Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Приоритет - Сарен. Найти и уничтожить. Глава 4: Только не адреналин! Часть 2

Жанр: приключения;
Персонажи: Шепард и Ко + ОС;
Аннотация: обычный парень по непонятным пока причинам попадает в слегка измененную вселенную Mass Effect. Он обладает знаниями о предстоящих событиях и возможностью эти события изменить. Вот только как он этим распорядится? Раскроется ли он перед кем-нибудь или будет исподволь направлять события в нужное русло? И удастся ли ему вообще что-нибудь изменить?
Описание: Персонаж получает сокрушительный удар по самолюбию и ЧСВ, выбывая из охоты за гетами на Феросе и нескольких будущих операций. Мораль: нефиг расслабляться в боевой обстановке. Мораль два: послезнание не уберегает от получения пули.
Примечания автора: Моя проба пера. Поддался крику души «Тема русских не раскрыта!», плюс решил добавить малость заклепок и логичности. Переписать концовку — обязательно. Как — война план покажет.




Взгляд со стороны. Гаррус Вакариан. Как это было.

Мы спокойно шли по направлению к станции связи гетов. Переход по сторонам от щели не был сложным; первая группа могла прекрасно обойтись и без нашей помощи, но отказаться открыть огонь по такому количеству нагло отстреливающихся мишеней мы не смогли. Дойдя до конца коридора, мы, как и предсказывал Шепард — откуда он всегда все знает? — поднялись на минус седьмой уровень и направились навстречу с первой группой. После разделения лейтен... хм, Глеб начал волноваться. Он постоянно сверялся с картой на инструметроне, качал головой и что-то бормотал. Странно, может быть, он не любит подземелья?.. 

Размышления Глеба были нагло прерваны рычанием: из-за угла слева выскочила стая варренов, пять особей, и понеслась на нас. С этими любимцами кроганов мы разобрались в два счета: они привыкли к полубеззащитным колонистам, убегавшим гораздо чаще, чем отстреливавшимся, и не ожидали наткнуться на других охотников. Лиара смогла накрыть стазисом сразу троих хищников — отличный результат даже для многоопытной азари-воина, не то что для молодого археолога. А я прикончил этих пойманных. Однако порадоваться я не успел: сзади на меня неожиданно напрыгнула здоровенная такая туша, и я повалился на пол (спасибо шлему, а то бы все лицевые щитки переломал к чертовой матери, как говорят люди). Лиара почему-то замешкалась, правда, причину ее замешательства я понял чуть позже, а пока ко мне подскочил Дубровский и плечом врезался в тушу, вцепившуюся мне клыками в руку — хвала Духам, прокусить доспех тварь не успела. Глеб крикнул что-то вроде: «Фу, Тазик, фу! Он невкусный! Фу, я сказал!!!». При чем здесь емкость для жидкости, я не понял, но через секунду туша все-таки не выдержала напора человека в тяжелой броне и биотического удара со стороны Лиары и свалилась с меня. Мы с Глебом вскочили одновременно, на секунду опередив напавшего, и я понял, почему азари так затянула с ударом — на ее месте я бы тоже встал и развел пластины от удивления. Такого здорового варрена я еще не видел. Мутант какой-то. Эти раздумья не заняли даже секунды. А прежде чем тварь успела вновь на нас напасть, мы вдвоем подняли винтовки и нашпиговали варрена таким количеством вольфрама, что несовместимое с жизнью отравление металлом наступило очень быстро.
 
— Фига себе. Тут, наверное, еще и крысы размером с пуделя бегают, и кровососы невидимые с щупальцами прячутся, — увидев мой пристальный взгляд — через шлем лейтенант не смог разглядеть мое недоуменное лицо, да и мало кто из людей разбирается в тонкостях турианской мимики — он отмахнулся: — А, не обращай внимания, это старый земной фольклор. Ты как, этот гад тебя покусать не успел? 
— Нет, ты вовремя его отвлек, спасибо. 
— Сочтемся, — беспечно ответил Глеб, после чего скомандовал: — Ладно, местного Кинг Варрена мы пристрелили, заодно избавив колонистов от одной из проблем, все целы, значит двигаемся дальше. Шепард ждать не будет. 
К первой группе мы подошли вовремя: геты как раз среагировали на стрелков, заняли укрытия и начали плотно обстреливать наших. Четверо пехотинцев, пусть даже один из них кроган, не смогли бы долго продержаться против десяти гетов, особенно учитывая наличие двух здоровых таких железных (по классификации — «Разрушитель»). Обнаружив, что мы попали в тыл к гетам — наш переход соединялся со вторым сразу за их позицией — мы не стали с громкими криками выпрыгивать из-за угла и пытаться расстрелять врагов в спину. Дубровский вытащил из поясного подсумка брикет серого цвета — пластическая взрывчатка, насколько я знаю вооружение Альянса — воткнул в него детонатор, предупредил первую группу о грядущем взрыве и аккуратно зашвырнул сюрприз за спины гетам, после чего через инструметрон подал сигнал на взрыватель. Бабахнуло знатно: мимо нас пронеслась туча пыли и мелких осколков. Группа Шепарда, вероятно, еще и наблюдала за не спеша проплывающими над ними частями железных. 
— Как раз вовремя, — прокомментировал наше выступление коммандер. — И очень феерично. Узнаю стиль младшего лейтенанта Дубровского: «Всех взорву, один останусь». 
Упомянутый лейтенант опустил голову и поковырял землю носком ботинка, держа руки за спиной. Изображал смущение, судя по всему. 
— Шепард, станция связи прямо за поворотом, — проинформировала нас Тали, занятая работой со своим инструметроном. 
— Значит, идем. Пора ограничить гетов в коммуникациях. 
За поворотом оказался завал, перед ним — очередной проход в большое помещение с парой рухнувших балок и четверо кроганов. 
— Вот ведь незадача... — прокомментировал наличие охраны Глеб, вскидывая винтовку. Шансов обойтись без боя не было: кроганы среагировали на противника чуть ли не быстрее, чем мы. В помещение успели пройти я, Шепард, Глеб и Рекс, девочки остались за поворотом. Мы поскорее укрылись за балкой, пока здоровяки не расстреляли нас. И почему все родившиеся на Тучанке так любят дробовики?.. 

Кроганов надолго не хватило: одного прикончил Рекс, одного Шепард, одного я и Дубровский, одного — девочки (Лиара применила к нему деформацию и бросок почти одновременно, а Эшли и Тали «нашпиговали вольфрамом»). 
— Слабаки, — буркнул Рекс, проходя мимо трупов соплеменников. 
— Не внушает, — проговорил Глеб, глядя на гетскую коммуникационную станцию. 
— Глеб, у тебя еще осталась взрывчатка? — Шепард спросил. 
— Хе... Чтоб у меня и не было достаточно взрывчатки? Босс, ты ж знаешь мою любовь к минированию, — а я вот не знал. Нужно будет потом поинтересоваться, может, узнаю чего нового. Лейтенант потратил одну минуту на закладывание еще одного брикета ВВ на станцию, после чего мы наблюдали небольшой взрыв - станцию вынесло из закутка. Частями. 
— Нормально прогулялись, — опять Шепард. — Эшли, элементы питания еще не потеряла? 
— Что за элементы? — мне стало интересно, о чем идет речь. 
— Для генератора колонистов. Сняли с запасного генератора для водяной станции — геты, кстати, просто остановили подачу воды. Теперь с этим все в порядке. С двумя проблемами поселения справились. 
— С тремя, — возразил Глеб. — Гаррус тут решил самоотверженно поиграть в приманку для варрена-мутанта. Избежать жертв удалось лишь благодаря сча... эгхм, грамотной командной работе всех членов второй группы, — Рекс недоверчиво хмыкнул, выражая свое отношение к объявлению Глеба. 
— Ага, знаю я вашу грамотную работу... Особенно твою. Опять, наверное, принялся дурачиться вместо того, чтобы дать очередь в голову животного? — насмешливо прокомментировал коммандер. 
— Ну... Гхм... Типа того. Но там просто пристрелить не вышло бы: этот гад мотал башкой, зажав Гарруса в зубах... 
— Подтверждаю!! 
Спасибо, Гаррус. Так вот, пришлось сначала освободить приманку, а потом уже общими силами разобраться с проблемой-переростком. 
— Ну-ну. Будем считать, что я поверил. Двигаемся назад, у нас еще дела в другом небоскребе. 
Мы выбрались из нижних помещений, проинформировали колонистов об устранении их проблем и отправились к лифту на аэрошоссе. Там нас ожидал сюрприз. 
— Бронетранспортер. Почти не побитый и с вооружением. Слишком уж удачно он тут стоит; Тали, Глеб, посмотрите, вдруг заминирован. 
— «Грызли», родной! Босс, да кому он нужен, зачем минировать его? Так, на днище ничего лишнего нет, около колес... тоже чисто... На корпусе ничего, внутри... Внутри порядок. Сейчас в моторный отсек загляну, но могу сказать и так, что БТР чист, как нецелованная восьмиклассница. Кстати, редкая модель, нет перегородок, только мотор прикрыт. 
— Не знаю, что такое эта ваша «осьмиклассница», но согласна: никаких сюрпризов нет, — кварианка тоже не обнаружила взрывных устройств. 
— Глеб, еще не забыл, как управлять «Гризли»? — спросил Шепард развеселого товарища. 
— Да разве ж такое забудешь? С этой машиной связаны лучшие воспоминания моей жизни. 
— И какие, интересно? — полюбопытствовала Эшли. — Три перееханных старушки, разваленный сарай и две недели на гауптвахте? 
— Нет, три бутылки текилы, летняя ночь и курсант-отличница Родригез. Такой набор тебя устраивает, Уильямс? — отрезал копающийся в управлении водитель нашего транспорта. Все из нас (кроме Тали и Рекса) сейчас были без шлемов, и я увидел, как Эшли залилась краской. 
— Эх, прокачу! — воскликнул Дубровский, заводя двигатель бронетранспортера. — Босс, ты как обычно? 
— Как обычно, — пробурчал Шепард, поудобнее устраиваясь в кресле оператора турели. 
До этих пор мне не доводилось кататься на основном бронетранспортере Альянса. Первое впечатление — очень мягко едет. В отличие от «Мако», скачущего по любым кочкам как палавенская прыгучая ящерица. Ну это неудивительно, ведь «Гризли» потяжелее и пошире. Да еще и нет функции изменения веса. 
— Впереди геты, — коротко сообщил Шепард, бухнув из пушки, и добавил пару очередей из спаренного пулемета. — Минус один тяжелый и двое стрелков. Трое стрелков, — добавил он через пару секунд, выпустив еще несколько очередей. 
— Вижу противника. Сейчас я их... Держитесь крепче! — нас крепко тряхнуло. 
— Что это было? — задал я главный из всех мучавших меня вопросов. 
— Шаготанк... И именно был. Больше не будет! — похихикивая, ответил наш водитель. 

На дальнейшем пути нам встретились еще пара групп железных. На их несчастье. Кто не попал под огонь Шепарда, был переехан, а еще один «шаготанк» — хорошее название, кстати — был выброшен тараном через прореху в ограждении. Затем мы с ходу промчались сквозь полуразрушенный небоскреб — аэрошоссе проходило точно через его середину. Глеб буркнул что-то вроде: «Опять не по сценарию». При чем здесь сценарий, я не понял. Видимо, еще одна загадочная земная шутка. 
Когда мы подъехали к третьему по счету небоскребу, Тали уловила переговоры местных. Источник находился внутри здания, вход в укрытие был в нескольких метрах от дороги. Шепард решил «заглянуть с дружеским визитом», как он сказал. 

— Не подходите!! — странно. Почему этот человек паникует? Он должен быть обрадованным появлению солдат Альянса. Или его смутили наши с Рексом приветливые выражения лиц, точнее, шлемов?.. 
— Господи, Итан! Разве не заметно, что это не геты? — подскочившая к паникеру женщина была более вменяема. 
— Вас я не спрашивал, Джулиана, — не очень вежливое обращение к даме  по турианским меркам. Судя по презрительной мине на лице Дубровского, по человеческим тоже. Кстати, я не заметил, как Эшли и Глеб аккуратненько отошли в стороны от нашей столпившейся группы и взяли под контроль свои сектора обстрела. Решив последовать их примеру, я «взял под контроль» группу местных охранников, встав недалеко от лейтенанта. Тот, глянув в мою сторону, подмигнул. 
— Кто вы? Что вам здесь нужно? — опомнился тем временем паникер. 
— Коммандер Шепард, ВКС Альянса, фрегат «Нормандия». Мне кажется, что вам тут требуется помощь. Или вы считаете, что способны разобраться с гетским десантом самостоятельно? Тогда мы удалимся и займемся своими проблемами. 
— Нет, что вы, коммандер, конечно нам нужна ваша помощь, — вновь вступила вменяемая женщина. — Простите, пожалуйста, мистера Джонга, он перенервничал. Господи, я так рада встретить дружелюбное лицо. Иногда мне казалось, что мы последние выжившие на этой планете. 
— Ничего страшного, мисс Бэйнем. Я все понимаю. Наша группа пробилась с территории порта, Фай Дань и его люди держат там оборону. 
— Они живы? Итан, вы же сказали, что они погибли! 
— Я сказал, что они «вероятно погибли», — не нравится мне тон этого человека. Судя по голосу, он был бы рад, если бы они действительно были мертвы. Что-то здесь нечисто. 
— Они выжили, несмотря на постоянные атаки гетов, — вступила в разговор Лиара, сняв наконец-таки шлем. Надо было видеть, какой фурор произвела она этим действием. Охранники и без того пялились на нас как на элкора-танцора — четверо людей, один кроган, один турианец, одна кварианка, а тут еще оказывается, что один из людей совсем даже не «людь», а одна очень симпатичная азари. Как вчера выразился Шепард: «Мозги закоротило», а... 
Баб-бах! Слева, в одном из заваленных проходов, рвануло. 
— Геты! Спасайтесь!! — закричал паникер и бросился в сторону. Мы, конечно, не последовали его примеру и бросились в обратную сторону к пролому. Через него уже лезла группа гетов — штук пять — и это явно был только авангард. 
— Занять позиции! Держать оборону!! — проорал Шепард. Скорее, для местных охранников, ведь некоторые из них замерли статуями, а остальные храбро бросились на железных. — Эшли, гаси гранатами! 

Однако приказ Уильямс можно было не отдавать: она уже сняла с пояса металлический, скажем так, шарик и зашвырнула его в проход. Рвануло знатно. Конечно, до бабама, устроенного гетами, не дотягивало, но вот эффект... Двоих железных разнесло на запчасти, остальные просто ударились о стены и прилегли отдохнуть. Местные последовали нашему примеру и заняли позиции за щедро разбросанными в помещении каменными укрытиями. Кажется, раньше этот огромный зал был разделен на несколько более мелких, но от перегородок мало что осталось. 
Геты все-таки не дураки: поняв, что им ничего не опрокинется (конечно, когда в один не особо широкий проход стреляет полтора десятка винтовок и два дробовика — Тали тоже решила добавить тепла), отступили. 
— Вот так-то, ежики! — бравурно воскликнул Дубровский. — Поняли теперь, на кого нарвались? — лейтенант повернулся вправо, решив сделать замечание охраннику «Экзо-Гени», одновременно не выпуская из виду проход, и картинно закинул  винтовку на плечо. Но его бдительность ему не помогла. 
— Геты! — резко выкрикнул Шепард и, вскинув ствол винтовки, дал очередь в проем, но было поздно: оттуда вылетели несколько ракет — я не заметил гетов, выпустивших их — и рванулись к нашей позиции. Одна из них взорвалась буквально в четырех шагах от лейтенанта. Словно при замедленной съемке я наблюдал, как того приподняло в воздух и со всего маху припечатало об остатки стены. Стена выдержала, а вот Глеб грубо рухнул у ее подножия, гремя доспехами. 
— Глеб!.. Эшли, проверь его! — скомандовал Шепард, не отвлекаясь от расстрела гетов, вновь полезших из проема. Мы перестреляли уже полтора десятка железных, считая первую пятерку, но с потерями они пока не считались. — Гаррус! — крикнул Шепард, когда геты вновь отошли и огонь снизился. — Подберись к проходу, заложи взрывчатку и отходи! Подорвем к чертям этот отнорок. Эшли, что там с лейтенантом? 
— Контузия, сэр! Серьезных повреждений нет, но в сознание не приходит, на внешние раздражители не реагирует. Я сейчас вколю ему адреналин, посмотрим... 
— Нет!!! Только не адреналин!!! — почти испуганно прокричал Шепард и бросился к ним, но было поздно: Эшли уже воткнула шприц поближе к шее лейтенанта.
— Эшли... Что ж ты наделала... — с убитым видом протянул коммандер, встав около Глеба. 
— Что-то не так, сэр? В чем дело? — испуганно спросила Уильямс. 
— У Дубровского непереносимость к искусственному адреналину... Да сейчас сама увидишь, он вот-вот очнется. 
Глеб подтвердил пророчество Шепарда: он пошевелился, раскрыл глаза, сфокусировал взгляд (что было для него явно очень трудно — его глаза постоянно норовили разбежаться в разные стороны), затем на его лице появилась странного вида улыбка — такой у людей я еще не видел, а затем случилось страшное... 
— Ребята... Как я вас всех люблю... — пьяным голосом протянул Глеб, после чего неожиданно схватил Тали обеими руками за голову и смачно поцеловал. В шлем. Кварианка в ужасе отползла спиной к стене, достала из одного из кармашков кусочек ветоши и принялась судорожными движениями оттирать забрало. По связи доносилось: «Сколько микробов... Ох, Кила... Зараза, зараза, зараза...». 


***


— И что теперь? Надолго он останется таким... эээ... неадекватным? — с легко читаемым на лице сочувствием поинтересовалась Лиара. 
— Часа два-два с половиной, — пожал плечами Шепард. — Потом часов на восемь отрубится, а очнется с сильнейшим абстинентным синдромом. 
— Астиб... каким-каким синдромом? — удивленно спросила пришедшая в себя Тали. Оттерев забрало от остатков ДНК Дубровского, кварианка предусмотрительно держалась подальше от лейтенанта, внезапно ставшего очень любвеобильным. Последний сидел прислонившись к стене, на голову его был напялен шлем: «Во избежание досадных случайностей», сказал Шепард. 
— Похмелье у него будет, — проворчал Рекс. В принципе, у крогана голос был такой: все, что он ни говорил, было ворчанием. Либо рычанием. Либо рыком. 
— Очень тяжелое похмелье, — подтвердил коммандер. 
— А разве все так плохо? — поинтересовался Гаррус. — Ну поцеловал он Тали, ну и что? Я тоже не прочь проявить знаки внимания к нашему механику. 
— М-да? Ну послушайте, — скептически произнес Шепард, включая общий доступ к его каналу связи с Дубровским. По радио донеслось: «Розовые хаски... А-а-а... Вестники разлуки... О-о-о...». 
— Беру свои слова обратно, — поспешно сказал Вакариан. — Пациента необходимо связать и доставить в лазарет. 
— А кто доставлять-то будет? Что вперед, что назад необходим транспорт, а «Гризли» у нас один. В общем, сделаем так: Дубровского оставим здесь. Гаррус, ты тоже остаешься, присмотри за лейтенантом, в случае нужды поможешь колонистам. И будь осторожнее, — Шепард наклонился ближе к турианцу и сбавил тон до шепота, — не нравится мне этот мистер Джонг. Не расслабляйся. 
— Коммандер, у вас там все в порядке? — голос Джокера прозвучал как глас с небес. В принципе, так оно и было: «Нормандия» парила над поверхностью планеты, не спеша нарезая круги над местом действий. Трижды пилот докладывал об уничтожении небольших групп гетов — жестянкам не повезло вылезти прямо под прицел фрегата. — «К вам движутся два десантных корабля гетов, я ими займусь,  примерно через десять секунд в стороне сверкнула яркая вспышка: Готов один. Это вам не колонистов расстреливать, тут мишень поувертливее, — прокомментировал попадание «Дротика» в один из дропшипов Джокер. — Коммандер, второго достать не успеваю: этот гад подошел вплотную к вашему небоскребу, не смогу сбить его чисто. Вот это да, эта сволочь цепляется к зданию!», — через пару секунд небоскреб содрогнулся, с потолка осыпалась пыль. 
— Задача только что усложнилась. Отряд, выдвигаемся, — прокомментировал Шепард подход подкреплений к синтетикам. 
— Коммандер, пожалуйста, задержитесь на несколько секунд! — Джулиана Бэйнем подскочила к отправившемуся было к выходу Шепарду. 
— Мисс Бэйнем? 
— В лабораториях... То есть там, куда вы сейчас отправитесь... Осталась моя дочь. Пожалуйста, если вы сможете чем-нибудь помочь... 
— Мы найдем вашу дочь, мисс Бэйнем. Обещаю. А сейчас нам нужно идти. 
— Спасибо вам, коммандер, спасибо... 

Борт «Нормандии». Три часа спустя.

— Аккуратнее... Да тише ты, Дубровский! Тебя же тащим! 
— Босс... Меня нельзя носить! Я непереносимый! — все тем же пьяным голосом вещал означенный младший лейтенант. 
— Да уж, непереносимый... Особенно после дозы адреналина... — Шепард передал невменяемого морпеха в руки пары подбежавших инженеров. — В лазарет его, срочно! 
Инженеры Ланье и Мэй схватили Глеба за руки и завели их себе за плечи, собираясь вдвоем оттащить его в обиталище Чаквас, но тот не собирался сдаваться без боя... 
— Ребята... И вас я тоже люблю... — счастливо пробормотал Дубровский, изо всех сил обняв удерживающих его парня и девушку. Те до сего момента наплевательски относились к физической подготовке — что неудивительно для гражданского персонала — и не смогли вырваться из объятий, плавно переходящих в захват. Но им повезло: несостоявшийся удушитель заметил другой объект. 
— Кайден, дружище... — несмотря на невменяемое состояние, лейтенант не попытался вырваться из рук инженеров и облапить биотика. Вероятно, понимал, что самому добраться до верхней палубы ему будет проблематично. — Представляешь, а я на адреналине! Целый шприц вкололи!! 
— Эм... поздравляю? — с сомнением ответил Аленко. 
— А не с чем! Это я сейчас такой веселый, а потом буду медленно и тяжело подыхать!! Прикол, да? 
В лифте пострадавший вел себя спокойно, просто объяснял инженерам и сопровождавшим его членам группы высадки какие же гады эти геты и что с ними нужно сделать. А вот по выходу из лифта... 
— Еда-а-а-а-а-а! — дикий крик раненого бронтозавра заставил подавиться троих из шести членов экипажа, принимавших пищу в перерыве между вахтами. Из оставшихся один шумно поперхнулся апельсиновым соком, двоим повезло: они просто выронили столовые приборы. — Босс, давай пообедаем, потом в лазарет? — предложил Глеб другой вариант развития событий. Шепард, к тому времени освободившийся от снаряжения, сняв оружие и РПС, еле удержался от физического воздействия на локальный источник хаоса. 
— Пообедаешь, обязательно пообедаешь. Только потом: тебя доктор Чаквас ждет, а женщин нельзя заставлять ждать. 
— Ладно, уболтал, босс. Эй, кони мои верные, слуги мои скверные, ведите меня в местопребывание эскулапа нашего немедленно! — инженерам явно не понравилась смена своего статуса, но они промолчали. 
Пострадавшего завели в медблок. 
— Доктор, как я рад вас снова видеть, вы не представляете!!! 
— Представляю, лейтенант. Что с ним случилось? — на заданный вопрос Шепард ответить не успел. 
— Адреналин вкололи, доктор! Иначе с чего бы мне быть таким счастливым? 
— Теперь мне понятна причина криков, донесшихся из кают-компании. Удивительно, что вы отдаете себе отчет в случившемся, лейтенант. 
— Не-а, не отдаю, мэм. Просто так хорошо мне до сих пор было в двух случаях: когда я укурился и позже, когда мне вкололи адреналин, — пока Дубровский чесал языком, инженеры уложили его на кушетку и поспешили ретироваться из медблока. 
— Так, пока вы не начали буянить у меня в лазарете, вколю-ка я вам успокоительное... — на пострадавший и без того организм Глеба успокоительное подействовало как хорошее снотворное. Последнее, что он услышал, уходя в страну грез и розовых хасков, было начало фразы доктора Чаквас: «Теперь попрошу удалиться всех посторонних — мне тут не нужно...» 

Борт «Нормандии». Девять часов спустя.

Ой, мля-а-а-а-а... Голова-а-а... Моя голова-а-а... Там гномики... Много гномов-рудокопов... И они колотят по башке изнутри... 
— Очнулись, лейтенант? — ага, кажисть, док. Я в лазарете? С чего бы это? 
— Почему я в лазарете, док? Мне что-то отстрелили? 
— Все, что вам могли отстрелить, лейтенант, уже давно отстрелено. Вместе со здравым разумом. А вам вкололи полтора кубика адреналина. 
— Адре... Твою дивизи-и-изию-у... Ну е-мое... 
— Именно, лейтенант. Активная фаза отравления уже прошла, сейчас ваш организм справляется с последствиями, что может сопровождаться некоторым дискомфортом. Коммандер, лейтенант пришел в сознание, если есть возможность, можете посетить медблок, — Чаквас связалась с Шепардом. 
— Диско... О-о-ой... — зря я решил возмущенно повернуться к доктору... Моя голова... — Да я сейчас сдохну... 
— Если уж гетам не удалось вас прикончить, то это состояние вы перенесете без проблем, так что не преувеличивайте. О, а вот и посетители. 
— Доктор, как он? С ним все в порядке? — похоже, титул главного носителя шила перешел от меня к Эшли. Уж больно она шустрая. Так, слегка повернем голову — о-о-ой — вся десантная группа, кроме Рекса, зато с Кайденом. А в дверном проеме толпятся члены экипажа. Бли-и-ин... Похоже, концерт я тут неплохой устроил, раз уж флотские заинтересовались... Ладно, терять уже нечего. Помирать, так под рок-н-ролл. 
— Уильямс... Ты мне друг? А? 
— Эээ... Конечно, друг. 
— Тогда как другу окажи услугу: пристрели, а? Прекрати мучения тяжелораненого товарища.  Гаррус, подойди ближе... Вот так... Тебе, друг мой, я завещаю свою винтовку... Верю, ты позаботишься о моем «Хищнике»... Кайден, тебе я доверяю свою броню, а то у тебя какая-то легкая фигня. Чуть подкачаешь мускульной массы — будет в самый раз... — «боже, что я несу»? Похоже, похмелье окончательно сорвало мне башню... — Уильямс, тебе достанется... 
— Хватит юморить, Дубровский. Все уже знают, что твоей жизни ничего не угрожает, — ухмылялся Шепард. 
— Лейтенант, сэр, простите меня, пожалуйста!!! Я хотела вам помочь, я же не знала, что у вас непереносимость к искусственному адреналину!! Я просто... — глядеть на кающуюся Эшли было до жути уморительно. 
— Искупить свою вину ты можешь только принесением мне хорошего стейка с картофельным пюре, Уильямс!! И даже это не отвратит от тебя мою месть, а она будет жестокой! 
— Через два часа я вас выпишу, будет вам и стейк, и пюре, и все, что вы сможете добыть на корабле, лейтенант, — осадила меня доктор. 

***

Я стоял у себя в каюте и рассматривал отражение в зеркале. Я вообще постоянно после операций рассматривал себя на наличие каких-либо изменений. Появление новых шрамов или хотя бы синяков, там... После последней высадки у меня слегка изменилось лицо: темные мешки под глазами, набрякшие веки, мутный взгляд, хорошо заметная щетина — стандартный набор сопровождения бодуна. 

Кроме всего вышеперечисленного, в зеркале отражался среднего роста парень, метр восемьдесят четыре, с коротко стрижеными волосами этакого темно-коричневого цвета. Физиономично, конечно, не красавец, но и не... не красавец, так скажем. Обычное, рядовое, не особо приметное лицо. Только постоянно хитрое выражение лица: виноват осколок, еще на Чохе рассекший мышцу на щеке, и неправильное заживание этой мышцы. Удалять шрам и выправлять мышцу я не стал: оставил на долгую память, так сказать. Фигура — нормальное телосложение человека, постоянно занимающегося в спортзале, но до уровня Джимми Веги мне как до Вегаса ползком со станции «Гагарин». Так, внимательнее осмотрим виски... седины не видно. Действительно, косметическая операция помогла. Не хотелось привлекать внимание седыми висками, а подкрашивать не вариант. А виски у меня седые после Чохе... 

Пройдемся по особым приметам: татуировка на левом предплечье, вторая группа крови и отрицательный резус-фактор. Стандартная наколка для всех морпехов, служащих в подразделениях хотя бы изредка принимающих участие в боевых действиях  (о как завернул). На правом предплечье — набитая сразу после выпуска из военного училища эмблема Альянса с одним небольшим отличием: вместо силуэта Земли присутствовал ухмыляющийся череп, под этим — в две строки фраза «SEMPER FIDELIS» — старый девиз морпехов США. Кстати, официальная эмблема Альянса существовала в двух версиях: с Америками на силуэте планете и с Евразией и Африкой, для Австралии места не нашлось, гы. Почему у русского военнослужащего Альянса набита татушка со штатовским лозунгом? А потому что учился я в Северо-Американском училище для младших командиров и располагающемся в двух местах: в жарком Техасе и в Скалистых горах. А татуировка эта — своего рода отличительный знак этого заведения. Не, я, конечно, с гораздо большим энтузиазмом пошел бы учиться в Рязанку, но отец сказал: «Сынок, твоя мама — урожденная американка, а они смогут научить тебя тому, чему в России не научат». Да и друзья родителей — преимущественно русские — подучили меня по российским меркам (с тринадцати лет я не вылезал с полос препятствий и стрельбищ — мечта пацана). Вот мы всем взводом и набили эмблемки. И я знаю, что станет следующей татуировкой (опять же, я не Джимми Вега, но дело принципа!). Кстати, традиционная татуировка Рязанского училища отличается двумя деталями: череп в голубом берете, и надпись гласит: «За ВДВ!». А его выпускники упорно называют себя десантниками. 

М-да... А Вега сейчас, наверное, учится на лейтенанта... И знания о нем у меня от Василькова... Последнюю неделю было маловато времени задуматься об этой аномалии. Попадание в меня человека из прошлого, причем из другого пространственно-временного континуума (вычитал словосочетание в одной книжке — не думайте, я не такой умный), да и вначале он явно доминировал в нашем тандеме, однако сейчас... Сейчас от него остались только его воспоминания и мой немного изменившийся характер. То-то Шепард последнее время на меня так странно посматривает: раньше ведь я не был таким раздолбаистым. Знать бы, почему так произошло? Из его памяти (а он любил жанр альтернативной истории) попаданцы — хорошее понятие, кстати, обычно их сознание превалирует над носителями, но не в моем случае. Хотя тут тоже фантастика не особо надежный источник информации. Вряд ли при «влете» попаданца в какого-нибудь личностно сильного, волевого человека, тот так уж легко исчезнет, растворится. Сильнее ли я Сергея? Неужели у меня более сильная воля, жажда к жизни или еще что-нибудь? Видимо, да. 
В следующий момент я осознал, что в зеркало смотрю не один. 
— Гаррус, твою дивизию, нельзя ж так пугать! 
— Ну, ты так пристально смотрел в это зеркало... Я подумал, что ты увидел там что-то интересное, и решил заглянуть. 
— Да нет... Просто задумался. 
— А... Слушай, а что у тебя за проблема с синтетическим адреналином? 
— На Терра Нове водится одно вредное насекомое... Москит Даннинга его называют. При колонизации планеты многие пострадали от его укусов, из-за них начинается жестокая лихорадка с возможным летальным исходом. А если болезнь протекает с осложнениями, возможны отклонения в биохимии или обмене веществ, ненаследственные, к счастью. С этой проблемой давно разобрались: всех детей, родившихся на планете и ее посетителей просто прививают. Там просто не яд, а какой-то не то микроб, не то вирус, живущий в этих насекомых... А меня не привили. Обычное человеческое раздолбайство. И я о таком факте не знал. Вот и попал под укус такого гада на учениях. Лихорадка прошла с осложнениями, после болезни у меня оказалась полная непереносимость к искусственному адреналину. Я читал отчет белых халатов, но в биохимии я не силен, так что ничего не понял. Кстати, что там было дальше, когда я выключился из происходящих событий? 
— А я знаю? Шепард меня оставил охранять твою распевающую песенки тушку. Сначала они проехали в одну сторону, вернулись, поехали обратно, опять вернулись, но уже за нами. Кстати, этого самого Джонга арестовали: этот идиот вздумал стрелять из пистолета в Шепарда. Видите ли, он слишком много узнал. Лиара даже ставить барьер не стала: его ствол был настроен на минимальную мощность, коммандер просто подошел, отобрал пистолет и вырубил. 
— От же ж идиот! А что местная охрана? 
— Испугались нас. Подумали, что раз уж мы разобрались с гетами, то их положить для нас — что червяка сожрать. 
— Какого червяка? 
— Деликатесное блюдо — хоносанские червяки в маринаде. Пальчики оближешь. 
— Кому как, Гаррус. Кому как. Кстати, о блюдах. Схожу-ка я пообедаю. Ты со мной? 
— Я уже пообедал, но с тобой схожу.
Отредактировано. Ksini



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 13.06.2013 | 1612 | 9 | Приоритет - Сарен, Джон Шепард, Optika20 | Optika20
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 11
Гостей: 11
Пользователей: 0

Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт