Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Afterlife. Статус кв(о). Глава 14. Тропа войны. Осторожно, трупы

Жанр: приключения, детектив;
Персонажи: ОС;
Статус: закончено;
Описание: Офицер ВКСА подслушивает и расшифровывает, Вайлет бьет руками и ногами, кварианский капитан форсирует взросление экипажа под недовольство Блад, Николас проводит детальный разбор кварианской антропометрии и лечит любовные раны, а Илана Барриус занимается тем, что азари делают реже всех.





— По-землянски, Мардеш, — сказал Датто в интерком. — У меня тут комиссар, и я не собираюсь ничего от нее скрывать.
Главный инженер послушно переключился на английский.
— Капитан, вас хочет видеть наш талантливый землянин, — в голосе Мардеша звучала плохо скрываемая усмешка, усиленная акцентом на слове «талантливый».
— Вы сказали ему, что я занят?
— Разумеется, — Мардеш в несвойственной ему манере хихикнул. — Но поверьте, сейчас землянин не в том состоянии, чтобы прислушиваться к регламенту взаимоотношений на корабле и вообще к голосу разума.
— В каком смысле? — не понял Датто.
— В…, — инженер вздохнул. — Ну, вы же сами приказали ему побыть с Полани. Видимо, он выполнил ваш приказ со всей обстоятельностью. Вот в каком смысле.
— А-а, — капитан выдохнул. — Да, понимаю. Зови сюда эту талантливую молодежь, что уж поделать.
— Есть, капитан.
Мардеш выключился, и Датто’Месса повернулся к гостье. 

Вайлет не скрывала улыбки. В каюте капитана действовали какие-то специальные, более свободные санитарные нормы, чем на остальном корабле. По разрешению капитана Блад выключила шлем, едва за ней закрылась входная дверь.
— Вот видите, чем приходится заниматься, — развел руками Датто. — Спорю на свой месячный оклад, ваш соплеменник сейчас начнет уговаривать меня оставить его на корабле.
— Так оставьте, делов-то, — пожала плечами Вайлет. — Сильно сомневаюсь, что он вам как-то особенно мешает.
— Не мешает, — согласился капитан. — Но я действительно не могу сейчас заниматься двигателями. А Устав категорически запрещает держать членов экипажа без работы.
— Так дайте ему другую работу. Только подальше от девчонки, иначе они оба начнут косячить. Пусть встречаются в нерабочее время — это и для порядка на корабле полезно будет. Я заметила, на вашу Полани всерьез поглядывают многие из молодых ребят. 
— Еще бы не поглядывать, — усмехнулся Датто и прошел к кухонному блоку. — Она ж теперь герой «Салима». Вот еще бы не эта идиотская история с Заной…
Капитан налил себе из чайничка что-то, по цвету очень похожее на кофе. Да и по запаху тоже, констатировала Вайлет, едва аромат напитка донесся до женщины.
Датто заметил, как Блад потянула ноздрями.
— Кофе не предлагаю, — сообщил капитан. — Это декстроверсия.
— Ничего, обойдусь, — улыбнулась Вайлет. — К слову, о Зане’Солли. Вы обещали скинуть мне ее досье.
— Обещал — значит скину, — твердо сказал капитан и с кофе в руке прошел к столу. Привычно присел на краешек и пригубил из чашки. — Мне, если честно, непонятен ваш интерес к этой персоне. Я бы на вашем месте сконцентрировался на поисках того, кто заминировал внутрисистемник.
— Капитан, я сама решаю, на чем концентрироваться.
— Разумеется.
— Давайте сначала разберемся, что у нас с этим вашим человеком.
— Нашим? — Датто кашлянул и чуть не пролил кофе на пол. — Это ваш человек, Вайлет. Это землянин, и уж если честно, то на кварианском корабле ему не место.
— Капитан, — устало произнесла Вайлет. — Давайте начистоту.
— Давайте.
Блад глянула на часовой нарукавный циферблат и прикинула, сколько у нее времени. По всему получалось, что до прихода молодого инженера-землянина оставалось примерно минуты две-три — должно хватить.
— Вы же знали, что Николас и Полани встречаются, верно?
Капитан кивнул.
— Знал, конечно. Общение с инопланетными расами — хороший жизненный опыт. Нельзя его отбрасывать.
— Тогда вы должны были понимать, что между молодыми вполне может случиться нечто большее, чем дружба.
— Разумеется.
— Позвольте спросить, капитан, — холодно произнесла Вайлет. — Какого хрена вы тогда ломаете девчонке жизнь? Неужели непонятно, что она влюбилась в землянина? Что они уже давно вместе, и хорошо, если еще не успели переспать со всеми вытекающими кварианскими соплями?
Датто’Месса в свою очередь сверился с таймером (видимо, тоже вел отсчет времени до появления Николаса) и ответил — совершенно спокойно, расчетливо и методично:
— Вайлет, все просто. Я забочусь о Полани как могу. И отлично знаю, что ей нужен повод перестать жалеть себя, поверить в свои силы. Я дал ей хорошую должность системного аналитика. Доверил техническую составляющую корабля, пусть и посадил опытного офицера на подстраховку. Полани не подвела, справилась. Затем, когда началась эта свистопляска с заражением ВИ, я доверил ей еще большее — жизнь экипажа! И снова Полани справилась, хотя видят предки, ей было очень, очень страшно. И ей просто нужно было спустить пар, выдохнуть. Я ее с пузыря знаю, она бы так и ходила недопрописанным гетом (1)! И все ее заслуги, не будучи признанной ею самой, так бы и остались строчками в биографии. Она бы сама в них не поверила!
— И вы? — прищурилась Вайлет. Женщина уже знала ответ, и не сказать, что ее особенно радовал вот этот капитанский проект по повышению самоуважения Полани’Альтис.
— И я, можно сказать, официально признал ее союз с человеком, — сказал Датто. — Отдал его ей.
— Или ее ему.
— Нет, — кварианец помотал головой. — Это именно мой подарок Полани. Я официально признал ее право на самостоятельную жизнь. Подарил то, что обычно до Паломничества в кварианском обществе не дарят. И она расцвела, превратилась из заморенной комплексами программистки в знающего себе цену специалиста, а главное — человека (в общем значении этого слова). В кварианку, достойную лучших кварианок нашей расы.
— Это очень рискованная игра с чувствами, капитан, — заметила Блад.
— Я знаю, — Датто кивнул. — Но мне важно было сделать из Полани настоящую кварианскую женщину. Уверенную в себе, сильную, ощущающую мир всеми органами чувств. Даже если кое-какие из них потом придется держать на медикаментозном карантине.
Вайлет неодобрительно покачала головой. Ей такая «накачка экипажа» откровенно не нравилась. Впрочем, кто она такая, чтобы со своим уставом да в чужой монастырь? У кварианцев рекордное количество тараканов под шлемами, это факт. Даже в довольно толерантном к ним земном фольклоре галактические странники всегда немного чудаковаты. По-хорошему, конечно, но чуть-чуть того, с присвистом между извилинами. Так что, если капитан считает нужным проводить шоковую терапию в отношении своей без малого падчерицы, это его капитанское дело.
— Я понимаю, вы считаете меня манипулятором, — продолжил капитан, оценив очевидный скепсис Вайлет. — Но поверьте, я знаю, что делаю. Полани будет только лучше. Сначала на волне «хочу показать, какая я на самом деле» она убила свой страх. Затем получила заряд признательности от всего экипажа — и это сломало ту стену, которую она старательно, кирпичик за кирпичиком, возводила. Показалась другая, смелая и решительная Полани — и я это «заметил». Публично заметил, дав свое благословение на отношения с вашим соплеменником, Вайлет. Дал ей возможность продемонстрировать волю, проверить свою раскрепощенность. Убедиться, что она в самом деле больше не девушка, но настоящая кварианка. Это важно для нас, Блад. И такого рода «форсированное взросление» — неизбежная цена за возможность к двадцати годам возглавить один из флагманских кораблей. Кварианцы недолгоживущи, Вайлет, и нам остро необходимы настоящие личности — и как можно раньше.
— Ясно, — вздохнула Блад. — Хорошо, вы знаете, что делать. Замнем. К слову, что-то наш герой не спешит… 

Вайлет не успела договорить, раздался мелодичный звонок со стороны двери. Датто’Месса тронул панель инструметрона, и створка скользнула в сторону. На пороге, разумеется, стоял Николас Вольфберг собственной персоной.
— Добрый день, Николас, — произнес капитан дежурную фразу. — Заходи. Можешь снять шлем. Ни я, ни комиссар не боимся подхватить заразу, тем более от тебя.
Молодой человек решительно переступил порог, самолично закрыл за собой дверь и, щелкнув клапанами, снял кварианский «головной убор».
Против ожиданий Вайлет, мальчишка оказался весьма привлекателен, но — ничего особенного. Короткий ежик темных волос, голубые глаза, широкий низкий нос и неожиданно красивый рот с тонко очерченными, чуть припухлыми губами. Подбородок решительный, но без ямочки, что выдает человека сильного, но осторожного и не склонного к самоиронии.
Классический пример дитя эпохи — в крови молодого человека читались, пожалуй, все национальности старушки Земли. Даже странно, что при всем этом у него совершенно европейское имя.
— Капитан, — начал Николас. — Я по поводу увольнения.
— Я в курсе, — Датто отхлебнул кофе. — Мардеш говорит, ты не хочешь улетать.
— Да, — кивнул юноша. — Я тут покопался в своем контракте и обнаружил, что он предусматривает досрочное расторжение только по согласию сторон или за какие-либо нарушения числом не менее двух. И чтобы оформленных по всем правилам. Я такого согласия не давал. Нарушений тоже не имею.
— А я вот думаю, — улыбнулся краешком губ Датто, — что договор не предусматривает романтических связей с членами экипажа. Только профессиональные.
— Договор этого не регламентирует, — твердо ответил Николас. — То, чем я занимаюсь в свободное от работы время, не касается ни договора, ни вас, капитан.
Помедлив секунду, парень добавил:
— При всем уважении, капитан.
Вайлет перевела взгляд с человека на кварианца.
— Капитан, ну заканчивайте же, наконец. Вы же отлично понимаете, наша молодая парочка уже состоялась. Мы только что об этом говорили, Датто. Полани и этот молодой человек уже ВМЕСТЕ. Все, поздняк метаться. Не вставайте между влюбленными, Датто. Снесут, невзирая на чин и возраст. Выгоните сейчас инженера-двигателиста — открывайте вакансию программиста. Девчонка же все равно сдернет вслед за ним, благо есть пример сестры. Как Дирак не удержал Альтис-старшую, также и вы не удержите младшую.
— Я начинаю вас опасаться, комиссар, — серьезно произнес Датто. — Вы знаете слишком много.
— Если бы я знала слишком много, капитан, — усмехнулась Вайлет, — то опасаться надо было бы мне вас, а не наоборот. Я знаю достаточно, Датто. И чтобы наш молодой друг поскорее перестал мотать вам нервы, просто отмените свой приказ об увольнении. Тем более…
Вайлет метнула взгляд на застывшего, словно статуя, Николаса.
— Тем более, что приказ этот действительно не очень легитимен с позиции права. Я знаю типовой договор межрасового сотрудничества, капитан. Он всегда составлен так, чтобы наделить большими правами наименее защищенную сторону. Когда договор касается кварианцев на службе Земли, он защищает ваших соотечественников, капитан. В нашем же случае все наоборот, поэтому потенциально более защищенная сторона — Николас Вольфберг.
— Николас, вы свободны, — произнес Датто.
— Капитан, значит ли это…
— Да значит, значит! — рассмеялся кварианец. — Бегите уж к своей возлюбленной. И благодарите судьбу за поддержку комиссара.
— Лучше без посредников, — заметила Вайлет, повернувшись к молодому человеку. — Благодари меня непосредственно. Только учти, никаких цветов и шоколадок. Водку тоже не пью.
Парень испарился из каюты со скоростью мысли. При этом, что характерно, не забыл нацепить шлем, став похожим на очень крупного десятипалого кварианца с неожиданно прямыми ногами. 

Датто снова отхлебнул кофе.
— Вы всегда такая, Вайлет? — спросил Датто.
— Какая?
— Такая прямая и резкая, аж до неприличия? Вроде бы, мы нормально с вами беседовали, и я не ожидал такого… Такой… Резкости в суждениях. И оценках.
Вайлет устало вздохнула. Нет, нынешний капитан «Салима» ни черта не разбирается в людях. В отличие от предыдущего, кстати.
— Капитан, — сказала Блад. — Мне уже восьмой десяток пошел. Я потомственный военный. Кадровый солдат гарнизонной пехоты ВКСА. Постнатально модифицирована для позиционных боевых действий. Раскачана до девяноста килограмм, жму из положения лежа сто восемьдесят при земной силе тяжести. Химически лишена возможности стать матерью. Генетически лишена чувства омерзения, а кроме того, тридцать лет провела в клоаке воистину галактических масштабов — автономии Марс. Причем в самом концентрированном скоплении дерьма — в полицейском департаменте. Теперь меня, вот, берут в комиссары по этике. Вы должны понимать, что все потенциальные комиссары ставят правду и быстрое решение проблем куда выше, чем политес и прочую фигню типа азарийской дипломатии. Как думаете, могу ли я при всем этом не быть резкой и прямой?
— Извините, Вайлет, — капитан оставил пустую чашку. — Я не очень хорошо разбираюсь в людях, как вы, должно быть, заметили.
— Да, заметила.
— Поэтому давайте вернемся к нашей беседе на кварианскую тему. Нас прервали, когда я рассказывал о появлении азари на борту, так?
— Верно.
— Тогда я продолжаю… 

*** 

К моменту, когда прибыли спасатели, Ник еще не отошел от случившегося.
От всего случившегося. И в зале-обсерватории, и потом, в каюте капитана.
Он и сам не представлял, что способен на такое. Переступить через свои страхи навредить, сделать кому-то хуже. И оказалось, что с чистым сердцем можно сделать только лучше, никак не хуже. Глядя на довольную кукольную мордашку Полани, Николас понимал, каким же идиотом был все это время.
И девушка поверила — не отняла руки, когда узкая трехпалая ладонь легла в перчатку машгора Николаса.
Николас глянул на спящую девушку. Сейчас, пока еще действует блокиратор, Полани может позволить себе понежиться, прикасаясь плотной, местами шершавой кожей не к стерильной подстежке машгора, а к антисептической простыни из аварийного запаса, что имеется в каждой жилой каюте. 

В одном из голосериалов, что довелось посмотреть Николасу, одна старая, мудрая азари как-то раз обмолвилась: дескать, как помолодели расы Галактики — ныне мало кто уж помнит, как выглядит кварианец без костюма!
Это правда. Мало кто помнит. Единственные, кто может сохранить сие знание — те самые азари, да еще, быть может, кроганы. Все остальные расы, включая людей, живут слишком мало, чтобы помнить кварианцев в их истинном обличии, до эпохи изгнания.
Николас тоже не помнит. Но зато теперь знает — Полани показала ему древние, архивные записи. В общем-то, ничего шокирующего он из них не почерпнул. Бытовая одежда «докосмических» кварианцев мало отличалась от машгора. Те же обтягивающие фигуру костюмы, разве что богато изукрашенные. Цветастые тряпки нынешних горсаев — жалкое подобие красочных, ярких и потрясающе «живых» украшений на одежде древних кварианцев. В самом деле живых — рисунки из интеллектуальных наноаппликаций жили собственной жизнью, преображаясь, двигаясь по костюму, и зачастую — в такт настроению своего владельца.
Даже представить страшно, каково пришлось первым поколениям изгнанников, этих несчастных космических беженцев. Мало того, что кварианцы потеряли свою планету, так еще и лишились богатейшего культурного пласта, выраженного в том числе и в красоте костюмов — по оформлению индивидуальных для каждого жителя планеты. Полани рассказала, что уникальность личной одежды — попытка забыть, загладить пренебрежение корнями, идентичностью и индивидуальностью. Пренебрежение это имело место в компьютерную эпоху кварианского народа — ту самую, которую впоследствии назвали «технотьмой». И откуда кварианцев жестко, без сантиментов, но весьма результативно выгнали азари — своими издевками и, возможно, даже прямым биотическим влиянием на планетарное правительство Ранноха.
Не стоит винить азари в том, что не успели подготовить кварианское общество к акту Творения. Голубокожие и так достаточно сделали для кварианцев — без азарийского пинка, возможно, цивилизация Ранноха окончательно растворилась бы в компьютерном мире, ею же и созданным.
Вообще, Николас не был согласен с негативно настроенной к азари Полани. Да, голубокожие ведьмы хитры, может быть, даже коварны, а уж их действия в отношении «младших рас» никто не назовет вежливыми. Будучи сами «разогнаны» влиянием протеан, азари остро переживают закостенелость других рас и не скупятся на смачные пинки в направлении прогресса. Увы, пинок по затянутым в обтягивающие штаны задницам кварианцев запоздал — раса инженеров успела создать ИИ, сама не будучи к тому готова. Создала пусть и ограниченный в возможностях, но все-таки синтетический разум, который задал тот самый первый вопрос: «Создатель, есть ли у меня душа?».
Последствия мы все хорошо знаем. Кварианцы, понятное дело, особенно хорошо. Остается надеяться, что потеря планеты и трехсотлетнее галактическое скитание в условиях вечного недостатка ресурсов чему-то научили этот народ.
Но какова же ирония Творца! Единственная позитивная сторона кварианской ошибки — создание нового народа, народа синтетиков-гетов, — оказалась перечеркнута капитаном Шепардом. Волею случая — спасителем Галактики от все тех же синтетиков.

Николас еще раз оглядел кварианку. Полани, несмотря на откровенно душноватую каюту Ника, целомудренно завернулась в простыню. Та, правда, скорее подчеркивала молодую, гибкую и стройную фигурку, чем скрывала ее. Ник еще раз с облегчением заметил, что кварианцы не особо отличаются от людей. Настолько слабо, что можно смело считать кварианцев ультрагуманоидами, наряду с азари.
Если оставить в покое искривленные лодыжки, переданные кварианцам по наследству от древних предков (вроде бы, они произошли от нелетающих птиц), то в целом формы кварианцев вполне по душе человеку, воспитанному в традиционных эстетических и сексуальных предпочтениях. У кварианок-женщин стройная фигура с небольшой грудью, но очень выраженными бедрами. Николас полазал в Экстранете на эту тему — ученые объясняют сей феномен с позиции того, что низкорослые и худенькие кварианки все-таки обязаны справляться с родами полноценно вызревших младенцев — генетически уж так заложено в любую расу, что поделаешь. Маленький рост при обычной для живородящей женщины ширина тазовых костей вызывают диспропорцию, отчего кварианки кажутся избыточно широкобедрыми.
А вот почему все кварианки отчаянно стройны — ученые мужи спорят до сих пор. Так или иначе, но и Полани, и вообще все виденные Ником кварианские женщины потрясающе грациозны. Может быть, делает свое дело плотный, местами до панцирной жесткости кожный покров на большей части тела — стройнит, поддерживает форму, придает дополнительной грации. Причудливый эволюционный путь оставил кварианцам по-человечески мягкими лишь ладони, ягодицы и заднюю поверхность бедра, шею до подбородка, подмышечные и паховые области. Ну и грудь с животиком, разумеется — от межключичной ямочки и ниже.
Животик у кварианок плоский донельзя. В натуральном смысле слова. В смысле, совсем плоский — пуповины у кварианских младенцев нет. В смысле, пупочек у малышей имеется, но он… на затылке. Связь с матерью (сначала через естественную плаценту, а затем через ее заменитель в составе имплантата-пузыря) обрывается в дородовой период, и новорожденный обычно уже имеет заросшее отверстие в темечке. К слову, самое уязвимое место кварианца — там до самой старости остается покрытое лишь тонкой кожей отверстие. Современные кварианцы используют природную перфорацию черепной кости для прокладки электронных шин и кабелей питания имплантатов. 

Еще кварианки пернатые. Нет, вот в самом деле пернатые. Ну или почти.
В отличие от людей, у которых растительность на теле представлена исключительно цилиндрическими в сечении волосами, у кварианцев волосы плоские, похожие на длинные перышки до полусантиметра шириной. Объясняется это ровно теми же причинами, которые привели декстро-братьев кварианского народа — турианцев — к созданию защитной оболочки. Оранжевое светило Ранноха, звезда по имени Тиккун, расположено намного ближе к планете, чем земное Солнце. Жарит так, что мало не покажется — в экваториальной зоне температура доходит до шестидесяти градусов в тени. Словом, кварианцам жизненно необходима хорошая, плотная защита головы от испепеляющих лучей. Отсюда и «двумерные», плоские волосы, закрывающие череп плотной шапочкой с воздушной прослойкой. По понятной причине плотные и тяжелые «перья» не отрастают сколь-нибудь длинными, поэтому все кварианки генетически запрограммированы на стрижку «под мальчика». Но с любопытной вариацией. По центру черепа, а также от надбровных дуг к затылку «стрижка» уплотняется — кажется, что на голове кварианки три смешных птичьих хохолка — кварианцы называют их «гребнями». Хохолки, конечно, смешные и очень хочется их потрогать. Вот этого лучше не делать — пораниться не поранишься, но щекотят и царапают голую человеческую кожу они еще как! Да и сама Полани вежливо дала понять, что к человеческим забавам «дай потормошу» кварианская шевелюра относится негативно.
 
Ник с улыбкой вспомнил, как он волновался, раздевая Полани. Нет, с ним все было нормально — гибкость и упруго-жесткая теплота юного кварианского тела послушно запустили нужные процессы в теле человеческом-мужском. Но кусочком сознания молодой человек опасался, что Полани окажется слишком чужой для человека.
Слава Творцу, оказалась совершенно своей, а если и чужой, то скорее привлекательно, волнующе. Если бы легендарная Тали’Зора во время своего первого и последнего интервью земному телевидению сняла бы шлем, реакция человечества на внешность кварианцев не была бы столь настороженной. Тогда, помнится, землян насторожили три вещи: нижняя челюсть, «украшенная» чем-то похожим на турианские мандибулы, мертвенная бледность и совершеннейшая на земной взгляд безжизненность кварианского лица.
Первого от Тали просто не ожидали, заочно признав ее кварианской красавицей. Третье, как теперь понятно, вполне терпимо, а что касается бледности… В отличие от южанки-Полани, чей род ведет родословную от кочевых племен экваториальных пустынь Ранноха, семья Зора принадлежит одной из приполярных рас. И светлая, глянцевая, неподвижная кожа Тали в свете мощных софитов в самом деле отдавала в холодный, мертвый колер. Острословы из числа телеобозревателей тут же обозвали кварианцев «космозомби». К счастью, обидное сравнение было просто не понято людьми Мигрирующего флота — в культуре кварианцев нет верований на тему оживших мертвецов.
Возвращаясь же к внешности Полани’Альтис, крайне необычными Николасу показались разве что шершавые плечики и локоточки (все та же защита от солнца) девушки. Ну и, конечно, нижнечелюстные пластины, которые кварианцы называют «щечками». Вот они реально жесткие, и Полани не раз и не два царапала своими поцелуями «мягкотелого» Николаса. Выяснилось это уже позже, по следам человеческой крови на кремово-бежевом постельном белье. Ник, правда, и под пыткой не вспомнил бы, когда и как именно — адреналин лился ручьем, и было совершенно не до фиксации случайных повреждений.

Что же в итоге, спросил себя Николас и ответил тут же.
Да, это противоестественно — заниматься сексом с инопланетянкой. Никуда от этого не денешься, в самом деле противоестественно. На Земле достаточно тех, кто надевает белые колпаки и готовит хворост для костров под «альеноложцев». Борцов за чистоту сексуальных отношений не останавливают даже публичные уголовные процессы против их лидеров. Случилась года четыре назад очень смешная история. Земная Миссия азари щедро оплатила расследования случаев ксенофилии у тех, кто публично ратует исключительно за моногамный гетеросексуальный контакт. Наверное, не надо объяснять, почему компаньонки-азари стали спонсором этого расследования.
Впрочем, все эти дела телесные, этот голый межрасовый секс — ничто по сравнению с межрасовыми чувствами. А вот здесь все абсолютно нормально.
Да, это вполне естественно — любить того, кто любит тебя. Пожалуй, не найдется ни одного человека или инопланетянина, кто осудит духовный контакт привязанных друг к другу личностей.
Да, Полани — другой биологический вид. Похожий, но другой. Но она совершенно чиста в своих намерениях, и уже одно это закрывает глаза на все внешние отличия.
А он — по-прежнему человек. Искренне и полностью ли разделяющий чувства кварианки — пусть судят другие. Потом. Сейчас главное, что он счастлив. Впервые в жизни. Не от бурной, на удивление изматывающей любви с молодой кварианкой — Полани не могла успокоиться ни на третий, ни на пятый всплеск своей страсти. Счастлив Нико был лишь от осознания факта, что он, похоже, нашел свой первый настоящий дом.
Дом с любящей женщиной — в чувствах кварианки, пусть и переперченных первым в ее жизни сексом, сомневаться не приходилось. И пусть у них никогда не будет детей, а близость придется копить неделями — пусть! (Коктейль Гото не чудодейственнен, и он не панацея. Применять его можно строго дозировано — и по срокам, и по объемам. Но тем слаще будет очередное вознесение к звездам.)
Дом с замечательными коллегами. Да, не все кварианцы разговаривают с ним на равных — хотя бы потому, что далеко не все вообще способны поговорить по душам, без туповатого переводчика. Но и перестраховщик Мардеш, и его молодые, излишне серьезные мальчишки-технари, и тем более строгий, но реально-то добрый и отзывчивый Капитан «Добрый день» Месса — все они приняли человеческого инженера-недоучку. Нехватку технической смекалки Николас замещал голой теорией, которую рукастые помощники Мардеша в два счета переводили в работоспособную практику.
Дом с проблемами бытового плана. «Салим» изношен, капризен, требует внимания и постоянного ремонта. Но все технические вопросы можно решить. Ник поднял экономическую часть своего дипломного проекта, актуализировал информацию на бизнес-сайтах Экстранета (включая кварианский сектор), и получалось, что с новыми движками корабль выйдет на окупаемость буквально через полтора-два года. Тогда уже можно будет привлечь дополнительные инвестиции и заняться серьезным апгрейдом машины. Потенциал у старого грузовика есть, спрос на крупнотоннажные перевозки растет вот уже второй десяток лет и падать не собирается. А уж если удастся прорваться на конкурс «Конкордэнс Экстракшн», став «подносчиком снарядов» для камнепотрошителей многочисленных японских проектов, то… От перспектив кружилась голова.
Это его дом — свалившийся буквально с неба.
Нужно быть клиническим идиотом, чтобы не благодарить судьбу. 

И маленькую кварианку под боком на тесной, узкой кроватке в его каюте. Девушка, наконец, убрала ножку, собственническим образом заброшенную на бедро Николаса, и молодой человек аккуратно поднялся, стараясь не разбудить уставшую от любви Полани.
Прошел в санузел, оглядел многочисленные царапины на груди и плечах. Улыбнулся. Да, теперь он сможет аргументировано сказать дружкам, что кварианцы — жесткий народ. Даже такие нежные, как офицер Альтис.
Замазал подсохшие ранки панацелин-гелем, вернулся в комнату и тихо, стараясь не разбудить девушку, влез в машгор. Поморщился от контакта с многомудрой сантехнической частью, поправил на затылке бесконтактный нейроинтерфейс и пристегнул шлем-маску.
Полани пусть отдыхает, а он просто обязан оправдать доверие капитана. А главное, прозорливость и решительность комиссара по этике. Он отлично понял, что поспешная капитуляция Датто — дело рук этой здоровенной, не особо интеллектуальной на вид бабенции. Именно она, этот странный недокомиссар по этике, подарила ему дом и счастье.
Потому Блад должна знать то, что совершенно случайно узнал Ник.
Когда они с Полани, наконец, устали ласкать друг друга, девушка рассказала ему о своем путешествии к центру корабля. В деталях, не таясь подробностей и честно признав, что ее заслуги в реанимации «Салима» не особенно и много. Взгрустнула о потерявшейся подруге — страшно, до мороза по коже страшно потерявшейся. Упомянула о том, что где-то поблизости от грузовика висит космический корабль с Дираком’Сином на борту. Тем самым Дираком, который конкретно наехал на Николаса еще до отбытия с «Салима». И тем самым Дираком, который, по словам Полани, оставил ей очень странное послание, в котором выставляет себя виновным в измене Флоту, и тут же, буквально сразу, разрушает железные улики против себя.
Кристалл с необычной записью уж точно не добавил радости Полани. Это очевидно — молодая кварианка крайне плохо скрывала эмоции, а Николас, наоборот, научился «читать фарфор», то есть замечать малейшие признаки переживаний на гладких лицах кварианцев. Ник чувствовал, что при всем своем внешнем проявлении недовольства Дираком кварианка в глубине души жалеет ветерана. Почему — сказать сложно. Может быть, знает о нем что-то такое, чего не знает никто. Греет в сердце какую-то тайну, которой не готова поделиться.
Что ж, имеет право.
Он же имеет право сделать так, чтобы тайна хотя бы не грызла Полани. Девушка призналась, что обещала старому инженеру не разглашать информацию с кристалла никому на Флоте. Но во-первых, она ничего не сказала про людей, а во-вторых, понятно, что давать девчонке секреты столь высокого ранга — испытывать и без того не самую стойкую психику Полани.
Николас сделает за кварианку то, чего ей делать уж точно не стоит. Он уже знает человека, способного не только сохранить тайну, но и применить ее во благо окружающих. Ведь если то, что говорят о Вайлет Блад в Экстранете, верно хотя бы на четверть, то на «Салиме» сейчас первый великий герой человеческой расы за весь послевоенный период. Шутка ли, в одиночку взять на абордаж волусский крейсер! Ну хорошо, пусть и не в одиночку, а с одним-единственным кварианским техником в качестве электронной поддержки… Все равно нереально круто!
Вайлет найдет применение кварианской тайне и избавит Полани от ее груза.
С этой мыслью Ник подошел к кровати, поднял с пола безжизненную шкурку девушки и вытащил из потайного кармашка мини-кристалл с информацией. О том, где лежит реликвия, он догадался сразу же, как только Полани рассказала о том, что «у нее есть кое-какие данные…». Сразу же стало понятно, на что он трижды натыкался ладонью, раздевая девушку под звездным куполом.
Может быть, это не этично.
Решать не ему и даже не Полани. Решать будет комиссар по этике. В конце концов, большому человеку — большая ответственность.
Николас поместил кристалл в репликатор и за две минуты перекачал информацию в ВИ своего машгора. Он был готов ответить перед Полани за это «преступление», но также был уверен и в том, что девушка поймет и простит. Если Полани питает к нему те же чувства, то поступок Николаса девушка оценит правильно. 

*** 

— Ну, чего тебе?
Визит кварианки в каюту Вайлет совершенно не обрадовал Блад. Женщина только-только сомкнула глаза и планировала оставить орган зрения в таком состоянии часиков десять-двенадцать. Благо, вполне могла себе позволить. Спасательно-аварийная группа, наконец, прибыла и тут же начала спасать и бороться с авариями, ну и все такое. Разумеется, в ее составе оказались и кварианцы — аж две штуки, и обе женщины. Вайлет, признаться, начало уже подташнивать от обилия совершенно одинаковых грациозных фигур в одинаковых же герметичных костюмах. И это, если не считать еще одну такую, особо грациозную, пропавшую где-то в недрах грузовика.
Вот эта кварианка занимала Вайлет особенно — и собственно совершенно невероятным фактом исчезновения с членовредительством, и вообще. Кроме того, Блад не доверяла женщинам, которые жрут сладкое килограммами и умудряются при этом не толстеть.
Возвращаясь же к теме внезапного пробуждения… 

Другая, маленькая и хрупенькая кварианка топталась на пороге каюты, не решаясь войти.
Сладкого при ней не было.
— Гила, ну не томи душу! — взмолилась сонная Блад. — Что там у тебя такого?
— Капитан, — начала кварианка и замолчала.
Ужом юркнула в каюту, закрыла за собой дверь и тут же включила инструметрон. Собственный прибор Вайлет пискнул, оповещая капитана, что некая внешняя сила только что поставила шумовые электронные помехи невероятной мощности. Бедный инструметрон «капитана» попросту потерял связь с системами корабля. Блад решила не мучить прибор и отключила питание.
Девушка коснулась рукой маски шлема, что-то там повернула, и до Вайлет донесся реальный, переданный мимо электроники голос кварианки. Без коммуникатора голос Гилы был еще больше похож на милое стрекотание младшей сестры. Пожалуй, Вайлет легко бы перепутала кварианок, начни они говорить одновременно.
— Капитан, — произнесла девушка, по-прежнему нерешительно топчась на месте.
Но хотя бы с этой стороны дверного проема.
— Капитан, я тут проводила сканирование электромагнитной сигнатуры «Салима», ну и заигралась, решила померить заодно подпись нашей яхты.
— И что? — Вайлет широко зевнула. — Системы корабля инфицированы кодом Жнецов, и он зовет на помощь всех синтетиков Галактики? Мне доставать свою верную «Мотыгу» и примерять костюм «Эн-7»?
— Нет-нет, — девушка отчаянно замотала головой. — Я… Ну, в общем, в чем-то вы правы, но нет, это не Жнецы.
То, с какой серьезностью Гила опровергала откровенную чушь, возвеселило бы, пожалуй, даже Мардеша «Мистера Буку» ’Гору. Вайлет прыснула бы со смеху, но очевидное волнение кварианки говорило — со смехом стоит обождать. И, похоже, нифига даже это вообще не веселая сказка на ночь.
— Рассказывай, — приказала женщина, рывком вставая с кровати.
Вайлет прошла к терминалу управления и включила первую попавшуюся звуковую дорожку. Из динамиков каюты полился успокаивающий нейроджаз. Вайлет прибрала уровень сенсорно-активных частот (не до релакса!), а общую громкость, наоборот, добавила.
— Ну?
Кварианка покрутила головой, видимо, оценивая степень защиты от прослушивания. Осталась довольна.
— Капитан, я перехватила шифрованное сообщение от нас куда-то на периферию.
— Ну и что?
— То, что мне оно показалось настолько интересным, что я его расшифровала.
— Вот просто взяла и расшифровала? — усмехнулась Вайлет. — Или ребята из ВКСА помогли?
— Неважно! — кварианка притопнула ногой. — Факт, что это точно не экипаж «Салима», не спасатели и, разумеется, не мы!
— Подробнее.
Гила рассказала подробнее. 

Примерно два часа назад, когда прибыли спасатели и начали работы на «Салиме», прекрасная «Белленора» уже была пристыкована к грузовику. Как и спасатель, разумеется. И вот, с какого-то из трех сплетённых гермопереходами судов было отправлено шифрованное сообщение. Гила перехватила шифровку лишь чудом — благодаря счастливой случайности. Девушке именно в это время взбрело в голову прослушать электромагнитную подпись грузового корабля, для чего отправила в пространство небольшой бот с Очень Большой Антенной. Откуда в распоряжении кварианского программиста оказался девайс откровенно специального назначения, Гила не поведала.
Все бы ничего, но шифровка не кололась ни одним из известных кварианке кодов. А программист судна электронной разведки, уж поверьте, знает очень, очень много самых разных способов взлома защищенной информации. (Настолько много, что ей, наверное, они все надоели, и как-то раз Гила опростоволосилась, решив обмениваться информацией старинным нефрактальным криптоалгоритмом. Впрочем, это дела давно минувших дней, а сейчас и здесь кварианка зафиксировала совершенно нечитаемые данные.)
Проблема в том, что никто из присутствующих на всех трех кораблях не нуждался в такой секретности.
Вайлет свой первый доклад Мортимеру отправила кодом Комиссии. Да-да, Блад переступила через саму себя и все-таки связалась с Аленом. Уж больно насторожила женщину ситуация с «Салимом», и она решила отправить запрос будущему работодателю. Код, которым шифровала рапорт Блад, был одним из самых простых. Гила его не вскрывала, но дала понять будущему комиссару, что криптоалгоритм агента Мортимера известен ей от и до.
Еще один игрок — собственно кварианцы «Салима». Лишь только экипаж пришел в себя от радости, Датто’Месса тотчас же метнул в пояс Койпера аж три сообщения, все — через переносной ком-бакен (2) спасательного судна. Все три зашифрованы обычным кварианским ключом, который может вскрыть любой кривоногий товарищ в герметичном скафандре. Гила не исключение. Некоторые проблемы доставил бы пространный, аж на восемь минут эфирного времени, доклад паладина Тары’Олли, но Гила дала понять, что и это для нее не проблема.
Наконец, обменивался данными и сам спасатель — безымянный кораблик с цифробуквенным индексом. Но там трансляция шла вообще в открытом виде, и не имела ничего, кроме протокольных данных и запросов информации в технической библиотеке Ассамблеи. Аварийщикам нужны были актуальные схемы аппаратуры, которую ставили на «Салим» во время всех его четырех модернизаций.
Гила не была бы кварианкой, если бы не заинтересовалась невскрываемой шифровкой всерьез. Насчет того, где она получила «программную открывашку», девушка молчала, как рыба о лед. Лишь поставила Вайлет в известность о том, что шифр сдался через полтора часа. Открытие кварианку не порадовало. Весьма не порадовало.
Шифровка изначально писалась на хелише. То есть секретничали с внешним миром точно кварианцы: или кто-то из экипажа «Салима», или парочка кварианок на спасательном боте. И никто больше. Азари не опустятся до применения «примитивной письменности», ну а остальная команда спасателя просто не знает хелиша. Да и знала бы — смысл использовать кварианский язык перед тем, как закодировать послание кодом-неберучкой? Гила уверяла, что взломать шифровку под силу только… Ну, очень, очень серьезной конторе. Может быть, повыше статусом даже, чем Комиссия по этике. 

— И ты, стало быть, вот так просто мне об этом говоришь? — сказала Вайлет.
— Я бы не сказала, — кварианка уронила взгляд в пол, — если бы не текст сообщения. Мне он весьма не понравился. Вам тоже вряд ли придется по вкусу.
— Что ж, давай посмотрим, что это за текст.
Гила подошла к кровати Вайлет, та подала девушке планшет, и кварианка перелила данные с носителя на датапад. Блад заметила, что использовать беспроводной протокол Гила отказалась решительно и сразу — даже не поленилась проверить, выключен ли радиомодуль планшета.
— Читайте, капитан. На имена не обращайте внимания, у них просто нет внятных переводов на английский. Я подобрала что-то более-менее похожее по смыслу.
Вайлет забрала у девушки устройство и погрузилась в чтение.

Донесение №26/1. Шифроуровень 90.
От кого: Радетель-2
Кому: Вдохновителю
Копия: Куратор
Сообщаю, что проникновение чужаков на корабль предотвратить не удалось. Отправляю видеоголограмму с объясняющими фактами. Курируемый проект находится под угрозой срыва. Считаю невозможным оперативную деятельность под легендой-оригиналом, поскольку на корабле возможно появление Прокатчика, а он избыточно информирован об охоте Короба на меня и знает меня в лицо. В соответствии с регламентом запускаю процедуру «В тень».
ВАЖНО: Запрос на прямую консультацию.

Донесение №26/2. Шифроуровень 90.
От кого: Куратор
Кому: Радетелю-2
Копия: Вдохновитель
Рад, ты сглупил. Я контролирую ситуацию. Но теперь уже ничего не сделаешь — отсиживайся в тени.
Вдохновителю — считаю деятельность Радетеля-2 избыточно эмоциональной, а переход в тень — поспешным. Это сильно осложняет работу по проекту. Тем не менее, оставляю за собой обязательства Куратора и гарантирую благополучный исход проекта.

Отзыв №26/3. Шифроуровень 90.
От кого: Вдохновитель
Кому: Радетелю-2
Копия: Куратор
Радетель-2 — переход в тень одобряю. Дальнейшие инструкции получите следующим сообщением. В прямой консультации отказано.
Куратор — ваше участие в проекте приостановлено. Немедленно прекратить деятельность по проекту. Отчет уровня 0 прислать в течение солнечных суток.

Отзыв №26/4. Шифроуровень 110.
От кого: Вдохновитель
Кому: Радетелю-2
В соответствии с полученными ранее инструкциями провести операцию «Желтизна» любыми доступными средствами. Избегать обнаружения и случайных крестов. При контакте с Куратором принять меры к изоляции последнего. При контакте с Коробом — возврат в легенду и ждать инструкций. Самостоятельно на связь не выходить!

Отзыв №26/5. Шифроуровень 130.
От кого: Вдохновитель
Кому: Куратору
ВАЖНО, СРОЧНО: ликвидировать Радетеля-2 по окончании операции «Желтизна». Обеспечить доказательства, уличающие именно его. Дано разрешение использовать аппаратные средства Дома в неограниченном режиме.
Начать подготовку к операции «Свободное дыхание». Срок подготовительных работ — 8 часов. По готовности доложить.

Донесение №26/6. Шифроуровень 130.
От кого: Куратор
Кому: Вдохновителю
Инструкции получены. Прошу уточнить, что делать с Другом и Прокатчиком.

Отзыв №26/7. Шифроуровень 130.
От кого: Вдохновитель
Кому: Куратору
Дождаться убытия Друга и одновременно с этим не допускать крестов. Еще раз: никаких крестов до убытия Друга! Операция «Желтизна» будет проведена без вашего участия вне зависимости от успеха или неуспеха Радетеля-2. Дождитесь убытия Друга и начинайте ликвидацию Радетеля-2.
По Прокатчику принимайте решение самостоятельно. Рекомендуется убрать из проекта, не допуская крестов.

Вайлет отбросила планшет обратно на кровать.
Женщина улыбалась.
— Наконец-то, — облегченно произнесла она. — А то я думала, эти ваши конспираторы никогда не дадут о себе знать.
— Не поняла, — призналась кварианка.
— Что непонятного? — Блад упала на спину и вытянулась на кровати. — Проснулись, наконец, эти ваши смутьяны, которые мутят воду и делают вид, что сражаются с системой.
— Системой?
— Ну да. Но все эти игры в песочнице меня не интересуют. Куда интереснее узнать, кто контролирует это ваше, блин, Сопротивление. Или как там его.
Вайлет не удержалась и хохотнула. Потом посерьезнела.
— Повстанцы, мать их… Даже не понимают, с кем связались. Да Редактор их всех под монастырь подставит так, что пикнуть не успеют.
— Простите, я не очень понимаю, капитан.
Кварианка присела на кровать, взяла планшет и тщательно удалила информацию.
— Тебе и не надо понимать, — сказала Вайлет и зевнула. — Отправляй отчеты, куда положено, маскируй это как угодно, хоть бы и снятием энергетических сигнатур, мне все равно. Вот только не строй из себя дурочку — тебе отлично известно о расколе в кварианском обществе. Ты от него и рванула на вольные хлеба, не так?
Кварианка молчала. Застыла, будто изваяние.
— Неужели ты не понимаешь, что любой раздрай — это подарок врагу? — задала риторический вопрос Блад и тут же продолжила: — А у нас, девочка, появился реальный враг. Опасный, мать его, враг. Видимо, мне придется снова общаться с Комиссией. Ох, блин, как не хочется просирать отпуск и начинать вкалывать вот прямо сейчас, но что поделаешь… 
— Погодите! — перебила кварианка. — Что за враг? Вайлет, умоляю! Я действительно не понимаю!
Блад потянулась и рывком спрыгнула с кровати, оказавшись сразу же в трех метрах от обалдевшей кварианки. Подобных выкрутасов Гила ожидала от кого угодно, только не от рядовой, как ей казалось, полицейской. К тому же, бывшей. И не от двухметровой верзилы. Девушка до сих пор не знала, что в крови Виолетты Балатони не только дикий микс средиземноморских народов, но и приличная доля нерастворимых и невыводимых боевых химикалий.
Бывший пехотинец сделала несколько молниеносных выпадов руками и ногами, целясь в неведомого врага. Неведомому врагу пришлось солоно — Вайлет виртуально сломала ему основание черепа и оба коленных сустава.
Женщина повернулась к Гиле.
— Опасный враг, детка, — произнесла Блад. — Меняющий реальность по собственному хотению. Долгое время я думала, что эта паскуда вредит лишь только людям, но теперь вижу, что его… Кхе, что его грязные лапы дотянулись и до славного социал-утопического общества кварианского народа.
Вайлет снова провела быструю атаку по неведомому врагу.
— Но руки прочь от кварианцев! — выдохнула Блад между ударами. — Не дадим в обиду космических бедолаг! Отрубим лапы злобной твари!
Блад дурачилась с настолько невозмутимым видом, что кварианка не выдержала и захихикала.
— Капитан, вы когда-нибудь бываете серьезной?
— Да, — с улыбкой на устах произнесла Вайлет, гася отдышку. — Когда выхожу на тропу войны.
— Как сейчас?
— Нет, дай мне полчаса. Пойду приму душ, потом побеседую с другом из Комиссии, сделаю звоночек одной тетке на Марсе, может, поболтаю с Церерой, и начнем концерт. Садись в первый ряд, девочка. Такое пропустить нельзя! 

Блад рывком открыла одежный шкаф и решительно выбрала подходящий случаю наряд. Ничуть не стесняясь кварианки, сбросила стандартный комбинезон космонавта и, оставшись в одном исподнем, скользнула в выглаженные до безупречной стрелки серые брюки с темно-синими полосками. Накинула синюю, под цвет лампасов, блузку с фальш-галстуком, заправила ее в штаны и плотно подпоясалась допотопным ремнем с массивной металлической пряжкой. На ремне внимательный глаз заметил бы скобы для крепления кобуры и еще чего-то на пояснице — в количестве двух штук.
Завершила одеяние Вайлет Блад серая, в цвет брюк курточка-квазиюбка. В зоне приталенности она «обернута» ненастоящим ремешком, сама же курточка продолжалась вниз, почти до колен. Если не двигаться, юбка юбкой. Но пара здоровенных вырезов до пояса тут же открывались, стоило сделать хотя бы два шага.
Безусловно, любой марсианин узнал бы в этой одежде форму полицейского дознавателя. Вот только знаков различия, обязательных по регламенту, на ней не было. Места нарукавных нашивок и воротниковых шевронов были совершенно девственны. Вайлет заказала себе эту одежду там же, на Марсе, и надевала исключительно на сеансы «бесед по душам» с подозреваемыми. Сколько себя помнила Блад, эта счастливая одежда всегда приносила ей успех в расследовании.
Пожалуй, следовало еще надеть полусапожки на небольшом, в пяток сантиметров каблуке, но эту деталь своего следственного облачения Вайлет оставила на Красной планете. Поэтому ограничилась привычными уже мультиадгезионными ботами.
— Для семидесяти лет вы потрясающе сохранились, — поделилась наблюдениями кварианка. Девушка внимательно смотрела на дознавателя, обняв себя за пояс одной рукой и положив маску на кулак другой.
— Для семидесяти двух, — уточнила Вайлет. — По вашим меркам это где-то сорок пять или около того.
— По нашим меркам сложно сказать, — сказала Гила. — Мы внешне почти не меняемся с момента взросления и до старости.
— Я не про внешность, а про возраст.
— А-а-а…
Кварианка хотела еще что-то сказать, но резко развернулась в сторону двери. Вайлет сначала не поняла, что встревожило девушку, но спустя секунду поняла, что над притолокой мигает желтый фонарь внешнего вызова. Кто-то стоял перед дверью и просил аудиенции.
— Выключи глушилку, — приказала Блад. — Кто там?
— Это человек, — ответила Гила. Кварианка в секунду успела подключиться к камере внешнего обзора. — Но одет почему-то в кварианский машгор. Модифицированный.
— Боже, что еще понадобилось этому Ромео? Открывай, Гила.
— Вы уверены? — девушка обернулась к Вайлет. — Может, не стоит ему знать, что я тут была?
— Моя лесбийская репутация объяснит любые версии, — усмехнулась Блад. — Давай, открывай. Что-то мне не нравится, как этот герой-любовник смотрит по сторонам.
Кварианка подчинилась.
Дверная створка юркнула в стену, и молодой человек переступил порог «капитанской» каюты.
— Комиссар, мне нужно с вами поговорить, — не здороваясь, выпалил Николас. — Наедине.
Парень метнул скрытый маской взгляд в сторону кварианки, но тотчас снова повернулся к Блад.
— Во-первых, я еще не комиссар, — начала Вайлет.
— А во-вторых, молодой человек, нужно здороваться с дамами! — добавила Гила.  

Николас вздрогнул и резко развернулся к Гиле. Вайлет буквально сквозь кварианскую экипировку увидела, как напрягся парень, рассматривая неожиданную гостью в капитанской каюте. Особое внимание молодой человек уделил горсаю девушки — салатово-оливковые цвета занимали Ника больше всего.
— Да, Николас, вламываться вот так невежливо, — улыбнулась Блад, заправляя форменный галстук под застежку курточки. — Мы с тобой уже виделись, тут не вопрос. Но вот с госпожой Гилой стоит все-таки поздороваться.
— Здравствуйте, — словно из-под палки выдавил Николас.
— Добрый день, — кивнула Гила. — Не могу сказать, что рада встрече. Вас никто не учил предупреждать о грядущем визите к офицеру государственной службы?
— Будущему офицеру, — вставила Блад, заканчивая возню с галстуком.
— Э-э-э…
Парень, казалось, онемел. Дело в том, что Гила так и не подключила обратно коммуникатор и говорила своим естественным голосом. А им она до одури походила на младшую сестру. Если же учесть, что у них и телосложение было идентичным… В общем, смятение Николаса можно понять.
— Познакомься с Гилой’Альтис, Ник, — сказала Вайлет. — Гила, это Николас Вольфберг. Непостоянный член экипажа космического буксира «Салим» и любовь всей жизни твоей младшей сестренки. Надо полагать, в отношении Полани наш молодой инженер питает те же чувства.
А вот теперь дар речи потеряла кварианка.
— Э-э-э, — девушка до малейшей интонации вернула недавнюю реплику Николаса. — Это, простите, как…
— В лучших традициях межрасовых любовей, конечно же, — усмехнулась Блад. — Ладно, потом сама расспросишь нашу молодую пару о деталях. Николас, что у тебя ко мне? Я тут, знаешь ли, немного занята. Вот прямо с этого момента и до полной победы развитого социализма на отдельно взятом космическом корабле.
— У меня… Я….
Парень смутился.
— Я хочу передать вам кое-какую информацию, комиссар.
— Будущий.
— Да, мэм… Будущий мэм… то есть да, комис…
Вайлет вздохнула и подошла к молодому человеку.
— Так, — произнесла Блад, глядя на Николаса сверху вниз. — Зови меня Вайлет — это раз. А два — давай, что принес. Похоже, у меня сегодня день донесений от кварианских костюмов. 
Николас протянул женщине накопитель с данными Дирака. С двумя версиями реальности: в одной из них Дирак — предатель Мигрирующего флота и без малого что не пособник неведомого врага, а во второй — наоборот, совершенно честный малый, который вскрыл заговор капитана — ворюги, интригана и без малого что не азарийского шпиона. Обе эти реальности абсолютно правдоподобны, а главное — полностью исключают одна другую.
— Где ты это взял? — спросила женщина, оторвавшись, наконец, от экрана терминала. Гила смотрела вместе со всеми, стараясь держаться подальше от Николаса.
— Это…, — парень запнулся. — Мне это дала Полани.
— Врет, — констатировала кварианка. — Поли в жизни бы не вынесла мусор из дома.
— Что? — не поняла Вайлет.
— Это пословица такая есть на Земле, — объяснила Гила. — В Евразии. Я сказала, что Полани бы в жизни не вынесла негатив за пределы своего корабля.
Вайлет повернулась к парню.
— Кто дал Альтис-младшей эту запись?
— Дирак’Син, — без тени колебаний ответил Николас. — Поли… Полани сказала, что он зашел к ней перед отлетом с «Салима». Извинился за события пятнадцатилетней давности и оставил эту запись. Там две версии его путешествия по ВИ-сети корабля. В одной версии…
— Я знаю, что в одной, — оборвала парня Вайлет. — И в другой тоже. Мы вместе только что смотрели обе. Что думаешь, Гила?
— Думаю, нужно анализировать обе, — сказала кварианка. — Какая-то из них точно фальшивая, поскольку одна противоречит другой.
— Есть еще один вариант.
— Да, — Гила кивнула. — Есть вариант, что фальшивые обе. Но тогда Дирак автоматически становится автором как минимум одной фальшивки, а зачем ему это?
— О-о-о, — протянула Блад и засмеялась. — Это еще один хороший вопрос. В любом расследовании этого дерьма на первом этапе чуть менее, чем «больше не съем».
Женщина откинулась от терминала и с удовольствием потянулась. Зевнула, широко раскрыв рот, после чего потерла ладонями лицо и произнесла:
— Так, мальчики и девочки. Мамочке нужно поработать. А ну-ка быстро выпорхнули отсюда нафиг, и чтобы каждый по своим местам. Гила, дуй в рубку и начинай просчет маршрута на Землю. А ты, Николас, бегом обратно на «Салим» и не спускать глаз с Полани! Отвечаешь за нее головой, хоть бы и в кварианском шлеме!
Вайлет по очереди осмотрела обе фигуры в машгорах.
— Есть вопросы? — спросила Блад. — Нет вопросов. Тогда вы официально получаете себе на горсаи по звезде помощника шерифа и мчитесь исполнять его указания. Брысь!

За последним из «машгороносителей» закрылась дверь.
Вайлет потерла виски ладонями.
Ей предстояло несколько трудных, долгих разговоров, а также много, очень много долгих копаний в служебной сети Ассамблеи — со всеми ее Комиссиями, отчетами, досье, протоколами и прочая, прочая, прочая. Коды авторизации пришли от Алена Мортимера вот буквально накануне, незадолго до того, как Вайлет собиралась поспать.
Теперь сон отодвигался в неопределенную перспективу. Дело, с которым она паче своего чаяния столкнулась на «Салиме», рисковало выйти далеко за рамки ЧП районного масштаба. Это уже вовсе не случайное заражение ВИ-систем корабля древним оружием уничтоженных синтетиков. К слову, это дело Вайлет раскрыла еще до визита на «Салим» — грузовик просто вонял кодом Жнецов во всем доступном спектре излучения. Именно этот код чуть не угробил Блад, выключив торможение ИКСа на физическом уровне управляющих протоколов. К счастью, Вайлет определила врага до того, как предприняла меры по защите, зашив в инженерный костюм алгоритм автоматической активации нуль-ядра при опасном сближении с объектами. Ну а потом Вайлет была уже вне зоны «боевого излучения» высокой мощности. Слаботочная же беспроводная связь внутри корабля проблем не доставляла.
Что же касается общей картины дела, то дело это вышло и уж куда как далеко за рамки элементарного дележа власти на отдельно взятом кварианском корабле. Эта версия долгое время была у Вайлет основной, но чем дальше копала Блад, тем больше противоречий и меньше мотиваций находила в действиях обоих капитанов. Ну никак не объяснялась та самая пресловутая бомба на внутрисистемнике Дирака. Блад разве что не просветила капитана Датто рентгеном — не было у того возможности скрытно поставить заряд на транспорте. Тот даже не стыковался с «Салимом»! Тут уж поневоле подумаешь: «А был ли мальчик?». Однако рапорт Ковальски однозначен — мальчик был. Такой мальчик, что только держись — случись взрыв, от корабля не осталось бы ни ножек, ни рожек.
Зато вот в противостоянии Дирака’Сина и Датто’Мессы обнаружились новые, потрясающие воображение детали. Последняя из них — из доклада молодого Николаса. Одно хоть радует — сам молодой кварианолюб чист, как утренняя роса. На него и досье-то еще нет, парень только начал жизнь.
Что же касается потрясающих воображение деталей, то Вайлет еще придется трясти всем доступным ей воображением, чтобы свести воедино все ниточки, нащупать клубок и размотать его весь. Неслучайно Блад оделась в старую добрую форму дознавателя. Ей придется работать не штурмовой винтовкой и с кварианцем на закорках, а куда тоньше — собственными мозгами.
Может быть, это даже и к лучшему. Вряд ли работа комиссара по этике сводится к штурмовым рейдам. Скорее, наоборот, работать придется головой. А потренировать порядком заплесневевший уже без работы чайник никогда не помешает. 

Запищал сигнал корабельного коммуникатора.
— Да? — Вайлет подняла голову на экран. С терминала на нее смотрел давешний ускоритель кварианского взросления.
— Вайлет, у меня плохая новость, — начал Датто’Месса.
— Поверьте, капитан, я другими и не питаюсь, — улыбнулась Блад. — Ну, что у вас там снова?
— Новость действительно плохая, комиссар.
Вайлет нахмурилась. Обычно с фарфорового лица Датто не сходило эдакое выражение спокойной безмятежности, разве что не доброжелательности. Даже когда он отвечал на крайне тяжелые вопросы бывшего дознавателя и будущего комиссара. Но на этот раз капитан «Салима» действительно встревожен не на шутку.
Или у него просто случился запор.
Черт бы побрал этих куколок с их фарфоровыми эмоциями!
— Говорите, — приказала Вайлет.
— Азари, которую мы вытащили из разведкатера…
— Ну?
— Мертва. Убита менее, чем час назад.
— Это плохо, — вздохнула Вайлет. — Но если вы сейчас же сдадите убийцу, я постараюсь сделать так, чтобы Мигрирующий флот оказался вне политических разборок. В конце концов, у вас только что было здоровущее ЧП, и мы вполне можем списать это на стресс…
— Вы не поняли, Блад, — прервал женщину кварианец. — Азари убита, и мы не знаем, кто это сделал. Вообще. Даже представления не имеем.
Вайлет закрыла и открыла глаза. Ее самые тревожные опасения начали сбываться слишком рано.
— Кто обнаружил тело? — спросила дознаватель.
— А вот это — самая плохая новость, — невесело усмехнулся Датто. — Мертвую азари нашли спасатели, когда пришли забрать ее на свой корабль.
— И, разумеется, доложили на опорный пункт КЧС (3), — констатировала Блад.
— Разумеется.
— Понятно, — кивнула Блад. — Ничего не предпринимайте, капитан. Если не хотите грандиозной политической сральни всесистемного масштаба, ничего не предпринимайте.
Вайлет выключила связь и снова потерла виски.
Спать хотелось зверски, и даже разминка перед Гилой ничего не изменила. Видимо, придется снова садиться на стимуляторы.
Таинственный Редактор, провалив дебют с захватом «Салима», все-таки вытащил миттельшпиль, сковав Блад вынужденной публичностью. Теперь Вайлет придется делать то, что она терпеть не может — защищаться. Хорошо еще, что есть такая штука — защита нападением.
— Капитан, входящий вызов! — голос Гилы полон нескрываемого волнения. — Требуют вас на приватный канал.
Женщина-дознаватель лишь покачала головой.
— Марс, Титан или Церера? — спросила Блад.
— Откуда вы…, — начала Гила, но, взглянув на лицо Вайлет, тут же осеклась. — Частный вызов с Марса, капитан.
Ну хоть хорошо, что частный. Вот только официальной азарийской трепотни Вайлет сейчас не хватало.
— Соединяй.
Конечно, тетка Этита еще тот собеседник, когда дело касается убийства азари. Но все-таки разговор с главой марсианской Миссии азари куда легче, чем с представителем Совета матриархов. В этом смысле Марс намного предпочтительнее Титана. Хотя сама Вайлет, дали бы ей волю, предпочла бы Цереру.
Коротко пискнул зуммер, и на экране терминала возникло овальное лицо матриарха.
— Здравствуйте, Этита.
— Спасибо, Вайлет, — ответила азари. — Извините, воздержусь от благих пожеланий. Если Илана погибла при вашем участии или бездействии, то здравствования я вам не гарантирую. При всем моем к вам уважении, майор.
— Кем она была?
— Родная правнучка главы Совета матриархов.
— Дерьмо, — констатировала Вайлет.
— Еще какое, — улыбнулась азари. — А теперь рассказывайте, что у вас там происходит, и мы вместе подумаем, как нам все это разгребать.

Продолжение следует...

====
Примечания:

1) Сложная кварианская идиома времен Утренней войны, по смыслу близкая к «кто-то, не решающийся спросить, может ли он считать себя равным».
2) Ком-бакен — коммуникационный бакен. Портативный Ретранслятор, передающий со сверхсветовой скоростью исключительно информацию, но не материю.
3) КЧС — Комиссия по чрезвычайным ситуациям — структура, отвечающая за спасательные работы на территориях Солнечной системы и звездных окрестностей, подконтрольных Ассамблее.

Отредактировано: Архимедовна.



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 03.11.2013 | 1114 | 6 | Afterlife, RomanoID | RomanoID
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 40
Гостей: 35
Пользователей: 5

Belisenta, ARM, bug_names_chuck, Darth_LegiON, Батон
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт