него заплатил двенадцать тысяч кредитов. Это 64-петабайтная версия, мне её просто нигде потом не купить...
 В темноте раздался хлопок, как будто кто-то резко ударил ладонью по своему лицу.

 

 

 

 

4.


 Элис прошла сквозь очередную дверь, когда прозвучал звук вызова из встроенного в инструметрон коммуникатора. «Странно, ещё пять минут назад все каналы лежали», — подумала Хэйдук и приняла вызов.
— Командор Элис Хэйдук, научно-исследовательский корабль ВКС Альянса «Витязь» на связи, с кем я говорю?
 Тишина. Потом прозвучал облегчённый выдох, и с другой стороны линии связи раздался радостный голос специалиста Леви:
— Натан Леви здесь. Я на запасном посту управления седьмым БЧ, восстанавливаю контроль над системами. Как вы там, капитан, держитесь? Вижу, что ничего, если шутите.
 Элис улыбнулась сама себе. В каждой шутке есть доля правды.
— Дела дерьмо, Натан. Я на пути на центральный пост. Про шутку — просто я думала, что со мной связались наши потенциальные похитители, и сморозила первое, что пришло в голову. Пусть поломают голову над услышанной информацией. Вдруг, правда? Что там с поломкой? Связь уже восстановили, или это случайный прострел?
 Леви был куда вразумительный собеседник, чем Холандер, и главное, более деловой. А ещё — более самостоятельный. Ему не нужен был начальник, который бы стоял над ним и говорил, что делать. Наоборот, ему нужен был тормоз, удерживающий его за уздцы и мешающий ринуться в опасную пучину мирового прогресса. Такой, например, как Хендрейк.
— Все системы в норме. Был скачок напряжения в БИЦ, и центральный ВИ отключился. Но на работоспособность корабельных систем это не повлияло, сработало резервирование, пока я переключил контроль на себя. А вот система безопасности, СУО и навигация так в порядок и не пришли. Судя по всему, слетели учётные записи офицеров корабля, и сработал протокол этой чёртовой параноидальной батарианской защиты от бунтов и прочих внутренних неприятностей. Поэтому безопасность заблокировала все двери и начала глушить все внутренние переговоры. Доступа к ней нет, и прекратить это безобразие у меня пока не получается. Дрейк говорит, что просто нужно подождать «тайм аут», пока сработает служба восстановления учётных записей. Или провести экстренное восстановление. Первое займёт часа два, а второе провернуть без ключа доступа уровня командования эскадры нереально.
 Голос Леви излучал спокойствие и уверенность, как будто всё происходило на учениях. «Ещё бы, — думала Элис, — с его-то знанием электроники». Вот только общая ситуация на корабле ему была неизвестна. И слава богу. Иначе он бы начал паниковать и допускать ошибки. А от правильности его действий зависит судьба корабля. Действий его и Хендрейка.
— Корвин рядом с тобой? — спросила Элис.
— Никак нет, мэм, — ответил Леви, — он наладил связь с Максом, приказал ему ничего не трогать и никуда не лезть, а главное, не давать это делать его начальнику Николаю. Потом выдал мне общие рекомендации и умотал «налаживать связь с БЧ2 вручную». Ну вы знаете, он старорежимный, как и все бывшие. Ну а я немножко покрутил в одном месте, попаял в другом и в итоге нашёл вас.
 Вот! Этого Элис боялась. Она продолжила движение, обесточила дверь и принялась раздвигать её, протискиваясь в образовавшуюся щель. Кажется, скрыть ситуацию на корабле от Леви всё-таки не удастся.
— Хорошо, Натан, продолжай в том же духе. Увидишь, пардон, услышишь Дрейка, скажешь, чтобы держал ухо востро, а оружие снял с предохранителя. Тебя это тоже касается. И найди ФонВасина, проверь: живой он или нет. Дистанционно, естественно.
— Что-то серьёзное, мэм?
— Да, кварианка вырвалась на свободу. Я не сомневаюсь, что все эти сбои — её работа. И ещё — в ближайшее время нам стоит ожидать её друзей «в гости».

 

 

 

 

5.


 Жуткое место под названием «Пыточная», было всего лишь дополнительным медблоком с более крепкими дверьми и хорошей шумоизоляцией. В остальном, кроме назначения, никакой разницы. Альбрехт ФонВасин сидел на импровизированной скамейке, какой-то разновидности медицинской мебели, вынесенной в предбанник «пыточной» и обсуждал с сидящим рядом доком Джонсоном насущные проблемы. Разговор шёл бойко, обсуждалось всё: политика, «как страшно стало жить», семья, дети. Всё что угодно, лишь бы отвлечься от «основного» занятия.
 Надо ли говорить, что Альбрехт не любил эту «работу»? Но дома его ждали пятеро детей и всем им надо было что-то есть, во что-то одеваться, на что-то учиться в колледже, когда они подрастут. Особого выбора работы у ФонВасина не было — он умел только убивать. Если надо — быстро, если надо — медленно. Ещё он умел готовить еду, но, увы, заработать этим занятием достаточно денег было практически нереально. Флот, правда, тоже платил не так уж и много. Вот и пришлось Альбрехту идти на поклон к Элис, когда та ушла на вольные хлеба. Конечно, идя в наёмники, он сильно рисковал оставить детей вообще без кормильца, но с другой стороны, ещё год, два и можно было уходить на пенсию. В ВКС ему бы подобное не грозило, хотя риск погибнуть при исполнении был ничуть не меньше. А доходы скромнее в разы. Вот так счастливый отец семейства и вынужден был мириться с малым злом «пыточных процедур», чтобы избежать большего зла — прозябания семьи.
— Говорю вам, Док, страшно стало жить. Геты, пираты, батарианцы, тупые сетевые шоу. Неизвестно, что ещё хуже. Я лично считаю, что шоу. Бесят они не хуже, чем геты и пираты вместе взятые. Только в отличие от этих двух, я не могу взять в руки автомат и пустить пулю в лоб тому, кто до этого всего додумался, — Альбрехт говорил эмоционально и, как ни странно, серьёзно. Со стороны это звучала как старческое ворчание, хотя ФонВасину не было ещё и сорока пяти.
— В корне не согласен, Эл. Всё это абсолютно не страшно. Шоу можно не смотреть. С пиратами можно не связываться. А за Вуаль Персея можно не летать. И вообще, нужно иметь позитивный настрой и веру в прогресс и торжество гуманизма, — ответил ему Док Джонс. Это была дежурная фраза для поддержания разговора в стиле «диалог пессимиста и оптимиста». Сам-то Док уже не верил ни в прогресс, ни в гуманизм. Несколько месяцев участия в «пыточных процедурах» серьёзно подорвали его моральное здоровье и чуть не превратили его в форменного алкоголика. Док так и не научился отделять работу от жизни. Он уже подумывал о «списании на берег», но отсутствие лицензии на врачебную деятельность в пространстве Цитадели и хорошие деньги удерживали его от «окончательного решения медицинского вопроса».

— Не смотреть шоу? Док, вы хоть сами верите, в то, что говорите? Не смотреть шоу... А чем тогда заниматься? Нет, я с вами согласен, действительно, можно не смотреть. Мне, как взрослому человеку, видавшему виды и съевшему пуд лиха. Но что делать молодёжи? Работать? Вы современную молодёжь видели? Где она, а где работа? Вот поэтому мне и страшно. Не за себя, а за своих детей. Как они будут жить и работать в этом мире, я не представляю.
 Док промолчал. Можно было много разглагольствовать, как ФонВасин, о судьбе современной молодёжи. О том, что они растут бесчувственными, тупыми и ленивыми, но при этом горбатиться на двух, трёх работах. Брать сверхурочные. В буквальном и в переносном смысле гореть на работе, но при этом давать молодёжи всё, что ей надо... Всё, что бы она именно такой, как ты боишься, и выросла.
— Ну ладно, — продолжал Альбрехт, — хватит о насущном. Док, что вы думаете о вашем текущем пациенте?
 Джонса передёрнуло от терминологии отставного «чифа».
— Думаю, что надо прекращать твои занятия, Ал. Иначе мы её потеряем.
— Точно? — с нотками недоверия спросил ФонВасин. В компетенции корабельного врача он, конечно, не сомневался. Джонс имел опыт лечения кварианцев, за что, кстати, и лишился лицензии. Тогда как у Альбрехта за спиной была только теоретическая подготовка, которую он получил в корпусе космической пехоты. И то, это были основы «прикладной ксенобиологии» турианцев. Так политкорректно назывался курс по проведению «допроса с пристрастием». В общем, дело было не в компетенции. Просто ФонВасин считал, что Джонсон был склонен к излишней мягкости и слишком жалел «пациентов». Поэтому полностью доверять его «авторитетному» мнению ФонВасин не мог.
 Доку, правда, было начхать на то, что считал «чиф». Ему хотелось поскорее закончить настолько неприятный ему процесс.
— Да, Ал, надо прекращать. Ещё одна доза твоей дряни, и мы её не откачаем.
 Альбрехт кивнул, решив, что в этот раз врач был прав. Он и сам почувствовал, что слишком переусердствовал. Но кто этих космических крыс знает? Да и легкий голод давал о себе знать.
— Тогда обеденный перерыв, Док, — заключил ФонВасин. — Что будете есть?
 Док снова промолчал. Его и так уже тошнило от еды и от того, кто её будет готовить. Но высказать он это не успел.
— Обед отменяется, ребята, на корабле ЧП, — прозвучало откуда-то со стороны. В боковую дверь протиснулся Хендрейк.

 

 

 

 

6.


 Когда я оказался внутри предбанника пыточной, ФонВасин уже взирал на меня с выгодной для него позиции в середине предбанника. Док решил меня такой чести не удостаивать и не вставал. Он просто удивлённо посмотрел в мою сторону, как будто не ожидал визита.
 Мой внешний вид явно произвёл на них сильное впечатление. На мне была одета моя личная броня с рисунком из крупных сот адаптивного камуфляжа, на нагрудных магнитных крепежах висел вариант «Цикады» со складным прикладом. Полноценная боевая экипировка для «силовой акции» из моих личных запасов. Так называемая «неучтёнка». Хотя Элис подобный постмодернизм из соображений стандартизации не разрешала, я всё же держал его в «загашнике» как резервный комплект оборудования на случай какого-нибудь ЧП. Вот оно и понадобилось.
— Что за чрезвычайное происшествие? — спросил отставной «чиф», пристально смотря мне прямо в глаза и шумно вдыхая ноздрями идущий от меня свежий перегар
 Я постарался на славу. От меня сильно разило спиртным, глаза были красные от чрезмерно расширившихся сосудов, а на лице застыла весёлая улыбка шестилетнего ребёнка. Ни Альбрехт, ни Док ни разу не видели, чтобы я напивался или вообще пил, но все симптомы на лицо, точнее на лице — помощник капитана был, как говорят, «под мухой». Конечно, так оно и было. Так все и должны думать.
— Подожди ты со своими происшествиями, Ал, — перебил ФонВасина Док. — Корвин, ты в порядке?
 Его взгляд практически проделал во мне дыру. Я жестом показал, что всё в порядке, нарочно сделав его не сильно убедительным и немного раскоординированным. Доку этого хватит. Меня больше занимал разговор с отставным ФонВасиным.
— Ничего особенного, Альбрехт. Слетели «учётки» некоторых систем корабля, — не убирая дурацкой улыбки с лица, ответил я.
 Всё было далеко не в порядке. «Слёт учётных записей» — так на сленге электронщиков назывался перехват управления электронными системами корабля «третьими лицами» из-за спланированной технической атаки на системы управления кораблём. За подобным ударом следовал абордаж беззащитного судна. ФонВасин знал это, так как сам пару раз участвовал в подобных операциях. Но вот доку это словосочетание ничего не говорило. Да он им и не интересовался. Его больше волновало другое.
— По-моему, Корвин, тебе всё-таки требуется помощь, и если ты откажешься, завтра ты об этом пожалеешь, — продолжал гнуть свою линии Док. Технические неполадки подождут. Главное, что перед ним находился человек, нуждающийся в немедленной медицинской помощи. Пусть даже и спасать его будут не от смерти, а от грядущего за ней похмелья.
 ФонВасин придерживался другой точки зрения. Для него безопасность корабля была прежде всего.
— Завтра может и не настать, если вы не заткнётесь, Док — жестко прервал врача Альбрехт, Джонсу это не понравилось, но ФонВасину было плевать на его уязвлённые чувства. — Дрейки, что за чёрт? Если всё так плохо, как ты говоришь, почему ты пьян и здесь, а не на центральном посту? И почему не объявили тревогу?
— Пьян? Нет, всё в норме, — я перестал улыбаться. — Ладно, шутки в сторону. Действительно, слегка перепил и мне бы не мешало хлебнуть чего-нибудь отрезвляющего. Док, сможете меня обеспечить чем-то подобным?
 Наконец до Джонса дошло, что его просто отсылают подальше, чтобы он не услышал чего-то такого, что ему не надо слышать. Доктор пристально посмотрел на меня, потом снова на Альбрехта, чтобы убедиться, правильно ли он нас понял. Ал медленно кивнул. Послан. Джонс дёрнул плечами и встал со стола. Дальнейший разговор будет проходить без него, но что же, как будет угодно этим двум джентльменам.
— Замечательно, просто замечательно. Ладно, — Джонсон затараторил как заправский саларианец. — Сейчас поищу что-нибудь подходящее. Здесь, конечно, не полноценный медпункт, но нужные препараты, думаю, найдутся...
— Идите уже, Док, — раздраженно произнёс Альбрехт.
 Джонс нервно закивал головой и скрылся из виду в пыточной. Альбрехт сделал шаг навстречу мне и еле слышно спросил.
— Насколько всё плохо, Корвин?
 Я попробовал обойти «чифа» справа и заглянуть через его левое плечо в пыточную. Получилось. Ракурс вполне позволял увидеть, что Джонс хотя бы делает вид, что не подслушивает.
— Плохо? Не то слово, — я перевел взгляд на «чифа». — Потерян контроль над кораблём. Ни к чему нету доступа. Линия связи и линия тревоги заблокированы. Даже гермодвери надо обесточивать и открывать вручную. Все похватали «неучтёнку» и готовятся к худшему.
 Он сосредоточенно смотрел на меня и сохранял каменное выражение лица, что бы я не говорил.
— Ты не ответил. Почему ты не на центральном посту согласно штатному расписанию, Корвин?
 Ох уж это штатное расписание... Я выдохнул пары алкоголя и процедил сквозь зубы.
— Почему я не на центральном посту? Связь, Ал. Я за неё отвечаю. Мы с Леви организовали запасной канал. Но там хитрый алгоритм подключения. На всякий случай всё надо делать вручную. Элис и Холандер уже подключились. Леви ищет Курта, но никак не может его найти. Я ищу тебя. Точнее, уже нашёл. Дай доступ к своему инструментрону, я настрою его на общий канал.
 Альбрехт утвердительно закивал головой и включил инструметрон на приём.
 Он не поверил ни единому моему слову и был прав, хотя я не соврал ни на йоту. В следующую секунду вместо обмена данными мы обменялись серией ударов. В конце моей комбинации ФонВасин упал на пол без сознания. Но мне тоже досталось. Только чудом я увернулся от смертельного удара ножом и разменял шею на бицепс левой руки. Да, никакой честной игры не предполагалось. Весь разговор он прятал клинок в правой руке и держал выгодную дистанцию для его применения. Меня это устраивало. Я тоже собирался свести наш разговор к банальной драке и оглушить его, пользуясь преимуществом в силе, что давала мне броня. Да, никакой честной игры. Мы оба перемудрили, и в итоге исход встречи решила случайность.

 Уровень адреналина в организме начал падать, и я ощутил приятную одышку, как после секса. Следующим моим шагом было вытащить из руки нож и бросить на пол. Боли не было, медицинская система брони сразу же покрыла ранение медицинским гелем и обезболила руку. Но ощущение металла, рассекающего мышцы, было тоже не из приятных.
 На звук драки вышел Док Джонсон с пустым стаканом в руках.
— Твою мать! — от неожиданности выкрикнул он.
 Я посмотрел на Дока. Перепуганным он не выглядел. Удивлён разве что. Значит, он пока ещё не вполне понимал, что происходит. Это хорошо.
— Джонс, у вас есть крепкий жгут? Надо связать Васина. И ещё... Мне понадобится ваша помощь — пытаясь сохранять спокойствие сказал я.
 Док хлопнул ресницами и суетливо, почти как саларианец, ответил «да, да, конечно» уже было собираясь идти искать жгут, как остановился и, глядя мне в глаза, спросил:
— А что тут произошло?
 Я постарался максимально уверенно и добродушно улыбнуться.
— Всё в порядке, Док. Доверьтесь мне.
 Док криво усмехнулся, развернулся и вернулся в пыточною.
— Последний раз, когда мне так говорили, меня лишили лицензии, — донеслось оттуда.
— Знаю, — ответил я.
— Да неужели? — Док снова появился в дверном проёме и протянул мне жгут. Он всё ещё криво улыбался.
 Мы спеленали Альбрехта по рукам и ногам. Док начал мне помогать, когда заметил, что моя левая рука плохо работает. Всё это время я ожидал от дока каких-либо трюков. Но он был на удивление благоразумен. В конце процедуры он спросил, указывая на Ала:
— Что-нибудь ещё?
 Я сделал отрицательный жест рукой.
— Нет, Док. Дальше я сам.
 Но Джонс меня остановил на входе в пыточную.
— Вы куда собрались? Там стерильность. Или вы хотите убить мою пациентку?
 В знак серьёзности своих намерений он ткнул меня ладонью в грудь. Но до того как он коснулся меня, я уже перехватил его руку и отвёл в сторону, рефлекторно начав выкручивать.
— Док, не мешай, иначе ляжешь рядом с ФонВасиным.
 Джонс взвился в моём захвате и зашипел от боли.
— Вы не понимаете! Ваша выходка убьёт кварианку. Не прямым образом — косвенным. Через те микроорганизмы, что вы занесёте с собой. А вам же, надеюсь, она нужна живая?
 Я отпустил его руку и ответил.
— У меня достаточная подготовка, чтобы не допустить этого.
 Джонс выпрямился и с укором посмотрел мне в глаза:
— А она достаточная, чтобы одеть на бессознательное тело кварианский скафандр и грамотно подсоединить бионику к его системам? Кроме того, она в состоянии глубоко медикаментозного шока. Вы умете выводить кварианцев из такого состояния? Вы вообще знаете кварианскую физиологию?
 Я отвёл глаза. На некоторые вопросы можно было ответить «да», но на остальные ответом был «нет». Я испугался. Чёртов план! Почему ты заранее не продумал такие важные детали? Теперь всё сводилось к тому, что без посторонней помощи, гарантировать здоровье и безопасность Раны было нельзя. Придётся рисковать.
— Хорошо, что вы предлагаете?
— Вы ведь собираетесь бежать, правда? Не отрицайте того, что вы хотите сбежать. Иначе вы бы не пришли сюда и не вырубили ФонВасина. Я предлагаю вам свою помощь и свои услуги. Но вы... — Док сглотнул слюну, не то подбирая слова, не то набираясь смелости для того, чтобы сказать, — вы берёте меня с собой. Я больше не хочу оставаться на этом корабле.
 Всё это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это заставило меня задуматься о мотивации Дока. Судя по его личному делу, он был вполне хорошим человеком, более того, безвинно пострадавшим хорошим человеком. Что он делал у нас, являлось загадкой. По деловым вопросам с ним мало кто общался. Только ФонВасин пересекался с ним по «дознавательным» делам — Джонс обязательно присутствовал при них и контролировал процесс, чтобы «клиент» не умер раньше времени. Мнение отставного «чифа» о Доке было, мягко говоря, негативным: он считал его лишним человеком на корабле. Все текущие действия Джонса красноречиво объясняли почему — он был слишком правильным для нашей работы. Как, в общем, и я. Но его настырное желание навязать себя мне не нравилось. Можно было сбежать с нашего корабля значительно более простым способом. Но у меня не было выбора.
— Конечно, Док. Вот только побег может и не получиться. Тогда что?
 Док многозначительно улыбнулся.
— Как что? Врежете мне хорошенько по черепу. Практика у вас, как я смотрю, была обширная. А когда я приду в себя, скажу, что вы меня похитили.
 Я не стал разочаровывать Дока. В такой дешёвый трюк Элис не поверит, и быть ему искусственным спутником газового гиганта, на орбите которого мы находились.
— Хорошо, Док, — согласился я, — что мы делаем?

 

 

 

 

6.


— Получилось... — вылезая из ямы машинного зала, сказал шкипер Николай Курт.
 Освещение в БИЦ было восстановлено и надобность в дополнительном свете отпала. Поэтому помощник шкипера, штурман Максимилиан Холандер, наконец закончил играть в «Энгри Турианс» и полез на выход из узкого лаза машинного отделения вслед за своим шефом.
 Занявши место капитана, Курт поставленным движением поправил свою причёску на голове, и, встав в позу адмирала Нельсона, принялся раздавать свои распоряжения единственному подчинённому.
— Мистер Холандер, включайте все системы в рабочий режим. У нас нет времени на диагностики и калибровку. Игнорируйте включение системы внутренней безопасности и системы управления вооружением.
— Есть включить все системы, игнорируя систему безопасности и управления вооружением! — Макс забегал между пультами и шкафами и защёлкал тумблерами и кнопками.
— Статус? — спустя пять минут, произнёс Николай.
 Запыхавшийся Холандер плюхнулся в кресло одного из постов и начал перебирать всплывающие голопонели, пока не нашёл нужные.
— Докладываю: все системы работают нормально. Проблемные службы локализованные и изолированы. «Доступ к телу» есть. Реактор и нульядро кризисом не затронуты.
 Курт довольно улыбнулся.
— Учитесь, мистер Холандер. Это вам не птичек по экрану гонять. Дайте горизонт.
 Макс снова загонял голопонели, а затем произнёс:
— Горизонт чист, потенциально опасных объектов не обнаружено. Зафиксирован удаляющийся от нас малоразмерный корабль, который определяется как межзвёздный челнок класса «Ятир», бортовой номер ФФА44ДХ421-23. Сэр, похоже это наш... Прикажете сбить?
 Курт нахмурился. «Вооружение, не работает, о каком „сбить" может идти речь?» — подумал он.
— Отставить, мистер Холандер. Я не гарантирую, что с кораблём не произойдёт чего-то ещё, если мы сейчас включим систему вооружения. Лучше проведите инвентаризацию авиагруппы корабля, а дополнительно к ней — перекличку личного состава: узнать, кого не хватает.
 Холандер ответил «есть».

 Стоило всем системам заработать в штатном режиме, как двери БИЦ отворились, и в них влетела Элис. Её глаза метали гром и молнии, а в руках блестел дробовик «Катана», снятый с предохранителя. Окинув взглядом сквозь прицельную сетку визора царившую на мостике идиллию, она опустила карабин и, не долго думая, заорала на стоявшего к ней спиной шкипера:
— Твою мать, был приказ ничего не трогать! Какого хрена надо было лезть туда, куда собака не суёт свой хрен?!
 Курт обернулся.
— Не стоит благодарностей, мисс Хэйдук, — язвительно ответил он, — спасать ваш корабль от сбоев электронных систем — это моя прямая обязанность. И потом, я не помню никаких прямых приказов...
— Идиот! — взревела капитан, игнорирую его слова. — Вы чуть не похерили нам весь корабль! Что бы было, если бы заглохло ядро? Или, хуже того, вышел из строя реактор?
 Курт издевательски заулыбался.
— Но ведь всё обошлось?
— И не могло не обойтись, — прозвучал из инструметрона голос Натана Леви. — Интегрированная информационная система управления кораблём «Кристалла» проектировалось так, что при попытке обойти её, она перегружается, становясь в защищённый режим. Все эти загрузки-перегрузки, проделанные шкипером, ровном счётом ничего не изменили бы. Это военный корабль. Здесь, чтобы что-то обойти, нужна целая бригада монтёров с паяльниками и унигелем.
 Курт ещё шире заулыбался.
— Про бригаду, вы мне льстите, мистер Леви. Но в целом вы правы: взлом корабельной системы теоретически невозможен. Вот только практически, у нас совсем недавно были серьёзные проблемы. Может, не глядя в справочник, ответите, откуда они могли взяться?
 Леви заглох. Его репутацию спасла капитан.
— Переводишь разговор в другую тему, Курт? — сквозь зубы процедила она.
— Нет, мэм, пытаюсь прояснить ситуацию — с трудом погасив улыбку на своём лице ответил на обвинения Элис шкипер. — Вы, как капитан, распоряжаетесь этим предприятием. Но функция управления кораблём висит на мне, и поэтому я оставляю за собой право не подчиняться преступным приказам ваших лейтенантов относительно борьбы за живучесть.
— Так всё-таки приказы были! — недобро щурясь, воскликнула Элис — Короче, Николай, к чему ты клонишь?
— Сейчас объясню, мэм, — раздосадованный «проницательностью» капитана, сказал Николай. — Мистер Леви, так всё-таки, ответьте на мой вопрос: кто или что имеет такую власть над кораблём, что способен обойти любую защиту?
— Да, Курт, предполагаю, это...
 Элис начала злобно улыбаться и продолжила за Леви:
— Хватит тут заниматься театральщиной, Курт. И так ясно, что кварианка, Мать её. Я с самого начала предполагала, что эту сучку специально подкинули на корабль, чтобы сделать нам грёбанную диверсию, а то и вообще захватить его...
— Не думаю, мэм, — в разговор внезапно вмешался Холандер. — Я не стал проводить перекличку и отвлекать экипаж от работы и отдыха. Мне просто пришло в голову рискнуть и проверить через систему безопасности статус экипажа, ну и вообще всех живых организмов на корабле.
— И что? — спросили все хором.
— Результат следующий: не хватает мистера Джонса, мистера Хендрейка и объекта «кварианец». Мистер ФонВасин, как и мисс Хафиза, обнаружены без сознания: один в пыточной, вторая на взлётной палубе номер два. Показатели остальных членов экипажа в норме. И ещё: челнок, на котором, предположительно, Джонсон, Хендрейк и объект «кварианец» покинули корабль, пятнадцать секунд назад совершил переход на ССД с вектором за пределы системы...

 

 

 

 

7.


 Я развалился в кресле пилота челнока и получал удовольствие от созерцания цветового смещения за бортом. Голова уже думала о счастливом будущем, моменте, когда я наконец могу перестать пить стимуляторы и немного поспать. Но эта пора настанет ещё не скоро. Оставалось ещё море проблем, которые надо было решать. И сделать это, кроме меня, было некому.
 Я словил себя на том, что задремал, когда почувствовал, что Док Джонсон тихо прокрался в кабину.
— Всё в порядке, Док? — я развернул кресло вокруг своей оси и улыбнулся вошедшему медику.
 Док вздрогнул от неожиданности. Я застал его в тот момент, когда он склонился над пультом и пытался на нём что-то разобрать.
— Извините, Корвин, не хотел вас будить, — сказал он со скоростью саларианца. — Смотря что считать порядком. Если прогрессирующий медикаментозный шок и стабильно тяжелое состояние моего пациента, то да, всё в порядке.
 Я вздохнул.
— Плохо. Что-то сделать с этим можно?
 Док укоризненно посмотрел на меня и отрицательно покачал головой.
— Нет, в условиях применения универсальной аптечки первой помощи, нельзя. Нужна госпитализация. Желательно, в условиях Мигрирующего Флота.
 Я обдумал предложение Джонса. Мой ответ был отрицательный. Пока я не знал, что скрывается под загадочной фразой «Внутреннее дело Флота», я не мог так рисковать и передавать Рану в руки неизвестно кому, пусть и её соотечественникам. Но полностью отметать предложение дока тоже было нельзя. Поэтому я на всякий случай спросил медика:
— Док, а ты знаешь, как это сделать?
 Этот вопрос уязвил Джонсона, он состроил высокомерную мину и ответил:
— Если вы уже называете меня на ты, то делайте это, пожалуйста, по имени. Меня зовут Рэми. Это во-первых. А во-вторых, вы, конечно, не знаете, но я числюсь в списке друзей кварианского народа, а значит, у меня есть с ними связь.
 Я рассмеялся от услышанного: «друзья народа» — это широко распространённое заблуждение в узких кругах людей, оказывавших кварианцам разного рода помощь. Ни о какой дружбе народов не могло быть и речи. Только частные контакты, и то — быстро затухающие.
— Интересно, как это у тебя получилось, Рэми?
— Мне это стоило медицинской лицензии, — грустно ответил Джонсон.
— Ладно, давайте без этого. Лучше объясните: вы-то какого чёрта устроили эти крысиные бега? Кто она вам, эта кварианка?
 Я многозначительно заулыбался, предвкушая, что я буду говорить моему союзнику.
— Не поверишь, Док, любовь с первого взгляда. Хотя нет... с первого выстрела. Так точнее.
 Джонсон многозначительно сжал губы и закивал головой, как маятник.
— Понятно. Стокгольмский синдром. Бывает, Корвин, — сказал он, потом внезапно поменял тон, сделав его высокомерно повелительным. — Несмотря на это, её состояние не способствует продолжению ваших отношений. И оно не улучшится, если мы её не передадим флоту. Или хотя бы не госпитализируем. В системе Проксимы Солана есть орбитальный склад контейнерный. Кварианцы там часто обменивались грузами с внешними клиентами, пока Мигрирующий Флот проходил мимо. Так вот, на волне этой тенденции, тамошний медцентр снабдили отличным медоборудованием для нужд кварианцев и наняли неплохого специалиста по ксенофизиологии. Там можно будет связаться с флотом и не волноваться, что наша девочка не доживёт до их прилёта.
— Откуда такие подробности? — поинтересовался я.
 Реми фыркнул.
— Я там работал до того момента, как меня попросили второй раз.
 Я уже хотел было открыть рот, чтобы высказаться о том, что об этом месте могла знать Элис, а значит, она будет искать нас там, но Док меня опередил.
— Не волнуйтесь, это нигде не отражено, и, более того, я там работал под чужим именем. Там сейчас работает мой бывший помощник — саларианец. Толковый парень и у меня с ним сохранились нормальные отношения.
— Вот откуда у вас манера быстро разговаривать! — догадался я. — Идёт. Только связываться с флотом я бы не советовал. У меня есть некоторые опасения по поводу судьбы Раны, связанные с кварианцами. Дело в том, что она изгнанница и помощи от её соотечественников ждать нечего.
 Док побледнел.
— Во что вы меня впутали, Корвин?
 Я грустно улыбнулся:
— В политику, Реми. В мелкую и пакостную политику.

 

 

 

Отредактировано: Архимедовна.
 

 



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 25.11.2013 | 987 | 14 | Рабочий момент, BasilRuster | BasilRuster
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 48
Гостей: 43
Пользователей: 5

Kailana, Лунь, Grеyson, bug_names_chuck, DanMark
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт