Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Приоритет - Сарен. Найти и уничтожить. Глава 5. Часть 1

Жанр: приключения;
Персонажи: Шепард и Ко + ОС;
Аннотация: обычный парень по непонятным пока причинам попадает в слегка измененную вселенную Mass Effect. Он обладает знаниями о предстоящих событиях и возможностью эти события изменить. Вот только как он этим распорядится? Раскроется ли он перед кем-нибудь или будет исподволь направлять события в нужное русло? И удастся ли ему вообще что-нибудь изменить?
Описание: Зачистить от гетов систему Армстронга - нет ничего проще, особенно если "Нормандии" в этом деле будет помогать ударная группа из четырех кораблей, а главный "человек-катастрофа" будет вынужден прохлаждаться на корабле. Но за вынужденный отпуск Дубровский здорово отплатит батарианцам, спалившимся с угоном астероида.
Примечания автора: Моя проба пера. Поддался крику души «Тема русских не раскрыта!», плюс решил добавить малость заклепок и логичности. Переписать концовку — обязательно. Как — война план покажет.



Глава 5. «Тираниды?.. Не, Чужие?.. Зерги?.. А, рахни...».

«Маленькой рахнюшке холодно зимой.
Из снега рахнюшку взяли мы домой.
Из снега рахнюшку взяли мы домой.
Милая рахни повзрослеет здесь.
И всех ученых она захочет съесть.
И всех ученых она захочет съесть».
Авторские маразмы.


После обеда Шепард вызвал меня в капитанскую каюту и, несмотря на мою все еще не успокоившуюся головную боль и в целом паршивое самочувствие, вставил километровый фитиль. Без вазелина. Досталось за все: за постоянные шуточки, нарушение дисциплины (хотя какая дисциплина на «Нормандии»?), за неподобающий внешний вид (и чем ему не нравится моя любимая футболка веселого зеленого цвета — почти армейский стандарт ведь, только «Че Бурашка» на спине не вписывается), особенно — за последний расслабон во время высадки, из-за которого мне теперь еще четыре дня отлеживаться на корабле. Коммандер изволил очень расстроиться из-за того, что основное ядро группы — четыре подготовленных альянсовских морпеха — уполовинилось. Действительно, наша троица — Шепард, Аленко и Дубровский — была хорошо сыгранным звеном; Уильямс тоже органично влилась в роль штурмовика, плюс постоянные тренировки в ангаре. Да-да, никаких стояний около шкафчиков или копаний с «Мако» — ежедневно по два-три часа занимались как могли, плюс при каждой стыковке или посадке тренировались на полигонах или просто на местности. Да и «привлеченные специалисты» не отставали — Рекс участвовал в тренировках и делился опытом: «Помню, на Тучанке мы обычно делали так...»; Тали разрабатывала новые схемы РЭБ, копалась со средствами связи группы, а в последнее время я привлек ее к сооружению одного весьма полезного устройства, до поры до времени держа его в секрете. Лиара постоянно обсуждала какие-то биотические приемы с Кайденом — делилась опытом многих десятилетий тренировок, а Аленко рассказывал ей особенности человеческой биотики, особенно об умении экономить энергию.
Дальше по плану у нас стояло обследование туманности Армстронга. Штаб флота решил симметрично ответить гетам на атаки человеческих колоний, и стелс-фрегат отлично вписывался в план операции возмездия. Операцию «Колибри» разрабатывал штаб Пятого флота, и план их был прост и элегантен. «Нормандия» исследует систему, из которой идет сигнал железяк, засеченный службой РЭБ флота, находит базу гетов, затем прибывает ударная группа — крейсер «Нью-Йорк» со звеном фрегатов — и устраивает противнику локальный армагеддец. Вряд ли системы обороны гетов выдержат обстрел из главного калибра крейсера, если же будет нужда — «Нормандия» по-тихому высадит пару отделений десанта, которые устроят диверсию. Для столкновения с кораблями гетов сил этой группы также было вполне достаточно — фрегаты навязали бы противнику ближний бой, крейсер действовал бы издалека, а «Нормандия» гадила с тыла, да и убежать при встрече с превосходящими силами противника суда Альянса вполне могли.
Десантная группа торчала в ангаре вместе с отделением с фрегата «Гангут». Эти ребята пришли на корабль со своим «Мако», и в очереди на выброску они стояли первым номером. Наша интернациональная команда была «запасным вариантом». Кайден тоже готовился к высадке — со дня его ранения прошло уже шесть дней, рана успешно зажила и доктор Чаквас, скрепя сердце, допустила его к высадке. Я же сидел в кресле второго пилота — три часа назад закончилась вахта Карла Линдеманна, второго пилота «Нормандии», «сумрачного тевтонца» из Мюнхена. Тот был прямой противоположностью Джокера — постоянно серьезный, ревнитель Устава (как он на меня посмотрел, когда я оперся на кресло первого пилота в его вахту, это надо было видеть), в общем, необщительный парень, но пилот — отменный. «Нормандия» прыгнула из системы Хасбэнд(1), на задворках которой находился ретранслятор, в систему Вамши — одну из тех, которые указали очкарики «Старика» Хакета. Сейчас Джокер заканчивал маневрирование, выводя фрегат на постоянную орбиту над планетой Маджи, первой планетой системы с двумя солнцами, для разведки гетской базы. Климат на шарике был тот еще — красный гигант, Вамши-Б, нехило фонил на всю систему, так что загорать на планете в принципе было можно. Но недолго. Да и вторая звезда прибавляла жару, хоть и была на порядки меньше.
Шепард закованной в броню статуей стоял позади Джокера. Как он выразился однажды, на капитанском месте ему было неуютно, поэтому он чаще всего составлял компанию пилоту.
— Сканирование окончено. Итак, мы имеем полевую базу: легкие укрепления, что-то похожее на складские помещения, никаких признаков подземных помещений, три установки ракет «земля-космос» — для «Нью-Йорка» они не опаснее гвоздей. Размещена база у горного подножия, но закапываться они даже и не подумали. Приказы, коммандер?
— Проверь еще раз — может, они устроили где-то тайник или зенитные системы установили. Затем отправь данные капитану Спирсу на крейсер. Группе высадки — готовность два(2).
Второе сканирование ничего не показало. Только неглубокие залежи полезных ископаемых, принадлежность которых сканеры «Нормандии» не определили. Джокер отослал данные на «Нью-Йорк», прятавшийся вместе с тремя своими фрегатами на краю системы, после чего тот прыгнул к Маджи на ССД. Еще через полчаса капитан первого ранга (3) Джозеф Спирс вывел крейсер на геостационарную орбиту прямо над базой гетов, развернул корабль носом к планете и дал залп из ускорителей среднего калибра. Из иллюминаторов «Нормандии» действия стрельбы видно не было — мы были слишком далеко от планеты, но на мониторах системы наблюдения территория базы резко сменила вид на эдакую «пыльную бурю». После обстрела наш фрегат подошел ближе, и через десять минут сканирования Джокер доложил Шепарду:
— Цель полностью уничтожена, сэр. Никаких признаков активности, никаких признаков целых конструкций. Гетов разнесло по всему полушарию.
Шепард связался со Спирсом, доложил ему об уничтожении цели, затем «Нормандия» отправилась к окраине системы. Минут через десять полета Джокер включил стелс-систему, «сбросил тепло» в космос и активировал ССД, отправившись к следующей по списку системе. По плану всю операцию было необходимо завершить максимум за трое суток, прежде чем геты подтянут в скопление крупные силы. Зачистка Маджи, с момента появления «Нормандии», заняла шесть часов.

***
— Тали, ну елки-палки, ну куда ты этот штифт лепишь? Канат же запутается к батарианской матери, и все — пишите письма мелким почерком. Ну, я имею в виду — все, абзац. Летальный исход.
— Слушай, Дубровский, кто из нас двоих инженер? Ты? Нет? Вот и молчи в тряпочку. Я знаю, что делаю.
Вот тебе и скромняшка-Тали. Вот тебе и тихая девочка с гаечным ключом. Это ж надо — мало того что жестко поставила меня на место, так и выражение мое использовала. Законная гордость учителя переполнила меня.
— Моя школа, — довольно крякнул я. — Дорогая, ты определенно делаешь успехи. Еще немного, и дорога в адмиралы тебе открыта — тебе просто никто слова в ответ сказать не сможет. Если что — обращайся, преподам тебе мастер-класс запудривания мозгов.
— Мастер-класс, хе... Да после того, что произошло на Феросе, ты определенно обязан на ней жениться, Дубровский, — довольно заметил Рекс, копавшийся со снаряжением. Дело происходило в ангаре: мы с кварианкой работали над «последним шансом десантника», кроган возился с броней, а трое морпехов с «Гангута» неодобрительно на нас косились. Один так вообще сплюнул на палубу, после чего выслушал выговор от педанта Прессли и был отправлен за ведром и щеткой.
— Еще чего не хватало! — возмутился я. — Я был недееспособен! Кстати, откуда такие познания в человеческих крылатых выражениях?
— Эээ, Дубровский... Знал бы ты, сколько крылатых и не очень выражений я успел услышать за свою жизнь...
— Жениться? Еще чего не хватало! Это же человек-катастрофа! С его-то талантами он угробит любой кварианский корабль максимум за два месяца.
— И это единственный твой протест против замужества? Слабовато, слабовато. Так когда нам готовиться к застолью? — Кроган продолжал скалиться. Ужасающее зрелище, ага.
— В следующей жизни, Рекс. Так, Тали, возвращаемся к нашим бара... тьфу, лебедкам. Как думаешь, где лучше закрепить вот эту гнутую штуковину?
— Эта гнутая штуковина называется уголок, и крепить я его буду во-о-от зде-есь...

***
Четыре часа назад закончилась зачистка системы Гонг. Аванпост железяк обнаружился на планете Касбин — эдакая Земля минус полста миллионов лет назад. Смотреть там было не на что — та же история, что и на Маджи, только справились за четыре часа. Эту операцию Джокер проспал — была вахта Карла, сейчас же наш хрупкий пилот, позевывая, сидел в своем кресле; я, как частенько до этого, рядом, в кресле второго пилота. Тоже справляясь с последствиями сна.
— Джефф, давно хотел тебя спросить: а как ты вообще пробрался в пилотское кресло «Нормандии»? Как пилот ты, конечно, вне конкуренции, но я никак не пойму, как наши адмиралы допустили тебя до пилотирования новейшим кораблем.
— А меня никто и не допускал.
— Как не допускал?
— А вот так. Чтобы сесть в это кресло, мне пришлось угнать «Нормандию».
— Уг... Кхе-кхе, чего? Как угнать?
— Руками! Ногами, конечно, тоже, но в основном — руками. Я подвозил генерала Инвиктуса — турианца, руководившего их отрядом, и тот облил меня ушатом презрения, глядя на костыли. Вот я и решил хотя бы раз прокатиться на этой птичке, — Джокер ласково похлопал по подлокотнику. — Когда я пристыковался к станции, меня сразу взяли в оборот и собрались было упрятать в самую глубокую камеру в самой далекой армейской тюрьме, но тут уже турианец уперся рогом... Или чем они там упираются? «Я бы сказал, что он именно тот пилот, который вам нужен, — пилот довольно смешно спародировал суровый тон турианского генерала. — Во имя человеческо-турианской дружбы я рекомендую прислушаться к моим словам». Кэп Андерсон тогда был старпомом и смог убедить капитана Дилларда в правильности совета турианца.
— Мда. Засилье абсолютно безумных и алогичных людей в штабе флота продолжает увеличиваться день ото дня. Ничего личного, Джефф, но сам понимаешь.
— Да уж понимаю. Но лично я всем доволен, пусть даже мое назначение и стало политическим компромиссом. Ха, смешно — лучший пилот назначен управлять лучшим кораблем из-за политики.
— Да ладно, из-за политики. Скажем так, политика помогла офицерам осознать, что ты лучше других подходишь для этой роли. Хотя твой звездный час еще впереди. — Ага, во время битвы за Землю. По воспоминаниям Василькова, вторая «Нормандия» будет чуть ли не флагманом объединенного галактического флота. Конечно, точность этих знаний у меня все больше и больше подвергается сомнениям, да и допускать гибель SR-1 и Шепарда я не собираюсь. «Лазарь» «Лазарем», но мало ли... вдруг босс просто сгорит в атмосфере или расплющится при падении? Не, от живого Шепарда пользы будет гораздо больше чем от мертвого, несмотря на архиполезные «Церберовские» имплантаты. Ну да будем посмотреть — к атаке на корабль надо будет готовиться после битвы за Цитадель, а у нас по плану — Новерия и, если воспоминания не подведут, Вермайр. А вот там придется потрудиться.
— И ты, наверняка, скорее погибнешь вместе с кораблем, предпочтя почетную смерть перспективе разлуке с «Нормандией».
Джокер сразу осунулся.
— Не столько из-за перспективы расставания, Глеб... «Нормандия» стала моим последним шансом. Право управлять ею я получил лишь чудом. И если я профукаю этот шанс, меня спишут. Штабистам будет плевать на все мои заслуги, рекомендации старших офицеров... Поверь на слово — они припомнят все мои выходки и нарушения, даже те, о которых я давно забыл. А без корабля я... Даже не знаю...
— Потеряешь смысл жизни, — закончил я за товарища.
— Ага...
— Но ты же понимаешь, что тебя на корабле одного не бросят. В случае тяжелого повреждения «Нормандии» в бою Шепард обязательно объявит эвакуацию. Если ты останешься, кто-нибудь отправится за тобой. Подвергнет свою жизнь опасности, возможно погибнет. Кого ты готов забрать с собой на тот свет? Розу? Джошуа? Колю Вихрева? Меня? Шепарда?
— Да никого я... Не собираюсь...
— Гипотетическая потеря «Нормандии» — это еще не конец, поверь мне на слово. Тем более, что если мы не остановим Жнецов, или только задержим их — нас ждет большая война, самая страшная из тех, что переживало человечество. И нам нужен будет каждый, кто сможет держать оружие. Особенно — хорошие пилоты.
— Да хватит мне уже на мозги капать! — взорвался пилот. — С чего ты вообще взял, что «Нормандия» погибнет?!
— Тише ты! Я не капаю, а предостерегаю. А по поводу моей паранойи — как у нас в России говорят — надейся на лучшее, готовься к худшему.

***
— Выходим из прыжка в системе Терешкова через тридцать минут, коммандер.
В третьей по счету системе зачистка слегка отличилась от двух предыдущих — тем, что в разгар обстрела поверхности недалеко от планеты внезапно вышли из прыжка три гетских фрегата и дружно рванули к нашей оперативной группе. Капитан Спирс не растерялся — крейсер быстренько развернулся и расстрелял два корабля на подлете: первый отхватил из среднего калибра и рассыпался на множество комплектующих, а второму не повезло попасть под «очередь» из главного калибра «Нью-Йорка». Фрегат исчез в ярчайшей вспышке взрыва, вызванного столкновением почти тридцатикилограммового снаряда с корпусом корабля. Третий фрегат схватил несколько торпед с «Гангута» и «Окинавы» и развалился на куски. На засаду это не было похоже — скорее всего, либо патруль, либо усиление. Тем более что, лишь третий корабль гетов успел среагировать и сбить четыре торпеды средствами ПКО — учитывая, что они вышли из прыжка почти менее чем в десяти световых секундах(4) и обнаружили нас, только когда крейсер уже развернулся и готовился дать залп, причем мы их заметили за шесть световых секунд до нас. В общем, железякам ничего не светило, но уйти они бы не смогли и поэтому решили, видимо, попытаться прикончить один из наших кораблей.
После утопления нежданчиков, мы обследовали заснеженную поверхность Антибара, где нашли аванпост, но лишнего ничего не обнаружили и прыгнули прочь из системы.

***
— А вот скажите мне, камрад Линдеманн, почему вы постоянно такой серьезный? Что, никак улыбнуться нельзя? — Карл хмуро глянул на меня, и отвернулся обратно к голоэкранам.
— Не вижу необходимости в кривлянии, — серьезным тоном произнес пилот, осматривая панель вариативности курса(5).
— Кривлянии? Карл, ты оскорбляешь меня в лучших чувствах. — Пилот снова уставился на меня своим тяжелым взглядом. — Злые вы. Уйду я от вас. Нафиг.
Из пилотской рубки я отправился в кают-компанию, точнее, то помещение на второй палубе, которое на нашем маленьком корабле считалось за него. Там как раз наша нечеловеческая компания обсуждала какую-то проблему. Точнее, обсуждали трое — Тали, Гаррус и Ли. Рекс просто осуществлял прием пищи и время от времени вставлял свои комментарии. Хотя по сравнению с первыми его днями на корабле это уже прогресс.
— Не выйдет. Они — искусственный интеллект. И им попросту будет наплевать на свои большие потери, даже если они и будут. Они будут следовать своей цели как... как машины! — Тали раздухарилась. Судя по всему, речь шла о гетах.
Камбуза на «Нормандии» как такового предусмотрено не было, скорее была кухонная стойка, как на SR-2, только не слева по руку, а через стенку от лифта. Я взял порцию картошки с котлетами и присоединился к спорщикам. Первое время экипаж корабля косился на меня, — ксенофобия атакует, ага — но затем попривыкли и даже стали подсаживаться к не-людям.
— Точно. Тем более, что мы о них почти ничего и не знаем — даже вообще кто они такие. — А нет, Жнецов обсуждаем.
— Стоп-стоп, мне кажется, мы не туда забрели. Сейчас наша задача — предотвратить их вторжение. Раз они до сих пор еще не здесь, значит, они не могут прийти в нашу Галактику — потому им и нужен Сарен. Все в принципе это знают. Духи, да они вообще могут быть не в курсе, что у нас тут есть разумные формы жизни. — Гаррус.
— А они есть? Вот новость. — Фирменный юмор Рекса.
— Значит, они должны были оставить наблюдателя. Того, кто будет следить за кандидатами на уничтожение и подаст сигнал к началу. — Лиара.
— И вот тут возникает закономерный вопрос: а что это за странный корабль, который вы все наверняка видели на записи атаки Иден-Прайм, — прожевав полкотлеты, выдал я.
На меня тут же уставились четыре пары глаз.
— Да ладно, вы что, не смотрели записи?
— Смотрели. И никаких кораблей там не видели. — Я натурально схватился за голову. Бардак. Он все-таки окончательно добрался до «Нормандии». Нонкомбатантам, конечно же, дали просмотреть записи операции на планете, но никто не удосужился показать самое главное — то, что мы поймали до высадки.
— Ладно, давайте дожуем, а потом я вам покажу. То еще зрелище, лучше не портить аппетит.
Во время показа на мой инструментрон пришло сообщение от Шепарда, где он приказал мне в свободное время заглянуть к нему в каюту. Вообще, приказом это не было, но просьбой называть этот мессадж как-то меня не тянуло.
— Глеб, что у тебя за проблема с Линдеманном? — Я натурально офигел. Шепард сидел за консолью терминала и напряженно работал с бумагами — уж чего-чего, а бумажной работы у капитана фрегата ВКС Альянса было просто до чертиков. И в мою сторону он даже не смотрел — все его внимание занял какой-то отчет.
— Да нет никакой проблемы, Джон. Просто пытался слегка развеселить человека. А что, есть жалобы?
— Жалоб нет. Просто у капитана есть некоторые возможности по контролю за членами экипажа. А развеселить его тебе не получится, даже не пытайся. Он отсмеялся шесть лет назад.
— В смысле, отсмеялся?
— Ты как-нибудь загляни в его каюту, — отвлекся от консоли Шепард. — На столике стоит фотография: он, женщина и две маленькие девочки — его жена и дочери. Они входили в число пассажиров «Эксцельсиора» во время его последнего полета.
— Вот жеж... Млять... Их нашли?
— На корабле. А его потом вызвали на опознание.
Мда. Теперь понятно. Трагедия «Эксцельсиора» была на слуху даже сейчас, спустя более чем полдесятилетия. Огромный грузо-пассажирский лайнер на без малого полтора миллиона тонн массоизмещения. Чаще всего он использовался для перевозки больших партий колонистов на осваиваемые планеты. Последний свой рейс он совершил на Элизиум, в туманность Петра. На каком участке пути после прохода через ретранслятор его перехватили — это неизвестно; неизвестно также, как к батарианцам вообще попала информация об этом корабле. Большинство сходилось во мнении, что без предательства не обошлось. Корабль шел без эскорта, его перехватили самые радикальные из батарианских террористов. Из восьмидесяти тысяч человек они захватили в рабы семь тысяч, остальных... Остальных спасательные команды разыскивали по всему кораблю. Частями, в основном. Командование ВКС было в ярости — на розыск тварей были брошены лучшие части флота, и долго от правосудия они скрываться не смогли. Даже те несколько десятков пиратов, что вместе с пятью сотнями рабов добрались до батарианской армейской станции на окраине одной из их систем были уничтожены, вместе с большинством солдат. Почти все пленные, из всех семи тысяч, были спасены. Четырехглазые тоже обозлились на наше вторжение на их территорию, однако тут на сторону людей стал Совет, шокированный таким преступлением. Официально власти батаров были ни причем, поэтому никаких санкций не последовало, однако ни один из террористов не пережил пленения. И, судя по одномоментному критическому повреждению файлов с записывающих устройств десантников, смерть их легкой не была.
— Понятно. Как он еще удержался... Не представляю.
— Да... Ладно, можешь идти. — Босс вернулся к работе с документами, а я в несколько подавленном настроении отправился наверх.

***
А вот на четвертой планете по списку — на Райнгри в системе Гагарина — высадиться-таки пришлось. Там геты успели закопаться, и залп среднего калибра крейсера снес наземные укрепления и примерно половину подземного комплекса. Спирс был командиром мини-эскадры, но «Нормандией» он не командовал, поэтому после короткого совещания с Шепардом он принял решение выбросить десант и осмотреть развалины аванпоста на предмет обнаружения какой-либо ценной информации. Хм, по воспоминания Василькова, там находилось нечто вроде исследовательского центра гетов, и группа железяк, напавшая на отряд с тыла — когда те прошли большой зал с кучей ящиков. Ну да ребят с «Гангута» так просто не возьмешь, поэтому сейчас Джокер выводил «Нормандию» на траекторию сброса десанта недалеко от комплекса.
Первым вышел «Мако» десантного отделения с «Гангута», затем, секунд через пять — БТР с нашей командой. Шепард решил, что прикрытие для морпехов не помешает, тем более, что таланты Тали в области РЭБ были просто неоценимы. Так что, по плану, отделение сержанта Балакина войдет в остатки подземной части комплекса, наша команда останется контролировать точку входа и будет «на подхвате». Мы же, крутясь в верхних слоях атмосферы, прослушивали переговоры наземной группы.
— Продвигаемся вперед. Здесь все сильно разрушено, но проход относительно чист. Гетов не наблюдаем. — Поступил доклад от Балакина. — Проходим нечто вроде склада — множество контейнеров. Почти неповреждены.
— Будьте осторожны, сержант, геты могут спрятаться в ящиках. Следите за тылом.
— Ага, спасибо, коммандер. Вихрь, Челка, Аспид — контролируйте тыл. Хиро, проверь справа.
— Чисто, сержант.
— Вася, Кол, Монро — проверить. — Похоже, пехотинцы добрались к выходу из помещения.
— Шесть часов!!! Противник!!! — И сразу звуки стрельбы.
— Коммандер, вы были правы, геты вылезли с тыла. У меня двое легкораненых, не откажусь от помощи.
— Вас понял, выдвигаемся. Отвлеките их, постараемся зайти с фланга.
— Понял. Хиро, кинь пару сюрпризов. — Звуки взрывов, шипение в динамиках — похоже, морпехи использовали новые гранаты. Последняя разработка, специально против гетов: гранаты кроме обычного взрыва имеют еще и ма-а-аленький бонус — слабенький электромагнитный импульс. Слишком маломощный, чтобы повредить системы гетов и, соответственно, наши системы брони и вооружения, но этого вполне достаточно, чтобы на время сбить железякам прицел и добавить помех в связь, прицеливание, схемы управления и т. д. А через несколько секунд в общую какофонию боя вписались новые инструменты — еще несколько винтовок разного типа. Еще четверть минуты — и тишина.
— Порядок?
— Норма. Кроме Колунова и Такахаси, пострадавших нет.
— Хорошо. Заканчиваем здесь и выдвигаемся. «Нормандия», как принимаете? Джокер, приступай к эвакуации, но не спеши — дай нам примерно тридцать минут на осмотр.
— Вас понял, коммандер. Начинаю расчет курса для захода на посадку.

***
Пока десантники копались на базе гетов, Тали умудрилась выловить сигнал железяк, непонятно откуда идущий. К счастью для нас, он был ненаправленным, так что, отогнав «Нормандию» на несколько световых секунд от планеты, мы смогли вновь уловить этот сигнал и при помощи триангуляции вычислить местонахождение источника. И самое интересное — сигнал шел из системы Гриссом, буквально в нескольких парсеках от Хасбэнда, так что группа Спирса отправилась поближе к ретранслятору, а мы полетели на разведку.
Прилетели. Хорошо, Джокер не стал сразу соваться в центр, а решил поболтаться на периферии системы. Иначе засечь внезапно вспыхнувшие сигнатуры двух крупных кораблей, классифицированных как крейсера, и полдюжины фрегатов было бы гораздо труднее.
— Серьезно, — задумчиво произнес Шепард. — Похоже, они отреагировали на уничтожение своих аванпостов и решили заманить нас в ловушку. Смотри — мы их больше не видим. Выключили системы и легли в дрейф, сидят на пассивных сканерах.
— Это был прыжок на ССД? — задал я интересовавший меня вопрос.
— Ага, — ответил пилот, — вышли из прыжка, заняли позицию и затаились. Дрейфуют недалеко от Нотанбана, похоже, что база именно там.
— Нашей группе с такой эскадрой справиться будет трудно. Джокер, выводи корабль из системы, летим к Спирсу. Нужно запросить подкрепление.
Хакет на подкрепления не поскупился. Через четыре часа после запроса о помощи, в систему прибыли сразу три крейсера («Москва», «Дели» и «Мюнхен») и два звена фрегатов — всего одиннадцать кораблей. План боя составили буквально за полчаса. А затем началось представление.
Три фрегата вышли из прыжка посреди системы Гриссом и легли в дрейф, принявшись за пассивное сканирование системы. Геты недолго сидели без дела: решив, что безопасность аванпоста — приоритетная задача, все шесть фрегатов противника запустили двигатели и рванули к тройке кораблей Альянса. Те, оценив численное превосходство противника, развернулись и бросились наутек, однако уйти в прыжок на ССД они не успевали — геты перехватывали их до того, как корабли успевали разогнаться и сбежать.
Капитаны человеческих фрегатов это, конечно, понимали, поэтому один из кораблей должен был развернуться и принять бой, чтобы дать товарищам уйти. Однако крайних мер не потребовалось. В восьми световых минутах впереди по курсу фрегатов из прыжка неожиданно вышли еще пять фрегатов. И все бы ничего — силы были примерно равны, ведь живучесть кораблей гетов выше, чем их противников, но вот незадача — прибывшие фрегаты сопровождали крейсер.
Оценив перспективы боя с превосходящим по классу кораблем, поддерживаемым фрегатами, геты развернулись и бросились к своим крейсерам, начавшим было активацию систем и выход на боевой курс, но у тех появилась своя проблема — сразу три крейсера Альянса и три фрегата в трех световых минутах. При таком подавляющем численном и огневом превосходстве ловить синтетикам было нечего, но вариант «сдаться», к сожалению, не входил в их протоколы. Поэтому перед тем, как погибнуть, геты серьезно повредили «Дели», пробив щиты крейсера и оставив на память огромную пробоину на правом скосе корпуса, и вывели из строя правую двойку двигателей у фрегата «Окинава». А вот фрегату «Верден» повезло меньше — снаряд из ускорителя фрегата гетов пробил щиты и целиком вырвал рубку связи, захватив еще и половину мостика. Потери были большие. Конечно, весь экипаж находился в скафандрах, однако многие погибли от ударной волны и осколков, а одного парня разрезало пополам об элемент обшивки, когда декомпрессия вырвала его из кресла.
— Джокер, можешь деактивировать стелс-режим. И выводи «Нормандию» к Солкруму, — скомандовал Шепард, получив сигнал об уничтожении базы гетов на спутнике газового гиганта. Корабль мягко тронулся с места — мы дрейфовали за Зеруксом, играя роль наблюдательного поста. Температура на мостике, да и на всем корабле, начала опускаться — последние часа полтора было душновато. Сейчас же системы сброса тепла работали на максимуме.
На остатках базы уже хозяйничали десантники с «Мюнхена». Остальные корабли занялись ремонтом повреждений и сбором остатков гетских кораблей. Пять фрегатов были отправлены в охранение.

***
На Новерию мы не полетели. Сначала коммандер решил заглянуть в систему Асгард.
— Босс, а зачем нам в скопление Исхода? Там Сарена точно нет.
— Если бы я точно знал, где он есть, я бы немедленно отправился туда. Но я не знаю. Поэтому мы сейчас завезем данные, добытые с аванпостов и базы гетов, заодно инженеры проведут техобслуживание корабля. Нужно узнать, как повлияло путешествие на системы «Нормандии». Наш фрегат, если ты не помнишь, прототип, поэтому он требует постоянного мониторинга. А некоторые операции можно провести только с тем оборудованием, что установлено на верфях. Так что готовься к увольнительной на Терра Нову.
— Увольнительная — это хорошо. Но как же Бенезия?
— На Новерии ее сейчас нет — это факт. У СпеКТР там находятся несколько осведомителей, они предупредят, когда она прибудет. А пока займемся делом. По пути зайдем в систему Вояджера — адмирал Кахоку прислал сообщение, что намеревается посетить одну из планет. С тех пор от него ни слуху, ни духу.
Несколько часов мы провели вместе с ударной группой, затем, когда на наш фрегат загрузили носители с данными, трофейные запчасти и несколько непонятных агрегатов, отправились к ретранслятору.

***
В системе Вояджера адмирала не оказалось. Там вообще ничего не было. Пара заброшенных орбитальных исследовательских станций — и все. Странно. Очень странно. По воспоминаниям Василькова, там на одной из планет должен был располагаться исследовательский комплекс «Цербера», в одном из зданий которого и должен был находиться Кахоку. Мда. В общем, просканировав систему и обыскав оба орбитальных комплекса, мы двинулись к скоплению Исхода.

***
Скукота. Летим и летим... ничего не происходит... Тали возится с данными, любезно подаренными ей Шепардом (босс решил, что кварианцы далеко, поэтому ничего страшного не случится, если передать им данные по гетам). Сам начальник о чем-то беседовал с Уильямс — судя по постоянным рифмам, о стихах. И вообще, что-то частенько они стали разговаривать вдвоем. За руки пока не держатся, но это только пока. Не то что бы я не одобрял, в случае чего даже порадовался бы за обоих, но завидно ведь! Гаррус тоже занят. Не калибрует, нет, возится с донесениями от источников на Цитадели — говорит, что зацепил один очень интересный след. Рекс в ангаре — тренируется с Кайденом. Джокер нагло дрыхнет, а с Карлом в пилотской сидеть не интересно. Так-так... Лиара! Точно, чего ей там делать? Ага, сидит в кают-компании и ковыряется с какими-то непонятными штуковинами. Не иначе, протеанскими. Пойду хоть с ней поболтать попробую.
— Лиара! — радостно объявил я, бесшумно подкравшись за спиной азари.
— Ой!! — та выронила какую-то геометрическую фигуру, успешно закатившуюся под стол. — Ты меня напугал!
— Извини, я нечаянно. Честное слово! — с абсолютно невинной физиономией проговорил я, жестом фокусника доставая из-под стола пропажу. — Чего это такое?
— Не знаю. Пытаюсь разобраться. Какой-то механизм, вот только его назначения я никак не пойму...
— Ну-ка, дай я гляну. — Я бесцеремонно отобрал только что переданный предмет и принялся крутить его в руках.
— И чего ты там сможешь углядеть? Я изучаю протеан уже более тридцати лет, а ты, наверное, об их существовании узнал лет пятнадцать назад? — Не, ну надо же, а? Напирает на физиологический возраст.
— Не дрейфь, старушка, я, может, и помладше раза в четыре, зато у меня есть секретное оружие — смекалка! — Так, около трех десятков элементов разной геометрической формы, соединенные между собой непонятным способом, крутятся вокруг трех осей в трехмерной системе... Стоп, да это же...
— Протеанский кубик Рубика!!! — восторженно возопил я, совместив несколько кусочков в одну геометрическую форму.
— Протеанский какой-какой кубик? — заинтересовалась азари.
— Кубик Рубика. Геометрическая игрушка. Множество элементов, несколько осей, эти элементы нужно собрать в какую-то форму или геометрическую фигуру, судя по форме этой штуки — в усеченную пирамиду или призму.
Примерно полчаса мы крутили элементы туда, сюда и обратно, но не смогли добиться лучшего результата, чем когда я собрал меньшую половину игрушки.
— Нет, мы с тобой ее разгадать не сможем, — устало произнесла Лиара.
— Ну вот, то-то, а то «я сорок лет изучаю протеан»... — поддразнил я собеседницу. В ответ на это последняя слегка посинела, став темнее, чем обычно. Судя по всему, аналог человеческого «покраснения».
— Нам нужен кто-то, обладающий абстрактным мышлением и геометрической интуицией.
— Геометрической интуицией? А на человеческий сможешь это выражение перевести?
— Тот, кто с первого взгляда распознает незнакомые устройства и чертежи. — Я подпер голову рукой и выжидающе внимательно посмотрел на Лиару.
— Ты только что сама сформулировала, к кому мы должны обратиться. Только что имени не назвала.
— Значит, идем искать Тали.
Кварианка нашлась в каюте. Осмотрев игрушку, она восхитилась идеей и принялась за сборку, выясняя алгоритм поворотов различных частей пирамиды.
— Ты уверен, что это именно игрушка?
— Нет. С той же вероятностью это может быть носитель информации, какой-либо прибор или граната. — Тут уже Лиара слегка посветлела и обратила внимание на увлеченно крутящую грани Тали. Та, видимо почувствовав внимание, подняла голову.
— Что? Не беспокойтесь, эта штука состоит из инертных материалов, неспособных образовать взрывчатое вещество даже в смеси. Я уже проверила.
— Да и когда ты заносила эту игрушку на корабль, сканер не выявил никаких проблем.
— Значит... Ты что, опять надо мной издеваешься?!
— Нет, как ты могла такое подумать обо мне, я бы никогда не позволил себе над тобой издеваться! — и, видя, как азари начала успокаиваться, добавил. — Так, просто чуть-чуть подшутил.
Увернуться от подушки было сложной задачей, но я справился. А вот вторая угодила мне прямо в лицо.
— Если вам так не терпится, то советую продолжить свои брачные игры за порогом этой каюты, — раздраженно заявила Тали. Подушка медленно выпала из моей замахнувшейся было в сторону Лиары руки.
— Это как она сказала? — спокойным, ровным тоном произнесла азари.
— Брачные игры, — так же спокойно произнес я. — Мстить будем сейчас или потом?
Лиара посмотрела на мелькавшие пальцы Тали, и решительно заявила: — Потом.
В наступившей тишине неожиданно громко прозвучал щелчок.
— Есть! Нет такой вещи, которую не смог бы собрать кварианец! — победно заявила Тали, демонстрируя нам ровную усеченную пирамиду с основанием сантиметров восемь на десять и высотой около двенадцати. Верхнее основание было в два раза меньше нижнего — где-то четыре на пять.
Лиара немедленно выхватила фигурку из рук Тали и принялась было осматривать, однако чуть не выронила, когда из верхнего основания ударил прозрачный луч голубого цвета. Через несколько секунд луч сфокусировался, приобрел пирамидальную форму устьем от фигурки, а затем на высоте полуметра от источника появилось изображение галактики. Нашей галактики.
— Звездная карта... — выдохнула азари.
— Вряд ли... — в тон ей произнесла кварианка. — Видишь, тут только изображения звезд, нет ни ретрансляторов, ни маршрутов.
— Надо подробнее осмотреть. Может, можно как-то увеличивать отдельные участки, и тогда появятся и ретрансляторы, и их векторы...
— А если не появится, то это точно детская игрушка, — заявил я. — Но по любому, это очень интересная штуковина, ведь ничего подобного раньше не находили, не так ли?
— Не находили, — подтвердила Лиара. — Но вы правы, это нужно подробнее исследовать...
И все. Азари умчалась в лабораторию (вообще-то медицинскую, но тамошнее оборудование вполне могло послужить для анализа этого артефакта), кварианка принялась снова копаться в инструментроне, а я решил убить часть оставшегося до «отбоя» времени дружеским общением с грушей и другими спортснарядами.

***
Кроган резко замахивается левой — прыжок назад, разрываю дистанцию, замираю, ожидая хода противника. Система вентиляции брони уже не справляется с охлаждением, и лишь налобная повязка спасает мои глаза от капелек пота. Ящер очень быстро срывается с места, наносит размашистый удар справа. Я подныриваю под руку и попадаю по удар локтя левой руки противника. Прямо по голове. Шлем спасает мой бедный череп от травматической трепанации, но от краткого полета в сторону спасти меня мог бы лишь биотик. Или сетка.
— Ну как? Достаточно? — довольно пыхтит Рекс.
— Не-е... — Я еще твердо стою на ногах, и схватку пока заканчивать не собираюсь. — Я тебя еще не завалил.
— Х-ха! Даже и не мечтай! — Кроган ударяет кулаками, приглашая к нападению. И кой черт надоумил меня на спарринг с этим ящером?..
Рывок прямо на противника, Рекс вновь бьет с правой, подныриваю, хватаюсь за руку, опираясь на нее, буквально взлетаю на его спину и закрываю ладонями глаза ящера. Отталкиваюсь, аккуратно падаю (не приземляюсь, а именно аккуратно падаю).
— Ты ослеп, — победно заявляю я.
— Хороший ход. — Рекс оборачивается ко мне, его глаза закрыты. — Теперь перед тобой разъярённый потерей зрения кроган. Нападай.
Вытаскиваю цилиндрик футляра от какой-то неведомой фигни (позаимствовал у инженеров), имитирующий нож, и начинаю обходить противника. Конечно, идея нападать на крогана в броне с ножом сродни атаке слона зубочисткой, но по условиям поединка — никакого огнестрельного оружия. Обойдя крогана справа, подхожу на расстояние шагов трех и прыгаю — элементы экзоскелета брони усиливают прыжок, так что я оказываюсь чуть выше головы противника. Что случилось дальше, я понял лишь вечером, просматривая запись боя — Рекс схватил меня правой рукой за левую ногу, рванул на себя, локтем левой вновь стукнул меня по шлему, затем той же рукой обхватил за шею и замер.
— Ты покойник! — удовлетворенно произнес кроган — все так же с закрытыми глазами.
— Не сомневаюсь, — пробурчал я, скашивая взгляд на кулак Рекса. Думается мне, силы этого громилы вполне хватило бы, чтобы сломать захваты шлема и, вместе с ними, мою шею. — Эм-м... Рекс, может, уже отпустишь? А то мне как-то некомфортно.
— Комфортно в гробу тебе будет! — захохотал кроган, но все-таки отпустил. К счастью, Рекс значительно отличался от того хмурого, мрачного парня у шкафчиков, которого помнил мой попаданец. Вначале он действительно был довольно необщительным, но затем пообтерся (буквально дня за три) и стал принимать активное участие в деятельности и тренировках группы высадки. Да и опыта ему было не занимать, поэтому его советам мы с интересом прислушивались...
— Глеб, на мостик. Пулей! — голос Шепарда в наушнике интеркома был достаточно серьезным для того, чтобы я быстро распрощался с кроганом и рванул к лифту.
— Проблемы? — спросил я у Карла, добежав до пилотской. Тот молча указал на голопанель, отображающую двумерную карту системы, потом добавил: — Вот этот астероид. Он должен находиться в паре миллионов километров от своих нынешних координат. И уж точно не должен двигаться в сторону Терра Новы с постоянным ускорением.
— Я связался с планетой, там говорят, что на сегодня никаких передвижений астероида не запланировано. Волнуются, — доложил Коля Вихрев, наш «спец по связи».
— Ближайший военный корабль — в ста тридцати минутах полета минимум. Через девяносто три минуты остановка двигателей уже не поможет — астероид наберет достаточное ускорение для самостоятельного полета в сторону планеты. Еще через восемнадцать минут — столкновение. Предполагаемые разрушения... колоссальны, — разъяснил обстановку коммандер. Не иначе как с ВИ посоветовался.
— Наши действия? — спросил старпом.
— Боевая тревога. Группе высадки собраться в ангаре через пять минут. Придется действовать самостоятельно.
— Коммандер, я поймал сигнал. Исходит с астероида, — вновь встрял Вихрев. Следующую минуту мы потратили на прослушивание малоинформативного сообщения с астероида. Затем рванули кто куда — босс облачаться в броню, я за оружием и в ангар, еле разбегаясь по пути с членами экипажа, взбудораженными тройным сигналом ревунов.
— Итак, план такой: искать центр управления астероидом у нас нет времени, поэтому будем отключать сами двигатели. По расчетам ВИ, достаточно отключить один двигатель, и время подлета увеличится на сорок одну минуту, два двигателя — семьдесят минут. Этого достаточно, чтобы прибыли фрегаты с окраины и зачистили камешек, однако мало ли что может случиться, поэтому берем все три объекта. Десантная группа делится на две команды. Первая — я, лейтенант Аленко, доктор Т’Сони и специалист Тали’Зора нар Райя. Руководство группой беру на себя. Наша цель — двигатели номер два и три. Вторая группа — лейтенант Дубровский, сержант Уильямс, специалисты Вакариан и Урднот Рекс. Главный — лейтенант Дубровский. Ваша цель — двигатель номер один. В связи с недостатком транспорта, — на этих словах Шепард слегка скривился, — бронетранспортер придается первой группе. Вторая десантируется прямо с борта корабля на расстоянии одной мили к югу от объекта, прикрываясь горой-трезубцем. По завершении зачистки объекта и отключения двигателя оставаться на месте до эвакуации. В случае нештатной ситуации — действовать по обстановке. Позывные групп — «Клевер» 1-1 и «Клевер» 1-2 соответственно. Всем ясно? — наша альянсовская троица ответила уставным «так точно», Гаррус что-то сказал по-туриански, Рекс кивнул, девочки замешкались, затем присоединились к крогану. Шепард, глядя на это, вновь поморщился, затем дал отмашку первой группе загружаться в «Мако».
Кому-то такой разнородный состав десантных отрядов мог бы показаться нелогичным — мне босс отрядил лучших отрядных стрелков, себе взял лучших биотиков и малополезного в открытом огневом столкновении техника, однако так мог считать только тот, кто не видел Шепарда в бою. Во время боя коммандер становился буквально машиной смерти — двигался быстро, четко, плавно, не делая лишних движений. Огонь вел ровно столько, сколько было нужно для гарантированного поражения цели, цели менял невероятно быстро. И при всем при этом был способен руководить взводом стрелков, следить за их действиями и оперативно отдавать команды. Поэтому главной огневой мощью первой группы становился именно он, Кайден должен был действовать на прикрытии и помощи, Лиара — на поддержке. Тали как обычно — РЭБ. Нарушение связи, помехи в работе вооружения и брони, направленные электромагнитные импульсы... в общем, нашей кварианке есть где развернуться.
— Так, слушай меня. — Пора бы и мне заняться делом. — Эшли, Рекс — мы с вами идем впереди. Эш, идешь слева от меня. Рекс — чуть позади. Гаррус, двигаешься метрах в трех за нами, если местность позволит, отстреливаешь офицеров и тех, кого сочтешь опасными. На рядовых особо не заморачивайся, они наша забота. Рекс, по возможности работай биотикой. Судя по сообщению, нам придется столкнуться с пиратами, возможно — батарианцами, так что осторожнее. Вроде все. — Я сознательно послал Уильямс именно слева, так как правше легче контролировать именно левую полусферу. Мне же придется вертеться всем телом, как ужу на сковороде.
До сих пор во время десантирования «Мако» я находился внутри бронетранспортера, и ни разу не видел процесс сброса снаружи. БТР аккуратно заехал на опускаемую аппарель и замер. Через секунд тридцать аппарель опустилась, и транспорт уставился носом вниз, глядя на мощный кинетический барьер, защищающий как ангар от огня противника, так и атмосферу в нем. Хотя насчет атмосферы — просто перестраховка, все равно весь немногочисленный персонал ангара во время десантирования находится в скафандрах. Затем бронетранспортер слегка был приподнят парой захватов, пристыкованных к корпусу, и секунд через пять они мощным рывком швырнули «Мако» за борт через мигнувший на полторы секунды барьер. Последнее, что я увидел — всполохи передних реактивных двигателей «Мако», выравнивавших положение машины.
— Карл, время?
— Четырнадцать минут. Прыгать будете с восьми метров, ниже не опущусь — могу повредить двигатели. — Ага, ага, мусор и все такое. Ну да ладно, мы и к десяти метрам привычные. Или...
— Рекс, Гаррус, прыжок с восьми метров нормально осилите? — Как-то нам с командиром раньше не пришло в голову поинтересоваться этим вопросом. В ответ на мой вопрос кроган насмешливо хмыкнул, а Вакариан задумчиво произнес:
— Конечно, кости у меня легкие и хрупкие, по сравнению с твоими... Надеюсь, в случае чего Альянс сможет оплатить мне протезы? Шутка. Нормально прыгну.
— Отлично. Тогда готовимся.
Ждать нам долго не пришлось — Карл подвел «Нормандию» чуть ли не впритык к горе, действительно имеющую три вершины, и мы резво спрыгнули на поверхность астероида. Сила тяжести была примерно в 0,7 g — видимо, где-то на той стороне или в центре астероида действовал достаточно крупный генератор с ядром нулевого элемента, обеспечивающий искусственную гравитацию. Так что к цели мы отправились веселыми прыжками, покрывая за пару секунд пять-шесть метров.
— Четыре охранника. Азарийские бронекомплексы без знаков различия. Потертые, — Гаррус почему-то шепотом докладывал нашей троице обстановку, лежа на склоне... ммм, скажем, холма. — Службу несут на четыре с минусом — слишком расслабленные. Стоят прямо перед входом.
— Мы на позиции. Все ждем, — так же шепотом ответил я. Уничтожить четверку противников так, чтобы они не успели поднять тревогу — достаточно сложная задача. Поэтому я предпочел потратить пару драгоценных минут и подождать удобного момента для осуществления коварного плана. Момент подвернулся секунд через сорок — один из четырех противников отошел чуть в сторону от товарищей, привлеченный куском какого-то хлама, остальные трое на него не смотрели. В стороне стояла пара невооруженных «Гризли» с эмблемами какой-то гражданской Альянсовской компании.
— Гаррус, твой выход. — Еще секунда, и одиночка падает от мощного удара пули в голову. Еще секунда — падает ближайший к первой жертве террорист, оставшиеся тут же гибнут от автоматного огня. Всегда считал, что перестрелка в вакууме несколько сюрреалистична — в силу того, что ты слышишь лишь сильно приглушенный вой своей винтовки, передающийся по костюму вибрацией. В темпе подскакиваем к месту расстрела — все объекты «холодненькие». Дождавшись Гарруса, начинаем проникновение.
Пройдя шлюз, мы оказались в трехуровневом типовом комплексе. Первый «подземный» уровень — рабочие помещения, центр управления двигателем, центр слежения за топливопроводами из танков, расположенных за пределами комплекса. Второй уровень — жилые помещения, кухня, релаксационный центр. Третий уровень — технический, самый маленький. Минигенератор с ядром НЭ, обеспечивающий постоянную гравитацию 1,1 g на территории комплекса, обслуживающее оборудование. Первым делом мы двинулись к «центру управления полетами», все-таки приоритетная задача — остановить двигатель, все остальное, включая спасение заложников — вторично. На пути нам тут же встретились четверо гадов. Одного взгляда на эти уродливые четырехглазые морды было достаточно для точного определения расовой принадлежности захватчиков. Первый батарианец что-то рявкнул на своем языке, и в нашу сторону рванули три прекрасно откормленных бойцовских варрена, четырехглазики тем временем попрятались за укрытиями. Долго песики не пробегали — Рекс подловил их гранатой. А вот не фиг толпиться во время атаки. Хотя это ж животные... Пусть и дрессированные...
Бой с батарами оказался примерно того же уровня, как бой с гетами. Синтетики гораздо опаснее многих других противников в силу более быстрой реакции, совершенства прицельных комплексов и средств связи, однако многие их преимущества серьезно ослаблялись Тали. Сейчас же кварианка работала со второй командой, и мы столкнулись с противником, мало в чем нам уступающим. И уж точно не в численности. Но на нашей стороне был элемент неожиданности, так что вместе с «варренской» гранатой Рекса мы тоже закинули четырехглазикам по паре осколочно-фугасных сюрпризов. Дальнейший бой был весьма скоротечным — троих гадов мы гарантированно выбили гранатами, еще с пятерыми пришлось повозиться. Первого снял Рекс — дробовик на близком расстоянии ваншотит на раз. Второго расстреляла Эш тремя очередями в корпус. Третий потерял голову — в прямом смысле. Мозги из его тыквы выветрились крайне стремительно, спасибо Гаррусу и его снайперке. Четвертого снова прикончил Рекс — сначала легким биотическим ударом заставил на секунду потерять равновесие, затем добил выстрелом в корпус. Пятый неожиданно выскочил на меня с криком и холодным оружием. Идиот. «Отведай-ка силушки богатырской,» — пробормотал я, награждая прыгуна ударом приклада в рожу. А вот нефиг забывать про шлем. Так, глядишь, и жив бы остался — но увы. Встречного столкновения с прикладом моего «Хищника» четырехглазик не пережил. Печально.
— Эш, займись консолью, — распорядился я, когда мы добрались до пункта управления двигателем. — Отключи двигатель, потом положи под консоль брикетик-другой взрывчатки и жди здесь. Мы пока займемся зачисткой комплекса. Если кто сунется без пароля — вали наглухо. Пароль — «Глухая бутылка».
— Есть, сэр! Э-э-э... А почему именно бутылка?
— Чтоб враг не догадался. К выполнению приказа приступить, сержант.
Втроем мы спустились на жилой уровень. Четыре четырехместных кубрика — комнаты в два раза больше, чем у нас на «Нормандии», между прочим! Кухня, спортзал, общий зал, совмещающий функции с рекреационным помещением — пара диванов, головизор, стереосистема, живые растения. И ни одной живой души. Дальше — третий уровень, технические помещения. А вот тут улов. Спускаясь по лестнице первым, я услышал впереди возню и остановил товарищей. Подошел поближе к открытому проему и прислушался к характерному батарианскому говору. На этот раз «Лингвор» не подвел и частично перевел бормотание четырехглазиков — те возмущались, нахрена минировать комплекс на астероиде, который скоро столкнется с планетой и разлетится на атомы. Аккура-атненько высунув ствол винтовки за угол, я увидел троих батарианцев со снятыми шлемами — двое возились не иначе как со взрывчаткой, третий стоял и командовал. Стояли все спиной ко мне. Великая вещь эти прицельные комплексы — высунул ствол и смотри себе в картинку на визоре.
Уговаривать четырехглазиков сдаваться мы не стали — нелетальная граната «NG-18», ласково прозываемая «Пеленалка», надежно скрутила противников толстенными клейкими лентами, оставив изрядную их часть еще и на стенах.
— Попробуем очень вежливо поговорить с нарушителями? — предложил Гаррус.
— Если только с одним и если только очень вежливо, — ответил я. — Плохой и хороший полицейские?
— Ага.
— Чур я плохиш. — Чем хороши закрытые линии связи — тем, что услышать тебя может только тот, с кем ты говоришь.
Мы выбрали самого молодого на вид батарианца и втащили его в соседнее помещение, предварительно задраив переборку... тьфу, закрыв дверь, конечно. Тут находилось десятка полтора желтых канистр метр высотой, остальная часть немаленькой комнаты пустовала.
— Предлагаю быстро и честно ответить на наши вопросы, и с тобой ничего не случится. — Гаррус решил не делать из мухи слона и попытаться максимально быстро расколоть допрашиваемого. Что ж, поможем. Удар кулаком в междуглазие еще никого не оставлял равнодушным. Усиливая психологический эффект, мы сняли шлемы, и батару предстала вальяжная морда турианца и разъярённая, красная, вспотевшая (ничего сложного — просто вовремя отключенная система вентиляции бронекомплекса) морда альянсовца.
— Вы от меня ничего не узнаете! — выкрикнул четырехглазик. Фу, как банально.
— Узнаем. Иначе тебе придется познакомиться с методами моего психически неустойчивого товарища. — Злобный оскал, радостный горящий взгляд — да я сам себя боюся! И еще пара плюх — жесткая пощечина и сразу же коленом по хавалке.
— Сколько вас тут? Где ваш транспорт?
— Отвечай по-хорошему, красавчик, иначе я переведу тебя на бинокулярное зрение для начала.
Не отвечает. Начинаем имитировать выполнение обещания — я схватил батара левой за голову, вытащил нож и с радостной улыбкой маньяка ме-едленно начал приближать острие к нижнему правому глазу.
— Пятьдесят! Нас было пятьдесят, не считая командирского звена! — батарианцы очень чувствительны к потере хотя бы одного глаза, поэтому малой не смог долго сопротивляться.
— На чем вы прилетели? Как собираетесь эвакуироваться?
— Отвечай, пока я тебе ухо не выковырял! Ну!
— На грузовике! Челнок вышел из грузовика, а с астероида уйдем своим ходом!
— Какой грузовик?
— Тебя спросили, какой грузовик, животное? — звуки ударов.
— «Килсана»! Грузовик называется «Килсана»!!
— Зачем вы решили уронить астероид на Терра Нову?
— Отвечай, мразь, иначе заставлю сожрать собственную печень!!
— Это Балак! Это все Балак!!! Это его идея!!! Мы не хотели...
— Что за Балак?
— Говори, четырехглазый подонок, пока я все тут не залил твоей поганой кровью!
— Ка’Хайрал Балак!!! Он генерал нашей армии, раньше командовал отрядом СИП!!! Это все, что я о нем знаю!!!
— Где персонал этой станции? Куда вы их увезли?
— Я не знаю, не зна... А-а-а!!!
— Кровь кровавому богу!
— Квадрат два-двенадцать!! Их увезли туда!!! Больше я ничего не знаю-у!!! — Мда, мелковат пошел батарианец. По воспоминаниям ветеранов, да и некоторых товарищей, успевших повоевать с четырехглазиками и после Скиллианского Блица, допросы полевыми методами обычно вызывали лишь проклятья и угрозы. Или это нам такой персонаж попался слабенький?
— Он нам еще нужен? — спросил я у турианца. Гаррус отрицательно покачал головой. Я пожал плечами, достал пистолет и, направив его в лоб батарианцу, нажал на спуск. Из второй комнаты на выстрел заглянул Рекс, кося одним глазом на пленных, вторым — на нас. Я чиркнул большим пальцу себя по горлу, что вызвало еще два пистолетных выстрела.
— Что вы так долго? Сэр, — тактично поинтересовалась Эшли.
— Учинили допрос пленного. Идем на поверхность, нужно доложить коммандеру о наличии заложников. Возможно, им потребуется помощь.
— А где, собственно, сам пленный? — подозрительно поинтересовалась Уильямс.
— Попытка к бегству, — хладнокровно и честно ответил турианец. Эш все так же подозрительно посмотрела на нашу троицу, напялила шлем и отправилась следом на поверхность.
— «Клевер» один-один, один-два на связи, как слышно?
— Слышно хорошо, один-два. Что у вас?
— Точка три зачищена. Потерь нет. Есть информация о заложниках. Квадрат два-двенадцать.
— Я в курсе. Мы уже выдвигаемся. В состоянии присоединиться?
— Так точно. Транспорт есть. Время прибытия — восемь минут.
— Понял. Выдвигайтесь.
— Один-два вас понял. Выдвигаемся.

***

Взгляд со стороны. Ка’Хайлар Балак.

Проклятый человек!! Шепард. Снова он становится на его пути. Хотя в первый раз, на Элизиуме, Шепарда не было на участке, которым он командовал, Балак проиграл так быстро потому, что Шепард со своим отрядом обрезал снабжение. Сброд, посланный на уничтожение роты морпехов, не смог выполнить своей задачи, и к Балаку так и не прибыло подкрепление. И сейчас снова. Этот ублюдок сломал его план — его элегантный, красивый и по-батариански жестокий план. Астероид не долетит до Терра Новы, Балак понял это, когда выключился первый двигатель. Только Боги знают, чего ему стоило уйти, даже не попытавшись атаковать Шепарда. С двумя противниками-биотиками, причем одна из них — безжалостная и жестокая азари (с каких это пор азари служат в Альянсе?!) Шепард бы разодрал их как варрен тряпку. Да и кто-то еще действовал со стороны — Балак не мог объяснить помехи в связи и выход из строя двух третей дронов ничем, кроме специалиста по РЭБ. Ладно, это еще не конец. Самое главное — он все еще жив. И у него еще будет шанс отомстить человечеству, отомстить просто за то, что оно существует и отравляет жизнь каждому батарианцу. Многим людям. Уродливые твари. Ничем не лучше турианцев. Вот и выход. Надев шлем, Балак увидел, как из-за двери высунулась рука — человеческая рука! — и лениво швырнула в их сторону два цилиндрика. Балак рванулся было в сторону, но взрыв прогремел всего через секунду — и он понял, что не может пошевелиться.

***
— «Клевер» один-один, это один-два, как слышно?
— Слышу тебя хорошо, один два, — голос Шепарда звучал очень напряженно.
— Босс, что у вас?
— Разбирались с бомбой. Эти твари оставили мощный заряд, испепеливший бы заложников вместе с комплексом. Командир батарианцев с двумя подручными ушел — ты его не встретил?
— Взяли всех тепленькими, босс. Лежат тут спеленатые. Ругаются-а...
— Молодец, Дубровский! Как там у вас говорят — крути дырочку? Я не я, если за этого урода не выбью тебе крест Отваги.
— Лучше неделю отпуска, когда прикончим Сарена. А лучше две.
— Месяц. Всем. Такой вариант тебя устроит?
— Босс, ты мой кумир. Говори, кого нужно убить?

=================================================================================================

(1) Ричард Дуглас «Рик» Хасбэнд (1957-2003). Военный летчик США, астронавт НАСА. Совершил два полета в космос. Командир шаттла «Колумбия». Погиб в крушении шаттла 1 февраля 2003 года вместе со всем экипажем.
(2) Готовность «три» — не заниматься обслуживанием экипировки, требующим разборки комплектующих, иметь возможность быстро экипироваться и подготовиться к высадке. Готовность «два» — разрешается снимать броню, покидать ангар (десантный отсек). Готовность «один» — находиться в ангаре (десантном отсеке), не отходя от транспорта, разрешается снимать шлемы. Готовность «ноль» — находиться в полной боевой готовности, занять места в транспорте. Ахтунг!! Если я серьезно ошибся с характеристиками степеней готовности (ну дилетант я в этом, что поделаешь), буду рад поправкам!
(3) «Мой» вариант системы званий Альянса:
Служащий 3-его класса/Рядовой 2-ого класса.
Служащий 2-ого класса/Рядовой 1-ого класса.
Служащий 1-ого класса/Капрал.
Младший сержант.
Сержант.
Старший сержант.
Второй лейтенант/младший лейтенант.
Первый лейтенант/лейтенант.
Штаб-лейтенант/старший лейтенант.
Капитан-лейтенант (лейтенант-коммандер для морпехоты).
Штаб-капитан(коммандер для морпехоты), также употребляется «капитан третьего ранга».
Капитан (чиф-коммандер для морпехоты), также употребляется «капитан второго ранга».
Майор, также употребляется «капитан первого ранга».
Контр-адмирал/Бригадный генерал.
Адмирал/Генерал.
Адмирал флота.
(4) Одна световая секунда — 299792,5 километров. Соответственно геты вышли менее чем в трех млн. километров от группы.
(5) Панель вариативности курса (ПВК) — голопанель, отображающая варианты изменения текущего курса корабля в трехмерной схеме. Управлять ею очень сложно, однако каждый военный пилот должен овладеть эти умением в совершенстве — пилотирование во вселенной МЕ представляет собой выбор и постоянную коррекцию готовых курсов, разработанных ВИ. Такой способ пилотирования предоставляет больше возможностей по долгосрочному планированию курса, значительно облегчая прокладку курса пилотом.

Отредактировано: Архимедовна.



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 31.07.2013 | 1793 | 14 | Джон Шепард, Optika20, Приоритет - Сарен | Optika20
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 33
Гостей: 30
Пользователей: 3

MacMillan, XIX, Доминирующее_звено
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт