Гость
Приветствуем Гость
Главная | Вход | Регистрация | Меню пользователя | УчастникиСписок зарегистрированных участников сайта
Поиск по группам, поиск модераторов, Спектров, Советников.

Mass Effect фансайт

Архив Серого Посредника

Главная » Статьи » Авторские произведения » Рассказы Mass Effect

Адамо. Глава 3: Они на нашей стороне?

После нескольких дней знакомства с экипажем, Тали обнаруживает что не все так добры к ней и к кварианцам в целом, как Шепард




 

 

 

Они на нашей стороне

Прошла уже неделя, с тех пор как Тали попала на Нормандию. Не смотря на то, что Тали был доступен весь корабль, она предпочитала проводить большую часть своего времени в машинном отделении. Ей просто нравилось возиться с двигателями Нормандии и узнавать у них как можно больше, даже в нерабочее время. Ей так же очень нравилось, что Шепард приходил к ней каждый день, и они могли общаться друг с другом. Было необычно, что Шепард проводил с ней столько времени, но ей было все равно — она просто наслаждалась его компанией. Тали была рада, что у нее появился такой друг.

Тали многое ему рассказала о кварианском народе. Она рассказала об их культуре и истории, и объяснила многое другое. Она описала ему флотилию, рассказала, зачем нужно Паломничество, и об их крепких семейных узах, сопутствующих их нелегкому образу жизни. Не зная, что такое собственная семья, Шепард особенно любил слушать об отношениях в кварианских семьях. Они зависели друг от друга, их выживание зависело от крепких и надежных отношений; они все были как одна большая семья, вне зависимости от кланов кораблей.

Несмотря на тяжелую жизнь кварианцев, Шепард пришел к выводу, что они были счастливее, или хотя бы умиротвореннее представителей всех остальных рас. У них не было многого, но, то, что было они ценили и берегли. Это делало кварианцев особенными.

Он заметил, что у них было что-то общее с кроганами, которые также пострадали от катастрофы, поставившей под вопрос существование их вида. Но, в то время как кроганы позволили чуме генофага разделить и ослабить их, кварианцы отреагировали на свое положение по-другому. Их отчуждение сблизило их, что помогло им выжить.

Еще одной темой была иммунная система кварианцев. Она рассказала, как стерильная окружающая среда жестоко ослабила кварианцев. На их родной планете иммунная система кварианцев адаптировалась к микробам, нежели боролась с ними, но жизнь на борту кораблей разрушила адаптационные способности их иммунитета. Теперь, у них возникала аллергическая реакция на любые инородные бактерии. Немало времени прошло, прежде чем они смогли найти способ сосуществовать с инородными микробными веществами.

Семья Тали была отдельной темой их бесед. Она упомянула, что ее отец — адмирал — одна из самых высоких должностей у кварианцев. Это было одной из основных причин, почему она прошла боевую подготовку, прежде чем отправиться в паломничество, и еще основной причиной давления и высоких требований к ее подарку с паломничества; на нее возлагали немало надежд. Все что не «самое лучшее», станет большим разочарованием для ее отца, Раэля. Шепард спросил Тали о ее маме и очень огорчился, когда узнал, что ее мама умерла, когда Тали было всего семнадцать, из-за эпидемии вируса на флотилии.

Тали надеялась, что во время их бесед, особенно когда Тали говорила о своих родителях, Шепард расскажет что-нибудь о его жизни на Земле. Ей было интересно узнать о его детстве, о становлении его как личности. Но, к сожалению, для нее, он никогда не говорил о своем детстве, и даже о временах до его службы в Альянсе. Что бы он ни рассказывал о себе, это было связано с его военной службой. Она поняла, что он не хотел обсуждать его жизнь на Земле, и поэтому, ни смотря на ее любопытство, Тали не стала затрагивать эту тему.

Пока что, Тали очень неплохо проводила время на Нормандии, не считая сомнений и чувства отчуждения, в первые дни. Она познакомилась со многими членами экипажа, которые в целом были вежливы и хорошо к ней относились. И, разумеется, ей особенно нравилось проводить время с новым другом — Шепардом. По большому счету — Тали была счастлива на Нормандии.

Единственное что ее беспокоило, была периодическая тоска по дому, а еще тот факт, что у нее были проблемы со сном. Нормандия — очень тихий корабль, а если ты спишь в спальной капсуле, которую ей выделили, было еще тише. Для Кварианца тихий корабль просто каторга — это практически означало, что воздушный фильтр, или еще какие-либо приборы системы жизнеобеспечения вышли из строя. Двадцать два года жизни на древнем, разваливающемся корабле приучили ее засыпать под гул двигателей и шум приборов.

Тали была в лифте корабля, который поднимался на верхнюю палубу. Когда он остановился, и Тали вышла на палубу экипажа, она услышала разговор, доносящийся из столовой, что позади шахты лифта.

«Да, он и вправду проводит там много времени», — послышалось из столовой. Это был голос лейтенанта Кайдена Аленко.

«Надеюсь это для того, чтобы за ней следить. Я ей не доверяю», — сказал второй голос. Тали его тоже узнала. Это был штурман Пресли — старший помощник и заместитель Шепарда на борту Нормандии.

Тали видела его возле Галактической карты командирского мостика в БИЦ, когда она впервые ступила на борт. Это был тот человек, который смотрел на нее с особым недоверием: она не раз сталкивалась с таким взглядом во время ее Паломничества. 

Тали не отходила от лифта. Она отступила влево и держалась рядом с шахтой, пока слушала их разговор.

«На самом деле я не совсем понимаю, почему она тебя так волнует», — сказал Кайден: — «Я говорил с ней. Нормальная девушка. Тебе правда не стоит так волноваться».

«Ты знаешь, что я не ненавижу инопланетян. Я просто не считаю безопасным пускать их на борт фрегата-прототипа, вроде Нормандии — ни турианцев, ни кроганов, ни азари, которых мы подобрали пару дней назад, и особенно кварианцев».

То как он сказал «кварианцев» вызвало у Тали чувство тошноты. Она тихо вздохнула и потрясла головой, ошеломленная услышанным.

«Стоп, а что плохого в кварианцах? Со времен инцидента с Гетами, они ничего плохого не сделали, насколько я знаю. Они вроде сами по себе», — спросил Кайден.

«Меня волнует их репутация попрошаек и воров. Откуда мы знаем, не посылает ли она схемы Нормандии своим людям? Это секретная информация Альянса! А что если она что-нибудь украдет?».

С тех пор как Тали покинула флотилию, она была готова столкнуться с ненавистью и расизмом. Ее предупреждали, что в Галактике на кварианцев смотрят свысока, и что ей следует быть готовой к расовой дискриминации. Еще ее предупреждали не бороться против этого. Будет лучше, и безопаснее, если она просто проигнорирует подобные вещи. Тали всегда следовала этому совету, не смотря на желание покончить с этим. Она просто принимала это как правду жизни. Но в этот раз все было по-другому.

Возможно, потому что ее приободрял тот факт, что до сих пор проблем на Нормандии не было, а может быть это просто последствия недосыпания. Слова Пресли очень ее разозлили. Она не собиралась терпеть расизм в этот раз.

Тали стремительно обошла шахту лифта со стороны мед-отсека и остановилась перед столом. За ним сидели только Пресли и Кайден.

«Послушай ты, bosh’tet! Я НЕ воровка!», — закричала Тали, обращаясь к Пресли: «Я никогда ничего не крала! Ничего! И не собираюсь ничего красть с Нормандии!»

Кайден и Пресли просто замерли на месте, уставившись на Тали. А она продолжала свою тираду: «Мне надоели люди вроде тебя, которые так к нам относятся! Кварианцы не воры! Мы не попрошайки! Мы находчивы и можем сделать что-то полезное из того, что другие считают негодным, но МЫ НЕ ВОРУЕМ! А если ты мне не веришь, то можешь идти к черту!».

После этого повисла неловкая тишина: ни Кайден, ни Пресли не знали что сказать. Затем Тали просто развернулась и ушла, направляясь к лифту. Она вернулась в машинное отделение.

Сразу после этого Шепард вышел из своей каюты и подошел к столовой: — «Что, черт возьми, это было?! Что за крики?»

Кайден посмотрел на Пресли, в ожидании, что тот ответит. Кайден считал, что его это, в любом случае, не касается. Пресли поколебался, вздохнул, и сказал: — «Мы говорили с Кайденом, и я просто выразил свои беспокойства по поводу доступа кварианки к машинному отделению. Видимо она услышала и... расстроилась».

«Черт побери, Пресли! Я ведь уже говорил, что тебе не стоит о ней беспокоиться. Ей можно доверять», — сказал Шепард, тяжело вздыхая и качая головой.

«Я прошу прощения, капитан. Я не хотел создавать проблем. В моих приоритетах лишь безопасность Нормандии».

«Принято к сведению», — коротко ответил Шепард: — «Можешь не волноваться. С ней я поговорю сам. Но больше такого себе не позволяй. Ни с ней, ни с каким другим членом инопланетного экипажа».

«Так точно, капитан», — ответил Пресли, после чего Шепард вернулся в свою каюту.

 

...

 

В машинном отделении Тали стояла перед своим рабочим терминалом, пытаясь отвлечься технической поддержкой и калибровкой. Ее злость быстро угасла, но она перешла в грусть. Не только от того, что снова столкнулась с дискриминацией ее народа, но и потому, что осознала что наделала. Она накричала на офицера корабля, на котором она служит. Она накричала и оскорбила заместителя командира корабля. Наказания за ее проступок точно не избежать.

«Тали, ты тут?» — спросил Адамс, прерывая попытки Тали окунуться в работу. Она тут же почувствовала комок в горле, так как знала, что Адамс обязательно спросит ее о том, что случилось. «Капитан только что прислал сообщение. Он хочет, чтоб ты поднялась к нему в каюту. Хочет с тобой о чем-то поговорить».

О, Кила! Что я наделала... Он хочет поговорить наедине? Это плохо. Зачем мне надо было вот так срываться. Кила... что если теперь он меня выгонит?

«Спасибо, Адамс. Я, я... увидимся позже», — тихо сказала она, и отошла от терминала. Тяжелыми шагами, она направилась к лифту, и снова поднялась на палубу экипажа.

Проходя мимо столовой, Тали ускорила шаг, и очень постаралась не смотреть в сторону столов — ей не хотелось сталкиваться с Пресли. Она даже не знала, там ли он до сих пор, она просто туда не смотрела.

Тали остановилась перед дверью каюты Шепарда. Она нервно потирала руки, перед тем как войти, но все же собралась и постучала.

«Входи», — послышалось с другой стороны.

Она открыла дверь, глубоко вздохнула, и нервно потирая ладони, медленными шагами вошла в каюту командира. Она не поднимала головы, боясь столкнуться взглядом с Шепардом. Дверь закрылась.

Тали осознала, что вошла сюда впервые, и мельком осмотрела комнату. В дальнем конце она увидела его кровать и рабочий стол. В центре комнаты стоял круглый стол и два стула, а возле двери был еще один стол, за которым сейчас сидел Шепард. Она также заметила, что в этой комнате было меньше звукоизоляции, чем в остальных частях корабля. Это было понятно — за стеной, что позади кровати, были установлены некоторые приборы Нормандии.

«Здравствуйте Шеп... я имела в виду... сэр. Эээ, Адамс сказал, вы хотели со мной поговорить...» — тихо и очень нервно пробормотала она.

«Да», — сказал Шепард и вышел из-за стола: — «и я уверен, ты знаешь о чем», — добавил он, направляясь к круглому столу в центре комнаты, и присаживаясь на один из стульев. Жестом руки он предложил Тали присесть на другой.

«Я прошу прощения», — поторопилась извиниться Тали, присев на стул, который стоял возле Шепарда. Она положила руки на колени, но продолжила скрещивать пальцы: «Я не должна была кричать на Пресли и оскорблять его. Он офицер на этом корабле — я не имела право себя так вести. Я... этого больше никогда не повториться. Я обещаю!»

Шепард на секунду задумался над сказанным. Он вздохнул и сказал, странным оптимистичным тоном: «Представляешь, я только сейчас кое-что осознал. Я не знаю, сколько тебе лет. Сколько тебе, Тали?»

Сколько мне лет? Кила, он собирается говорить со мной о зрелости и ответственности... «Мне двадцать два... сэр».

«Примерно так я и думал», — ответил Шепард. Тали не знала воспринимать это как оскорбление, или как комплимент. «Это хороший возраст. Я участвовал в Скиллианском Блице, когда мне было столько же. Мне, кстати, 29. Блиц был семь лет назад».

Тали была знакома с событием, о котором говорил Шепард. Ни смотря на то, что она пришла за наказанием, она не удержалась, и заговорила о своих воспоминаниях по данному вопросу.

«Да... я помню. Я видела это по новостям! Это были вы, не так ли?», — спросила Тали, абсолютно забыв зачем она пришла: «Почему я не вспомнила раньше? Это ведь вы, человек остановивший нападение!»

Шепард тихо посмеялся и спросил: «Ты об этом слышала? На флотилии?»

«На флотилии всегда беспокоятся о нападениях пиратов и работорговцев, так как нападения случаются. Они для нас самая большая угроза. Когда ваша колония была атакована самой большей в истории бандой пиратов, и их остановил один человек, это стало сенсацией даже на флотилии. Я помню, мы смотрели выпуск новостей об этом, с моей мамой. Мне тогда было... пятнадцать».

Тали выдержала небольшую паузу, а потом продолжила, — «Не могу поверить, что это были вы. Это конечно меня не удивляет, но... просто в голове не укладывается, то, что вы смогли сделать — просто невероятно!»

«Да, видимо это так», — тихо ответил Шепард, по не понятной причине, не проявляя признаки гордости. На какое-то время комнату заполнила тишина, а потом он сказал: — «В любом случае, это мы можем обсудить позже. Я позвал тебя не для этого», — Шепард вернулся к первоначальной теме: «Я просто спросил на счет возраста, потому что осознал что не знаю его.»

Тали успела порадоваться тому, что ей все же удалось разговорить Шепарда о его прошлом, но ей в ту же минуту напомнили о причине, по которой ее вызвали. Она крепко сжала ладони, и нервно сидела в ожидании своего наказания.

«Я слышал, что Пресли наговорил не очень приятных вещей о кварианцах», — сказал Шепард.

«Да... он сказал, что мы воры. Он сказал, что боится, что я буду передавать информацию о системах Нормандии на флотилию», — тихо сказала Тали. Она говорила, смотря в пол, боясь поднять глаза.

«Но ведь все это не правда, так ведь?»

«Конечно не правда!» — тут же ответила Тали, посмотрев прямо на Шепарда, — «Мы не воры! Я не воровка! Я никогда ничего не крала. Я бы никогда и ни за что не украла бы ничего с Нормандии, или у вас».

«Я знаю Тали. Я знаю, что ты не воровка», — поддержал ее Шепард. «И, основываясь на том, что ты рассказала мне о своем народе, я искренне верю, что воровство вам не присуще. Я знаю, что по этому поводу очень много ошибочных представлений и непонимания».

«Да, именно так! Большинство людей просто не знают, какие на самом деле кварианцы!»

«Вот видишь. Суть проблемы — невежество. Расизм — это ненависть, порожденная невежеством. Исцелишь невежество, и ненависть пройдет — расизм прекратит свое существование. Расстраиваясь и ругаясь, делу ты помочь не сможешь. Этим ты только сделаешь хуже».

«Вы правы, сэр. Это абсолютно верно».

Пару минут Тали обдумывала его слова в тишине.

«В любом случае, Тали, послушай. Я не собираюсь приказывать ни тебе, ни Пресли извиняться друг перед другом. Вам двоим, придется самим придумать, как это уладить. Если его представления о Кварианцах неправильны, тогда искорени его незнание — познакомь его со своим народом. Я не хочу, чтобы такое повторилось».

«Я... да, я понимаю», — угрюмым тоном ответила Тали. Мысль о еще одной встрече с Пресли ее не воодушевляла, тем не менее, она знала, что Шепард прав. «Я... думаю я смогу поговорить с ним... я постараюсь, чтобы этого больше не произошло».

«Ну что ты, ну не надо так это воспринимать», — сказал ей Шепард, с улыбкой и веселым голосом: «Я знаю, ты любишь говорить о своем народе. Черт возьми, это же все о чем ты говоришь, когда я захожу к тебе в машинное отделение».

Его поддразнивания значительно подняли ей настроение. «Флотилия была всей моей жизнью, до того как я ушла в Паломничество. Мне просто больше даже не о чем говорить», — признала Тали, немного смущенным, но радостным голосом.

«Я знаю. И это нормально, Тали. Я люблю тебя слушать», — признался Шепард, а потом тут же уточнил? «Я имею ввиду истории о твоем народе».

Тали заметила, как он проговорился, и хотя она была не уверена, что это означало то, на что она надеялась, но все же улыбнулась под маской. «Спасибо».

После недолгой паузы, Тали сказала, — «Ну так... это то, о чем вы хотели поговорить со мной? Мы, эээ, закончили?»

«Да, думаю да. Ты можешь идти. Если хочешь».

«Вы... хотите чтоб я ушла?» — спросила Тали, и осознала, что хочет услышать «нет». Ей очень хотелось остаться в личной каюте Шепарда и поболтать с ним.

Шепард улыбнулся ей, а потом, неожиданно для Тали, сказал ей тихим, нежным голосом: «Нет вообще-то. Может быть, ты останешься и расскажешь мне что-нибудь о флотилии?».

«А.... Да. Хорошо. Так и сделаю», — ответила Тали. Она пыталась это скрыть, но было совершенно очевидно, что она обрадовалась такой просьбе.

Она снова потирала ладони друг о друга, но в этот раз по причине гораздо приятнее прошлой.

 

...

 

Прошло уже пару часов после инцидента между Тали и Пресли. После долгой беседы с Шепардом в его каюте, Тали решила найти Пресли и решить возникшую проблему, как этого хотел Шепард. Пока она поднималась по лестнице в БИЦ, она вдруг поняла, что идет туда не столько потому, что хочет решить проблему, сколько потому, что хочет угодить Шепарду.

Она наконец-то добралась до БИЦ и вошла внутрь. Там она увидела Пресли, работающего на своем терминале, около Галактической карты.

«Пресли? У вас есть минутка?» — спросила Тали, приближаясь к нему.

Он отвлекся от своей работы и посмотрел на нее. После недолгого колебания, он кивнул и сказал: «Да. Послушай, мне жаль, что я все это наговорил. Я не хотел тебя обижать».

«Я тоже должна извиниться...за то, что накричала и оскорбила вас. Но я пришла не за извинениями», — Тали помолчала немного, а потом продолжила: «Я просто хочу чтобы вы побольше узнали. Обо мне... о кварианцах».

Тали на секунду задумалась, а потом, сделав глубокий вдох, начала свой рассказ.

«У нас не легкая жизнь. Нам приходится жить на флотилии кораблей, многие из которых очень старые. С тех пор, как геты изгнали нас из родного дома, столетия назад, мы близки к вымиранию, и помощи нам ждать неоткуда. От смерти нас отделяет следующая пробоина корпуса. Флот всегда нуждается в ресурсах и запчастях, чтобы поддерживать работу кораблей. Вот почему наши Паломничества так важны. Вы же знаете о наших Паломниках?»

«Нет, не знаю», — колеблясь, отметил Пресли.

«Это обряд посвящения. Нас в одиночку отправляют в Галактику, чтобы мы нашли что-нибудь ценное для флота. Кстати, сейчас я на своем Паломничестве. И, так же как и все кварианцы до меня, я ищу что-то, что будет полезным для моего народа — моей семьи».

Тали помолчала, чтобы собраться с мыслями, и продолжила.

«И есть кое-что очень важное о наших Паломничествах, что вам следует знать. Мы не можем добывать ничего, нанося другим ущерб. Нам запрещается привозить что-то краденное. Я... просто хотела, чтобы вы об этом знали.

Пресли не знал, что и ответить. Он просто стоял и обдумывал сказанное. Наконец-то он покачал головой и сказал: «Спасибо что рассказала мне об этом. Я ничего об этом не знал. Ты подчеркнула не мало того, над чем мне стоило бы задуматься».

«Спасибо, что послушали меня», — сказала Тали. «Я просто хочу, чтобы вы знали это. Я собираюсь вернуться в машинное отделение. Увидимся... позже, Пресли».

Пресли кивнул ей в ответ, и она ушла. Он хорошенько задумался над сказанным, смотря Тали вслед. После недолгого размышления, Пресли тут же взял свой планшет и начал записи в дневнике.

Редактировал: ARM

 

 

 



Похожие материалы
Рассказы Mass Effect | 14.06.2011 | 4940 | 8 | Andrio, Shadowless, Тали, адамо, Шепард | Shadowless
Пожаловаться на плагиатПожаловаться на плагиат Система OrphusНашли ошибку?
Выделите ее мышкой
и нажмите Ctrl+Enter


Mass Effect 2
Mass Effect 3

Арт



Каталог Рассказов
Энциклопедия мира ME
Последние моды

Популярные файлы

ВидеоБлоги

Онлайн всего: 39
Гостей: 36
Пользователей: 3

Dreamer, Докторъ_Дре, Соловей
Фансайт Mass Effect 3 Донат
Реклама на сайте
Правила сайта и форума,
модерирования,
публикации статей и рассказов.
Гаррус Вакариан Фан-Сайт Dragon Age Фан-Сайт Система Orphus Copyright Policy / Права интеллектуальной собственности
Моды для Mass Effect 2. Фансайт